Клетчатый шарф

      Как некоторым людям удаётся по одному взгляду на незнакомца сказать: плохой он или хороший человек? Обычно родители с самого детства стараются разделять для детей понятия «хорошо» и «плохо». Родители Люси, конечно же, тоже возложили на себя этот долг.       «Твой учитель, — говорили они, — хороший человек. Она показывает тебе мир с разных сторон, учит, вкладывает в тебя знания, делает всё ради твоего светлого будущего, как и мы. Вот те неотёсанные мужики, что распивают алкоголь в парке, плохие люди. Никогда к ним не подходи. Убегай, если они заводят разговор первыми. Твоя подруга Джувия тоже хороший человек. Она помогает тебе с учёбой, никогда не бросит в беде, она мила и открыта. Ты должна радоваться, что у тебя есть такой друг. А теперь почитай газету, сводку полиции. Взгляни, что там пишут. Воры, убийцы, маньяки, одним словом, преступники. Эти люди не просто плохие, они ужасные, отвратительные. Из-за них мирным гражданам всегда приходится быть начеку. Люси, запомни, с ними связываться опасно для жизни!».       Люси всегда была послушным ребёнком. Всё, что говорили ей родители, она запоминала наизусть и никогда не шла против их слов. Поэтому её представления о преступном мире были именно такими: атмосфера жути, вечного страха, взаимной ненависти друг к другу; компании необразованных и, главное, безнравственных людей, которые, совершив даже небольшое преступление, в скором времени смогут и человека убить. Совести же у них и подавно нет.       Но что не так было с этим парнем? Нацу не казался ей каким-то особо страшным, её скорее пугало то, что он часто многое не договаривал. Нарушать закон для него, определённо, вошло в привычку, однако она не замечала, чтобы он делал это без крайней необходимости. Он часто улыбался, много шутил, в том числе и над ней, хотя, после его краткого рассказа о своей жизни, она понимала, что поводов для улыбки у него немного. А разве это не качество хорошего человека, улыбаться несмотря ни на что? Девушка окончательно запуталась. Всё оказывалось не совсем так, как говорили родители. Кому теперь верить: взрослым, что твердят одно и то же, или собственным чувствам?

***

      После того, как наша троица вернулась с неудавшегося концерта в Сольферино, Нацу и Люси не стали терять времени. Первый приготовил мотоцикл, карту заправочных станций и мест, где смогут остановиться в случае чего. Девушка же позаботилась о провизии, тёплых вещах и мелких нужных штучках. Она считала, что раз уж села на шею Нацу, то должна быть полезной.       Мира помогла ей с едой и разрешила оставить себе коричневую кожаную куртку, так как была виновата перед ребятами, когда позволила Грею узнать их месторасположение. Нацу на неё, кстати, совсем не сердился, в чём-то был даже благодарен. Люси тоже была благодарна ей за помощь, она сама вряд ли бы с такой охотой помогала незнакомой девушке.       Никаких сентиментальных прощаний со стороны девушек не было. Мира молча махала рукой, Кана, ещё раз подшутив над Нацу, дала ему пинка под зад. Люси надела тяжеловатый рюкзак, а Нацу протёр стекло шлема и получше намотал шарф на шею, чтобы не сдуло. Затем подошёл к Люси и самостоятельно застегнул молнию куртки до самого верха, затем отдал девушке серую мужскую шапку.       — Может продуть, — пояснил он. — Поедем быстро.       Они выезжали в ночь, так, считала Кана, безопаснее. Куда они ехали, Люси не до конца поняла, но ей было до жути интересно на своей шкуре почувствовать, как живёт Нацу. О возможных последствиях её юный разум не думал.

