За тобой в Ад

Когда Ферб проснулся в первый раз, то сначала решил, что находится у себя дома. Потом он приоткрыл глаза и постепенно вспомнил, где находится на самом деле. Ферб просыпался ещё несколько раз, переворачивался на другой бок и вновь засыпал. Глаза жутко слипались, и проснуться не получалось. После долго перелёта он очень сильно устал и был готов проспать целые сутки. Время тянулось очень долго, но Ферб даже не следил за ним и не беспокоился о том, что может встать поздно. В комнате было светло и прохладно, поэтому парень иногда кутался в одеяло с головой. Никакие посторонние звуки не мешали его сну — они казались далёкими и приглушёнными, даже если раздавались за стеной. Стены были тонкие, а соседи — шумные. Они громко топали, что-то у них постоянно падало. Ферб резко проснулся, когда его настойчиво стали трясти за плечо. — Эй, Ферб, просыпайся. Уже первый час, пора. Парню потребовалось несколько секунд, чтобы понять, кому принадлежит этот голос. Он неохотно развернулся и приоткрыл глаза. Над ним навис Финес. Несмотря на бодрый голос, он выглядел ещё сонным — даже не причесался, и спутанные рыжие волосы торчали во все стороны. На его лице появилась широкая улыбка, и он опять сказал: — Вставай, уже пора. — Что пора? — сонно спросил Ферб. — Обедать. Ферб устало вздохнул и отвернулся. Ему хотелось только спать. Тогда Финес потряс его ещё раз, уже не так сильно, но это всё равно раздражало Ферба. — Не хочу, — пробормотал он, — отстань. — Твоя кузина сказала, чтобы я тебя разбудил, — в ответ Ферб промолчал, и Финес продолжил, — она хотела поговорить с тобой, пока не ушла на работу. Ферб нахмурился и неохотно сел, а Финес, довольный этим, слез с его кровати и вышел из комнаты. — Не задерживайся, — сказал он напоследок. Ферб плюхнулся обратно и посмотрел в потолок. Он понадеялся, что Финес не всегда такой энергичный и надоедливый. Элайза сидела за столом на кухне и пила чай, когда Ферб наконец-то пришёл. Она проводила его задумчивым взглядом, прокручивая в голове всё то, что он сказал ей по телефону несколько дней назад. Ничего дельного парень не сообщил и только в общих чертах описал ситуацию. Элайза не была занудой или в роде того, но эта идея ей мало нравилась, несмотря на это она не могла отказать. Особенно Фербу. Он сел напротив неё и понадеялся, что этот разговор не затянется надолго. — Рассказывай, — сказала она, бросив быстрый взгляд на часы. — Желательно всё и правду. Ферб уже практически наизусть заучил то, что должен был сказать ей, поэтому не растерялся и убедительно начал: — Дело в том, что Финес ищет своего отца, и я согласился помочь ему в этом. Он должен быть где-то в Лондоне. По крайней мере, был. А мы пробудем здесь примерно до Рождества. — До Рождества? Это же почти месяц, — скептически сказала девушка. — А как же школа? Дядя Лоуренс в курсе всего этого? Только не говори мне, что ты сбежал из дома. Это же тебе не игра, Ферб. Он медленно кивнул и отвёл взгляд в сторону. — Я надеюсь, ты оставишь наш визит в тайне, — тихо произнёс он, — потому что это очень важно. Понимаешь, тут дело касается наследства. Конечно, меня это не касается, но мы с Финесом очень близки, и я не мог отпустить его одного. Я оповестил отца, и ему эта идея не понравилась… тогда я поступил по-своему. — Не похоже на тебя. Ферб всё ещё смотрел куда-то в сторону задумчивым взглядом, и Элайзе стало немного не по себе. Между ними повисло молчание. Ферб ждал, пока кузина как следует обдумает всё это и, возможно, задаст ещё вопросы. По лицу сложно было что-либо определить, но Элайзе казалось, что он чем-то очень озадачен. Наверное, это всё действительно очень важно, и он надеется, что она поймёт его. В конце концов, у неё уже не было пути назад. — Хорошо, на ходу ещё разберёмся, — в итоге согласилась она. — Только у меня есть несколько условий: посуда и уборка в доме висит на вас, никаких вечеринок и все ваши расходы только на вас. Элайза встала и отнесла свою кружку на кухню, даже не дожидаясь ответа. Значит, это не обговаривается. Он победно улыбнулся, но потом вновь принял прискорбный вид, проводив сестру взглядом, когда