Леди Малфой

Ночные краски уже сгущались, когда огромные вокзальные часы пробили десять. Рон добрался до пригорода Лондона и только что сошёл с поезда. Путешествие оказалось не из самых приятных: в какой-то момент магический поезд и вовсе сошёл с рельсов и передвигался преимущественно по ухабам и извилистым тропинкам. Рона несколько раз чуть не стошнило, особенно когда они въехали на высокий холм, а затем резко помчались вниз. Благо теперь ужас поездки остался позади, и Рон на некоторое время замер, приходя в себя. Поезд издал протяжный гудок и исчез в ночи. Платформа почти пустовала, если не считать только что сошедших с поезда пассажиров и вокзального работника со скучающим выражением на лице. — Прекрасно, — пробормотал Рон себе под нос, понимая, что путь к замку, раскрытый Малфоем, был сильно ограничен в деталях. Он стоял на продуваемой всеми ветрами платформе где-то за городом с практически пустым рюкзаком за плечами и старой метлой в руках. В желудке уже больше четырнадцати часов не было ни крошки, а всплеск адреналина, который Рон почувствовал, прочитав письмо Гермионы, уже давно сошёл на нет, и теперь глаза беспощадно слипались от усталости. — «Соберись! — мысленно приказал он себе. — Если ты тут заснёшь, то очнёшься без вещей и с переломанными костями, если вообще проснёшься». Пригород был печально известен высоким уровнем преступности, а большинство уголовных дел так и оставались нераскрытыми. Вмешательство Министерства в происходящее в этой части Лондона ограничивалось редкими расследованиями, когда что-то случалось с уважаемыми или неприлично богатыми людьми, но даже в этих случаях работники Министерства старались убраться из пригорода как можно скорее. По большей части тут жили по принципу «каждый сам за себя». — Вы заблудились? — раздался рядом голос работника вокзала. Только теперь Рон осознал, как глупо он, должно быть, выглядел со стороны, одиноко ожидая чего-то на пустой платформе. Остальные пассажиры, прибывшие на его поезде, уже давно разошлись. — Мне надо кое-куда попасть, — ответил он заплетающимся от холода и усталости языком, одновременно на всякий случай крепко сжимая палочку в кармане джинсов. — Не вам одному, — рассмеялся работник, подходя ближе. Теперь Рон смог хорошенько разглядеть его лицо: он оказался совсем молодым — не старше самого Рона, хотя и ниже ростом. Его лицо выражало доброту и простодушие, так редко встречающиеся в этой части города, а чёрные волосы ещё больше подчёркивали глубоко посаженные карие глаза. — Ищете какое-то конкретное место? — поинтересовался он. — Поместье Малфоев, — отозвался Рон, ожидая уже привычной реакции: удивления и подшучиваний. Долго ждать не пришлось: мгновение спустя парень глухо рассмеялся. — Вы ведь шутите? — спросил он, отсмеявшись. — Нет. — Оу. На несколько секунд на платформе повисло неловкое молчание. Рон закатил глаза и тяжело вздохнул. — Мне действительно очень нужно в поместье, — сказал он. — Вы можете чем-то помочь? — Боюсь, что нет, — ответил парень, пожимая плечами. — Никогда там не бывал, не встречал никого, кто мог бы этим похвастаться, и не планирую заглядывать туда в ближайшем будущем. — Трус, — пробормотал Рон себе под нос, понимая, что парню что-то известно, но он ни за что не рискнёт навлечь на себя гнев одной из самых влиятельных семей Великобритании. Рон устало опустился на грязную скамейку. — Слушай, приятель, — примирительно произнёс парень, переходя на «ты» и усаживаясь рядом, — разве ты не слышал истории, которые рассказывают о поместье? Рон поднял на него заинтересованный взгляд. — Что за истории? — Поместье Малфоев это не просто замок, — заговорщицким тоном начал парень. — Это настоящая крепость. Даже Министерство не отваживается совать нос на территорию замка без специального разрешения. — Это почему же? Парень ответил поражённым взглядом. — С чего бы начать? — усмехнулся он. — Охранные заклинания, проклятия, ловушки, заговоры, чары… Дошедший до главных ворот считается героем, но рискнувший пробраться к главному входу — просто дурак. — Спасибо, — саркастично поблагодарил Рон, вставая со скамейки и направляясь к выходу с вокзала. — Постой, — крикнул парень ему вслед. — Ты вообще кто? Рон на мгновение остановился, потом закинул рюкзак на плечо и коротко усмехнулся. — Тот самый дурак.

