Daisy

      Десмера остановившимся взором смотрела на свои сцепленные пальцы.       Сегодняшний день не задался с самого утра. Проснулась она от головной боли — напоминании о вчерашних глупостях с вином. Окончание праздника всплыло в больной голове: вот она танцует с Раймундом Тиреллом, вот едва не падает под удивлённым взглядом кавалера (она всё же перепила), вот он провожает её до комнаты, придерживая на всякий случай… Дальше был провал, но, судя по тому, что её не разбудил разгневанный отец и крики септы, Диора ничего подозрительного не заметила.       После обеда отец вызвал её к себе в покои. Едва увидев его склонённую фигуру и усталые глаза, Десмера ощутила, как падает сердце. Однако сообщённые родителем новости оказались хуже всего, что она могла ожидать…       Тяжело вздохнув, девушка уткнулась лицом в подушку. Слёзы кончились, осталась лишь пустота. Разговор с отцом всё не выходил у неё из головы. Её братья, её милые братья в плену у Ланнистеров!       — Почему ты сразу не сказал мне, отец, — севшим голосом спросила Десмера. Лорд Редвин спрятал глаза.       — Я не хотел портить тебе праздник. Да ты и не смогла бы ничего исправить. Я просто хотел тебя уберечь от плохих вестей…       Уберечь! Он хотел её уберечь! Внутри шевельнулся стыд: пока отец горевал, она развлекалась с Уиллом! А что будет с матушкой, когда она всё узнает, Десмера старалась даже не задумываться.       — … я сам всё ей скажу. А ты не переживай, всё будет хорошо! Ланнистеры не посмеют тронуть Хораса и Хоббера! Они хоть и грозные, но трусливые кошки. Король Ренли вернётся с победой, а твои братья вместе с ним.       Десмера провела рукой по лбу, стирая капельки пота. Ей оставалось лишь молиться за скорую победу. Им всем, оставшимся в Просторе, лишь это и оставалось.       — Я немедленно отправляюсь на Арбор. Оставаться в Хайгардене мне более не желательно, я и так задержался. Да и домашние дела не ждут. Ты же остаёшься здесь: так безопаснее. Если что случится, лорд Тирелл сумеет тебя защитить.       Мужчина грустно улыбнулся дочери:       — Постараюсь приехать на твои именины. Как же ты быстро выросла, Десмера! Только вот сидела на коленях матери, а теперь уже почти невеста. — Он прижал ей к себе. — Обещай не делать глупостей, — мягко попросил лорд Пакстер, заглядывая в блестящие глаза Дес и стирая с девичьих щёк слёзы.       Густой, нестерпимо жаркий вечер всё не кончался. Голову стягивал обруч тревог и страхов. В поисках хоть небольшой прохлады, леди Редвин выскользнула в сад. Восток догорал, но ночная благодать ещё не спустилась на этот райский уголок Хайгардена. Десмера глотнула вязкий воздух, пропитанный одуряющим ароматом роз. Если раньше он ей нравился, то теперь вызывал лишь отторжение. Она устало опустилась на скамейку под сиренью, обхватив голову руками. Как будто от этого могло стать легче…       Хайгарден опустел в одночасье. Отец, мать, сестра, братья, даже бабушка — все уехали. Увели людей и король со своими знаменосцами. За крепостными стенами, в коридорах замка, в садах — повсюду стало тихо и пусто. Никогда прежде на памяти Уилласа Тирелла в замке не бывало такой тишины, даже тогда, семнадцать лет назад, когда отец увел войско на север.       Прощались долго и тяжко. Уилл выслушал напутствия лорда Мейса, который нарек сына на время своего отсутствия лордом Хайгардена. Мать сдержано поцеловала его в обе щеки, бабушка лукаво велела «не шалить», Гарлан, шепнув на ухо какую-то гадость, тепло улыбнулся и похлопал по спине, Маргери пустила слезу, повиснув на шее Уилла так, что её едва оторвали. Лишь Лорас сухо попрощался со старшим братом, усаживаясь на свою светло-серую кобылу. Процессия тронулась, а Уилл остался и стоял во дворе до тех пор, пока больная нога не заныла.       