***

      Семьдесят километров на север. Город Крайола. Девушка о нём никогда раньше не слышала. Как она поняла, это самый северный город в их области. Он максимально отдалён от областного центра и популярностью не блещет. Может, именно поэтому они туда направляются, там будет проще скрываться. Кана, похоже, не раз в нём бывала, да и Нацу тоже. Девушка заметила это из их разговоров перед отъездом. Но узнать реальную обстановку в городе можно будет только внутри него самого.       Сейчас они мчались по пустой трассе вдоль безжизненных окрестностей. Люси очень нравился мотоцикл Нацу, хоть она в технике совсем не смыслила. Однажды у бара ей удалось хорошенько его рассмотреть, однако Нацу застукал девушку за тем, как та поглаживала резиновые ручки руля. Но вместо замечания стал рассказывать о преимуществах своего «коня». Девушка запомнила что-то про лошадиные силы, двухступенчатую коробку передач, камеру заднего вида, какие-то цилиндры и разгон до двухсот километров за считанные секунды. В общем, она поняла одно: байк очень крут, и Нацу им сильно дорожит.       Разгонялся он действительно мгновенно, а мчался, казалось, быстрее света. Хоть мотоцикл девушке и нравился, а ездить на нём было страшно. Мысли о том, что в любую секунду она может превратиться в лепёшку, всё время вертелись в её голове. Второго шлема для Люси у Нацу не было, Кана здесь тоже ничем не смогла помочь. Поэтому девушка вплотную прижимала лицо к спине Драгнила и мёртвой хваткой сцепляла руки вокруг его тела. Шапка не сильно спасала, ветер свистел в её ушах и мог бы растянуть её лицо, как тесто, оторви она голову от парня.       Какое для неё было облегчение, когда Нацу свернул на заправку.       — Мне нужно отдохнуть, — сказал он, когда заправил мотоцикл. — Тут есть комнаты. Возьмём одну на пару часов. Я бы поспал.       — А мне что делать? — спросила девушка, приводя перед маленьким зеркалом в порядок свои растрёпанные и спутанные ветром волосы.       — Не знаю. Но не будешь же ты на улице два часа торчать? — он стал толкать мотоцикл за здание и искать для него место в кустах. Люси с зеркалом зашагала рядом.       Найдя скрытое местечко для мотоцикла, Нацу отлучился на пять минут и вернулся уже с ключами. Администрация станции предлагала три комнаты: две двухместные и одну побольше. Нацу взял одну из двухместных.       Она была чем-то похожа на ту комнату, где Люси впервые провела ночь с Нацу, пережидая дождь. Только тогда был диван и кресло, сейчас — диван и кровать. Деревянный журнальный столик, на котором действительно был один журнал о рыбалке и охоте, правда, не в лучшем состоянии. Туалетная комната тоже была похожа, туда сейчас удалился Нацу.       Девушка, как и прежде, уселась на диван и стянула с себя куртку. Рюкзак поставила рядом с журнальным столом. Достала из него бутылку с водой и контейнер с приготовленными Мирой специально в дорогу пирожками. Принюхалась к еде и так и не поняла, какая начинка. Нацу показался из уборной.       — Будешь? — предложила ему Люси, двигая контейнер в его сторону. Нацу принюхался.       — Пахнет капустой. Я, пожалуй, сразу спать, — он направился к кровати и перенёс с неё покрывало на диван.       «Как он почуял, что они с капустой, даже не приближаясь к контейнеру?» — недоумевала девушка, после чего откусила пирог. Действительно капуста.       — Ты только сильно не шуми, — сказал он, снимая с себя футболку, — у меня сон чуткий.       Девушка поперхнулась, когда посмотрела в его сторону. Нацу стоял голый по пояс и расстёгивал ремень на джинсах, но сами джинсы снимать не стал.       «А раздеваться обязательно было?» — думала Люси, не сводя глаз с его красивой спины.       На ней девушка заметила несколько шрамов. Достаточно глубоких и достаточно больших. Похожи на следы от ножа или ещё чего-нибудь такого. Но особое внимание привлекла чёрная татуировка на правой лопатке. Крупным шрифтом там красовалось число «404», а поверх его разрывало три следа от мощных когтистых лап. Выглядело красиво и любопытно.       Ей хотелось расспросить Нацу об этом рисунке, но он уже плюхнулся на кровать и закрыл глаза. Девушка бесшумно встала с дивана и подошла к нему. Она всё смотрела и смотрела на его татуировку как загипнотизированная. Через мгновение её рука медленно потянулась к вздымающейся спине Драгнила, вернее, к тому месту, где была тату. Она нежно прикоснулась кончиками пальцев к его коже и провела по рисунку. Тело Нацу перестало шевелиться.       Он резко перевернулся на спину, схватил девушку за руку и притянул к себе. Люси была поймана и никак не могла выбраться из железных тисков. Его лицо было слишком близко.       — Люси… — томным шёпотом произнёс Нацу, глядя ей в глаза и прижимая свой лоб к её лбу сильнее. Девушка мгновенно покраснела и напряжённо замерла.       — Люси… — снова повторил он, — у тебя… руки холодные.       — Что? — девушка его будто не услышала, щёки горели так сильно, что она только на это и обращала внимание.       — Я говорю, руки у тебя холодные! Прилипла тут ко мне! Я же просил не мешать!       Девушка очнулась, тут же выбралась из объятий Нацу и с помощью ноги отправила парня в нокаут, спихнув с кровати.       — Ты дурак, Драгнил!       Люси вернулась на диван, а Нацу залился громким смехом, валяясь где-то там на полу.

