МЫ - как пазл или Поймешь, когда потеряешь

Вещи из их с братом квартиры Билл забирал когда старшего не было дома. Пройдя по комнатам, юноша вспомнил все самые лучшие моменты их совместной жизни. И самые трудные. Оказавшись в спальной, он мельком бросил взгляд на висящий на стене фотопазл, что Том подарил ему на прошлое Рождество. Фотография была сделана в самом начале их романтических отношений на вечеринке по случаю Дня рождения Георга. На ней невозможно заметить ничего криминального: простое братское объятие, веселые, немного хмельные улыбки. Лишь глаза сверкают особенным озорным огоньком, который появляется только у влюбленных. Казалось, что это было так давно и неправда, словно в прошлой жизни. С сожалением вздохнув, Билл, присев на кровать, еще раз обвел взглядом спальную. Нет, все это не сон и действительно у них были отношения. Когда-то все началось именно здесь, в этой смой комнате. В процессе борьбы за жизнь брата, тем первым поцелуем Том буквально вдохнул в тело Билла желание выкарабкиваться. Почти год младший чувствовал себя безгранично счастливым. И одновременно бесконечно одиноким. Он даже подумать не мог о том, что когда-то пожалеет о своем желании стать для Тома больше, чем просто братом. Только сейчас парень понял, какую чудовищную ошибку они совершили, переступив грань дозволенного. Отгородиться от общественных предрассудков оказалось недостаточно. Куда сложнее было сохранить зародившуюся вначале идиллию. Незаметно для себя, как-то между делом, они разбили свое счастье, которое намеревались беречь вечно. Не сумев построить любовные отношения, разрушили и родственные. Взяв только самое необходимое, Билл, с тяжелым сердцем, покинул стены их с Томом уютного гнездышка. Хлопок входной двери получился весьма мощным, заставляющим содрогнуться стены. Парень уже не мог видеть, как в спальной комнате сорвался пазл с их фотографией. Некачественный лак, который рассохся за полгода, не сумел сдержать мелкие детали. Изображение распалось на составные части точно так же, как распались отношения двоих присутствующих на нем. Квартира, что подобрал знакомый Дэниела, была шикарная и располагалась в одном из самых красивых районов города. Вот только цена у нее оказалась соответствующая. Не зная, сколько точно времени ему понадобится для отдельного проживания, Билл отказался от столь соблазнительного предложения и нашел себе малобюджетный вариант в первой попавшейся местной газете. Ему было глубоко плевать на небольшую площадь его пристанища, на то, что находилось оно почти на окраине города. Его успокаивала мысль, что он будет как можно дальше от Тома, что Дэниел не разыщет его в самый неподходящий момент. Уже не хотелось ни счастья, ни любви, ни внимания. Его желанием стали лишь покой и уединение. Правда, еще хотелось купить наркоты и забыться, как в старые добрые времена. И только страх не остановиться вовремя и вновь стать фатально зависимым от этой дряни останавливал. Тихо умирать в этот раз совершенно не входило в его планы. Билл четко понимал, что нужно переждать и все образуется, он обязательно найдет выход, обязательно определится, как быть дальше: вернуться ли к Тому, или попробовать начать все с совершенно чистого листа, в одиночку. Неделя прошла, как один день, а Билл все так же не видел для себя никаких дальнейших перспектив. Каждое утро он просыпался с мыслями о Томе, а засыпал, думая о Дэниеле. Он представлял, как непросто его любимым мужчинам, но оставался уверен, что ему все же хуже. Когда обиженное эго замолчало, Биллу стало понятно, что он просто не знает, как жить дальше. С отвратительным настроением плетясь по городу, юноша продолжает терзать себя размышлениями. Остановившись на мосту, перегибается через перила и вглядывается в монотонное течение Шпрее. Рвение быть окутанным прохладой ее вод тревожит что-то внутри. И это желание вызвано отнюдь не палящим июньским солнцем. Отдать все мысли, освободиться от тревог и упасть камнем на дно – вот что зарождается в сердце Каулитца. - Бежишь, ой бежишь ты от своего счастья, - неожиданно послышавшийся рядом незнакомый голос с акцентом заставляет