Сейчас минуло уже больше двух часов, солнце клонилось к горизонту, а наследник Хайгардена блуждал по замку и округе, почти перестав чувствовать колено, но, признаться, не зная, куда себя пристроить. Так дошел он до сада, где на скамейке заметил знакомую фигурку. Дес повесила голову, явно не замечая его, рыжие кудри разметались по плечам и спине. Он хотел было ляпнуть что-то не к месту жизнерадостное, но не стал. Вместо слов девушка ощутила, как кто-то присел рядом и положил ладонь на её плечо.       Она вздрогнула и подняла взгляд на мужчину. В глаза будто песок засыпали.       — Уилл, — едва слышно прошептала Десмера, прислонившись к его плечу и вновь опуская голову.       — Не горюй, Дес, всё будет хорошо, обещаю, — улыбнулся Уилл.       Но улыбка вышла натянутая. Лорд Редвин рассказал королю Ренли и лорду Тиреллу о том, что его сыновей держат заложниками в Королевской Гавани. Уилл присутствовал при этом, но клятвенно пообещал не упоминать об этом при Десмере. Однако он знал, что перед отъездом ей сообщили правду. Признаться, мужчина не знал, как бы сам отреагировал, узнав, что Гарлан и Лорас в беде, да и думать об этом не желал.       Девушка то ли хмыкнула, то ли хрюкнула и резко вскочила со скамьи. Глаза яростно вспыхнули, когда она неожиданно резко и не к месту рассмеялась:       — Хорошо? Хорошо?! Ха! Как ты можешь мне это обещать?! Отец вот так же сказал! А до этого несколько дней держал в неведении! Не считал, что я достойна знать судьбу своих братьев! Ведь я маленькая, глупенькая, неразумная, способная лишь на шалости… невеста… — Голос дрогнул, чтобы зазвучать лишь гневнее: — Ты же тоже так считаешь? Признайся, Уилл! Отец оставил меня здесь, не позволив даже успокоить матушку. Оставил под твою ответственность, будто я не могу сама за себя постоять!       Она топнула ногой, чувствуя, что её трясёт от бушующих внутри чувств.       Уилл промолчал. Не потому, что считал её глупой или маленькой — он тоже полагал, что она заслуживает знать — а от того, что сам был причастен к сокрытию от неё правды, о чем искренне сожалел.       — Дейзи, послушай… — заговорил он, пытаясь поймать её за руку.       Десмера отскочила, тряся головой:       — Нет, не буду! Что ты можешь мне сказать? Что всё хорошо? Так я слышала это уже: от отца, септы, служанок и даже леди Рован!       Уилл нахмурился. Что он мог ей сказать? Он, от которого проку не больше, чем от её септы или служанок, если не меньше. Оставили под его ответственность, будто бы она сама не сможет себя защитить? А будто он сможет. Но он заставил себя снова улыбнуться, и голос молодого лорда зазвучал так уверенно, что он даже сам удивился:       — Я могу тебе сказать, что прямо сейчас на Королевскую Гавань направляется войско, больше которого нет в Семи Королевствах. А в его авангарде скачут оба моих брата. Если не веришь мне или отцу, поверь в них — ты знаешь их с ребячества. Кто, если не Гарлан с Лорасом, сможет спасти Хораса и Хоббера? У лорда Тирелла три сына: красивый, бесстрашный и доблестный, а старший и средний тоже ничего, — он рассмеялся, припомнив эту нелепую шутку: — Они вернут твоих братьев, уж в этом будь уверена.       Дес замерла, будто бы задумавшись, а затем горько сказала:       — Даже все воины Вестероса под стенами Королевской Гавани не смогут спасти их, если королева Серсея решит отомстить за проигрыш.       Теперь от недавнего огненного порыва не осталась и следа. Девушка поникла, задумчиво глядя на куст ярко алых роз. Она никогда не ладила с Хорасом и Хоббером, но они были её братьями, хотя и схожего с сестрой у них были только веснушки. Вспомнив прощание с отцом, Десмера тихонечко всхлипнула и сорвала жёлтую розу, совершенно позабыв о кузене.       Уилл вздохнул. В его семье было достаточно женщин, чтобы он понял: буря закончилась, но все же лучше помолчать. Он тяжело поднялся, оставив трость у скамьи, и, поморщившись от боли, дохромал до Десмеры, чтобы положить руки ей на плечи.       Девушка вздрогнула и уколола палец о цветочный шип. Несколько рассеянно обернулась и заглянула в глаза Уилла.       — Надо же — укололась…       Уилл невольно улыбнулся, и взял руку девушки в свою, разглядывая «рану»:       — Розы — они такие. Но до свадьбы заживет.       