Обычная жизнь

Закат. Пора выкладывать фотографии в БТК.

— Билл, задница дряблая, вставай! — кричал старший из близнецов, уже в какой раз пытаясь разбудить своего брата, но тот никак не реагировал и продолжал мирно лежать в своей постели, что-то невнятно бормоча. Кажется, связанное с «отвали, сука, спать хочу». Но Тому-то что? Ему безразлично, что хочет Билл. Главное! Том хочет винограда. Царь захотел — холоп подал. Что здесь непонятного? — Вставай, я тебе повторяю еще раз! — теперь это был не крик, а скорее жалобный писк. Походу парень сейчас начнет истерить. Но младшему все равно. Он так же продолжал валяться в своей кровати, даже не сдвинувшись с места. О, нет, рукой шевельнул! И лучше бы он этого не делал! Старший близнец резко схватил его за кисть и, что есть мочи, потянул на пол. Снизу послышался непечатный немецкий мат. Томас же, увидев перед собой отнюдь не приятную картину, отвернул голову, прикрыв глаза рукой и, недовольно пробормотав: — Спать в боксерах запретили? Или твой детородный орган уже не влезает в положенное место, Вильгельм? Билл изобразил лицо «not bad», без тени смущения опустил взгляд вниз и, будто с неохотой, прикрыл это место одеялом, упавшим вместе с ним. — Ты как-то говорил, что у тебя член растет каждый день? Кажется, теперь у меня такая же ситуация. Не подсобишь, как справиться? Оу! Я понял! Тебе Рия помогала? — уголки губ младшего близнеца разошлись в издевательской ухмылке, после чего он получил подзатыльник от брата. Билл смешно сморщил нос и встал с пола, соизволив, наконец, одеться. Его взгляд наткнулся на часы, которые стояли на тумбе и шумно тикали, вынося мозг. Глаза парня увеличились — он разозлился! — Ты совсем с ума сошел, Томас?! Мать твою, ты смотрел на время?! Четыре часа вечера! Том пожал плечами и присел на край кровати, пытаясь изобразить выражением своего лица как можно более сокрушающуюся мордашку. Его уголки губ поплыли вниз. Глаза виновато опущены, а чуть длинные реснички едва содрогаются. Щеки как у бурундучка. Прекрасный вид. — Мне просто захотелось винограда. Младший схватил с тумбы злосчастный браслет и кинул в своего брата, прошипев: — Ты случаем не баран по гороскопу?! — и тут же пожалел, что сказал такую чушь. Они ведь близнецы. Ну и значит, что бараны оба. Том умный, сразу вцепится в неудачную шутку. Но походу парень так сильно хотел винограда, что даже и не додумался. А жаль… Был хороший шанс. Вместо этого он насупился и, поймав кинутый в него предмет, подскочил к Биллу: — Живо оделся и пошел со мной в магазин! Ещё одна хуйня, сказанная в мою сторону, и наш с тобой отец зря потел. Вильгельм громко заржал, согнувшись пополам. Спустя секунду начал смеяться и старший близнец. Вот такие вот у них утренние ссоры. Не прошло и нескольких часов, как парни уже сидели в своей машине и возвращались обратно домой. Времени ушло гораздо меньше, если бы по пути им не встретились сумасшедшие фанаты. Хотя у близнецов сумасшедшие фанаты были года три — четыре этак назад. Когда младший проходил мимо витрин, сзади к нему подскочила невысокая брюнетка с явно неприятным голосом «Билл Каулитц!». Услышав свое имя, тот обернулся к ней и, хлопая невинно глазами, пробормотал: — А… Автограф? — Незнакомка оскорбилась такому вопросу рок-звезды и покачала головой, мол, «какой на хрен автограф?!» — Я хочу фото с тобой. — Увы, сегодня я плохо выгляжу, — раздражительно бросив в ответ брюнетке, звезда развернулась, и пошла прочь из магазина. Теперь младший близнец сидел на первом сидении, копошась