отпрянуть от перилл. Повернувшись, Билл видит рядом с собой цыганку, со спокойным видом курящую трубку. – Одна у вас дорога и счастье одно на двоих. - О ком вы? – в оцепенении выдавливает юноша. - Ты знаешь, - лукаво улыбается женщина и протягивает ладонь. – Яхонтовый мой, позолоти ручку, всю правду скажу. Достав из джинс несколько монет, Билл отдает их ей и та, ловко спрятав их в полах своей юбки, берет его тонкую кисть, поворачивая ладонью вверх. - Вижу две дороги, обе к счастью ведут. Разные они. Тебе выбирать какой пойдешь – длинной али короткой. Короткая тяжела. Но счастье выстраданное ценнее всего на свете окажется. Длинная простая будет, с милым сердцу человеком пройдешь, но неизменно встретишь в конце пути того, кто судьбой тебе предначертан. Рядом твоя судьба ходит, да вот только ты ее отвергаешь. Музыка вам проводником станет. Билл замирает, смотря завороженным взглядом перед собой. Все, что хотелось спросить, мгновенно вылетает из головы, как только цыганка произносит последние слова. Фразы с размытым смыслом становятся четкими, не остается сомнений, что гадалка говорит о Дэниеле. «Это он связан с миром музыки, - бешено стучит сердце. - Он обещал сделать из меня певца. Вот, то звено, которое свяжет нас. Короткая дорога потому и такой окажется, что тяжело совмещать вместе и деловые отношения, и личные. А под длинной дорогой, скорее всего цыганка подразумевает, что я останусь с Томом. Мы с ним помиримся, легко сойдемся, так как знаем друг друга. Как и прежде будут ссоры и примирения, быт, разные увлечения и общая постель. Рано или поздно появится Дэниел и я пойму, что хочу быть все же с ним». Парень приходит в себя, но цыганки уже нет рядом. Она скрылась в толпе, оставив быстро тающий запах крепкого табака. С досадой Билл осознает, что спросить правильно ли он все понял теперь просто не у кого. Зайдя в ближайшее кафе и заказав кофе, он садится за столик около окна и снова обращается к своим мыслям. Если все это правда и гадалка действительно увидела, что Дэниел именно тот, кто ему нужен, смысл оставаться в этом сером Берлине без него? С ним юноша открыл для себя новый радужный мир, полный развлечений и запредельной романтики, в который теперь невыносимо тянуло. Как ни старался, Билл больше не мог представить варианты возврата к прежней жизни. Он все еще ощущал любовь к Тому, однако, она больше не грела. Брат сместился с вершины пьедестала, а чувства стали неподъемным камнем, тянущим назад и сулящим скуку, боль и холодное одиночество. Одиночество вдвоем, которого хуже ничего нет. Раньше братья много разговаривали. Общих тем было очень мало и они обсуждали шикарные успехи Тома на работе, то, как прошел его день, какие новые проекты он придумал, какие заказы получил и прочее. Иногда Билл находил что рассказать о происходящем у него, но в основном только слушал и пытался поддерживать беседу. Иногда они вместе мечтали. Например, о том, как однажды вырвутся куда-нибудь на море, на котором Билл никогда не был. Может, поедут они вместе с родителями и проведут пару великолепных недель, нежась всей семьей в теплых лучах и ласковых волнах. Затем время, которое прежде проходило в беседах, занял умопомрачительный секс. Желание насытиться друг другом физически почти полностью вытеснило потребность делиться тем, что происходит в их жизнях за пределами постели. Том все больше времени проводил на работе. И если его жизнь кипела, то Билл все чаще стал ощущать одиночество. Физическая близость никогда не сможет заменить душевную. Билл понял слишком поздно, когда уже потерял. Эта история могла закончиться иначе. Сдержи тогда Билл свои чувства, сейчас они с Томом вспоминали бы с насмешкой тот поцелуй, а спустя время на жизненном горизонте младшего появился Свифт и увез в сказочный Нью-Йорк, устроил карьеру и прочее. Мечта о брате превратилась всего лишь в фантазию и со временем ушла на задний план. Вот только смог бы Билл, нося на тот момент в сердце пламенеющую платоническую любовь к старшему, заинтересоваться кем-то другим? Дэниел возместил нехватку душевного общения и только благодаря этому смог занять место в