Daltonian

POV Luke       Я любил смотреть фильмы разных жанров. Будь это какой-нибудь навороченный спецэффектами боевик с Джейсоном Стэтхэмом, сопливая мелодрама про двух подростков, один из которых, болеет смертельной болезнью или же дешевый ужастик с участием тупоголовых героев, неспособных сообразить в нужное время. Но я никогда бы не подумал, что моя жизнь станет основным сюжетом одного из таких фильмов. А все начиналось, как в многочисленных историях с банальным концом. Например, с простого переезда в Америку. Тогда я был совсем другим человеком, не воспринимающим мир в своих собственных глазах.       Первый день в новой школе для моей матери был таким волнительным моментом, что она забыла все правила дорожного движения. Мы трижды врезались в минивен какого-то заносчивого старика, который не хотел давать нам проход на парковке. И только когда мама благополучно выехала на трассу, я по-настоящему расслабился. Я знал, что сейчас она начнет объяснять мне, как эффективнее познакомиться с новыми ребятами в старшей школе. Она делала такую мини-лекцию в своей машине каждый раз, когда мы переезжали в новый город. Только теперь мы находимся в другой стране. С другими законами, окружающими людьми и даже едой.       Я уже до того вызубрил все ее слова, что перестал слушать их еще в четвертом классе. Мама никогда не понимала, что если я в наушниках, то это может означать лишь одно: «Я не слышу тебя или не хочу слышать». На самом — то деле это два разных предложения, но суть одна и та же.       Мне нравилось смотреть на солнечное небо из окна машины, погруженным в свои глубокие, как я считал, мысли. И когда я спускался на землю, видел множество проезжающих машин, из которых доносилось пение американских семей. В первый раз вижу людей, радующихся поездке на работу. Я не сразу заметил, как девочка с пассажирского сидения начала махать мне руками, при этом улыбаясь во все тридцать два зуба. Хотя одного зуба ей точно не хватало. Я лишь смутился, хмуря брови и отворачиваясь в противоположную сторону. Не люблю детей. Хоть и сам недавно был ребенком.       Деревья, здания, животные, люди. Все казалось мне одинаковым. Я чувствовал себя немым героем в черно-белом фильме. Маленький мальчик, который жутко боится будущего и ненавидит прошлое и настоящее.       Я медленно погружался в царство бредящих снов, вроде летающих коров в космосе, что приснились мне прошлой ночью, пока машина резко не затормозила, и я не ударился об лобовое стекло. Я застонал от резкой боли в районе висков и лба. Мама с тревогой потянулась ко мне, но я отдернул ее руку, натягивая капюшон черной толстовки на голову и стараясь уснуть во второй раз. Но сегодня не тот день, чтобы высыпаться до потери сознания. — Милый, ты же знаешь, что я только недавно научилась водить, — начала оправдываться женщина. Я сделал музыку потише с желанием услышать ее извинения. — Это не повод убивать своего ребенка, — решил ответить я. Но это больше было похоже на недовольное бурчание старика, которому не уступили место в автобусе. — Когда я поеду за тобой обратно в школу, то обещаю, что приторможу как вполне адекватный водитель, — пообещала она. Я прикрыл глаза, но женщина не желала так быстро сдаваться, поэтому нажала на кнопку, вызывающую раздражающий звук сигнализации. — Люк! Прошу тебя, хватит спать. Мы уже пятнадцать минут стоим возле твоей новой школы. Мне насильно пришлось снять наушники. — Я не виноват в том, что ты не умеешь нормально парковаться. — Я повернул лицо в ее сторону. — Постарайся найти здесь друзей, — с мольбой в глазах, попросила она.       Мы так часто переезжаем из-за моих проблем в школе, что у меня нет такого понятия как «друзья». Я думаю, их просто не существует. Люди общаются, проводят время со своими якобы «друзьями», потому что, бояться одиночества. А я считаю одиночество своим вторым другом, после Ланы Дель Рей. В определенные моменты она заглушает своей музыкой моих внутренних монстров.       Я открыл дверцу машины и собирался выйти, как мама снова окликнула меня. Мне хотелось тысячу раз проклинать себя за то, что я родился, но я лишь повернулся. — И, ради Бога, сними эти дурацкие очки! — воскликнула женщина, наклоняя голову в бок. Я проигнорировал ее, вышел и захлопнул дверь. Она знала, почему я всегда надеваю солнцезащитные очки, когда выхожу на улицу, но все равно продолжала заставлять снимать их. И я никогда не слушал ее.       