с приложением БТК в своем IPhone, одновременно размышляя о ситуации, в которую он попал. Какого черта? Что за наглость? Отказаться от автографа?! Билла Каулитца обидели. Он теперь ни с кем не разговаривает. Том же тем временем жадно пожирал свой виноград, аккуратно ведя машину. Если его брата-близнеца данная ситуация оскорбила, Тома она лишь позабавила. Он так громко и долго смеялся, что порой ему не хватало кислорода, а голос предательски срывался, походя на мышиный писк. — Мы давно не выкладывали фотографии в приложении, — наконец заговорил Билл, продолжая лазить в своём IPhone и мельком, читая комментарии фанатов к посту, которого поместили там парочку дней назад. — Согласен, — ответил старший с улыбкой, закидывая в рот очередную виноградину, — Хочу признать, что наш последний пост не набрал особой популярности. Когда я читал комментарии пару часов назад, там была одна муть. — Брось! Слушай, — брюнет удобно уселся на своем сидении и, набрав воздуха в легкие, принялся читать своему братцу: — «Aliens, мы должны признаться в наших отношениях с Томом. Мы вместе уже два месяца, и хочу сказать, что Том не является таким, каким старается показать себя на публике. Мы очень сильно любим друг друга и вскоре собираемся пожениться». Билл, читая этот комментарий под постом, изображал мимику и голос маленькой глупой девочки, иногда размахивая свободной рукой. Кау-старшего снова одолела истерика. Еще чуть-чуть и с глаз польются слезы. — Мои фанаты самые лучшие, Билл, я всегда тебе это говорил. — Да, конечно, братец, они лучшие. Только некоторые наличием мозгов сильно смахивают на тебя. Томас показал младшему средний палец и, нажав на газ, резко развернулся, получая необходимую дозу адреналина. — Нам лучше не говорить о твоих фанатах. Ты настолько им вбил в голову понятие «настоящей любви», что теперь ни один из них не может найти себе парня в реале. Вместо этого, они разглядывают твои плакаты на стенах и, кусая губы, льют слезы в подушку, думая только о том, как же жизнь несправедлива, ведь их «истинная любовь — звезда мирового масштаба — Билл Каулитц». А мои фанаты хоть трахаются время от времени. Любят меня, но трахаются. — С гордо поднятой головой Билл слушал Тома и кивал при каждом его слове. — У тебя нет сердца, Том. Занимаешься сексом со своей Рией и предаешь своих девочек. — У каждого парня должна быть своя шлюшка. У меня Риа, у тебя правая рука. — Я все ей расскажу. — Шантажист и сволочь! — Тот лишь отмахнулся на угрозу в его сторону и вновь устремил свой взгляд в окно, наблюдая за тем, как солнце прячется за горизонтом, разбивая небо на несколько осколков, напоминающих кроваво алые лучи. И тут Билла осенило: — Останови машину! — Что?! Что такое?! — Останови машину, урод! Срочно! Томас резко ударил по тормозам, смотря на своего близнеца напуганными огромными глазами. — Тебе плохо? — заботливо спросил он. — Нет, у меня идея, — самолюбиво улыбнувшись, Вильгельм выскочил из машины, прихватив свой IPhone. Встав у обрыва, парень поднял его над собой и запечатлел на камеру сию очаровательную картину. Спустя минуту, он сел обратно в машину, скинув в БТК фотографию с банальнейшей надписью «Закат». Том, поняв, в чем было дело, усмехнулся, покачав головой. Машина сорвалась с места. — Фанаты будут в восторге, — заявил напоследок Кау-младший и со спокойной душой откинулся на спинку сидения. Парню нравились такие непредсказуемые, до безумия опасные поступки. Да, они самые верные! И пусть весь мир будет у его ног.

Твинцест. Кто это придумал?

