В поисках счастья

Нет! Ни о чём… Нет! Я не жалею ни о чём: Ни о хорошем, сделанном мне, Ни о плохом — всё это безразлично! Всё оплачено, выброшено, забыто. Меня не волнует прошлое! Из моих воспоминани Разожгли костёр, Мои печали, мои радости — Они мне больше не нужны. Выброшены влюблённости С их тремоло, Выброшены навсегда, Я начинаю с нуля… Нет! Ни о чём… Нет! Я не жалею ни о чём: Ни о хорошем, сделанном мне, Ни о плохом — всё это безразлично! Так как моя жизнь, мои радости Сегодня начинаются с тобой.       С тех пор прошло уже около шестнадцати лет. Омега много пережил. Плохого – да. Хорошего — тоже. Но чего было больше, может решить любой человек сам для себя, ведь так? И знаете, ему было трудно, но он радовался, когда проводил время с сыном, пусть он вовсе не похож на Питера. Он радовался помощи родителей. И его родители, и родители Пита очень помогали. Финансово, физически, так, как Джим того просил.       Что касается его сына, пусть он и не похож на мужа, одной улыбкой он озарял путь молодого родителя. Но где-то он всё же не уследил, и его малыш пошёл не по той дороге. В один прекрасный момент он стал очень избалованным, некогда даже агрессивным ребёнком. Учёба проходила тяжело, ведь Аарон напрочь отказывался учиться. Ни старания омеги, ни старания четверых дедушек ничего не давали. Когда ему было десять, случился несчастный случай… Родители Джима погибли в автокатастрофе. Это было очень болезненно для парня — вновь потерять кого-то близкого, потерять частичку себя. В тот день выходка ребёнка довела его до истерики, но он закрыл на это глаза. В четырнадцать Аарон начал путаться с альфами, принялся курить и употреблять спиртное, пропадать по ночам. В свои шестнадцать, он уже пил, курил и во всю шлялся с альфами. А ведь омега заботился о нём, пытался давать только лучшее своему ребёночку.       Однажды, когда Аарона забрали в полицейский участок с шайкой бандитов, на медицинском осмотре выяснилось, что сын на втором месяце беременности, да ещё с наркотическим опьянением. Последней каплей стала беременность сына. Вернее не это, а реакция родителей Пита. Они взбушевались и хотели отправить ребёнка на аборт, а потом в лечебницу.       В тот момент у Джима была лишь одна мысль — защитить и сына, и внука. Было трудно пойти первый раз в жизни против родителей, против старших людей, но он это сделал. Продав свою квартиру, он купил небольшой домик вдали от города. Устроился на работу… А потом… Потом…

***

      Прозвучал звук будильника, от которого мог бы проснуться весь подъезд. Вскочив с кровати, омега побежал в душ, чтобы привести себя в порядок. Посмотрев в зеркало, увидел типичную утреннюю картину маслом: он, в одних только трусиках, с торчащими во все стороны волосами на голове.       «Сегодня уж точно нужно сходить в салон красоты, а потом Хэппи в садик записать» — промелькнуло в голове, когда мужчина уже ощущал на себе струйки горячей воды.       Ах да, сегодня его внуку уже четыре года… Как всё же быстро идёт время, вроде бы только он появился на свет… Переезд всё же отнимает много сил и времени. Нужно хоть сегодня всё успеть.       Быстро переоделся в первые попавшиеся вещи и пошёл на кухню готовить завтрак для внука. Омега быстренько замесил тесто на кексы и поставил их выпекаться, следом сделал овощной омлет и пошёл будить Хэппи. Он, впрочем, как и всегда, его опередил и был уже умытый, одетый и бодрый. На личике его была лучезарная улыбка, прямо как у Аарона когда-то. Пусть это и болезненные воспоминания для Джима сейчас, но раньше его улыбка давала силы и желание не стоять на месте, не думать о прошлом. Да, это было здорово, а сейчас, а сейчас даже лучше, наверно. Да, точно. — Доброе утро, зайчик. — Утречка, — мальчишка подбежал к родителю, коим он считал именно Джима и начал обнимать, — пошли кушать, — улыбнулся он и потащил его на кухню. — Кушай, не спеши, сегодня у нас с тобой ответственная миссия. Нужно записать тебя в детский сад, но до этого нужно будет привести дедушку в порядок и купить подарочек моему золотцу, так? — улыбнулся и потёрся носиком о носик внука. — Ура! Я за, — ребёнок принялся оживлённо кушать свой завтрак. Омега последовал его примеру. Через десять минут он вскочил со стула, вспомнив о кексах, и достал их из духовки.       Комнату тут же наполнил запах свежей выпечки. Помазав их глазурью, подал на стол, не давая Хэппи, пока те не остынут. Но, как только мужчина отвернулся, одного кекса не стало. Они доели и пошли собираться. Когда моё солнышко выбрало одежду, омега улыбнулся. В конце концов они были в одинаковых голубых рубашках в клетку и узких песочных брюках. Довольные собой, они поехали в салон.       Проведя в салоне вовсе немного времени, Джим приобрёл более опрятный вид. Оставалось только купить какой-то подарок ребёнку. Именно для этого они пошли в детский магазин. Проходя по современным просторным улицам, омега оглядывался, пытаясь заметить многочисленные изменения. Альфочка же бегал от витрины к витрине, рассматривая товары. «Дедушка, а что это? А зачем оно нужно? А как это работает?» — слышались вопросы, но на некоторые из них омега ответить не мог, и семье приходилось заходить в магазины и узнавать всё у консультантов.       Рядом с последней такой витриной, к счастью, оказался детский магазин. Хэппи, счастливо улыбаясь, потянул дедушку к конструктору. Там они долго что-то обсуждали, но, в итоге, выбрали самый большой и сложный. Мысленно мальчик уже собирал новый конструктор у себя в голове. Только благодаря этому, всю дорогу до детского сада Хэппи вёл себя очень тихо.       Они прошли в кабинет к заведующему детским садом. Тот провёл им маленькую экскурсию, последней остановкой которой была будущая группа мальчика. Но его воспитателя на месте не было, а потому они должны были познакомиться завтра.       Закончив со всеми делами, они поехали домой. Мальчишка сел в гостиной и начал собирать конструктор. Хэппи долго пыхтел над инструкцией, но так ничего и не смог сделать, а потому он начал крутиться под ногами у мужчины. — Ну что такое, малыш? Не выходит что-то? — омега посмотрел на руины из конструктора. — Нет, я не могу сложить. Можешь помочь?       И тот не смог отказать. Они после долго просидели с конструктором, перебирая детальки и пытаясь хоть что-то собрать. За этим кропотливым трудом и незамысловатой беседой родственники просидели час, но всё было безуспешно. Они решили отвезти конструктор в детский сад, чтобы там его сложить с воспитателем. Мальчик радовался тому, что у него есть возможность познакомиться с альфой-воспитателем таким образом. Джим после уложил внука спать, да и сам пошёл спать…