* * *

Гермиона нетерпеливо прохаживалась по залу не в силах сдержать волнение от одной мысли о том, что сегодня Малфой покинет поместье. Элай тоже куда-то отлучился, а это значило, что совсем скоро замок будет в полном распоряжении Гермионы, и она не собиралась упускать такую прекрасную возможность. — Ради Мерлина, Грейнджер, — вместо приветствия бросил Малфой, появляясь в зале, — ты шагаешь как стадо слонов. Полегче — эта плитка стоила мне целое состояние. Гермиона сердито нахмурилась, но ничего не ответила, продолжая мысленно повторять: «Через несколько минут его здесь не будет». — Надеюсь, Элай скоро вернётся, — продолжал Малфой, не обращая внимания на раздраженный взгляд Гермионы. — Скоро? — не удержалась она. Возвращение Элая могло нарушить все планы. — Да, — коротко ответил Малфой. — Вообще-то он уже должен быть здесь… Видимо, возникли какие-то проблемы. Гермиона удивлённо вскинула бровь. — Проблемы? А чем он занимается? Малфой не удостоил её ответом, вместо этого начал лениво отряхивать коричневую куртку, которую выудил из гардероба минутой ранее. Его волосы были аккуратно зачёсаны назад, а кроме куртки он был одет в чёрные брюки и тёмную рубашку. Гермиона не призналась бы в этом даже под пытками, но от Малфоя приятно пахло каким-то невероятным опьяняющим ароматом — сочетание имбиря и кокоса. — Полагаю, мне самому придётся спустить багаж, — сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь, и неспешно направился в свою комнату. — Самовлюблённый придурок, — пробормотала Гермиона, убедившись, что Малфой не может её услышать. Со вздохом она прислонилась к одной из каменных горгулий, украшавших тускло освещённый зал. Огромные напольные часы у противоположной стены показывали половину одиннадцатого, и Гермиона почти физически ощущала, как с каждой секундой сокращаются её шансы остаться одной в замке. Малфой медлил с отъездом, а с возвращением Элая она будет под постоянным присмотром — дворецкий ни за что не позволит ей спуститься в подземелье. — Чем-то расстроена? — поинтересовался холодный голос. Гермиона вышла из оцепенения и обернулась. Малфой вернулся в комнату, теперь с ним был небольшой рюкзак из гладкой драконьей кожи, небрежно перекинутый через плечо. — Нет, просто задумалась, — невинно пожала плечами она. — Постарайся не попадать в неприятности в моё отсутствие, Грейнджер, — попросил Малфой с саркастичной усмешкой. — Я вернусь завтра к вечеру и очень надеюсь, что к тому времени поместье не будет лежать в руинах. Так что, пожалуйста, ради дома моих предков, не ищи проблем на свою голову. Гермиона закатила глаза. — Раз уж ты так любезен… Я рассмотрю твою просьбу. Малфой не успел ничего ответить на откровенную издёвку, когда входная дверь театрально распахнулась и тёмная фигура переступила порог поместья. По мере приближения тьма вокруг расступалась. Гермиона ещё не могла хорошенько рассмотреть вошедшего, но этот зелёный джемпер она узнала бы из тысячи — даже теперь, когда его рыжеволосый обладатель выглядел таким уставшим и помятым. — Рон! — громко выдохнула Гермиона. Она сорвалась с места ему навстречу, обвила руки вокруг его шеи и крепко прижала к себе. Мгновение Рон находился в оцепенении, но уже в следующую секунду его глаза наполнились теплотой и он заключил Гермиону в крепкие объятия. — Привет, — устало сказал Рон, широко улыбнувшись, прижал Гермиону сильнее, и, склонив голову, с наслаждением вдохнул аромат её волос. — Я скучал. — Элай! — позвал Малфой, грубо прерывая радость воссоединения. Рон и Гермиона мгновенно отшатнулись друг от друга, как нашкодившие первокурсники, и оба покраснели. В коридоре показался Элай с метлой и рюкзаком Рона, порванным в нескольких местах. Дворецкий почтительно поклонился. — Да, сэр? — Мне казалось, я просил тебя покормить фестралов, а не подбирать бездомных оборванцев с улицы, — отозвался Малфой. — Засранец, — прошипел Рон себе под нос. — Мистер Уизли заблудился, — ответил Элай. — Повезло, что я нашёл его на полпути в поместье. — Я бы с удовольствием посмотрел на его попытки пробраться мимо плотоядных растений. Зрелище было бы крайне занимательное, — в голосе Малфоя сквозило искреннее