***

      Через два с половиной часа они уже были готовы отправляться дальше. Нацу сидел на мотоцикле у обочины и ждал, когда Люси сдаст ключи. Но девушки долго не было, поэтому он решил сходить за ней.       Он нашёл её сидящую на земле у стены здания заправки. Она сильно горбилась и закрывала руками лицо. Рюкзак, неаккуратно брошенный, валялся рядом, из его бокового кармашка выпала бутылка с водой и откатилась на полметра. Нацу в ужасе подбежал к девушке.       — Люси? Эй, Люси! Ты как? — он взял её за плечи и ждал, пока она покажет лицо. Но девушка ему не отвечала.       Тогда он сам взял её руки, но тут же отдёрнул свои, так как ладони девушки были очень холодными, намного холоднее, чем в прошлый раз. Затем он повторил первое действие и отвёл её руки от лица. Девушка была чрезвычайно бледна, а губы её настолько засохли и потрескались, что в нескольких местах выступила кровь. Люси медленно открыла глаза и, почти не поднимая головы, пыталась посмотреть на Нацу.       — Хреново выглядишь, подруга, — сказал он, когда всё-таки смог встретиться взглядом с девушкой.       — А ты тёплый, Нацу, — медленно произнесла она, сильнее сжимая его ладони, хоть, казалось, сил на это у неё не было. Тогда Нацу освободил одну из своих рук и приложил к её лбу.       — Так и думал. Как сковородка. У тебя жар, погоди, — он отстранился от девушки и порыскал в рюкзаке. Потом подал Люси какую-то таблетку и бутылку с водой. — Запивай, это немного поможет, но нам нужно быстрее доставить тебя к доктору.       — Не нужен нам никакой доктор. Я в порядке, — она попыталась встать, опираясь на стену, но ноги её почти не держали.       — Да, я вижу, — Нацу подошёл и взял девушку на руки, та сопротивляться не стала. Так он донёс её до мотоцикла и усадил, зацепив подобранный рюкзак верёвкой сзади. Затем снял с себя свой шарф и замотал в него девушку так, как заботливые бабушки закутывают своих внуков в шаль в тридцатиградусный мороз. Потом сам сел на мотоцикл и приказал Люси прижаться так сильно, как только может, что девушка и сделала. Нацу медленно дал газу.       Он чувствовал себя виноватым, и это его бесило. Злость на самого себя — одно из самых неприятных для него чувств. Дождь, ветер, поездки без шлема — немудрено, что это произошло. Он ведь этого не хотел, но, чёрт возьми, всё равно стоял в стороне и не обращал внимания на все эти факторы. А то, что она за собой не особо следит, он уже давно заметил.       Ехать он старался не быстро, то и дело звал её по имени и проверял замок из её рук на своём животе. Шансов заснуть или просто свалиться у неё сейчас было предостаточно.       Когда они уже подъезжали к городу, который недружелюбно встречал их грязной вывеской «Крайола», Нацу почти не чувствовал сил в руках Люси. Времени на специальные безопасные дороги, которые указала Кана, не было, поэтому Нацу въехал в город по главной дороге и сразу же помчался к доктору, правда, не к тому, к какому могла предположить Люси.