Старший Каулитц, одетый в пижаму, лежал в своей кровати и читал очередную книжку, заткнув уши музыкой. Странно было что, несмотря на то, что его разбудила Риа рано утром, Том находился в хорошем расположении духа. Утренний секс. Что может быть лучше для такого извращенца, как он? Риа знает его, как свои десять пальцев. И знает, как угодить ему. Не успел Том перевернуть дочитанную страницу, как что-то тяжелое упало рядом с ним. Он отложил книгу, вынул один наушник и устремил взгляд в бок. Рядом с ним улегся его младший брат: — Господи! Том! Я такое видел! Я… Я, в ауте! Фу! Зачем я зашел на форум! Черт-черт-черт! Том! — парня охватила истерика. Том же закатил недовольно глаза и убрал свой плеер подальше, полностью сконцентрировав свое внимание на Билле. Чуял он, что такое доброе утро должно по любому обломаться. Либо скандалом с Рией, либо вот такой подобной истерикой братца. — Так. Для начала успокойся, что такое? Волосы не уложились? Не тем лаком ногти накрасили? Порезался, когда брился? Телефон разбил? Вещь потерял? На каждый вопрос Кау-старшего его брат качал головой. — Тогда что, Вильгельм? Билл потянулся и взял ноутбук. Убедившись в том, что он подключен к интернету, он быстро зашел на форум фанатов Tokio Hotel. — Ты что, зарегистрировался там? Да ты дурак! Что ты там делаешь? — Фанфики читаю, — недовольно бросил Кау-младший в ответ на тупой вопрос старшего. Пару кликов и готово: он находится в разделе «творчество — слэш, твинцест». Тыкает на первый попавшийся фик и дает ноутбук Тому. — Читай. Да не блюй, договорились? Том пожал плечами и молча взял его из рук, расположил на коленях и принялся читать сие произведение. Младший зловеще ухмыльнулся, взял плеер брата и заткнул уши, наслаждаясь песнями. Он до сих пор находился в неприятном шоке. Конечно, он не первый раз читал такие фанфики, но это было уже слишком. Настолько было подробно все описано… Настолько пошло… Вульгарно… Фу! Билл повернулся к Тому. В какой — то степени он доволен, что попал на этот форум. Одно выражение старшего Каулитца чего стоило? Глаза огромные, губы приоткрыты, грудь вздымается от частого дыхания. Вынув наушники из ушей, он захлопал в ладони и громко засмеялся: — Я не буду мучить тебя этим фанфиком… Садись ближе! Нет, идиот, не на колени! Ты походу начитался фанфика. Давай ноутбук. Том с окаменелым лицом протянул его обратно брату, который уже заходил на другой сайт и что-то искал. По лицу ясно, что затеял брат. А вдруг пристанет? Вдруг ему нравится твинцест? Каулитц старший молил Бога, чтобы Риа скорее вернулась домой. С ней проводить ночь намного приятнее, чем с Биллом… Ой, он уже подумал об этом! Он представил это! Это плохо! — Ты что такой отрешенный? — спросил Билл между делом, посмотрев мимолетно на брата, — Понравилось? — Я просто не понял, почему я снизу? Я не хочу так! Младший засмеялся пуще прежнего, что-то записав в строку адреса для поиска: — Хочешь быть сверху? — снова взгляд устремлен на Тома. Кошачий хитрый и сексуальный взгляд. Сыграл ему правой бровью. И снова истеричный смех. — Я пошутил! Успокойся. Тома чуть не хватил инфаркт, пока брат так усердно пытался переубедить его в подобном. Ему даже на секунду показалось, что Билл заигрывает с ним. Да уж… младший начитался. Тому боязно было даже подумать о том, сколько Билл прочитал таких текстов. Если ему казалось, что он до невозможности развращен, то сейчас он был уверен в том, что развратнее этого автора нет на белом свете. Как это вообще могло прийти ей в голову? Кошмар… Хм, интересно, а Билл хорош так в сексе, как этот автор в своем фанфике написал? — Блять! — закричал Том, поняв, что думает вообще не в ту степь. А Билл снова засмеялся. Такая реакция брата доставляла ему удовольствие. Он с наглой усмешкой повернул ноутбук и указал взглядом, чтобы тот взглянул на экран. — Блять! — снова крикнул старший, и спрыгнул с кровати. Нужно быть подальше от своего младшего близнеца. Раз он смотрит такое — значит, он думал о таком. Верните ему прежнего стеснительного Билла. На экране ноутбука красовался довольно реалистично сделанный фотошоп. Твинцест. Билл, спаренный с Томом! Если близко не приглядываться, то этот «картинку» легко было спутать с обычной фотографией. Младший близнец, покоящийся сверху на старшем. Губы к губам. Глаза в глаза. Братья, окутанные страстью, похотью и любовью. Удачно! Но противно. Биллу тоже это не нравилось, но он пытался всем своим видом показать, что вот «он не боится любой пошлости, как Том». Старший, напротив, сморщил свое лицо и зажмурился: — Убери, уебок! — парень с неохотой присел рядом с Биллом, когда тот соизволил убрать ноутбук в сторону. Но прежде, чем убрать, он пару раз что-то ткнул на клавиатуре и закрыл его. — Это лучше Камасутры, — заявил Кау-младший и встал с кровати, направившись к выходу из комнаты старшего близнеца. Краем глаза увидев, что Том собирается кинуть в него книжкой, он быстро закрыл дверь с другой стороны и, смеясь, пошел к себе. — Сволочь! — запищал старший и взял в руки свой ноутбук, включил его. Читать книги он уже не хочет. Музыку слушать тоже не хочет. — Билл Каулитц, я спускаюсь, блядская сука! — добавил он с отвратительнейшим криком и сломя голову выбежал из своей комнаты, оставив включенный ноутбук, на фоне которого стоял тот самый фотошоп с братьями. Им не нужен секс. Их ожидает драка.