разочарование. — Отвали, — огрызнулся Рон и вновь повернулся к Гермионе. — Ты пытался пробраться в поместье? — обеспокоенно спросила она. — Да. Я получил твоё письмо. — В доказательство своих слов он протянул свёрнутый пергамент, адресованный профессору Макгонагалл. Глаза Гермионы расширились, когда она осознала, какую ужасную ошибку допустила. — Рон! — воскликнула она. — Я… Мне так жаль, что ты это прочёл. — Да уж. Как только я узнал об этой твари, я… — «Об этой твари»? — резко оборвал его Малфой. — Да, — в тон ему отозвался Рон, непроизвольно выпрямляясь и прожигая Малфоя гневным взглядом. — Существо, которое бегает по твоему замку и сжигает всё на своём пути. Рот Малфоя дёрнулся, но Драко мгновенно взял себя в руки. — Трепло ты, Грейнджер, — бросил он. — Я тебе жизнь спас, а ты жалуешься всем вокруг, как над тобой тут издеваются. — Я такого не говорила, — попыталась оправдаться Гермиона. — И ты не спасал мне жизнь! — Мистер Малфой, — поспешно вмешался Элай, прервав разгоравшуюся ссору. — Ваши дела не терпят дальнейших задержек. — Дела? — подозрительно осведомился Рон. — Да, — резко бросил Малфой. — Это то, чем нам — людям с работой — приходится заниматься. Он небрежно поправил рюкзак на плече и направился к парадному выходу. — Я вернусь к завтрашнему вечеру, — бросил он Элаю, проходя мимо него, и добавил едва различимым шёпотом: — Надо будет кое-что обсудить. — Да, сэр, — кивнул Элай. — Счастливого пути. — Надеюсь, ты себе что-нибудь сломаешь! — выкрикнул Рон, и за звуком громкого хлопка двери Гермиона смогла различить несколько отборных ругательств от Малфоя, о существовании которых она даже не подозревала. Элай тактично сделал вид, что ничего не услышал. — Я приготовлю ужин, мистер Уизли, — вежливо обратился он к Рону и направился на кухню. Как только Элай скрылся за одной из многочисленных дверей, Гермиона схватила Рона за руку и потащила за собой по длинному лабиринту коридоров, пока они, наконец, не оказались у входа в её комнату. — Кажется, всё не так плохо, как я предполагал, — поражённо проговорил Рон, заходя внутрь и окидывая взглядом дорогую мебель и роскошный декор. Гермиона уселась на кровать и похлопала ладонью по свободному месту рядом с собой. Рон без колебаний подчинился и уселся рядом. Гермиона заглянула ему в глаза, и на её лице отразились беспокойство и сожаление. — Прости, что напугала тебя, — наконец проговорила она. — Кажется, в том письме я немного перегнула палку. Гермиона старалась, чтобы её голос звучал ровно и спокойно. Она сразу поняла, что о происшествии в Северной Башне лучше не упоминать. — Это не твоя вина, — ответил Рон. — Я тоже немного погорячился. Гарри и Джинни, наверно, с ума сходят от беспокойства, пока мы тут разговариваем. — Ты не сказал им, что уезжаешь?! — Не совсем. Когда сова принесла письмо, я собрал вещи и ушёл той же ночью. — Не стоило так поступать, — мягко проговорила Гермиона, накрывая ладонь Рона своей. — В свою защиту могу сказать, что у меня была веская причина. Тварь, которую ты описала, это не шутка. Очень похоже на тёмную магию. — Знаю, — хмуро проговорила Гермиона, склоняя голову Рону на плечо. — От тебя ужасно пахнет, кстати, — добавила она с улыбкой. Рон рассмеялся. — Я ушёл посреди ночи и потратил весь день, чтобы сюда добраться, — начал он притворно обиженным тоном. — Прости, но душ был в конце списка моих приоритетов. — То есть ты действительно вот так запросто пошёл искать поместье, не зная, где оно находится? — Гермиона постаралась выразить неодобрение, но в глубине души она была счастлива, что Рон отправился за ней. — У меня были твои воспоминания о разговоре с Малфоем, но он не рассказал, как добраться до самого замка, так что дворецкий вовремя на меня наткнулся. — Элай, — подсказала Гермиона. — То есть он сам тебя нашёл? — Ну, — задумался Рон, — он как будто… Мне кажется, он меня искал. — В смысле? — Я стоял на платформе и разговаривал с каким-то психом, который убеждал меня, что пробраться в поместье невозможно, потом я просто сел на скамейку и стал думать, что делать дальше. И пару минут спустя он просто… появился рядом со мной и спросил, как меня зовут. Я хотел послать его