Десмера также склонила голову, разглядывая капельку крови на пальце. От слов мужчины она невольно поёжилась.       — Да, тот, кто забывает, что у роз есть шипы, может жестоко поплатиться, — медленно проговорила девушка, не поднимая взгляда. — А что до свадьбы, то она не так уж и далека. Мне скоро пятнадцать, я уже расцвела… — она рассеянно провела свободной рукой по шёлку платья и мягко отстранилась от Уилла, забирая свою ладонь из его руки. — Кто знает, возможно, мой жених уже близко… — Десмера задумчиво прикусила губу, убирая с лица выпавший из причёски локон.       — Дейзи, милая, ты слишком драматизируешь, — покачал головой Уилл: — Это всего лишь царапина.       Он чувствовал в словах девушки подтекст, но предпочел прикинуться дурачком — ну не понимал он девиц: что Маргери, что Десмеру. Слова о свадьбе и расцвете слегка смутили Тирелла. Пусть она и росла на его глазах, однако обсуждать такое с практически посторонним мужчиной не пристало. Он отвел взгляд, невольно запустив руку в волосы и взлохматив их, и направился к скамье за тростью. И только тогда заметил непонятную вещь. Уилл обернулся, приподняв бровь:       — Но мысль о браке отчего-то тебя не радует? Я полагал, все девицы хотят замуж.       По крайней мере, его сестра очень хотела. Едва научившись ходить, Маргери уже величала себя королевой, а Лораса (а иногда и самого Уилла) наряжала в цветочную корону-венок и звала своим королем.       Десмера вскинула недоумевающий взгляд и неожиданно даже для себя самой рассмеялась.       — Уилл! Неужели я так похожа на «всех девиц»? — Я же не Маргери, что отхватила самого короля! Мне, право, до сих пор затруднительно величать её королевой. При всех этих поклонах я вспоминаю нашу детскую драку! Ох, и досталось же мне тогда от матери! — она задорно тряхнула волосами, что в последних лучах солнца вспыхнули алыми огнями. Однако затем неожиданно посерьёзнела:       — Конечно, я мечтала о своём будущем муже и представляла его с внешностью кузенов, но… Но я не хочу покидать свой родной остров, отца, матушку… Хайгарден, что стал мне родным…       С губ едва не слетело: «Тебя», но это было бы уж слишком.       — Ну ведь не за Старка же тебя выдадут! — Уилл ободряюще улыбнулся. — Возможно, даже далеко от дома уезжать не придется. Твой отец так любит тебя, Дейзи. Думаю, даже позволит тебе выбрать мужа самой.       «А это уже большая роскошь», — хотелось добавить ему, но Тирелл смолчал. А ещё голову посетила отвратительная в своей простоте мысль: если с братьями девушки что-то случится в столице, то ей, возможно, даже и уезжать из дома не потребуется.       — Не за Старка, — повторила Дес. — Хм, может за Раймунда? Он вчера любезно простил мне свои оттоптанные ноги и проводил до комнаты. Хотя нет, он недостаточно хорош для дочери лорда Арбора. Кого бы мне выбрать? — девушка приложила палец к губам. Несмотря на серьёзный тон, в глубине глаз вспыхивали и тухли карие огоньки: — Талберт Серри? Эндроу Эшфорд? Марк Маллендор? Ну, а что? Он весьма забавен. Кто там ещё остался из наследников земель Простора? Правда, не думаю, что хоть один из них меня достоин. Хотя если король Ренли выиграет войну, отец получит почётное место в Королевском Совете, как старый друг твоего лорда-отца. И мне откроются широкие возможности выбора мужа познатнее. Жаль, у Ренли нет брата, похожего на него, — Десмера притворно вздохнула и задумалась.       — О, да, сможешь выбирать ещё и из Ланнистеров, — рассмеялся Уиллас, слушая рассуждения девушки. — Но, разумеется, даже и из них ни один не будет тебя достоин.       Он мягко улыбнулся, глядя куда-то вдаль, где красные лучи закатного солнца окрасили в багрянец неспешные воды Мандера.       — Уилл, — неожиданно перескочила Дес на другую тему, — я никогда не спрашивала, но почему ты неженат? Ведь ты наследник Хайгардена, да и леди Оленне, скорее всего, не терпится подержать правнуков.       Но едва задала вопрос, как уже пожалела о нём. Это было уж совсем недозволительно. Оставалось лишь надеяться, что кузен не обидится.       — Почему я не женат? — он удивленно вскинул бровь и сам задумался, но затем усмехнулся, неловко уходя от ответа: — Наверное, потому, что моя бабуля так и не нашла девушки, что была бы достойна меня.       — Бедные мы, бедные, никто нас не достоин, — облегчённо заулыбалась Десмера: не обиделся. — Что вот только я буду в одиночестве делать в Хайгардене, не ясно… Ты же теперь лорд Завидный Холостяк! Тебе не до меня! А от меня всех более-менее симпатичных лордов увезли, да и от тебя красавиц тоже… Пойду Хвосту, что ли, пожалуюсь.       — Кажется, милая кузина, нам придется довольствоваться обществом друг друга, — усмехнулся Тирелл. — А завидный холостяк я уже лет десять, и раньше это мне ничуть не мешало, уж не знаю, как вам, юная леди!       Кажется, она, наконец, хоть немного развеселилась, и это грело сердце Тирелла, у которого, действительно, не осталось в замке души роднее.       Девушка солнечно улыбнулась и, накрутив локон на палец, заметила:       — Разве может мне помешать твоя участь холостяка! Да и я не стремлюсь замуж! Мы в Хайгардене… Всё идеально!       — Ты права: идеально! Старый холостяк, который годится только на то, чтоб стены подпирать, и неправильная девица, которая не хочет замуж. Нам нужно пригласить к себе в гости Беса — для полноты компании, — Уиллас, не сдержавшись, рассмеялся. Он предложил бы иную кандидатуру, вот только не был уверен, как Десмера отнесется к идее посещения Хайгардена принцем Дорна.       — Только Хвоста не достаёт, я уже скучаю по его любвеобильности… — Дес лукаво стрельнула в Уилласа глазами: — Жаль, что его хозяин, не стремится обнять свою любимую кузину…       — Эй, а вот это уже не честно! — Уилл вскинул руку. — Ты сама от меня убежала, когда я пытался! А любвеобильность Хвоста всем известна, вот только он предпочитает облизываться, так что пример из него недостойный!       — Но, если серьёзно, я познакомилась бы с Полумужем, говорят, он забавный, — протянула Дес, подходя к мужчине. — А что касается правильности, то оставь их Гарлану с Леонеттой! — девица Редвин остановилась прямо перед наследником Хайгардена. Чуть протяни руку — и можно коснуться ткани дублета.       — Ну, а поведение Хвоста, может, и недостойное, зато искреннее… А что выбираешь ты? Искренность или манеры? — Десмера, сощурившись, посмотрела прямо на Уилла. Жутко хотелось оказаться в столь знакомых и, несмотря ни на что, крепких объятьях, но девушка ждала реакции кузена.       Уилл склонил голову набок, пристально наблюдая за девушкой. В ореховых глазах тесно перемешались интерес и непонимание, но первое все же победило, и молодой лорд негромко спросил:       — Дес, сколько мы знакомы? Лет десять-двенадцать? Если чего-то хочешь — тебе стоит лишь попросить, — он улыбнулся, припоминая, как когда-то, много лет назад, он едва не сломал шею, когда крохи Десмера и Маргери наперебой требовали у «Уилли» достать «вон ту вот красивую вишенку» с дерева, а он, даже несмотря на колено, не мог им отказать.       — Хочешь обниматься — пожалуйста, — он распростер свободную руку и усмехнулся: — Только облизываться не проси, люди точно не поймут.       — А ты мне дашь всё, что я попрошу? — лукаво стрельнула глазами Десмера и шагнула в объятья мужчины, крепко прижимаясь щекой к шёлковому дублету. В голову пришла совершенно безумная мысль, как только Дес услышала последнюю фразу Уилла. Она вскинула голову:       — Ну так здесь нет никого, кто мог бы не понять… — и, быстро привстав на цыпочки, клюнула мужчину в щёку, чтоб затем стремительно унестись прочь по тропе вглубь сада.       Уилл почувствовал подвох, но к выходке кузины оказался не готов. Когда она чмокнула его в щеку и рванула прочь, мужчина, не ожидая такого поворота событий, невольно сделал шаг назад, запнулся о скамью и тяжело шлепнулся на неё, шипя от боли. Когда недоумение прошло, он оглянулся, невольно потирая щеку и совсем не к месту понимая, какая она колючая, но Десмеры уже и след простыл.