Клетчатый шарф

      Слеза медленно скатилась по щеке маленькой девочки и упала на чёрный щенячий нос. Пёс непроизвольно облизнулся и посмотрел на хозяйку понимающим взглядом. От этого девочке стало немного стыдно, ведь она уже обещала, что не будет больше плакать из-за таких «мелочей», поэтому она стала утирать свои слёзы.       — Люси, спускайся, ужин готов! — донёсся из коридора приятный женский голос.       — Я спущусь чуть позже, — дрожащим голосом ответила девочка.       Женщина замедлила свой шаг, развернулась и постучалась в комнату дочери. Не дождавшись ответа, она открыла дверь. Свет, ворвавшийся из коридора, осветил тёмную комнату Люси, и женщина увидела, как её дочь вытирает покрасневшие от слёз глаза.       — Люси, почему ты плачешь? Что случилось? — обеспокоенно спросила она.       Вместо ответа Люси лишь опустила голову, пытаясь спрятать слёзы. Миссис Хартфилия присела рядом с дочкой. Приобняв её за плечи, она спросила ещё раз:       — Расскажи мне, что произошло?       — Ничего. Ерунда.       — Неправда. Люси, ты же знаешь, что всегда можешь рассказать мне о своих проблемам, — более мягким голос произнесла она.       — Они снова надо мной смеялись, — девочка не смогла сдержать вновь нахлынувшие слёзы. Мать крепко обняла её.       — Знаешь, а надо мной в школе тоже смеялись, со многими такое бывает. Вы ещё дети и не всё понимаете, но скоро вы повзрослеете, и что-то точно изменится. Тебя не должно так сильно волновать, что думают о тебе другие, главное — будь самой собой и не подстраивайся под общество, слушай своё сердце. Вот тогда ты будешь счастлива, моя малышка, обещаю, настанет время, и ты будешь счастлива…       Капля воды упала с крыши бара на щеку девушки и смешалась с той единственной слезой, вызванной воспоминаниями. Люси вздрогнула, словно очнувшись ото сна, и прошептала:       — Может, настало моё время быть счастливой, мама?       Нацу подошёл к ней и попытался проследить за взглядом девушки, но не увидев в той стороне ничего примечательного, кроме огней города, он решил, что Люси просто задумалась, и, дабы не отвлекать её от мыслей, молча встал рядом.       — Что имела в виду та девушка, когда говорила, что тебя чуть не схватили за задницу? — неожиданно заговорила Люси.       — Что меня чуть не схватили за задницу, — ответил ей Нацу.       — Не пытайся уйти от ответа.       — Если я расскажу, то тебе это точно не понравится.       — А если не расскажешь, то мне это не понравится ещё больше, — возмущённо произнесла Люси.       — И пусть, — бросил парень.       — Это меня пугает. Неизвестность. Ты ведь почти ничего не говоришь, только отшучиваешься, — надавила девушка.       — Ладно, — вздохнул он. — Меня разыскивает полиция.       Нацу произнес это без особых колебаний голоса, как что-то привычное, но глаза явно были полны злости и неприязни.       — Я уже догадалась, но что ты сделал?       — Родился не в то время, не в том месте.       — А если серьёзно? И наша первая встреча… Почему ты тогда так себя повёл? Я даже растерялась от неожиданности. А эти люди в баре, кто они тебе? А главное, кто ты, Нацу? Если, конечно, это твоё настоящее имя, — выдала девушка все те вопросы, которые накопились у неё за это время.       Уставший от последних тяжелых дней, парень в ярости сжал кулак, не зная, куда ещё девать скопившуюся злобу.       — Хочешь серьёзно, Люси? Правда в том, что ты меня уже порядком достала! — вспылил Нацу. — Меня зовут Нацу Драгнил, и я половину своей жизни скрываюсь от полиции! И знаешь, я не такой уж и шутник и не так доволен жизнью, как может показаться со стороны. Я бы с удовольствием выбрал себе другую судьбу, где у меня есть всё: мама, которая готовит тебе блинчики на завтрак; отец, который водит тебя на футбол и помогает с уроками; своя комната, стены которой обклеены плакатами любимой группы; младший брат/сестра, который тебя безумно бесит, но ты его нереально любишь; ну хоть кто-то, кого бы можно было любить, но