Внимание многих подростков было обращено на неуклюжее вождение моей матери. Я поправил рюкзак и быстрее направился в здание, чтобы не слышать глупые насмешки учеников о нашей старой мазде.       Я всегда ненавидел школы, потому что чувствовал себя еще большим ничтожеством, кем на самом деле и являюсь. Множество ребят переходили из кабинета в кабинет, постоянно толкая меня в сторону туалета. Я чувствовал себя потерянным жирафом, потому что, я единственный, кто выделялся из толпы из-за своего высокого роста. Это один из главных комплексов в моей голове.       Мне нужно было найти кабинет 348, в котором преподавал какой-то мистер Беркинс. После долгих десяти минут ходьбы на первом этаже, я поднялся на второй. И, к счастью, сразу же нашел кабинет. Перед тем как зайти, я вспомнил еще одиннадцать таких моментов, когда входил в новый класс.       Весь кабинет был засыпан бумажными самолетиками и плевками учеников. Группа спортсменов со своими «идеальными» девушками стояли кучкой у противоположной стены кабинета и смеялись над идиотами, что пулялись ручками в девушку со склонностью к математике. Честно говоря, я и не рассчитывал на нормальный класс с нормальными учителями. «Просто стоит перетерпеть все это дерьмо», — как любит говорить моя мать.       Я все еще стоял на пороге и наблюдал за этой банальной картиной, как раздался, режущий слух, звонок и ворчание мужика, что стоял сзади меня. — Проходи или выметайся, — проговорил низкий мужчина в красной спортивной мастерке и потертых брюках. Он явно не выспался, судя по его мешкам под глазами и растрепанным волосам. Вероятно, это и был мистер Беркинс.       Я неуверенно прошел в класс, присаживаясь на первую парту второго ряда. Все последние парты были заняты, и это было единственное свободное место. Многие наблюдали за мной с интересом, а многие, с желанием поиздеваться. Таков жестокий подростковый мир, в который я совсем не вписываюсь. — Итак, малолетние засранцы. К моему большому сожалению, в этом году я буду Вашим учителем английского и физкультуры, — Беркинс облокотился на свой рабочий стол, крутя в руках ручку. На доске, жирными буквами, было написано непристойное слово, поэтому в классе было слишком шумно.       Замечая этот переполох, Беркинс закатил глаза и вместо того слова, написал «деградация». — Крейг, заткни свой рот! Иначе я выгоню тебя из команды! — закричал мужчина на какого-то слабоумного качка. Я открыл свою черную тетрадь, чтобы хоть ненадолго отключиться, рисуя картинки, созданные в моей голове. — Ты. — Вдруг послышался пронзительный голос возле моих ушей. — Сними очки! Ты не на концерте Билли Джо!       Уж поверьте, было бы намного лучше на концерте Green Day, чем задыхаться в четырех стенах с этими придурками. Я послушно снял очки, стыдливо опуская свои глаза. Я не любил внимание.       На самом деле, я надевал очки, чтобы хоть немного чувствовать себя обычным человеком. Ведь все люди в солнцезащитных очках видят намного темнее. Когда я их снимал, то снова чувствовал себя ничтожеством, которое живет в своем бесцветном мире. — А ты ведь новенький, верно? Дружок, мне очень жаль, что ты попал в этот обезьянник, — обратился ко мне учитель. В ответ я кивнул и отвел свой взгляд на окно.       Все вдруг перестали шуметь, когда из коридора послышались громкие женские ругательства. Я же не обратил на это внимание, хотя обычно замечаю все.       Длинноволосая шатенка с татуировкой на шее и специально порванной майкой буквально ввалилась в класс, при этом, не извиняясь, а просто спокойно проходя мимо учителя. Это было что-то новое. — Гувер, черт тебя возьми! — Кажется, крик мистера Беркинса здесь был для всех привычен. — Да, Берк? — нагло обратилась она, и какие-то парни с третьего ряда свистнули ей. — Берком будешь называть своего жирного мужа в сорок лет, а я мистер Беркинс. — Но я не собираюсь выходить замуж за мужика, который будет напоминать мне о Вас. — О боже, сядь на свое место.       Девушка победно улыбнулась и присела, к троим парням, что свистели ей. Я искренно удивлялся такой самоуверенности и дерзости для девушки. Весь урок она и ее слегка пришибленные друзья перебивали Беркинса своими пошлыми и неуместными комментариями.

