Другой СЛЕД. За кадром.

Оперативники ездили в этот несчастный Долгоозерск по несколько раз на дню, и так уже несколько дней! То у них поджоги, то изнасилования и вот дождались: убийство! Да еще и два трупа разом! -Ну вот успели, пока дождик не начал накрапывать!- сообщил заместитель службы, заходя в кабинет Рогозиной.- А то все смоет... -Хорошо!- она не подняла головы от бумаг. -Угу... ну, хорошо... Он еще раз оглядел ее рабочее место. Галя сидела склонившись как можно ниже к столу, тонкие пальцы теребили карандаш, самого лица было не видно, но Николай Петрович поджилками чувствовал: что- то не то! -Галь... а ты... в порядке? -В полном,- отозвалось холодом. И все же он сделал шаг в сторону ее кресла и уперся руками в стол. -Я хотел обсудить некоторые обстоятельства этого дела... -Давай потом,- синий взгляд, наконец, оторвался от папки.- Я немного занята. Покрасневшие веки выдавали расстроенное состояние, губки были плотно сжаты, образовав глубокую ямочку на подбородке. -Ты.. что с тобой? Что- то внутри треснуло от жалости, тем самым усугубляя чувство вины. Ведь во многом он сам виноват, что ее глаза заплаканы, а ротик вместо улыбки говорит ему гадости. -Так... Майор растерянно смотрел на нее, не зная, что предпринять. Станет ли она его слушать? Принимать его заботу? И все же он спросил: -У тебя что- то болит? Может, таблетку... -Будто таблетки помогают от всех болей,- дрожащим голосом ответила Галя. Мужчина присел около ее кресла, стараясь заглянуть в глаза, но она отводила их в сторону. Ресницы уже с трудом сдерживали предательскую влагу, а к горлу подступал неприятный ком. Его ладонь опустилась ей на локоть и слегка сжала его. -Послушай... надо сходить к врачу... может, тебе пропишут что- нибудь... зачем же так мучиться? -Коля, я разберусь с этим! Его вторая рука поймала ее ладошку. Внутри все вздрогнуло, волна гнева поднялась откуда- то из глубин и яростно рвалась наружу. Накатившие слезы моментально высохли, Галина Николаевна с силой рванула руку и поднялась. -Галь... -Так все! Это мое личное дело! -Мне кажется... я тоже несколько виноват в произошедшем,- смущенно заговорил он.- В смысле не в... потере ребенка, а что он вообще был... -Вспомнил!- голос был полон сарказма.- Может, все же экспертизу сделаем?! А то я же гуляла от тебя направо и налево! -Ну что ты говоришь.... -А как же! Как же Олег?! Забыл уже?! А мало ли сколько их еще было! С кем ты меня не видел! Николай угрюмо молчал, глядя в пол. Конечно, это все ложь. Она просто хочет сделать ему больно... Имеет право! Сколько раз он ей делал больно? Хотя не надо было начинать этот разговор... Ей и так тошно, а теперь еще эта злость, почти ярость. Да пусть хоть убьет, лишь бы легче стало! Впрочем, убивать начальница ФЭС никого не собиралась. Это не только перечило ее жизненным принципам, но и облегчения бы не доставило. Да и вообще она ему ничего такого плохого не желала! Он просто перестал для нее существовать, так... зам, оперативник, один из ее подчиненных... Единственный навязанный ей министерством! Только его забота и особенно прикосновения были неприятны. Вызывали приступы неприязни и даже отвращения. Пусть живет себе, только не приближается! Как и все общается с ней через стол! После ухода Круглова она прошлась по кабинету и вновь устроилась в кресле. Внутри еще оставался неприятный осадок, и полковник налила себе стакан воды, стараясь запить его и проглотить. Она и не вспоминала о нем, даже не запрещала себе, а просто не хотела думать о нем! А Коля мало того, что вваливается в ее кабинет, да еще сует свой нос не в свое дело! Хотя он прав... Надо сходить к врачу, поскольку ноющие боли в области живота не проходят, как обещал доктор, а принимать обезболивающие или другие таблетки без обследования — это лишь загонять болезнь в угол. Женщина открыла ежедневник, чтобы найти свободное время в своем плотном графике.