вместо этого у меня есть лишь бездушный мотоцикл и шарф, который только и напоминает мне о том, чего я лишён. Представь, какого мне слушать твоё нытьё про «нужно домой», «родители ждут». У меня есть свои проблемы, а твой юношеский максимализм говорит тебе, что время застыло и весь мир обращён на тебя! Пойми, сейчас ты здесь, и ты сама следуешь за мной, наверно, даже не замечая этого. Просишь каких-то ответов, хотя могла давным давно просто уйти, если бы действительно этого хотела. Неужели ты настолько несамостоятельная? Ты пытаешься разобраться во мне, но это же очевидно, что разбираться тебе нужно в себе самой! Как же меня всё это бесит!       Он ударил кулаком в стену и повисло молчание. Девушка попятилась, испуганно переваривая информацию, которая так неожиданно свалилась на неё. Теперь Люси будто сняла маску с этого человека, яснее не стало, но она словно глазком заглянула в его душу, и это её напугало, но нисколько не оттолкнуло.       — Знаешь… У меня есть половина из того, о чём ты прокричал, но я не могу сказать, что я счастлива, — тихо произнесла девушка.       Нацу опять глубоко вздохнул и даже закашлялся.       — Забей. Прости, я погорячился. Я не имел права срываться на тебя, — теперь он чувствовал вину, его губы скривились от недовольства собой.       — Нет. Все нормально. Думаю, во многом ты прав.       Они стояли в молчании еще пару минут.       — Так чего же тебе не хватает для счастья, Люси?       Девушка вновь задумалась.       — Я не знаю, всё так сложно. Но, пожалуй, я всё-таки не жалею о том, что сейчас здесь нахожусь.       Он улыбнулся, удивившись её словам, и вспомнил, зачем выходил на улицу.       — Я понимаю, что это глупо и вообще не в тему, но что ты решила по поводу концерта?       На его вопрос девушка звонко рассмеялась.       — И всё-таки это было глупо, — предположил Нацу.       — Нет, вовсе нет. Если честно, сначала я сомневалась, но сейчас подумала и решила, что отказаться будет такой же глупостью, как порыв поехать сюда с тобой.       Парень расплылся в улыбке.       — Но… — девушка замялась, не зная, стоит ли упоминать об этом. — Ты же сказал, что тебя ищут, как ты можешь отправиться на концерт, где будет куча охраны и тех, кто следит за порядком…       — Люси, — твёрдо произнес он. — Тебе не нужно волноваться. Сольферино — большой город, а за мной никто не отправит целую армию. Если хочешь, чтобы тебя не нашли, будь в центре событий. Но даже если что-то случится, не переживай, тебя никто не тронет, а моя судьба — это моя судьба. Пожалуйста, не шарахайся от каждого полицейского, что увидишь.       — Какой ты беспечный! Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — фыркнула девушка.       — Так значит, ты едешь?       — Допустим, — игриво произнесла Люси.       Нацу посмотрел на яркие огни города и впервые заметил, что её глаза сверкают так же ярко, как и эти огни.

***

      — Чего это они там так долго? — негодовала Кана, сидевшая рядом с Мирой. — Не доверяю я этой девчонке.       — А мне она очень даже понравилась, — улыбалась Мира, заполняя бар привезённой партией спиртного.       — Ты с ней даже не общалась.       — Хороших людей сразу видно.       — Ну, не знаю. Такие, как она, всегда бегут в полицию быстрее всех. Пофиг. Передай мне бутылку, — указала Кана в сторону ящика с вином.       — А, может, тебе уже хватит? Ты и так всю ночь пила, — возмутилась Мира.       — Винишка много не бывает! Да и тем более я почти трезвая.       — Даже спорить не стану, — вздохнула барменша и наклонилась к ящику.       Бутылка выскользнула у неё из рук и разбилась об пол. Красное вино растеклось за всей барной стойкой.       — Эту бутылку я должна вычесть из твоей зарплаты, но сегодня я слишком добрая. Убери всё за собой, — бросила ей Кана. Мираджейн покорно стала прибираться.       В это время в бар вернулись Нацу с Люси.       — Разбилась на счастье! — крикнул на входе Нацу, услышав звон стекла.       А может и правда, на счастье?