Мой наркотик

Боль появляется не сразу. Какое-то время просто темно перед глазами и в легких не хватает воздуха. Громкое дыхание смешивается с тихим шепотом и попытками кого-то позвать. Никита чувствует, что кто-то гладит его по голове. - Диня, мне плохо, - шепчет брюнет и, не найдя любимого, в панике машет руками перед собой. – Динек, где ты? Перепуганный светловолосый парень пытается натянуть на себя шорты, на поиски который потратил много времени, так как прошлой ночью они были заброшены в жопу мира. Пятая точка болела после того, что ей пришлось пережить, но парень пытался не обращать на это внимания. «Где ипаный телефон?!» - выругался Диня, натягивая футболку. Наконец-то, найдя мобильник, Диня сел на край кровати и стал набирать номер, который был написан на лежавшей в кармане бумажке. Долгие гудки в одно ухо и болезненные стоны Никиты в другое выводили из себя, но в трубке раздался приятный голос: - Алло, слушаю… - Наталья! Наталья, это Вы, да?! – перебил женщину Диня. - Денис? – заикаясь спросила та, услышав, видимо, стоны Никиты, которые иногда переходили во вскрики. - У Никиты началась ломка! Что делать? Что мне делать?! – почти кричал светловолосый. - Успокойтесь, прошу Вас! – пыталась успокоить парня Наталья. – Какие признаки ломки? - Ну, постанывает от боли, сиплое громкое дыхание, жалуется на холод и темноту, - быстро произнес Диня, поглядывая на страдающего. - Ох, это только начало… - немного тише ответила женщина. – Сейчас Вам лучше убрать все острые предметы из комнаты и постараться не выпускать его оттуда. Главное сейчас – дождаться перерыва между приступами. Тогда… Тут связь прервалась. - Твою мать! – громко выругался Диня и снова набрал номер. Но никто трубку не брал, да и гудков тоже не было. - Блять, связи нет! – парень обернулся на брюнета, чьи крики становились громче. – Ничего… мы справимся! Положив телефон на стол, Диня убрал оттуда все карандаши, ручки и отнес их в гостиную. Вернувшись в комнату и закрыв за собой дверь, светловолосы лег рядом с любимым, прижался к нему и стал повторять: - Никит, не волнуйся. Я с тобой. Брюнет уже не кричал, нет. Он орал! Орал не своим голосом! Его трясло, в распахнутых синих глазах блестели слезы, зрачок был маленьким. Тело было холодным словно лед, темные волосы спутались, по лицу стекал пот. - Господи, милый, держись! Прошу тебя! – молил Диня. Да, он знал, что это не поможет, но никто не запрещал успокаивать самого себя, так? Пустым взглядом Никита смотрел в потолок, что заставляло светловолосого судорожно сглатывать. - Никит, держись! Ты нужен мне! Терпи! Боже… Вскоре крики Никиты смешались с криками Дениса, рождая не самую приятную музыку для ушей соседей. Учитывая прошлую ночь… Прошло, казалось, всего минут десять. Но, взглянув на часы, Диня понял, что уже вечер. Никита молчал, что очень радовало светловолосого. Кажется, он спал. Но как только Денис хотел встать, брюнет открыл глаза. - Диня? Ты тут, да? – раздался сиплый от криков голос. - Куда же я денусь? – усмехнулся в ответ парень. - Сколько времени? - Вечер уже. Пойдем, поедим, пока есть время. Оба парня, вскоре, молча сидели на кухне и пили чай с бутербродами. Никто ничего не хотел говорить, хотя, казалось, слов им было не нужно. - Динек, - позвал брюнет. - М? - Убей меня, пожалуйста, - спокойным тоном попросил Никита. - Идиот, у меня не получится, - Денис улыбнулся немного нервно. - Тогда… - синеглазый встал из-за стола и подошел к ящику с приборами. Достав оттуда нож, брюнет собирался коснуться лезвием запястья, но его руку резко перехватили. - Только попробуй… - прошептал Диня. Вдруг светловолосый положил голову на грудь любимого, и второй услышал всхлипывания. - Никит… прошу, потерпи… я хоть и не могу смотреть, как ты страдаешь, но… - Диня выдержал секундную паузу, - я сделаю все, что в моих силах, чтобы с тобой все было хорошо. Две холодные ладонь коснулись мокрых от слез щек, и вот уже Никита целует своего милого заботливого Диню. Целует бережно, нежно, как в первый раз. - Ну, если ты просишь… - шепчет брюнет, еле оторвавшись от губ раскрасневшегося парня. Крики, пот, слезы… все смешалось. Никиту разрывало на части от боли. Все его тело словно выворачивали наизнанку. А Диня пытался подавлять его попытки самоубийства, успокаивать и его, и себя самого. - Держись, держись! Мы сможем, у нас все получится! – только и повторял светловолосый парень. Никто из них не спал, только в перерывах между приступами они дремали в обнимку. Все казалось страшным сном для обоих, но боль и крики давали понять – это реальность, все настоящее. И от этого становилось еще больнее, еще сильнее страх сжимал парней в своих объятиях. - Я с тобой! Слышишь, все будет хорошо! Я рядом! - Мне больно, мне страшно! Милый, где ты?! Яркое солнце через приоткрытое окно освещало комнату. На полу лежало двое парней. Оба были мокрыми от пота, волосы взъерошены, под глазами небольшие мешки. Никита с трудом открыл глаза. Тело больше не ломило, ничего не болело. Судя по тому, что голова стала легкой, все… закончилось? Перед брюнетом лежал его любимый Диня. Никита пододвинулся ближе к нему и взял его теплую руку в свои. Вдруг светловолосый дернулся, и на пару синих глаз уставилась пара серо-зеленых. - Никит… все закончилось? – устало, но с улыбкой спросил Диня. - Да… мы справились, - долгий нежный поцелуй последовал за этими словами. Парни так и продолжали лежать на полу. - Обещаешь, что никогда больше не употребишь эту дрянь? – Денис прижимается к своему любимому всем телом. - Никогда и ни за что! – Никита гладит рукой по шее светловолосого. – Теперь у меня только один наркотик… - Воу, но… - Ты. - Что, прости? - Мой наркотик – ты. - Идиот… А над Москвой снова поднималось теплое весеннее солнце…