Очистить карму

Мы не видим настоящий мир, а лишь его отражение, отражающегося от мира внутри нас. «Неповторимая Реальность»

Свет. Говорят, что так бывает, когда умираешь. Туннель, а в конце свет. Наверное, так попадают в Рай, но, разве, я достойна попасть туда? В аду для меня уже, скорей всего, котёл приготовили. Как-то некрасиво будет расстраивать их моим отсутствием. «Алекс! Алекс, ты меня слышишь?», - приглушённый голос где-то в голове, как будто под толщей воды. «Алекс, очнись!», - кричит голос. Разве кому-то есть дело до меня? Никому. Я снова одна. Звуки становятся всё отчётливей. Чей-то голос без конца называет моё имя. Немного приоткрываю глаза. - Ну наконец-то. Давай! Только не закрывай глаза, ладно? Ладно. Не закрою. Перед глазами что-то мутно-зелёное с фиолетовыми проблесками. - Алекс, сколько пальцев я показываю? Свет не перестаёт резать глаза. Кажется, это не Рай. Жаль. Кто-то тычет мне в лицо зелёными палками, но разглядеть ничего не получается, приходится щуриться из-за ненавистного света. - Свет выключи. Наверное, очень тихо получилось. Даже не уверена, что я вообще что-то сказала. - Что? Что ты сказала? - Свет, говорю, выключи. - А, да-да, прости. Сначала было ничего не видно, потом глаза потихоньку начали привыкать. Получилось разглядеть зелёную мордашку в фиолетовой повязке. - Донни? – я попыталась встать, но резкая боль в районе живота помешала. - Нет-нет, не вставай! Ты потеряла много крови. Тут в голове всплыли все недавние события. Чёрт бы побрал этого Амита вместе с его дружками. Вот кому место в Аду. - Пить хочешь? Я попыталась что-то сказать, но вместо этого раздался лишь хрип. - Сейчас, – владелец шеста бо на время пропал из зоны видимости, но тут же появился со стаканом воды. В горле неприятно заскребло. Донателло приподнял мою голову и помог сделать глоток. – Ты целый день не приходила в себя. Мы хотели отвезти тебя в больницу, но подумали, что тебе сейчас не надо светиться. - Спасибо. Я легла обратно и попробовала осмотреться. Каждое движение отдавалось неприятной болью в районе живота и челюсти. - Я вытащил пулю. Некоторое время тебе не стоит двигаться, рана ещё не зажила. Ещё была рассечена бровь и немного вывихнута челюсть, но теперь всё хорошо, – обладатель фиолетовой повязки улыбнулся. Я отвернулась. Стало так стыдно, что хотелось сквозь землю провалиться. Или лучше бы Амит меня тогда добил, чтоб не мучилась. Чтобы не пришлось смотреть им всем в глаза. - Алекс, не переживай, – Донателло коснулся пальцами моего локтя, - Теперь всё хорошо. Эти типы ещё долго будут обходить тебя за милю. Скоро ты поправишься и… - Зачем вы меня спасли? – дрогнувшим голосом перебила я, - Вам было бы лучше без меня. В голове отчётливо всплыла фраза, сказанная Рафаэлем: «И тебя бы я спасать не стал». В горле встал комок, а из глаз вот-вот брызнут слёзы. - Признаю, что в начале мы очень злились на тебя, но… Каждый из нас поступил бы также. Каждый отдал бы всё за тех, кто дорог, а ты… Ты стала нашей семьёй. Я с силой зажмурилась, но слёзы всё равно закапали на клеёнку. «Ты стала нашей семьёй». Неужели он не врёт? Неужели они смогли простить меня? Неужели мне есть теперь для чего жить? Ради тех, кто мне дорог. Ради семьи? Ради четырёх существ, которые рискуют жизнью, спасая меня – черепах снаружи и людей внутри. Нет, не людей. Люди не способны жертвовать собой ради других. То, что они не люди и делает их такими особенными. Теми, кого я всё время пыталась найти, теми, кто не отвернётся и защитит. Разве люди могут быть такими? За дверью в лабораторию послышалась возня и ворчание. - Кажется, нас услышали, - протянул владелец шеста, - пойду позову Рафа, а то он опять истерику устроит. Ты не против? Просто пришлось его выгнать, когда он тут сидел. Я про себя улыбнулась и еле заметно мотнула головой. - Тогда, если что, кричи, – подмигнул обладатель фиолетовой повязки и скрылся за дверью.

