К чёрту классику!

***

В кафе он приехал раньше положенного, но Рензо уже был там. Да не один. Рядом, бросая взгляды по сторонам, сидел Оуэн, весь какой-то слегка потухший и не видно, чтобы слишком счастливый от своей беременности. Зато Рензо светился. Ноа на секунду замер в дверях и посмотрел на своего бывшего бойфренда, как будто увидел впервые: высокий, широкоплечий, с открытой чистой улыбкой и детскими ямочками на щеках, он пах здоровым роскошным альфой, и у него были такие красивые сильные руки с татуировкой солнца на левом предплечье. Многие, очень многие пожелали бы себе такого. Где-то в глубине души зародилось смутное ощущение, что он малость ступил… Но в осознанную мысль это не сформировалось, поэтому омега просто кисло улыбнулся и позволил альфе себя обнять.  — Ноа, не пугайся, Оуэн хочет тебе что-то сказать.  — Ещё что-то? — Ноа неприязненно глянул на соперника, тот покусывал свою красиво очерченную губу. — Вы женитесь и хотите пригласить меня?  — Нет, — Рензо толкнул локтём омегу. — Давай ещё раз блесни, Марич.  — Короче, в общем… — Оуэн замялся и виновато посмотрел на Ноа. — Всё, что я сказал тебе неделю назад, ложь. Я не беременный, и у нас с Рензо ничего серьёзного не было. Так… пару раз провели вместе течку, но любви до гроба никто никому не обещал.  — Зачем ты соврал? — Ноа почувствовал слабость в ногах, сегодня какой-то день потрясений, от которых он не успевал перевести дух. — Зачем тебе надо было это делать?..  — Меня нашёл один человек и попросил солгать, чтобы вас поссорить. Он платил очень хорошие деньги, а я, ты знаешь, совсем не из богатой семьи.  — Нет, я не знаю, из какой ты семьи, и что там у тебя с деньгами! — вскричал разгневанный омега. — Мне на это насрать! Тебе же было насрать на наши с Рензо чувства. Сидящие рядом люди начали оборачиваться, а Ноа наклонился к лицу Марича и уже более сдержанным голосом добавил:  — Что это за человек такой? Кому есть дело до отношений двух простых, никому не известных людей? Я понимаю там, кинозвёзды…  — Он представился мне как Дэн, его фамилия мне была не интересна, но, похоже, Рензо и ты его знаете.  — Дэннер? — Ноа ощутил новый неприятный толчок в грудь. — Такой высокий, черноволосый, с карими глазами?  — Да. Видный такой самец, я бы от такого не отказался, — кивнул Оуэн, бросив колкий взгляд на Ноа, — и что они все в тебе нашли? По мне, так самый обыкновенный омега.  — Зато ты у нас звезда неотразимая! — огрызнулся Рензо. — Ноа, я же говорил, что честен с тобой. Я действительно тебя люблю и хочу, чтобы мы были вместе. Просто твой бывший решил использовать подлый приём, зная твою порядочность и чувство гордости, и, как видишь, он сработал.  — Откуда… откуда ты знаешь, что Дэннер — мой бывший альфа? Я же тебе не говорил…  — Если бы он не пытался тебя вернуть, я бы о нём навряд ли узнал. Но так как он постоянно крутился около, я просто почуял его запах и сложил два плюс два. Хеммингтона я давно знаю, он приятель моего отца, поэтому я и задал ему вопрос при встрече: не показалось ли мне, что он имеет на тебя какие-то виды? И оказалось, что мне не казалось.  — Ты прав, он хо…тел меня вернуть, — Ноа думал сказать «хочет», но понял, что, возможно, уже нет, иначе бы не уехал куда-то втихаря. — И это… ему удалось, — последние слова парень с трудом вытолкнул из горла, так как ему стало дико стыдно. Он понял, что натворил: безумно легко отказался от их с Рензо отношений и кинулся в объятия бывшего, поверив его словам. А Дэннер воспользовался его слабостью и потом снова куда-то свинтил, бросив одного. Ноа почувствовал, как жар стыда ползёт по щекам, делая их пунцовыми:  — Ты меня теперь никогда не простишь, я совершил одну ужасную вещь… Но Рензо мягко приложил пальцы к его губам:  — Я знаю, что ты сделал. Я звонил твоим родителям, и твой папа рассказал мне, с кем ты… — На лбу альфы появилась напряжённая поперечная складка. — Этот говнюк намеренно подловил тебя перед самой течкой: злого, разочарованного моим мнимым «предательством» и с гормональным взрывом в крови. Ты был лёгкой добычей, и я тебя не виню.  — А я себя да! Я ужасную совершил ошибку… — Ноа сел и обхватил ладонями лицо. — Он был так ласков и нежен… Столько мне наговорил… — Злясь на свою тупость, он поднял глаза и встретил такой внимательный и сожалеющий взгляд, что ему снова стало тошно. — А сейчас я не знаю, где он. Он бросил меня! Бренн из его компании сказал, что он на отдыхе. А я даже не знаю, где и с кем…  — Он пропал?  — Да. Привёз меня домой и исчез. Телефон не берёт, сам не звонит…  — Ноа, посмотри на меня, — Рензо сел напротив и убрал руки от лица юноши, заставляя поднять взгляд на него. — Дэннер всегда был кобелиной, который имел всех омег, которых захочет. Всё всегда было по его. А тут ты. Бросил его и сломал ему шаблон. И лишь поэтому он захотел тебя вернуть — чтобы восстановить свою «схему».  — Я самый натуральный лох, — в уголках глаз защипало, он чувствовал себя просто отвратительно, и в висках шумела кровь. — Прости меня… Я не знаю, смог бы я сам себя просить, так быстро всё изгадить…  — Я конечно ужасно злюсь, что ему досталось то, чего так сильно желал я… Но, отчасти, я сам виноват. Долго соображал. Можно было сразу понять, чьих рук это дело, и не дать ему тебя забрать. А я пока нашёл этого… — Рензо оглянулся, чтобы найти Марича, но тот уже по-тихому улизнул из кафе. — Чёрт, уже свалил. В общем, ты понял, о ком я. Так вот его было довольно непросто найти, дома он не ночует, всё по каким-то впискам шатается и бухает с неизвестными альфачами. Пока выловил и допросил, Дэннер уже добрался до тебя.  — Я был пьяный, и он увёз меня к себе, — добавил Ноа, чтобы сильнее оправдаться. — И я реально думал, что Оуэн беременный, и вы с ним вместе…  — Ничего, — Рензо обнял вставшего из-за столика омегу и поцеловал в висок. — Давай всё это забудем и начнём сначала.  — Давай, — куда-то в плечо пробормотал Ноа. Мир был восстановлен. Так всего лишь за неделю он успел переметнуться от одного альфы к другому и обратно. Если бы кто-то рассказал ему всё это ещё год назад, Ноа крутил бы пальцем у виска и уверял, что с ним такого не может случиться никогда! А теперь он ни в чём не был уверен. Но их отношения с Рензо развивались также хорошо, как и прежде. Всю неделю Ноа усиленно учился, чтобы получить «автоматы» к сессии, а в выходные альфа устраивал ему что-нибудь приятное. Так почти перед самым Новым годом они ездили в столицу смотреть балет. Ноа видел балеты только по телевизору и был потрясён красотой и роскошью постановки. Там изящный чувственный омега Зобеид танцевал с Золотым рабом. В синих, расшитых восточными узорами шальфарах, манистовым поясом на бёдрах и с широкими, украшенными драгоценными камнями ткаными браслетами на груди и на руках. И всё это переливалось, искрилось и блестело, пока Зобеид порхал по сцене, как невесомая экзотическая бабочка, а рядом с ним — такой же красивый и грациозный Золотой раб, поднимающий своего любимого омегу словно пушинку. Ноа так впечатлился, что, приехав домой, нашёл в интернете музыку из балета, и три часа танцевал перед большим зеркалом шкафа-купе. Конечно, грации и легкости немного не хватало, что с прискорбием подтвердили бы соседи снизу, но он был собой очень доволен. Он думал, что уже ничто не сможет переплюнуть эту поездку по впечатлениям, однако Рензо смог его ошарашить.