сердце Каулитца. Но как же теперь к нему вернуться? Юноша до сих пор сам себе не может объяснить, зачем тогда ушел, причем так резко. Просто окончательно запутался, потерялся в себе, своих чувствах, мыслях, желаниях. Вот только после прощания со Свифтом, внутри сразу стало так пусто. Словно его насквозь прошибло пушечное ядро. Возможно, Билл просто не ожидал, что его отпустят. Однако отпустили. Возвратиться - стыдно. Да и как бы это выглядело? «Эй, ты прости меня, мне тут цыганка нагадала, что нам суждено быть вместе». Бред. Чтобы как-то залатать ощутимую пробоину в груди, душа просится вернуться к Тому, простить и вымолить прощение, попытаться начать все заново. Том точно примет его, под каким бы глупым предлогом или без него Билл пошел бы на примирение. Но бескомпромиссный разум, одурманенный гордостью, твердо стоит на своем, убеждая в ошибочности такого решения. Как это ни горько осознавать, их отношения закончились. Теперь, что бы они ни сделали, каких бы попыток воссоздать идиллию не предприняли, с обеих сторон будут оставаться подозрение, недоверие и ревность, которые в конечном итоге приведут к разрыву. Так зачем же оттягивать неизбежное? Мысли путались, замещая одна другую, выливаясь в бессвязный поток. И снова упрямый разум спорил с растерянным сердцем, даже не пытаясь найти компромисс. «Нет. Бежать! Бежать ото всех!» - забилось в висках. К черту гадалку и предначертанное судьбой! Завтра он отгуляет свой выпускной и уедет жить к отцу. И будь что будет. Появление Тома на торжестве уже ничего не изменит. Он не вернется. Да вообще, о каком появлении может идти речь? Возможно, Том уже вылетел в Вашингтон, а если и нет, то сейчас покойно собирает вещи. Как же, Том не может не исполнять приказы начальства. Он же высокоценный работник! Все ниточки с Дэниелом тоже уже оборваны. Нет пути назад. Кончено. *** День выдался пасмурным. Небо Берлина затянули угрожающие тучи, теснясь по всему небесному пологу. Но настроение Дэниела было чернее самой хмурой тучи. С самого утра, сидя в машине около дома Каулитцев, он выкуривал одну за другой сигареты, ожидая, что Билл все же появится. Решительности подняться и узнать, дома он или нет, не хватало. Свифт не из робкого десятка, но подозрения, что братья уже помирились и вновь живут вместе, не давали покоя. Больше всего он не хотел своим внезапным появлением пошатнуть их наладившиеся отношения. Иначе, зачем Биллу было отказываться от предложенной квартиры и менять телефонный номер? Сегодня последний день пребывания Свифта в родном городе. Смысла оставаться мужчина более не видел. Всю неделю он жил в ожидании, что Билл все же одумается и вернется к нему. Этого не произошло. Попытки разыскать его тоже не принесли результата. Значит, те слова были не просто эмоциями. Значит, Билл действительно все решил для себя и новое знакомство «не пришлось ко двору». Желание увидеть последний раз темноволосого юношу хотя бы мельком, хотя бы издалека, кружило голову. Конечно, можно отправиться на выпускной и из зала посмотреть как тот, кто заставил его в таком возрасте потерять голову, поднимается на сцену, получает свой аттестат, встает рядом с одноклассниками и лучезарно улыбается, глядя на сидящего где-то неподалеку брата. А что Дэниел? Он просто уйдет по-английски, убедившись в том, что его любимый счастлив и без его помощи. Но торжественная часть приходится как раз на время вылета самолета до Нью-Йорка. Внезапно дверь гипнотизируемого мужчиной подъезда распахивается и из темноты появляется уже знакомый силуэт. Вернее как появляется… Еле стоя на ногах буквально вываливается на улицу. В этом явно неадекватном «нечто» Свифт узнает Тома, который находится в невменяемом состоянии. Выйдя из дома Каулитц устремляется в неизвестном направлении и как только скрывается за углом дома, Дэниел решает действовать. Покинув машину, он быстро добегает до подъезда. Домофон становится первой преградой, мешающей попасть в дом. Зрительно мужчина знает, как располагается квартира Каулитцев. Если бы еще он обратил внимание, сколько всего квартир на этаже, не составило бы труда подсчитать номер