***

      Когда наступал ланч, я всегда старался не заходить в кафетерий, а сидеть возле окна в полном одиночестве и поедать приготовленный мамой сэндвич. Местные задиры всегда отбирали у меня еду, и я старался избегать их.       Заходя в школьный кафетерий, я сразу же заметил ту девушку. Она сидела за центральным столиком вместе с синеволосым парнем, громко смеясь и кидая в него картошку.       Не думал, что панки могут занимать почетное место в «школьной иерархии». Наверняка эти ребята популярны. Но мне нет до этого никакого дела. Я сел за самый последний, к слову, сказать грязный столик. Не самое лучшее место.       Доставая сэндвич, я не заметил, как ко мне подсели два парня. Они прижали меня своими телами с двух сторон так, что мне было трудно дышать. — Чувак, это наше место, — заговорил один из них. Худощавый рыжеволосый парень возмущенно посмотрел на меня. Интересно, как этот столик может быть вообще кем-то занят? — Я могу пообедать в другом месте, — робко ответил я, собираясь вставать. — Нет, нет. Оставайся, — улыбнулся другой парень в точности похожий на первого. Я встряхнул головой, чтобы убедиться, что это не галлюцинации. — Мы близнецы. — Засмеялись те. — Я Джерри. Это Том. Будем друзьями? Никогда не любил заводить знакомства, но избавиться от них можно очень быстро. Мне больше по душе быть странной одиночкой. — Конечно. Я Люк. — Поправляя очки, произнес я. — Добро пожаловать в число лузеров! — воскликнули они и обняли меня с двух сторон. Я не понял этот знак, поэтому кашлянул, чтобы они перестали это делать. — Это Билли, — близнецы заметили мой долгий взгляд в ее сторону. — Она играет со своими друзьями в рок-группе, поэтому они для всех «некий авторитет», — сказал Том. — По крайне мере футбольная команда старается не трогать их, — продолжил Джерри. — Да мне как-то все равно, — пробурчал я, прожевывая сэндвич. — Как знаешь. Но держись от этих популярных ублюдков подальше. В прошлом году из-за Крейга моя голова поплавала в женском туалете. — Эм. Спасибо, что предупредили, но мне пора идти, — замешкался я. Мне хотелось как можно быстрее отвязаться от них. — Не проблема.       Я поправил рюкзак и направился, как не странно, в пустой коридор. По расписанию сейчас у меня была химия. — Эй, ты! — я повернулся и увидел кучку парней из футбольной команды, которые еще недавно сидели за столиками в кафетерии.       Именно так проходили мои дни в каждой школе. Но только из-за своей матери я буду терпеть этот последний год. — Люк, верно? — Я остановился и кивнул. — Мы здесь не любим новеньких. Поэтому я покажу тебе небольшой урок, чтобы ты не делал глупостей, — сказал парень в центре толпы, снимая мои очки с лица.       Я заметно напрягся, но это их все больше и больше забавляло. — Спокойно, парень, — засмеялся тот. — Считай это обрядом. Он взял их в свои руки, медленно проводя пальцами возле стекол, тем самым нервируя меня еще сильней. Затем он бросил их на пол и начал вдребезги топтать. Я расстроено наблюдал, как вещь гнется под сильным давлением его ботинка. — Крейг, теперь ты должен ему очки. — Все устремили взгляд на Билли. Что она здесь делает? — Лучше не лезь, Гувер. Она усмехнулась и близко подошла к парню. — Ты же не хочешь, чтобы все узнали о твоей маленькой грязной тайне, — прошептала девушка. Парень злобно посмотрел на нее и поднял мои сломанные очки. — Считай, что сегодня тебе повезло, — кинул он и скрылся. — Спасибо, — попытался улыбнуться я, но вышло не очень. — Тебе и вправду повезло, что мимо проходила я. Просто найди себе друзей и старайся избегать их, — подмигнула девушка, засовывая руки в карманы джинсов и направляясь в другую сторону.