та направилась в коридор одеваться. — Буду поздно, — крикнула она напоследок и ушла. Ферб уже совсем не хотел возвращаться в постель, но и идти куда-то не было желания — на улице шёл дождь. Он только что понял, что не знает, где сейчас Финес. На секунду это озадачило его. Сейчас Ферб надеялся побыть в тишине и наедине с собой. Финеса не было видно до самого вечера. Наверное, он спал всё это время. Ферб не собирался это проверять. Он спокойно слушал музыку, удобно устроившись на диване: закинув ноги на спинку и свесив голову вниз. Он дремал и не видел того, что происходило вокруг него. Финес подошёл к нему и сел на корточки, чтобы их лица были примерно на одном уровне, а потом снял с Ферба наушники. Тот открыл глаза и чуть заметно нахмурился, но Финес даже не заметил этого и положил наушники рядом. — Не хочешь выйти на улицу? Ферб бросил взгляд в сторону окна, но не увидел ничего, потому что уже стемнело. По крайней мере звуков дождя не было. — Дождь уже давно закончился, — продолжил Финес, поняв по взгляду мысли собеседника. — Нельзя же весь день сидеть дома. На самом деле Фербу совсем не хотелось выходить на улицу. Он молча смотрел на Финеса и ждал, пока тот сам отстанет от него. — Нам нужно придумать, чем мы будем заниматься всё то время, пока я не узнаю, куда именно уехал мой отец. Я знаю только то, что он собирался куда-то в эту страну. Возможно, это уже не так. Времени очень много прошло. — Ты уверен, что должен знать? — всё-таки подал голос Ферб. — Я точно знаю, что он говорил об этом с Раяном, но моя дырявая голова не может вспомнить, о чём конкретно они говорили. Вернее мы… или всё же они, — Финес неловко улыбнулся, — в общем, ты меня понял. Ферб потянулся к своим наушникам, чтобы взять их, но Финес поднял их раньше и занёс над головой, чтобы он не дотянулся до них в таком положении. — Подожди, мы не договорили. — Поговори об этом с Элайзой. Может быть, она сможет устроить тебя на работу, — а потом строго добавил: — И не наглей. Верни мне наушники и займи себя чем-нибудь, я устал. Финес тихо рассмеялся в ответ на это и сел на пол рядом, облокотившись плечом на диван и положив на край голову, чтобы видеть лицо Ферба. Он не собирался возвращать наушники и, тем более, куда-то уходить. — Я ведь теперь не подчиняюсь тебе, ты помнишь? — Это была просьба. — Ну да, именно так, — с нотками сарказма ответил Финес. Ферб устало вздохнул, но решил промолчать. Кажется, этот парень практически не изменился. Даже если закрыть глаза, то складывалось впечатление, что они находятся никак не в двадцать первом веке. Финес чувствовал тоже самое, но это не вызывало у него той грусти, которая одолевала Ферба при каждом воспоминании. Немного подумав, Флинн сказал: — Давай договоримся кое о чём, — он подождал, пока Ферб обратит на него всё внимание, и продолжил: — Может, сделаем вид, что ничего не было? Давай закроем глаза на всё, что было в прошлом, и попробуем узнать друг друга заново? Эта идея показалась Фербу очень заманчивой. Он сможет держать все переживания при себе, и Финес не будет пытаться лезть в его душу. Это не единственный плюс, который Ферб сразу увидел. Он сам не желал вспоминать о том, каким был в прошлой жизни, и будет замечательно, если Финес не будет напоминать об этом. — Ладно. Финес улыбнулся и повертел наушники Ферба в руках. — Если хочешь, можешь не делиться со мной, а только слушать. Я не против, — добавил он. И с этим Ферб был согласен. Он видел желание его наладить их отношения и получше узнать друг друга, поэтому не собирался противится. В конце концов, Финес прав, выбирая такой путь. Сейчас Ферб прокручивал в голове всё то, что думал о нём тогда, когда ещё не знал, что их что-то связывает. Сам по себе Финес был приятным и неконфликтным. С ним можно было договориться и найти общий язык, что определённо нравилось Фербу, поэтому он был уверен, что они смогут ужиться вместе. Особенно, если Ферб закроет глаза на его прошлую жизнь. Финес без спроса воткнул в своё ухо один наушник, а второй отдал Фербу. Потом попросил включить его любимую песню. Хотелось бы знать, о чём сам Финес думал в этот момент.