нужной. Выругавшись про себя, он подсчитывает «на бум» и набирает получившееся число, но вызов срывается. «Вообще, есть ли у них домофон?» - проносится в голове, а руки уже набирают другое число. Дэниел не успевает нажать вызов, как за дверью слышатся чьи-то шаги. Высокая леди средних лет появляется в дверях. Вежливо поприветствовав ее и кинув какой-то дежурный комплимент в знак благодарности, Свифт пулей влетает в подъезд и кидается к лифту. Нажав на кнопку, он замечает по мигающим этажам, что это средство передвижения только что было угнано кем-то наверх. Не желая терять времени, мужчина решает подняться по лестнице. Сердце сладостно щемит от предвкушения возможной встречи и голова идет кругом. Перескакивая через несколько ступеней сразу, он быстро достигает нужного этажа. - Билл? Билл, ты дома? – дверь не заперта и Дэниел самостоятельно входит в квартиру. На последнем слове интонация понижается из-за увиденного в передней комнате. Здесь явно давно не убирались. Вся комната уставлена пустыми бутылками из-под разного алкоголя, на рояле валяются пустые коробки от пиццы, китайской еды, окурки и прочий мусор. Комната выглядит как после большой вечеринки. Зная трепетное отношение Билла к порядку, можно сделать вывод, что он здесь даже не появлялся. - Ты?! – раздается недовольно-удивленный голос за спиной. Развернувшись, Дэниел нос к носу сталкивается с Томом. Вид Каулитца-старшего оставляет желать лучшего. Опухший, с несколькодневной щетиной, он смотрит на незваного гостя красными, полными злости, глазами. - Я, - в этот момент Свифт ощутил явное превосходство над своим конкурентом. Но уже в следующий момент оно сменилось чувством надменной жалости к стоящему перед ним мужчине. Том действительно выглядел слишком жалко. - Какого черта?! Что ты тут забыл?! Присматриваешься к квартире? И не мечтай! Это квартира матери и хр*н вы ее получите! – Том попытался быстро сложить фигуру из трех пальцев, но у него это не получилось. Помогая себе второй рукой и придерживая ей же пару бутылок пива, он все же доводит задуманное до конца и выставляет это перед лицом Свифта. Движение получается резким и, теряя равновесие, он выпускает тару. Под аккомпанемент бьющегося стекла Дэниел успевает поймать горе-алкоголика, не дав ему приземлиться на кафель, следом за бутылками. – Твою ж… - Мне твоя квартира даром не нужна, - поместив его на кушетку, пренебрежительно кидает Свифт. – Я ищу Билла. - Билла?! – Том вопросительно поднимает глаза. – А он разве не к тебе уперся? Ха-ха, он что, и тебя кинул? Я то думал… Ну, мы с тобой, можно сказать, друзья по несчастью. За это надо выпить! – он предпринимает попытку встать, но тут же оседает. – Черт! Нечего… - Тебе не кажется, что уже достаточно? - Ты мне еще указывать будешь? Лучше бы в магазин сходил. Видишь, что из-за тебя случилось, - он кивнул в сторону большой мерзко пахнувшей лужи с грудой осколков. - Да, уже побежал, - надменно хмыкнул Дэниел. – Не боишься, с любимой работы то попрут за недельное отсутствие? - А у меня теперь нет работы. Была фирма и, пф, нету, - Том пьяно разводит руками. – Обанкротилась. Курить хотя бы есть? Дэниел молча достает пачку и протягивает ее Каулитцу. После этой фразы желание язвить и насмехаться над конкурентом пропадает, появляется реальное сочувствие. - Благодарю, - Том нащупывает в кармане толстовки зажигалку и прикуривает сигарету. Выпустив дым, он опирается спиной на стену. – Значит, ты тоже не знаешь, где Билл? - Я пытался его найти, но безрезультатно… - Хорош засранец. Двух взрослых мужиков занос водил и обоих разом кинул. И как долго у вас все это продолжалось? - Это имеет значение? – засунув руки в карманы джинс, Дэниел внимательно смотрит на него. - Да нет, так, к слову пришлось. Просто интересно, как долго я ходил в дураках… - Ты бы заканчивал свою гулянку. Сегодня у него важный день. Он очень хотел, чтобы ты присутствовал на нем. - Стоп. Как сегодня?! – глаза Тома распахнулись от удивления. – А разве не завтра? – кажется, что от этого известия алкоголь мгновенно улетучился из его организма. - Сегодня, - выпрямляется Дэниел и, стряхнув невидимые пылинки