подальше, но тогда он сказал, что слышал мой разговор с тем парнем и мог бы помочь добраться до замка, потому что работает на Малфоев. У меня было два варианта: пойти с ним или вернуться домой. Я решил рискнуть, понадеявшись, что он не окажется каким-нибудь психопатом-убийцей. — Не думаю, что он искал тебя, — произнесла Гермиона. — Всё звучит вполне логично. — Логично? — Ну, Малфои ведь очень… дорожат своей безопасностью. Готова поспорить, что все населённые пункты в округе находятся под наблюдением. Скорее всего Элай просто узнал, что ты идёшь, и решил встретить тебя до того, как ты погибнешь, пытаясь проникнуть внутрь. — Возможно, — ответил Рон, не желая спорить. — Я сейчас вообще ничего не соображаю, я целый день не ел. — Элай готовит очень хорошо и очень быстро. А тебе не помешало бы принять душ перед ужином. — Есть более интересные дела, которыми можно заняться до ужина. — Рон озорно улыбнулся и поцеловал Гермиону за ухом. — Рон, прекрати, — захихикала она, но он притворился, что не слышит, и приобнял её за талию, одновременно оставляя на щеке дорожку из поцелуев. Ситуация чуть не вышла из-под контроля, но тут в дверь настойчиво постучали и Рон с Гермионой отстранились друг от друга. — Кто там? — громко спросила Гермиона. — Ужин на столе, — объявил Элай из-за двери. — Я буду ждать вас с мистером Уизли в обеденном зале, мисс Грейнджер. — Спасибо, — поблагодарила Гермиона, уворачиваясь от очередного поцелуя и вставая с постели. — Эй, мы ещё не закончили! — запротестовал Рон. — Ты потный и голодный, как самый настоящий зверь, — улыбнулась Гермиона. — Прими душ, и пойдём ужинать. — Убила всё веселье, — проворчал Рон, состроив по-детски обиженную гримасу и вставая с кровати вслед за Гермионой. — Кстати, у меня совсем нет сменной одежды. — Уверена, Элай уже обо всём позаботился, — отозвалась она, практически заталкивая Рона в ванную комнату двумя дверями ниже по коридору. Как она и ожидала, внутри обнаружилась зелёная мужская пижама из шёлка, комплект сменной одежды, а также полный набор свежих полотенец. — Это?! — Глаза Рона заметно расширились. — Я не собираюсь надевать бельё Малфоя. — Рон, всё чистое, — устало вздохнула Гермиона, закатывая глаза. — Ни за что! — Хорошо, можешь ужинать голым, — проворчала она и захлопнула дверь, оставляя Рона одного. — Упрямый баран.

* * *

В темноте маленького коттеджа Малфой, нахмурившись, крутил в руке бокал. Драко в очередной раз поменял положение на неудобном жёстком стуле, так отличавшемся от привычных мягких и глубоких кресел поместья. Ночь за окном была непроницаемо чёрной, а стены снаружи окружал странный противоестественный туман, который только добавлял к общему неприятному впечатлению и жуткой тишине в этом домике на окраине Болгарии. Стрелки часов давно перевалили за два часа ночи, и Драко, несмотря на все усилия, был не так бдителен, как того требовала ситуация. — Я рад, что ты наконец пришёл, — произнёс Лестрейндж, наполняя бокал Драко наполовину. Его голос звучал вполне обыденно, будто бы они не сидели сейчас во временном убежище преступника, а Драко просто нанёс дружеский визит. — Пришёл бы раньше, если бы знал, где ты прячешься, — ответил Драко. — Признаться, я несколько удивлён, что ты выбрал Болгарию. — Я удивлён не меньше твоего, — отозвался Лестрейндж с грубым смешком. — Опасное место. — Зато влияние Министерства ничтожно и распространяется настолько, насколько удобно нам, — ответил Лестрейндж с улыбкой. — Похоже, ты особенно ценишь удобство в данной ситуации. — Удобство — это роскошь. — Лестрейндж продолжал улыбаться. — Но годы упорной работы — кровь и пот, причём в буквальном смысле, — не были потрачены впустую. С именем Лестрейнджей всё ещё считаются. — Ах, да. — На лице Драко отразилось понимание. Он поставил бокал с нетронутой медовухой на стол, который скорее походил на толстый, неумело обструганный кусок дерева. — Максимус. — Ты помнишь. — Голос Лестрейнджа звучал так, словно он был впечатлён, но выражение его лица осталось холодным и бесстрастным. — Мне пришлось связаться с ним и попросить о парочке одолжений. Сущий пустяк для него. Держать Министра магии на поводке крайне