Глава 5.
17 августа 2015 г., 09:29
Я уже выхожу из центра, как замечаю за углом мужской силуэт. Он становится все ближе и ближе. На территорию КТЦ очень трудно пройти незамеченным, из чего я мысленно делаю вывод, что человек не опасен. Но и стараюсь всё равно не смотреть в его глаза. А зря. Увидев походку, я невольно поднимаю голову.
— Привет, Муренок, — тихо проговаривает Ионов и дарит большой букет цветов.
— Привет, Вась, — я мило улыбаюсь. Но в голове вертится вопрос: А как же Настя? Смотря в упор на парня, чьи глаза светятся, даже вопрос я не решаюсь задать. Видимо, он одумался или увидел мои чувства. А может подруга подсказала?
— Женя, — тут Кот делает жест, который я могла только представлять — он встает на одно колено и достает кольцо. — Ты выйдешь за меня?
Мои глаза бегают. Вроде, это то, о чем я мечтала ночами, но необыкновенно страшно. В животе летают бабочки. Я молча закивала головой с искренней улыбкой. Ионов поднялся, надел красивое колечко мне на палец и крепко обнял. Боже, в его руках я по-настоящему таю. После самых крепких, нужных и продолжительных объятий, Вася смотрит в мои глаза. Так хочется поцеловать этого парня, обхватив нижнюю губу. Так хочется почувствовать себя ближе к нему. Улыбающиеся губы Ионова чуть расходятся, хотя я так пристально смотрю на них.
— Малыш, только проснись. — шепчет он.
— Что? — я с трудом подавила короткий смешок и уставилась теперь уже в бездну голубых глаз. Ни с того, ни с сего, Кот трясет меня за плечи.
— Женя, глаза открой. Мурашова, просыпайся.
После этих слов я делаю усилие. Закрываю глаза, чтобы показать моему жениху, что я не сплю. Открываю и что я вижу? Передо мной стоит человек в белом халате.
— Не может быть, — тихо шепчу я и медленно сажусь на больничной кушетке.
— Как себя чувствуете? — спокойно произносит врач, прикладывая прохладную ладонь к моему лбу. Сказать, что я почувствовала расслабление — ничего не сказать. Даже мурашки пробежали по телу.
— Нормально, — что это? Я не узнала свой голос. Он был такой…такой не мой.
— Евгения Валерьевна, я вам больничный открою на пять дней. Придете ко мне в понедельник, на осмотр. — Доктор что-то тараторил, но было так лень его слушать. Хотя и послушно кивала. Краем глаза успела заметить, что в дверях появился Батя. Только поэтому я невольно улыбнулась и продолжила слушать наставления врача.
— Вот вам рецепт, с ним в любую аптеку. Вот таблетки, — он положил все на столик, пока я вновь кивала головой. — и еще. Выздоравливайте.
— Спасибо, доктор, — я собрала все со стола и поднялась с кушетки. Мда, а ноги то все еще ватные. Тут же меня за локоть кто-то держит. Батя. На моем лица снова улыбка. Всё же, мы для него все, как родные дети.
— Спасибо, — слышу ответный мужской голос от себя. Мгновение, и мы уже идем по коридорам. Такая тишина между нами дает мне маленькую возможность задуматься: последнее, что я помню прежде, чем уснуть — разговор с Ионовым. «пока, Кошка. Привет, Настен?». Ага, молодец, Мурашова, размечталась. Тогда к чему был сон? Может просто происки фантазии?
— Садись, — из мыслей меня вытягивает голос Булатова. Он открыл мне дверь. Пассажирское место, его авто.
— Я сама доеду, Бать. Честно, — пытаюсь улыбнуться.
— Ага. Ты уже дошла сама до работы. — он усмехается и кивает в машину. — Садись, я тебя довезу до дома. Машину тебе тоже потом привезут. Все, давай без разговоров. Это приказ, Мурашова. — и пусть он сейчас строгий. Но в голосе я чувствую заботу. И глаза, глаза его все выдают. Усмехнувшись и улыбнувшись, а затем и шутливо отдав честь, я села в машину. И вновь у меня появилась возможность подумать.
Где Кот? Почему не зашел? Что с Настей? И как теперь быть? К чему был сон? Видимо, ответ на все эти вопросы я смогу найти на больничном. Всю дорогу мы ехали молча, хотя изредка успевали переговариваться и смеялись. Мы же простые люди, тем более такие близкие по духу люди, не смотря на разницу в возрасте. Иван Михайлович стал мне как отец за эти времена, поэтому никаких преград в нашем общении не было. Да, субординация есть субординация. Но все-таки.
Через пол часа машина остановилась у моего подъезда.
— Жень, только лечись. Ты нужна здоровая всем, именно поэтому ты сейчас дома. — он улыбнулся.
— Так точно, — киваю я с искренней улыбкой. — До встречи.