со штанин, направляется к выходу. - Ты забыл сигареты. - Оставь себе, - раздается голос перед хлопком двери. Затушив окурок, Том аккуратно поднимается с кушетки. От волнения кажется, что разум мгновенно просветлел, словно и не было этих нескольких дней наедине с алкоголем. Разувшись и скинув по пути с себя одежду, мужчина не совсем твердой походкой направляется в ванную. *** В час дня Билл подъехал на такси к своему, теперь уже бывшему, колледжу. На уговоры одноклассников покататься с ними по городу он ответил вежливым отказом, сказав, что прибудет сразу к капустнику, который был назначен на два. Выйдя из машины, Билл решает немного побыть на улице, так как до представления еще целый час и вряд ли все уже собрались. На этом мероприятии ему нужно будет спеть лишь одну песню, а потом дождаться вручения аттестата и тихо испариться перед банкетной частью. На этом закончится его выпускной. Он вернется на съемную квартиру, соберет вещи и отправится в добровольную «ссылку» к отцу. Билл был немного рад, что по состоянию здоровья Гордон не рискнул приехать в Берлин. Вот кого не хватало по-настоящему так это… Нет, не Тома. Не хватало Симоны. Билл с болью последнее время вспоминал детство, пропитанное запахом матери. Она единственная, кто был рядом на всех праздниках. И не смотря на записи в ее дневниках и статус почти брошенного ребенка, она по-прежнему оставалась для юноши самым близким и родным человеком. Обида утихла, уступив место горечи утраты. Закурив, Билл задумчиво посмотрел на подъезжающие к входу машины. Из них выходили те, кто так же не захотел кататься по городу. Кивая на приветствия знакомых, парень оставался стоять на крыльце. Затем подъезжает красивый серебристый… знакомый до боли Aston Martin! И в это мгновение по телу пробегает не предвещающая ничего хорошего дрожь. Все вокруг мгновенно утрачивает смысл и перестает существовать, пропадают звуки, веселый смех сверстников и прочие посторонние шумы. С бешеной скоростью по венам начинают гулять эндорфины. «Неужели он все же остался? Неужели пророчество цыганки – правда? Боже, этого просто не может быть! Этого просто не может быть!» Отбросив сигарету, кое-как унимая дрожь в коленях, Билл спускается вниз, встречаясь взглядом с выходящим из автомобиля Дэниелом. - Зачем ты приехал? – первое, что спрашивает юноша. И можно было бы попытаться расслышать в этом вопросе упрек, если бы не сияющие счастьем алкогольно-шоколадные глаза. - Мне необходимо было увидеть тебя, - Свифт был готов ко всему, но только не к такой реакции. На секунду он даже забывает, зачем действительно оказался здесь. И закончить фразу словами «перед отъездом» просто не поворачивается язык. Столько надежды дарит этот полный восторга и бескрайней нежности взгляд юного создания. - Ты разве не улетел? - робко произносит Билл, думая о том, что совсем не хочется подбирать эти ненужные фразы. До скрежета зубов хочется просто обнять того, кого еще недавно он незаслуженно выгнал из своей жизни. «Это судьба» - сотни тоненьких голосков в унисон гомонят в голове. - Я приехал за тобой, - слова сами слетаю с губ. - Но у меня выпускной… У меня один из первых номеров в капустнике, а потом еще вручение аттестата… - кажется, что это произносит кто-то другой, потому что глаза буквально кричат о согласии уехать куда угодно, лишь бы с этим мужчиной. - Хочешь, я договорюсь, нам так отдадут его, до официальной церемонии? Ты выступишь, и мы как раз успеем к регистрации… Ответа не последовало. Простой кивок головы в знак согласия и Билл хватает Дэниела за руку, ведя за собой к входу. Юноша и подумать не мог, какой силы чувства вспыхнут в нем, когда он вновь увидит любимого мужчину. Он просто сошел с ума, обезумел от счастья, что не потерял его. И это ощущение затмило разом все на свете. Дойдя до нужного кабинета, Билл кивает на дверь и произносит лишь два слова: «фрау Меркер». - День добрый, фрау Меркер, - войдя в кабинет, галантно здоровается Свифт с женщиной, включая свое природное обаяние. - Добрый? А вы, собственно, кто? - оторвавшись от зеркала, не без интереса смотрит на него фрау. - Меня зовут Дэниел. Дэниел