Прощайте, волосы Георга!

Очередное, ничего не значащее утро для младшего близнеца. Бедный парень не спал всю ночь. Спасибо половому акту Тома и Рии. Ну, хоть одно хорошо, к утру он все-таки окунулся в царство Морфея. И спал он от силы часа два. Кошмары замучили его. Проснулся — еще хуже дела обстоят. Забежал к Биллу Густав (он-то привык просыпаться рано, на остальных ему похуй чисто говоря), попросил его прилепить пластырь к его мозолям — Густаву надо отрепетировать свое соло. Спустя некоторое время забежал Георг, который попросил Билла чуть укоротить его прическу, так, убрать кончики. Младший, конечно, согласился. Хоть что-то стоящее сделает за весь день, кроме лежания на своем диванчике с блокнотом в руках, куда он непонятно что чиркает для нового альбома. Настроение паршивое… Не то, что паршивое, а гадкое. Билл хочет кому-то насолить. Брату он насолил вчера ночью. Густава трогать нельзя — он шуток сейчас не понимает. Остается Георг. И тут младшему в голову пришла идея. Прическа! Новая прическа для Георга! Такую, которую вообще никто не ожидал, даже сам Билл! Парень быстро выходит из своей комнаты и направляется на кухню, откуда доносились недовольные возгласы трех идиотов: — Да вы неправильно вступаете. Я отыграю свое, затем вы, что непонятного?! — вторил Густав, теребя палочки в руках. — Слушай, Густ, ничего не получится, пока Георг свое дерьмо в унитаз не спустит! — ответил Том, доставая из карманов брюк медиатор. Георг же громко засмеялся: — Я не хочу в… Не успел он докончить, как младший забежал к ним и хитро улыбаясь хлопнул в ладоши: — А надо, дорогой! Откладываем репетицию, я буду стричь Георга. Том, прикати кресло, а ты, Хоббит, садись у зеркала. Он послушно сделал то, что велел «король моды». Эх, не знает он, во что вляпался. Бедный Георг. Вильгельм снял со своей шеи черную повязку, — А давай мы завяжем тебе на глазах его? Я хочу сделать тебе сюрприз. — Но ты же отстрижешь мне только кончики. — Кончики — благое дело тоже. Уж я-то знаю толк в этом, давай, не ссы. Георг тяжело вздохнул и согласился, а «парикмахер» быстро закрыл глаза своему «клиенту». Прежде чем приступить к делу, Билл повернулся к Тому и Густаву, коснувшись указательным пальцем своих губ, давая понять тем, чтобы они молчали. Конечно, они догадывались по шкодливому выражению лица, что все это хорошим не кончится, но молчали, обдумывая в голове все ситуации, которые сейчас может сотворить солист группы. Билл схватился за длинный хвост Георга и одним движением руки отрезал ему волосы. — Том, беги сюда! — вскрикнул он, кинув на пол отрезанный хвост. Георг начал кричать. Кричать и смеяться одновременно. Это истерика? Да, точно! Сколько лет он их растил. Это же золотые волосы Георга, которые любят его фанаты. Все, с ними покончено! Нет той фишки, что позволяло его узнавать из толпы людей. — Держи его! — кричал между делом младший близнец, быстро придавая форму его волосам. Напоследок, когда их окрашивали, Георг расслабился. Уже нет причин для истерики. Волос уже не осталось. — Готово, — гордо заявил Билл, снимая повязку с глаз мученика. Он встал из кресла с огорченным выражением лица (остальные трое умирали со смеху). Из зеркала на него смотрел совершенно другой человек. Георг уже не тот, кто был раньше. Крепкий мужчина с отличным телосложением и карими глазами, излучающими доброту и надежность. В его коротких, каштановых волосах, ухоженных и зачесанных набок, путалось солнце, от чего они отдавали неким рыжеватым оттенком. Прямой нос с небольшими алыми губами придавали ему изюминку, а тонкие брови были немного нахмурены, как будто мужчина постоянно о чем-то думал. Резкое изменение… Но… Ему походу нравится, а может и не нравится. Покопошившись в своих волосах, Георг улыбнулся и повернулся к Биллу: — Спасибо за то, что постриг кончики. А ведь бедный парень чувствовал, чувствовал же своей пятой точкой, что раз он не пошел в туалет и не спустил свое добро, то его многое сегодня ожидает. — Пожалуйста, — засмеялся брюнет, постучав по плечу друга, — Такие перемены никому не мешали. Конечно. Раз Биллу перемены не мешают, значит и никому другому это мешать не будет.