Starset – Dark on Me

Внутри всё сжалось. Наверное, я боялась встречи с Рафаэлем, его реакции. Что он скажет? Хотя, в прошлый раз он явно дал понять, что без меня было бы лучше. Ему, но не мне. Теперь я вряд ли смогу жить так, как до встречи с ним. Не смогу больше чувствовать себя одной, это просто постепенно убьёт изнутри, и даже виски не сможет помешать. Обладатель красной повязки зашёл, пытаясь не смотреть на меня. Он с интересом принялся разглядывать склянки на полках, не говоря ни слова. Было видно, как черепашка периодически сжимает и разжимает кулаки, а по лицу ходили жвалки. Я не рискнула заговорить первой, но так хотелось, чтобы он просто улыбнулся, как тогда, ночью, и сказал, что мне просто нужно выспаться. Но так не будет. Из мыслей вывел удар о стену. Рафаэль стоял, облокачиваясь о шкаф и тяжело дышал, задрав голову. Я сглотнула. Сейчас владелец сай был по настоящему страшен, но что-то необычайно притягательное было во всём этом. - Хреново выглядишь, – раздался хриплый голос. Раф до сих пор не отводил взгляда от потолка. - А ты так и не научился делать комплементы, – просипела я. Снова удар кулаком о бетонную стену и приглушенный рык. - Ты дура или прикидываешься? Хотя нет, лучше не отвечай, – обладатель красной повязки вмиг оказался около меня. – Ты совсем больная! О себе ни черта не думаешь, так подумай хоть раз о других! - А какое тебе дело до меня? Ты же сказал, что тебе не нужна такая, как я. - Ты точно ненормальная! – усмехнулся владелец сай. – А ты не заметила, кто тут из нас двоих гигантская говорящая черепаха из канализации? А? Я не могу всё время быть рядом, даже если хочу этого! Ты – человек, а я… - Но именно благодаря тебе я снова почувствовала, что такое жизнь. И если, - я сглотнула, - если ты меня сейчас оставишь, я больше не смогу терпеть это существование. Рафаэль первый раз за всё это время посмотрел мне прямо в глаза. Они такие заботливые и такие зелёные. Внутри разлилось тепло, которое совсем не хотелось терять. - Просто пообещай, что не уйдёшь, – прошептала я. - Если ты сама этого не попросишь. Он наклонился. Наши губы еле ощутимо соприкоснулись. Его – такие тёплые и немного шероховатые и мои – мертвенно холодные с металлическим привкусом крови. Но даже это не отбивало желания быть ближе. Наверное, прошла пара минут, перед тем, как боль на разбитой губе стала совсем нестерпимой. Ведь так не хотелось отрываться от этого сладкого чувства и продолжать сминать его губы в поцелуе, хватаясь за них, как за последнюю ниточку, заставляющую его быть рядом. - Ну сколько можно ждать? Я тоже хочу с ней поговорить! - Нет, Майки, стой! Дверь резко распахнулась. На пороге появился довольный Микеланджело и запыхавшийся Донателло. - Упс, извиняюсь. Рафаэль нехотя отстранился и кинул злобный взгляд в сторону владельца нунчак. - А я тебе говорил, – обладатель фиолетовой повязки отвесил брату подзатыльник. - Хватит вам орать. Алекс нужен покой, – в поле зрения появился ещё и возмущённый поведением братьев Леонардо. – Ой. - Майки, - позвал Раф, - как бы ты хотел умереть? - Э-э, - младший испуганно попятился к выходу, - это надо подумать. Черепашка мгновенно скрылся в проходе, растолкав на ходу изумлённых братьев. - У тебя нет времени! – рявкнул Рафаэль и, чмокнув меня в щёку, понёсся за обладателем оранжевой повязки. Я засмеялась, но веселье тут же сменилось болью в районе живота. - Чёрт… - Алекс! Перестань смеяться! Тебе нельзя напрягать пресс, – ко мне подлетел взволнованный Донателло, но этого стало только смешнее.

Three Days Grace – Lost In You

Солнце уходило за горизонт, оставляя на небе разноцветные разводы. Закат – вещь необъяснимой красоты. Но он всегда становится чуточку прекрасней, когда смотришь на него с кем-то, кто дорог сердцу. Мы сидели на крыше одной из городских высоток, ели пиццу и пили… сок. Да, апельсиновый. Потому что Раф запрещает мне прикасаться к виски, но сейчас он мне и не нужен. Алкоголь помогал заполнять душевную пустоту, теперь заполнять нечего. Теперь душа охвачена теплом, исходящим от него. И пока он рядом, дыра затянута тонкой плёнкой, но всё ещё очень непрочно. Я знаю – он не даст ей порваться, потому что будет больно. Он этого не допустит. Я лежала на коленях Рафаэля и смотрела на небо. Владелец сай не разрешил мне сидеть, потому что так опять из раны пойдёт кровь, и придётся идти к Донни. Поэтому я устроилась поудобнее, стараясь сильно не напрягаться. - Не елозь там, – раздалось сверху. Обладатель красной повязки недовольно посмотрел на меня, проведя пальцем по скуле, избегая соприкосновения с ещё не зажившими ранами. Да уж. Этот псевдоиндеец отделал меня, что надо. Я когда первый раз в зеркало посмотрела, чуть в обморок не шлёпнулась. Лицо украшали многочисленные синяки, сливающиеся с мешками под глазами, рассечённая бровь и разбитая губа. Шикарный, однако, видок был. Впрочем, сейчас не шибко лучше, разве что губа зажила, и синяки более-менее сошли. - Чего ты там бубнишь? - Ничего, – я улыбнулась. Владелец сай недоверчиво хмыкнул и сомкнул наши губы в сладком поцелуе. И, возможно, когда-нибудь я пойму, что это был лучший выбор, что смогла сделать за всю жизнь, который ни в коем случае нельзя потерять. И, возможно, когда-нибудь Рафаэль поймёт, что это был неправильный выбор, который стоит отпустить, чтобы дать свободу. Но это будет уже совсем другая история…