Свифт. Я дядя Билла Каулитца. - Да? И чем же я могу быть вам полезна? – закрыв губную помаду и спрятав ее и зеркальце в сумку, поднимается со своего места. - Мы не сможем присутствовать на торжественной части. Нам срочно нужно лететь в Нью-Йорк, у Билла завтра прослушивание, - выдает мужчина заранее придуманную ложь. – Поэтому нам бы хотелось получить аттестат несколько раньше остальных. - Исключено! Награждение – это стандартная церемония, на которой должны присутствовать все! – категорично возражает женщина. - А если подумать? – Дэниел достает из бумажника купюру в двести евро и аккуратно кладет на стол перед фрау. - Но он должен выступать… - сверкнув глазами в сторону денег, залепетала преподавательница, слегка стушевавшись. - Он обязательно выступит, не сомневайтесь, - обворожительно улыбается Свифт. – Я не могу лишить племянника такого удовольствия. При слове «племянник» Билл еле сдерживает вырывающийся наружу смех. - Вам очень повезло. Я только забрала их у директора. - Превосходно. Аккуратно перебрав лежащие на столе аттестаты, фрау Меркер сама подходит к Биллу, пожимает ему руку и со словами поздравления вручает документ. - Спасибо вам, что пошли на встречу. Вы извините, мы не успели вам купить ни цветов, ни подарка. Думаю, вы сами выберете что-то на свой изысканный вкус, - произнеся это, Дэниел достает еще одну купюру того же достоинства и кладет ее на стол. Оказавшись в пустом коридоре, изголодавшийся по объятиям Каулитц всем телом прижимается к мужчине. - Если это сон, пожалуйста, не буди меня, - шепчет Билл, касаясь своими губами губ возлюбленного. - Мне тоже кажется, что я сплю, - вовлекая в поцелуй, отвечает Дэниел. – Я думал, что потерял тебя. Звенящую тишину разорвали три коротких звонка, извещающих о начале представления. - Как же я не хочу тебя отпускать, ни на минуту, ни на секундочку, - оторвавшись, Билл носом утыкается в шею мужчины, прижимаясь еще сильнее. - Тебе пора… - проведя рукой по волосам, с досадой выдыхает Свифт. - Жаль, что ты не увидишь мое выступление. - Еще увижу, и не раз, - улыбаясь, он нехотя отпускает юношу из своих объятий. – Очень скоро ты проснешься знаменитым, я тебе обещаю. Это я оставлю у себя, - Свифт забирает аттестат из изящных рук. – Чтобы ты не надумал вновь от меня сбежать. Блаженно улыбнувшись в ответ, Билл еще раз касается его губ и направляется в сторону актового зала, не переставая оборачиваться. Оказавшись за кулисами, Билл обращает свой взор наверх: «Мамочка, ты даже не представляешь, как я счастлив! Знаю, что ты хотела для меня другого, но если бы ты только могла прочувствовать то, что происходит в моей душе, ты бы обязательно порадовалась за меня». *** По стеклам забарабанил мелкий дождик. Время тянулось ужасно долго. Через каждые две-три минуты Свифт смотрел на часы, которые как-то слишком лениво меняли значение. Так прошел уже почти час, а Билла все не было. Прямо перед автомобилем Свифта останавливается только что подъехавшее такси. Эта машина заставила напрячься. Какое-то нехорошее предчувствие закралось в, отбивающее дикий ритм, сердце. Опасениям было суждено оправдаться. Через несколько мгновений из такси появляется, весь при параде и с букетом цветов, Том. Боковым зрением увидев какое-то движение, Дэниел поворачивается в сторону центрального входа и видит, как оттуда выходит Билл. Том тоже замечает появившегося юношу и уверенным быстрым шагом направляется к нему. Младший останавливается и видно, как с его лица вмиг сползает счастливая улыбка. - Привет, - как ни в чем не бывало, Том пытается поцеловать брата в губы, но Билл отворачивается, не позволяя это сделать. Заметив это, Дениел хотел уже выйти из машины, но Билл подает знак с немой просьбой подождать и не вмешиваться, который остается незамеченный Томом. - Здравствуй. Не ожидал тебя здесь увидеть… - Я же не могу пропустить такое событие, – лучезарно улыбается Каулитц-старший. Билл ничего не отвечает. Ему хочется как можно скорее закончить весь этот спектакль. Ведь для себя он все уже решил, на этот раз окончательно. - Давай попробуем еще раз, начнем все сначала, - произносит