Достал секс.

Полночь. Билл лежал в кровати, размышляя о будущем названии альбома. Муза, как назло, никак не желала приходить, а в голову, то и дело, лезли абсолютно бредовые мысли. Билл устало потер виски и посмотрел на их общую фотографию группы. Он с ненавистью отбросил свой блокнот в сторону. Все занимались, хрен знает чем! Да и причина агрессии была более чем обоснована: Густав вконец обленился, да и Георг со своей депрессией (прим. автора: Билл обрезал золотые волосы Георга. Как нам жить?) совсем забыл о работе. Том же занят своим барбиобразным чучелом, то есть своей Рией. А Билл… Что Билл? Он каждую ночь слушает стоны и крики женщины Тома с верхнего этажа. И в этом акте страсти, для Билла и не пахло возбуждением. — Ах…Том, сильнее… — в который раз услышал он. — Господи, Том, ради всего святого, вдолби ей посильнее! Я хочу спать, — в сердцах прошипел парень. — Еще… Да… Еще… — Похоже, заканчивать они не собираются. Такое ощущение, что эта девка никогда не кончит. Что за бред?! Либо у Тома проблемы, либо его Риа — ненасытная корова. И снова громкий стон, но теперь не Рии, а Тома. Боже, неужели все?! Неужели можно лечь и заснуть? Тишина. — Слава богу! — Вздохнул младший, чья голова покоилась под подушкой, улегся поудобней и закрыл глаза, как тут. — Каулитц, давай, глубже… — Снова крики Рии? От переизбытка очень теплых чувств, младший из братьев свалился с кровати. Неужели его так Бог наказал или прокляли фанаты за трехгодовое ожидание альбома? Да такими темпами Билл его никогда не закончит. Пришла мысль о звукоизоляции помещения, но как ее осуществить в два часа ночи? В таком шуме не то, что муза не придет, она же заляжет на дно от страха. Стоны Рии и Тома эхом блуждали по дому. Уши резало. Дышать становилось тяжелее. А Биллу казалось, что еще немного и из носа пар пойдет! Взяв первую попавшуюся вещицу, он кидает ее в потолок. — Заткнитесь! — что-то с ужасным треском упало на пол. Вскочив с кровати, Билл закричал, что есть мочи: — Мой телефон, блять, мой телефон! Том, я убью тебя! — орал он, направляясь к выходу из комнаты, чтобы подняться наверх к Рие и Тому, которые в это время кропотливо изучали подаренную младшим им Камасутру. Билл уже сотню раз пожалел о том, что сделал это. Сам же себе подписал договор — мучиться всю оставшуюся жизнь под стоны этих двух! — Том, да-да-да! — вскрикнув, зажал уши руками, — Кончай же ты уже, наконец! — Точно у кого-то с этим проблемы. Вдруг его взгляд падает на ноутбук, и он останавливается. На Билла, наконец, нашло то самое, долгожданное вдохновение. Билл ухмыльнулся, посмотрел на потолок и гаденько засмеявшись, потер руки. Сев за стол, он включил ноутбук и зашел в твиттер на страницу группы. «Привет, Aliens! Хочу обрадовать вас. Релиз нового альбома состоится 25 сентября 2014 года. Я надеюсь, что он вам понравится! Ждите новостей. Билл. Том. Георг. Густав» Опубликовав такой «прекрасный» твит, младший с радостным выражением лица прыгнул на кровать, затем лег и взял свой второй телефон, чтобы отписать SMS Тому о таком важном событии. «Том, поздравляю, у тебя месяц для обработки твоих аккордов. Удачи. Релиз альбома 25 сентября 2014 года». И что, что так рано? В принципе, ему ничего делать не надо. Если только доработать тексты своих песен, придумать название для альбома, и купить красивый микрофон. Зато Тому, Георгу и Густаву, ох, как пахать! Он ведь говорил им раньше, что пора приниматься за работу, а парни все растягивали время, утверждая, что фанаты дождутся. Конечно, дождутся! Альбом через месяц! Прислушивается к тишине… И понимает, что с верхнего этажа больше не слышны стоны. Ура! Дело сделано! Спустя десять секунд, дверь со всей дури ударяется о противоположную стену, оставляя внушительную вмятину и в комнату Билла врывается полуголый Том, держа в руках свой телефон и, скрипя зубами, шипит: — Ты дебил?! Какой релиз?! — Секса будет меньше, — бросает шкодливым лицом младший. Теперь хоть не ему одному пахать придется, потеть будут все …