***

В клубе, где работала Элайза, было многолюдно каждый вечер, а громкая музыка порою оглушала. Однако постоянных клиентов можно было пересчитать по пальцам, и Финес уже почти успел их запомнить, хотя работал там не больше недели. На должность помощника бармена его временно устроила Элайза, которая была там администратором. Ей не составило труда договориться с директором, которому, судя по всему, было важно, чтобы на этой должности был хотя бы кто-нибудь, пока предыдущий постоянный барбэк находится в больнице после тяжелой операции. Финесу нравилась эта работа, и шумной он её не находил. Вся эта оживлённость наоборот поднимала ему настроение. Чаще всего он возвращался домой ближе к утру, но иногда работал днем и тогда приходил вечером. Городок, в котором они жили, был не таким крупным, и высоких домов не было. Ночью там было тихо и спокойно, поэтому Финесу очень нравилось возвращаться домой в это время. Он уже с нетерпением ждал прихода зимы и так же хотел встретить летний рассвет на улочках этого городка. Однако он понимал, что к лету будет находиться совершенно в другом месте, где-то очень далеко отсюда. Почему-то Финесу казалось, что это точно будет не дом. Он поддерживал связь только с Кендис: пару раз отправлял ей на почту письма с нового аккаунта и большего себе не позволял. Да и желания у него не было. Ферб же целыми днями либо ничего не делал, либо сидел за примерными чертежами Финеса, дорабатывая их. Парни виделись не так часто, и он всегда выслушивал все рассказы Финеса: тот говорил много и обо всём, что произошло с ним за день. Слушать его было даже интересно, поэтому Ферб никогда не перебивал. В один из будних дней Финес возвращался домой немного раньше, чем обычно. На часах было около двух часов ночи, и он практически не устал, но ему хотелось поскорее вернуться домой. Узкая дорога, по которой он шёл, пролегала на самой окраине города. С левой стороны возвышался тёмный лес, а справа в километре простирались крыши домов. Кроны деревьев, растущих там, внизу, чуть выглядывали из-за низкой ограды, поэтому не закрывали вид. Дорога была освещена плохо, но зато город было отлично видно. Во многих домах и на улицах горел свет, иногда по улочкам проезжали машины, а откуда-то доносилась тихая музыка. Финес спрятал руки в карманы и временами бросал взгляд на город, который очаровывал его своей теплотой и простотой. Это помогало ему отвлечься от жуткого чувства, вызываемого безлюдной и плохо освещённой дорогой, по которой он шёл. Обычно он добирался на общественном транспорте, но в это время уже никакие автобусы не ходили. Ему до сих пор было жутко находиться на улице ночью, особенно, когда не было должного освещения и людей. Деревья тяжело раскачивались на ветру и шумели. Листьев уже почти не было, и на землю летели лишь мелкие остатки, уже иссохшие и мокрые после мелкого дождя. Дожди шли часто, небо почти всегда было затянуто облаками, и даже сейчас не было видно звёзд. Возрастающая луна освещала быстро бегущие тучи, когда они не закрывали её. Их посеребрённые края чётко вырисовывались на фоне чёрного непроглядного неба. Финес остановился и вместе с лёгким порывом ветра услышал пение. Голос был совсем тихим, еле уловимым, а слова и вовсе казались неразборчивыми. Парень сначала заворожено смотрел в пустоту перед собой, затем его глаза широко распахнулись от накатившего страха, и он тряхнул головой в надежде, что это прекратиться. Однако ничего не изменилось: тихое пение продолжало доноситься до его ушей. Кругом не было ни души, а все посторонние звуки будто бы канули в глубины тёмных вод и практически растворились в них. Финес не мог определить: звучит непонятная песня только в его голове или доносится откуда-то из города? Долго размышлять он не стал и как можно быстрее пошёл дальше, борясь с желанием кинуться вперёд со всех ног. Песня иногда становилась тише и временами прерывалась, словно у невидимого певца заканчивалось дыхание, а потом он продолжал свою протяжную песню с новой силой, пел её ещё громче и с большим отчаянием. Финес зажал уши руками, и тогда чужой голос пропал. Слышно было лишь громкое биение собственного сердца и тяжелое дыхание. Вскоре впереди показались огни домов. Один из районов города располагался на возвышенности, и именно туда нужно было Финесу. Только тогда парень замедлил шаг и осмелился убрать руки от ушей. Теперь же песня затерялась среди иных звуков и порывов ветра, а потом совсем стихла. Финес тяжело дышал, пытаясь унять своё сердцебиение и избавиться от жуткого мотива, который засел в голове. Он хотел как можно скорее оказаться дома и решил, что ему больше не следует возвращаться пешком. В коридоре был выключен свет, и Финес не стал включать его, решив использовать в качестве фонарика мобильный телефон. Сняв верхнюю одежду, он отправился в ванную, чтобы умыться