L'amore e' una cosa difficile (Любовь - сложная штука)

      И изумленно уставился на большой красивый член Франчески, гордо выпрямившийся, освобожденный от тесного белья.        — Это… это что такое?! — Джастин шокированно пялился на покачивающийся орган.       Франческа улыбнулась:              — У самого разве такого нет?        — Так ты… — Джастин перевел круглые от шока глаза на Риччи.        — Ну да, я парень. Мое имя, похоже, неверно расслышали, и записали как «Франческа», но на самом деле я Франческо. Парень. Ну, мне это не мешало.        — Но ты встречался с Килом! — Джастин всё еще не мог поверить, что всё происходящее — не бред его воспалившегося сознания.        — Ну да, я гей, и что с того? В Италии не может быть геев?        — Ах ты! … — Джастин даже не мог подобрать подходящих слов — ни цензурных, ни нецензурных. Он… он позволил себе влюбиться в парня! Он хотел трахнуть парня! Он мечтал о парне! Хотя он же думал, что это девушка, так что простительно… Но он не смог отличить парня от девушки! Совсем уже двинулся умом! — Ах ты, сволочь!       Потом Джастин вспомнил, как ревновал Франческо к тому неизвестному парню, как переживал это, как жестоко напился после этого… и он не мог так это оставить.        — Ты заплатишь мне за всё!        — За что? Я тебе ничего не делал, ты первый начал накручивать ситуацию! — возмутился Франческо.       Вместо ответа Джастин закрыл итальянцу рот грубым поцелуем, кусая его губы почти до крови, затем сдернул джинсы и белье прочь. Расстегнул свои джинсы, обнажая свой всё еще возбужденный член — зрелище бессильного перед ним Риччи, неважно какого пола, вызывало в нем сильнейшее желание.        — Не надо! — крикнул Франческо и попытался позвать на помощь, однако подавился криком — Джастин грубо развел его ноги в стороны и резко, без подготовки, вошел в него.       Внутри Франческо было куда лучше, чем в любой из девушек — узко, тесно, до одурения жарко. Джастин начал двигаться, и с каждым толчком кайфовал всё сильнее. Ощущения были непередаваемые: волны сладости растекались по телу одна за другой.        - Ты, наверное, уже успел перекувыркаться со всей Италией, — не мог не сказать гадость Бибер, насилуя хрипло стонущего от ужасной разрывающей боли Франческо. — Дыра, как ведро. — На самом деле это было совсем не так, но Джастин не хотел сознаваться в этом.       С каждым толчком Бибер входил всё глубже в тело Риччи, пока не вошел до конца и замер, прислушиваясь к невероятно приятным ощущениям и ощущая мелкую дрожь боли жертвы. Затем снова начал двигаться, с удовольствием видя выступающие слезы на прекрасных кофейных глазах парня.       Наконец Джастин сделал пару толчков и застонал, изливаясь внутрь Франческо. Затем американец прилег рядом, тяжело дыша и приходя в себя от офигенного оргазма — ни с кем у него такого не было.        — Если ты обозлился на того парня, с которым меня сегодня видел, то это мой кузен Романо, — тихо произнес Франческо, с трудом превозмогая боль во всем теле. — Я понимаю, ты хотел меня, ты заревновал, и вот… Зря насиловал — если бы ты нормально себя вел, то я был бы с тобой с большим удовольствием.        — Нахрен ты мне сдался, парень? — лениво протянул Джастин.       И тут до его слуха донесся щелчок, а затем он оказался подмят чужим телом. Франческо сумел перевернуть его и застегнуть за его спиной наручники.        — У меня опыт в таких игрищах, — подмигнул итальянец. А что ему теперь терять? Нельзя не отомстить этому заносчивому американишке. Поэтому Франческо стащил сопротивляющегося и матерящегося Бибера на пол и поставил перед собой на колени между своих разведенных ног. — Теперь твоя очередь ублажать, малыш, — он издевательски протянул последнее слово — точь-в-точь, как это делал сам Джастин. — И только попробуй кусаться — все зубы выбью.       Джастину ничего не оставалось делать, кроме как раскрыть рот пошире и впустить член Франческо в свое горло. Из-за больших размеров органа парню казалось, что его челюсть сейчас оторвется. С губ капала слюна, парень давился, пока итальянец размеренно двигался в его горле, что-то бормоча на своем языке.       Неожиданно Франческо издал гортанное рычание, и в пищевод Джастина полилась горячая сперма. Парень начал давиться, но Риччи держал его за затылок, пока не кончил до конца.        — Знаешь, а ты неплох, Бибер, — отпустил его затылок Франческо и насмешливо посмотрел в карие глаза, полные ненависти и унижения. — Уверен, ты отсосал всему Нью-Йорку. А теперь, — итальянец опрокинул Джастина на кровать лицом вниз и поднял за бедра, сдирая джинсы, — продолжение нашего секс-банкета.