Пожиратель со шрамом

Лето подходило к концу. Трава вокруг особняка начала желтеть, а жара, так сильно мучившая людей и магов, потихоньку спадала. Август пришёл внезапно, всеми силами напоминая о том, что скоро начнется новый учебный год. Он должен быть особенным. Ещё бы: Драко и Гарри исполнилось по 11 лет и именно в этом году они получили письма из Хогвартса. А это значило, что начинается новый этап в их совместной жизни. - ДРАКО! – голос Нарциссы пронзил особняк сверху донизу – ИДИ СЮДА НЕМЕДЛЕННО! Опешивший Люциус подавился вечерним чаем, а Малфой-младший сделал вид, будто звали не его. - Я К ТЕБЕ ОБРАЩАЮСЬ, ДРАКО! СЕЙЧАС ЖЕ ПОДОЙДИ! Блондин медленно поднялся с кресла, где он так удобно устроился и посеменил к разбушевавшейся матери. Малфой-старший не на шутку заинтересовался причиной столь агрессивного поведения Нарциссы, поэтому последовал за сыном. Отворив дверь кухни, Люциус подумал, что на старости лет лишился способности различать цвета. Перед ним стоял Гарри, волосы которого были белоснежного цвета. Не выдержав, Малфой - старший рассмеялся. Рядом прыснул со смеху Драко. Наблюдавшая за реакцией семейства Цисси, казалось, готова была кинуть авадой и в сына-сорванца, и в горе-супруга. - ПО-ВАШЕМУ ЭТО СМЕШНО?! ДА ОН ЖЕ ПОХОЖ НА ПОЛЯРНУЮ СОВУ! – пламенная речь женщины заставила мужчин съёжиться. – ОН… ОН… ДРАКО! ЭТО ТВОЯ РАБОТА, Я ЗНАЮ! КАК ТЫ ЭТО ОБЪЯСНИШЬ? - Я лишь немного приукрасил. – невинно начал Малфой-младший. - НЕМНОГО? – начал было кричать Гарри, однако Цисси шикнула на него. - Ты будешь наказан. - холодно обратилась она к Драко. – А сейчас идите спать. И никаких разговоров. Это касается и тебя, Гарри. Подробности будем выяснять утром. Мальчикам пришлось повиноваться. Буркнув Люциусу и Нарциссе «Сладких сновидений», Гарри и Малфой-младший отправились к себе в комнату. С кухни ещё долго доносились крики Цисси о том, что «ЛЮЦИУС, ЭТО ОН В ТЕБЯ ПОШЕЛ!» или «ТЫ НЕ УМЕЕШЬ ВОСПИТЫВАТЬ ДЕТЕЙ!», однако после 3-4 разбитых о голову супруга тарелок, белокурая женщина успокоилась, и глава семейства чинно отправился отдыхать. Рассвет только-только затронул крыши домов. Природа просыпалась, готовая на новый продуктивный день… Особняк Малфоев окутала тишина, которую, казалось, в столь ранний час ничего не потревожит… - ПОТТЕР! Я УБЬЮ ТЕБЯ! – крик Драко разбудил всех вокруг. Даже птицы за открытыми окнами возмущенно защебетали. Малфой-младший вылетел из ванной, облаченный в два полотенца: на голове и на, кхм, бедрах. Из спальни Малфоев-старших вылетел Люциус. - ТЫ ЧЕГО ОРЕШЬ КАК РАНЕНЫЙ ГИППОГРИФ?! – глава семейства явно был недоволен столь ранним пробуждением. – ТЕБЯ ЭЛЬФ ПОКУСАЛ?! Драко не ответил. Он подбежал к отцу и сдернул полотенце с головы. Люциус залился смехом. Ещё бы: полотенце скрывало волосы Драко, которые были ЯРКО-РОЗОВОГО цвета. - НЕ СМЕШНО! ДАЙТЕ МНЕ СЮДА ЭТОГО НЕДОБЛОНДИНА, Я С НИМ ПОГОВОРЮ! – возмущался Малфой–младший. – Я ЕМУ ПОКАЖУ, КАК КРАСОТУ ПОРТИТЬ! С этими словами Драко побежал по коридору и влетел в комнату к ещё спящему брату. С криком « А НУ ВСТАВАЙ», розововолосый мальчик принялся душить Поттера подушкой. Однако он не рассчитал, что Гарри давно не спал и был готов к атаке, поэтому Драко был решительно выпихнут с кровати и послан к Мерлину. Малфой-младший явно не собирался сдаваться. Он резко схватил лежащую на комоде волшебную палочку и… И тут за дверью появился Люциус. За его спиной стояла Нарцисса. Она молча подошла к дерущимся волшебникам, дала им по подзатыльнику и, грациозно взмахнув волшебной палочкой, пробормотала что-то неразборчивое. - Теперь ваши волосы нормального цвета. Подумайте над своим поведением и спускайтесь завтракать. – промолвила Нарцисса, выходя из комнаты, и с шумом захлопнула дверь. - Настоящие пожиратели. – заметила женщина, проходя мимо стоявшего за дверью супруга, и рассмеялась, потихоньку последовав в столовую. Люциус с недоумением глянул на Цисси, но от расспросов воздержался, следуя за любимой завтракать. Почему смеялась Нарцисса, он понял спустя 20 минут, когда увидел Гарри и Драко. Мальчики мирно спускались по лестнице в столовую, а их волосы были приятного изумрудного оттенка.