прохладной водой. Ему нужно было подняться на второй этаж, что он сделал практически бесшумно — только половицы тихо поскрипывали под его ногами. Затем он вошёл в ванную комнату и сразу включил свет, щуря с непривычки глаза. На душе стало спокойнее, когда тьма вокруг рассеялась, но это не помогло полностью избавиться от неприятного впечатления. Где-то внутри до сих пор трепетал страх, заставляя сердце биться быстрее. Финес включил воду и умыл лицо, затем облокотился руками на раковину. Мысли начинали проясняться, и внезапно навалилась усталость после длительного рабочего дня. Финес поднял голову и пристально посмотрел на своё отражение. Его лицо никак не изменилось за последнее время, но ему показалось, что на лбу появляются морщины, потому что он часто хмурится. Финес провёл пальцем между бровями, а потом вдруг улыбнулся. Разве мог он подумать, что подобное будет волновать его? Нужно улыбаться, смотреть на мир позитивно, и тогда проблем будет гораздо меньше, а жизнь станет проще. Когда Финес выключил воду, услышал шаги в коридоре. Значит, кому-то не спится. Почему-то он был уверен, что это именно Ферб. Обернувшись, парень увидел Ферба, который стоял в дверном проёме, облокотившись плечом о косяк. Темнота за спиной парня казалась теперь совсем непроглядной, как будто мир существует лишь в этой холодной ванной комнате, освещенной искусственным светом лампы. Финес облокотился руками на раковину позади себя, боясь лишиться опоры, и попытался улыбнуться. Губы его дрожали, и вышло очень натянуто и устало, слишком измучено. Сердце до сих пор отбивало громкие удары, звенящие в ушах громче любых других звуков. — Ты очень бледный, — Ферб чуть свёл брови к переносице, и в его голосе мелькнули еле заметные нотки беспокойства. — Кажется, я схожу с ума. Финес тихо вздохнул, и с его лица исчезли последние следы улыбки. Он посмотрел на потолок, потом в сторону, на чисто-белые плитки. Сейчас всё произошедшее не казалось столь реальным, как это было на улице. Ферб смотрел на него около минуты, не проронив больше и слова. Даже когда Финес медленно направился в его сторону, он не собирался говорить что-либо ещё и лишь шагнул назад, давая возможность выйти. Ленивым движением Финес выключил свет, и теперь темно стало везде. Перед глазами было светло еще долю секунды, а потом медленно начали вырисовываться во тьме очертания коридора и дверь в его конце. — Я слышал голос, — тихо произнёс Финес, еле шевеля губами, — незнакомый голос. Кажется, он звучал вовсе не в моей голове. По спине Ферба прошлись мурашки. Он стоял совсем рядом, почти плечом к плечу, и чётко слышал каждое его слово. — Как будто это был ветер. — И что он говорил? — после недолгого молчания спросил Ферб. Финес вглядывался в стену, а потом посмотрел на Ферба, пытаясь разглядеть и его. Ему показалось, что тому стало немного не по себе и теперь они оба чувствуют отголоски того леденящего кровь страха. — Он пел. Ферб, пребывающий в лёгком оцепенении, вдруг встряхнул головой, пытаясь избавиться от наваждения. — Очередное ведение? — Нет же, — тон Финеса стал каким-то умоляющим, а его холодные пальцы вцепились в руку Ферба. — Это было нечто иное. Я слышал это не в своей голове. Как будто кто-то стоял недалеко от меня и пел. Ферб развернулся и постарался разглядеть в темноте выражение его лица. — Тебе нужно поспать, — сказал он. — И завтра утром взглянуть на это ещё раз. Пойдём. Ферб осторожно взял его за руку, отцепляя от себя, но сразу не отпустил. Пальцы уже почти не дрожали, и он сам казался не таким напуганным. Убедившись в том, что Финес способен дойти до комнаты, он отпустил его и сам направился вперёд по коридору. Финес стоял на месте какое-то время, рассматривая удаляющуюся фигуру. Ноги у него были длинными, несмотря на футболку почти до середины бедра и растянутые бриджи. Осанку он держал ровно, с чем у самого Финеса всегда были проблемы. Парень часто сутулился и в редких случаях сидел правильно, а Ферб всегда держал спину прямо. По крайне мере Финесу так казалось, и он только сейчас глубоко задумался над этим, рассматривая своего спутника. Темная фигура Ферба выглядела слишком утончённой и завораживающей, как будто он был чем-то далёким, отличным от этого мира, потусторонним. Возможно, его натура была этому причиной. Душа, которая прошла через века и множество других жизней, оставалась всё той же. Ферб приоткрыл дверь, на пол упал слабый свет настольной лампы, которая горела в комнате. Зелёные волосы приобрели тёплый оттенок, и весь образ будто бы вновь ожил. Финес мотнул головой и наконец пошёл за ним в комнату. Он уже практически не испытывал того ужаса и вместо этого чувствовал себя частью уже совершенно другого мира, где есть такие прекрасные вещи, как перерождённый много раз прекрасный принц и затяжное мистическое пение, леденящее собственную тёмную душу.