Том, словно почувствовав, о чем задумался брат. – Мы оба натворили много, но зачем же дальше продолжать все рушить? Все будет хорошо, вот увидишь. Я очень тебя люблю… - Я тоже очень тебя люблю, но ничего хорошего у нас не будет. Все уже позади, - твердо и без особого энтузиазма произносит Билл. - Отношения у людей заканчиваются, закончились и у нас. - Подожди. Не надо так сгоряча. Давай хотя бы поговорим! - Том, не начинай. У меня было достаточно времени, чтобы все обдумать. Разговор ни к чему не приведет. Давай расстанемся хотя бы не врагами. Ты сам сказал, что виноваты оба. Но исправлять больше нечего. У тебя своя жизнь, у меня своя. - Но… - холодной ладонью Билл закрывает рот брата, не позволяя больше произнести ни слова. Затем приблизившись вплотную, он прижимается губами к своей руке в том месте, где располагаются губы Тома. - Прощай, - произнеся это, брюнет спешно направляется к машине Свифта. - Поехали… - сев в салон и даже не посмотрев в сторону Дэниела, командует юноша. - Уверен? - Поехали! – дергано отвечает Билл, доставая из кармана сигареты. Свифт надавил на газ. «Все в прошлом. Я сделал это. Я сумел», - пытается сам себя успокоить парень. И вроде не больно было прощаться с Томом, но все равно в глазах стоят слезы. Дождь все набирает и набирает силу. Дэниел смотрит зеркало заднего вида и видит спустившегося с крыльца Тома. Промокая под дождем, он стоит совершенно потерянный, держа в руке, как будто веник, большой букет. Билл же смотрит только перед собой и нервно затягивается. Докурив сигарету, Билл просит Свифта остановиться, что тот и делает. Наклонившись к нему, Каулитц невесомо скользит рукой по щеке Дэниела, пристально вглядываясь в черты его лица. - Скажи мне что-нибудь хорошее… - глядя в космически-голубые глаза мужчины, еле слышно шепчет юноша. - Я люблю тебя. Очень… Билл наклоняется ближе и, поцеловав приоткрытые губы мужчины, неторопливо проникает языком в рот. Дэниел перехватывает инициативу и начинает вести. Тревога, охватившая сердце парня, постепенно рассеивается, заливаемая сладостью момента. - Я тоже люблю тебя. *** Заехав по квартирам, они собрали вещи и, сдав взятую Дэниелом на прокат машину, отправились в аэропорт. Билл старался не отпускать руку Свифта ни на минуту. Ему было совершенно плевать на косые взгляды со стороны. Как только они сели в самолет, Каулитц, взяв мужчину под локоть, опустил голову на сильное плечо. - Дэниел, что будет дальше? - А что бы ты хотел? - Я? Не знаю… Можно было бы куда-нибудь съездить, отдохнуть. Ты же не заставишь меня сразу работать? - Я разве похож на изверга? – улыбнулся Свифт. – Куда ты хочешь? - На Мальдивы, например. Потом вернемся, будем обживаться. У тебя большой дом? - Большой. - Вот. Я уверен, что у тебя он похож на холостятское жилище с кучей наворотов для произведения впечатления на случайных пассий. Ну не смейся! Скажешь, не так? – Билл ткнул его в бок, когда тот заливисто рассмеялся. - Так. Ты удивительно догадливый. - Машина у тебя есть? - Небольшой автопарк в гараже. Тебе тоже нужно будет приобрести. - Тогда я пойду учиться на права. Какую машину ты мне купишь? - А какую выберешь, ту и куплю. - Хорошо. Полностью обустроившись, мы займемся моей раскруткой. Ты наймешь мне преподавателя по вокалу, я буду заниматься. Затем первый сингл, следом еще несколько. Первые места в чартах, концерты, овации, поклонники… Собрав достаточно материала мы выпустим мой первый альбом и я буду собирать целые стадионы оживленной публики, жаждущей услышать и увидеть меня в живую, - мечтательно перечислял Билл и, вдруг замолчав, пристально взглянул в глаза Дэниелу. - Скажи, ведь так будет? Ты подаришь мне такую жизнь? - Я все для тебя сделаю, обещаю, - Свифт притянул юношу к себе и запечатлел на его губах искренний поцелуй. - Дамы и господа. Мы рады приветствовать вас на борту самолета Airbus А330 авиакомпании Air Berlin, выполняющего рейс по маршруту Берлин — Нью-Йорк. Через несколько минут начнется наш полет. Пристегните ремни безопасности и прослушайте информацию …

Ты только не злись Там на меня, Ты просто не слушай Песни мои...©

Конец первой части.