— Пока, — я вышла из машины и направилась уже в подъезд. Машина быстро умчалась, как только я включила свет в гостиной. На самом деле, идти на встречу с Настей мне сейчас не очень хотелось. Но всё же, она моя подруга. Перед тем, как уснув после выпитой таблетки, я отправляю короткое сообщение «я болею. Приезжай ко мне вечером». А дальше наступила такая приятная тишина, когда я вновь уснула на кровати.
Ровно в 21:00 раздался звонок в дверь. Я лежала на кровати и переключала каналы, в который раз убеждаясь, что по телевизору нет ничего путного. Но остановила свой взгляд на сериале, дабы разрядить обстановку. Звонок звонить не переставал, чем начал надоедать. Неохотно, но всё же в считанные секунды я открыла дверь. Настя, ну конечно. Она стояла на пороге с большим пакетом.
— Женька. Капец, как ты плохо выглядишь. — с порога начала подруга. Я закрыла за ней дверь.
— И тебе привет, Настя. Проходи. — я поспешно отправилась на диван. Поставив пакет на стол кухонный, подруга села рядом со мной.
— Рассказывай, что с тобой, — рыжая смотрела на меня, ее глаза бегали.
— Обычная простуда, Насть. Меня ты больше интересуешь, что случилось то?
— Я тебе там фрукты привезла и сладкое. Чтобы ты поправилась быстрее, — проговорила Девушка и выдохнула. — Я хотела с тобой о Васе поговорить.
— Тааак, — я невольно выдохнула. Ведь так и знала же. — Ну я слушаю.
— Ты знаешь. Он ведь такой милый. Мы два дня подряд просто гуляли вместе. Вася заботится обо мне. И он именно тот, кого я хочу. Причем, во всех смыслах… Расскажи мне все о нем.
Я даже поперхнулась. «Я хочу его»? На моем лице сразу читалось недоумение.
— Что тебе рассказать? Ионов Василий Романович, 28 лет, через месяц будет 29. — я пожала плечами.
— Нет, о вкусах его расскажи. Например, что любит из фруктов? Какое кофе пьет? Что ест и так далее.
— Хммм, кофе любит со сливками, две ложки сахара. — не задумываясь ответила я. — Утром не ест, не любит. Хотя пару бутербродов под кофе съесть может. Из фруктов любит апельсины больше всего. Он не привередливый, ест все и всегда. Пьет редко, но с парнями сильно.
— Понятно, — вздохнула и кивнула. — У тебя с ним что-то было? — молниеносно спрашивает меня Настя. А я…а я замялась.
— Ты все сама знаешь. Он мой хороший друг. — спокойно отвечаю я. В чем плюс работы в спецназе — умение прятать эмоции. Трудно, но подруга мне поверила. Больше о Васе мы не разговаривали. Час мы обсуждали всех, обсуждали ближайший отдых. Пока нас не прервал телефонный звонок. Нет, не мой. Ее.
— Алло, привет, — девушка заметно потеплела. Разговоры Насти по телефону я не люблю слушать — всегда долго. Но тут, я решила остаться и услышала последние слова.
— Давай. Да, Вась, конечно. Через 20 минут там же. Все, пока.
Вот куда? Куда она собралась с НИМ в 11 вечера. В кафе? Но ему же на работу.
— Женьк, я поеду, Вася пригласил в кафе.
— Да, конечно. Я спать лягу, а то плохо совсем.
— Хорошо. Все, подруга, давай. — она поцеловала меня в щечку. — Выздоравливай скорее. Я позвоню завтра. Пока.
Я закрыла за ней дверь и ушла. Ушла в спальню, укутавшись в одеяло. Сейчас мой самый любимый человек с моей подругой сидят в кафе. Они пошли ночью. Знаете, чем все это закончится? Знаете? Вот и я не знаю. Да и знать не хочу. Сейчас меня должно волновать здоровье, которое ой как подводит. Поэтому, я просто усну.
Как только я начала засыпать, раздался телефонный звонок. Вася. Сон как рукой сняло.
— Да, — тут же отвечаю я.
— Жень, какие цветы любит Настя?
— Настя? — мой голос даже пропал. Но я откашлялась. — Лилии. Да, она любит лилии.
— Спасибо, Мурен. Спокойной ночи, — ответил он. И слышно было, что голос счастливый. Я ничего не ответила, зачем?
— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает он. Хммм, а я думала, забыл.
— Ничего, нормально. Скоро лучше будет.
— Это хорошо… Мурк, я… — он замолчал и вздохнул. — Мне пора уже. Ты отдыхай, главное. И лечись. Сладких снов.
— Сладких. — тихо отвечаю я и кладу трубку. Всё же, на моем лице появляется улыбка. Даже сейчас он не забыл про меня. Спокойно выдохнув и убрав под подушку телефон, я закрываю глаза. Веки, как будто свинцовые, тут же закрылись. И снова я пропадаю в сон, где все хорошо. Снова сон. Сон…