удобно, но ты и сам об этом прекрасно знаешь. — И надолго ты планируешь здесь задержаться? Лестрейндж поёрзал на стуле, устраиваясь поудобнее — то, что для Драко в данной обстановке представлялось совершенно невозможным, — и широко улыбнулся, обнажая пожелтевшие зубы. — Пока погода позволяет. — Да, тут довольно тепло, — произнёс Драко, выглядывая в окно. — Хотя довольно дождливо в… — Я не об этой погоде, — прервал его Лестрейндж. — А о той, которая позволит мне вернуться в Англию без лишних осложнений. — В Англии холодно, — отозвался Драко, принимая его игру. — Слишком холодно. — Хочешь сказать, меня никто не ждёт? Драко сохранил спокойное выражение лица, обдумывая вопрос. — От нового министра ничего не слышно, будет сложно подсунуть своего человека в Министерство. — Какое жалкое и ничтожное препятствие, — протянул Лестрейндж. — Возможно. — Я слышал, Поттер неплохо продвинулся по службе. Ходят слухи, что скоро он будет главой Отдела магического правопорядка. — Это слухи. — Мне надо вернуться до того, как он приблизится к верхушке. Мы оба знаем, что он начнёт закручивать гайки во всей системе безопасности, как только получит власть. Если я смогу пробраться в страну сейчас, получится избежать многих затруднений. — Неплохой план, — равнодушно отозвался Драко и потянулся за стаканом, решив, что один глоток не повредит. — Естественно, мне потребуется твоя помощь. Лицо Драко не выразило ни удивления, ни смятения. Он лишь согласно кивнул и водрузил стакан на стол. — Естественно. — Как тебе медовуха, Драко? — неожиданно поинтересовался Лестрейндж. Во взгляде Малфоя на долю секунды сверкнуло беспокойство, но затем лицо снова скрыла маска равнодушия. — Текстура грубовата на мой вкус, — отметил он, рассматривая стакан с разочарованием и лёгким презрением. — Какая жалость, мне ведь всегда нравилась твоя выпивка. Лестрейндж издал холодный пустой смешок, отразившийся от мрачных стен. — У тебя всегда был отцовский нрав, — произнёс он, вновь растягивая губы в самодовольной улыбке. — Старина Люциус только и смотрел, как бы увильнуть от работы. Всегда предпочитал отсидеться в большом доме с бокалом вина, чем залезть в самое дерьмо. — Для тебя, — начал Драко с холодными нотками в голосе, — я залезаю в самое дерьмо. — Вопрос в том, насколько глубоко? — Так, чтобы можно было легко отмыться, — ответил Драко и саркастично добавил: — В конце концов, я должен блюсти свою репутацию. — Отлично, — произнёс Лестрейндж. — Я знал, что могу на тебя рассчитывать. — Как ты планируешь попасть в Англию? — спросил Драко после небольшой паузы, старательно скрывая собственное нетерпение, но выражение лица Лестрейнджа изменилось. — Рад, что ты спросил, — наконец ответил он. — По-моему, Болгария сейчас гораздо безопаснее для тебя. В Англии только и ждут твоего появления. — Верно. Поэтому меня больше беспокоит не то, как попасть туда, а как остаться незамеченным. Мне понадобится хорошее место, чтобы укрыться. Надёжное место. — Тебе всегда рады в поместье, — беззаботно отозвался Драко. — Разумеется, — добавил он, — моё гостеприимство распространяется лишь на членов семьи. Твоим дружкам придётся найти другое укрытие. — Разумеется, — эхом повторил Лестрейндж. — Я рад, что ты сделал правильный выбор, — добавил он. — Очень рад. Драко взглянул на часы — время близилось к трём утра. — И тем не менее, — начал он, — ты сравниваешь меня с отцом. — Я же не сказал, что ты унаследовал его глупость, — усмехнулся Лестрейндж. — Но ты любишь деньги и власть, совсем как он. — Брось, дядя Ральф, — насмешливо отозвался Драко, — думаю, мы оба согласны, что власть является высшей целью. — Неужели? — Власть над людьми, над территорией, над судьбой — не к этому ли мы все стремимся? Теперь лицо Лестрейнджа выражало неподдельное ликование. Он потянулся к столу и схватил свой стакан с медовухой. — А вот за это, — с нескрываемым удовольствием проговорил он, хватая бутылку, — я с радостью выпью. Он опрокинул бутылку, наполняя стаканы до краёв. Драко взял свой и поднял над головой, когда Лестрейндж произнёс короткий тост: — За власть над всем. — И над всеми, — добавил Драко, и два бокала встретились с громким звоном.