***

      Ммм… Больница? Что я здесь делаю?       Осмотревшись, прошёл в некогда знакомую палату родильного отделения местной больницы. Оттуда веяло холодом, а привычная надежда на прекрасное будущее вместе с сыном и внуком… Она будто оборвалась где-то в глубине души. Посмотрев вокруг, зашёл тихонько в палату, но…       Меня встретили там четыре человека: главный врач, медсестра с новорожденным малышом и охладевающее тело сына. Глаза предательски наполнялись жгучей влагой, а тело начало дрожать. Мгновение, и я уже упал на колени перед телом моего мальчика и горько плакал, закрывая лицо руками. Пустота сковала всё тело. Одно горе накладывалось на другое, смерть мужа, смерть родителей, смерть ребёнка. Ком в горле настолько сковывал дыхание, что казалось, следующий вздох окажется последним.       Так хотелось верить, что это глупая шутка, сон, но игры Сатаны слишком жестоки. Тонкая ниточка надежды оборвалась, как и надежды на персональное счастье. Нет, теперь есть только счастье малыша, единственную родную кровинку во всём мире. — Почему? — сквозь горечь слёз спросил у врача, — Разве он не прекратил?.. Разве не прекратил эти попытки? — голос пропадал от душевного изнеможения. — Неоперабельная опухоль головного мозга. Вы ведь сами видели, что ему было очень плохо после родов. — Но вы ведь обследовали его… Аарон, — голова уже опустилась к полу, — почему он мне не сказал? Почему вы..? — На том этапе не было шансов на выздоровление, мы не могли его спасти.       Вот и всё, последняя точка соприкосновения с Питером надломлена, больше нет ничего, только воспоминания, эти шрамы по всему телу, шрамы на душе. Единственная любовь, вся связь с ней превратилась в прах. Раскрашиваешь день. Красками, алкоголем, людьми — на палитру дня выплескивая. Что будет с теми, кто не проникся этой картиной? Почему столько людей проходит мимо меня? Двери — открыты настежь, по коридорам гуляет сквозняк. На ощупь, белыми стяжками моё нутро сшивает осень.

***

      Стоя напротив комнаты с детками, смотрел на внука, на лице была опечаленная мина, лишь малыш улыбался. Это было так мило и искренно, что у всех прохожих появлялась улыбка. — Назовите его Хэппи, это прекрасное имя для такого жизнерадостного карапуза. Он вам ещё много счастья принесёт, вот поверьте мне на слово, — сказал проходящий мимо медицинский работник. — Хорошо, спасибо вам... — посмотрел на ребёнка и улыбнулся ему, подмигивая, — Ну что, Хэппи, будем дружить? — мальчик за стеклом будто всё слышал и понимал. Альфочка начал хлопать маленькими ладошками ещё до жути неуклюже, — Ты обязательно будешь счастлив, малыш.