***

В середине января двое омег сидели в уютном кафе и пили горячий пунш. За окном светило солнце и шёл лёгкий снежок. Настроение у них было просто отличным.  — Ну-ка покажи ещё раз, — Микка взял руку друга и восхищённо уставился на кольцо с прозрачным, переливающимся на свету бриллиантом. — Как я тебе завидую! Получить предложение на Новый год! Да уж, у Рензо есть вкус.  — Мне тоже нравится, — довольно улыбался Ноа, любуясь украшением. — Ты не представляешь, как я офигел, когда Рензо достал коробочку и встал на одно колено. Я же такое только в фильмах видел и был совсем не готов. Я наверно был похож на долгопята с картинок, выпучил глаза и застыл.  — И когда планируете свадьбу? Ты пригласишь меня свидетелем? Я хочу поймать букет! Иначе я так и останусь одиноким девственником, это мой последний шанс…  — Ничего ты не останешься, — рассмеялся омега, глядя на друга. Микка был белокурым красавцем и как минимум раз в неделю к нему подходили знакомиться. — Мы решили отметить её весной, когда уже сухо, всё цветёт, и ещё нет той удушающей жары, как летом. Я думаю, в конце марта. И конечно ты будешь моим свидетелем. Ты же мой лучший друг! Микка радостно заулыбался и подвинулся ближе к Ноа:  — А у вас хоть интим-то был? — заговорщически прошептал он. — Так же нельзя замуж выходить, не проверив.  — Был, был…  — Как был? Когда был? Давай рассказывай, ты чего молчал-то!  — На Новый год и был, мы же вдвоём справляли.  — Это типа благодарности за кольцо? Как, понравилось? — захихикал Микка.  — Естественно! Я бы не сказал «да», если бы там было всё плохо. Секс — это важная часть семейной жизни, тут должна быть совместимость, — Ноа сделал снисходительное лицо, как будто объяснял простые вещи дуралею, Микка в свои двадцать был ещё девственником, и поэтому Ноа чувствовал себя каким-то экспертом, — Я вообще-то всё так и планировал, даже без предложения, просто из-за сессии было как-то не до интима.  — И что там у него в штанах есть чем похвастать? — друга прямо распирало узнать подробности, но Ноа не спешил откровенничать:  — Всё у него отлично, агрегат что надо и владеет им на пятёрку. И вообще, Микка, что-то я боюсь за тебя, гормончики-то шалят, — омега участливо положил руку на лоб приятеля, — ты уж себе хоть запчасть от альфы купи, пока нет своего…  — Лишь бы поиздеваться надо мной, несчастным, — Микка обиженно скинул руку и шутливо надул губы. — Я вот поражаюсь, ты два раза встречался с альфами, и два раза у вас всё было взаимно. А я каждый раз влюбляюсь — и мимо! Как так-то? Где эта пресловутая ферромоновая совместимость? Как может быть, что я тащусь от запаха альфы, а он равнодушен? И ведь у меня всегда так! Помру девственником с сорока кошками! — он сказал это так громко, что на него недоумённо обернулась пара-тройка альф, сидящих за столиками рядом.  — Будет и у тебя свой мучачо, — рассмеялся Ноа, сочувствующе хлопая по плечу, — и вообще это не такая простая штука. Ведь помимо сексуальной совместимости есть ещё много факторов, которые должны совпасть. У нас с Дэннером, похоже, ничего общего, кроме секса, не было, — Ноа против воли погрустнел и разозлился. Почему он до сих пор вспоминает этого козла?!  — Он так и не объявлялся? — Микке это казалось странным. — Сколько уже прошло с того времени, как он исчез? Месяц? А ты не пробовал искать в больницах или моргах? Всякое же бывает…  — Нет, не объявлялся, да и я не хочу. Бренн же сказал, что он отдыхает. Если бы он заболел или, не дай бог, умер, неужели бы в агентстве не знали? Он просто говнюк, вот и всё. Микка поспешил вернуться на приятные темы, и они стали обсуждать успешно сданные экзамены, наряды, свадебные традиции и сплетни про друзей и знакомых. Омеги заправились и пошли дальше гулять по торговому центру, они смеялись, дурачились и весело проводили время за шоппингом, потом сходили в кино и уже вечером отправились домой на такси — каждый в свою сторону. Ноа расплатился и вылез из машины. Тут у него заиграл телефон. Было неудобно его вытаскивать — руки были заняты пакетами. Он остановился и поставил пакеты на скамейку, расстёгивая куртку. Всё случилось в доли секунды: он выскочил из подъехавшего автомобиля, подбежал к омеге и затолкал его на переднее сиденье. Ноа даже не успел схватиться за ручку двери, как альфа дал по газам, срываясь с места.