* * *

Рон вошёл в обеденный зал двадцать минут спустя в зелёном джемпере и джинсах, с интересом разглядывая великолепную обстановку, но замер, заметив пристальный взгляд Гермионы. — Я помылся, — сообщил он, усаживаясь рядом. На столе находились четыре блюда с разными видами мяса и две глубокие тарелки с гарнирами: картофельным пюре и овощами на гриле. — Ты надел грязную одежду! — возмутилась Гермиона. — Тебе самому не противно? — Нет, — честно ответил Рон. — Я лучше буду носить свою грязную одежду, чем притронусь к тряпкам Малфоя. Гермиона закатила глаза, но решила не развивать тему. — Ешь, — сказала она, придвигая ближайшую тарелку с курицей. Рон потянулся за дальней тарелкой, на которой аппетитно расположился жареный кусок говядины, и за картофельным пюре. — Хорошо пахнет, — признал он. — Нужно отправить сову Гарри и Джинни, — напомнила Гермиона, прожевав первый кусочек. — Сказать, что всё хорошо. — Да, знаю, — кивнул Рон, чувствуя укол совести. — Надеюсь, у них всё нормально. Гермиона потянулась за овощами, но тарелка была слишком далеко, и Рон поднялся с места, чтобы помочь ей, случайно задев её руку. Гермиона дрогнула и невольно отпрянула. — Что? — удивился Рон. — Ничего, — поспешно ответила Гермиона, нервно перекладывая овощи к себе на тарелку. — Что-то не так? — Я же говорю, ничего, — настаивала она. Гора овощей на тарелке становилась всё больше, но Гермиона словно не замечала своих судорожных движений. Рон мягко взял её за запястье, заставляя выпустить ложку. Он аккуратно закатал рукав, и его глаза расширились в ужасе. Вдоль руки Гермионы красовались длинные красные рубцы от недавно заживших ожогов — свидетельство событий, произошедших в поместье в последние несколько дней. — Рон… — слабым голосом начала Гермиона. — Всё не так плохо, как кажется. — Так ты про эти ожоги писала? Гермиона тихонько кивнула, страшась непривычно спокойного выражения на лице Рона. Краем глаза она заметила, как его ладони сжались в кулаки, а вены на руках проступили особенно отчётливо. — Рон, поверь мне. Он провёл тёплыми пальцами по ожогам. Гермиона слегка поморщилась от боли и тут же об этом пожалела, заметив, как изменилось лицо Рона. — Он заплатит. — Рон, послушай, — обеспокоенно произнесла она, положив руки ему на плечи в попытке успокоить. — Это же не шутки, Гермиона! Она могла различить ярость, плескавшуюся в его взгляде, когда Рон поднялся из-за стола и с силой пнул свой стул. Гермиона тут же поднялась вслед за ним и схватила за руки, мягко поглаживая пальцами его ладони. — Он заплатит, — повторил Рон. — Я об этом позабочусь. — Рон! — взмолилась она. — Просто послушай меня… — Здесь нечего слушать. Когда он вернётся, я убью его. Гермиона прижала ладони к его лицу, заставляя посмотреть ей в глаза. — Я не… Я не думаю, что это случилось по вине Малфоя, — медленно проговорила она. — В смысле? — раздражённо спросил Рон, но голос звучал заметно спокойнее, и Гермиона отняла свои прохладные ладони от его лица. — Я думаю, — начала она, — что это существо… Оно не подчиняется Малфою. На лице Рона отразилась растерянность, и Гермиона потянула его за руку, заставляя сесть обратно на стул. — Когда оно напало… Когда она напала на нас, Малфой сражался с ней и она обожгла и его тоже. Гнев уступил врождённому любопытству, и теперь Рон заинтересованно слушал, впитывая каждое слово. — Она пугает его не меньше меня. — Ну и что же всё это значит? — Это значит, — Гермиона глубоко вздохнула, — что в поместье Малфоев творится что-то странное.