К чёрту классику!

Дэннер был просто счастлив от такого поворота событий: любимый омега под боком, посапывая, обнимает его подушку, и можно безнаказанно им любоваться, проводить носом по обнажённому тёплому плечу и невесомо целовать волосы. После возвращения с горнолыжного курорта он не переставал следить за Ноа. Его бывшие дворовые приятели за незначительную мзду охотно согласились докладывать Дэннеру, когда и с кем приходит и уходит его любимый. В тот день, услышав, что двое омег в начале одиннадцатого, разряженные и хохочущие, загрузились в такси и куда-то уехали, альфа сразу сообразил что к чему. Его друг продиктовал номер машины, и пара купюр развязала водиле язык об адресе недавней доставки. А дальше выкрасть омегу было делом техники. В огромном клубе, наполненном невообразимым коктейлем всевозможных ароматов, оставаться незамеченным проще простого, особенно когда тебя никто не старался заметить… Дэннер издалека наблюдал, как другие альфы угощали Ноа коктейлями, как он хохотал и поводил оголённым плечом, обнимая их за шею, и шептал что-то на ухо. Ему хотелось ломануться туда и оттеснить тех нахалов, чтобы все вокруг сразу поняли — этот омега его! И никто не смеет его лапать! Но приходилось терпеть. Правда, недолго. Ноа, разгорячённый на танцполе, решил освежиться и выскочил раздетый на крыльцо подышать свежим воздухом. Около входа курили несколько молодых людей, хмурый охранник исподлобья поглядывал по сторонам, двое таких же пьяных и весело хохочущих омег пританцовывали на лёгком морозце. Вот тут-то Дэннер и воспользовался ситуацией.  — Наконец-то я тебя нашёл! — недовольно проворчал альфа, быстро приближаясь к парню. — Ваш омежник уже пора заканчивать, а то свадьбу завтра проспишь!  — Какую свадьбу… Дэннер подхватил юношу на руки и потащил к своей машине. Присутствующие участливо улыбались и никак не реагировали на попытки омеги вывернуться из рук «жениха». Он сгрузил его на переднее сиденье и пристегнул ремнём:  — Вот так, буйный ты мой. Теперь поедем домой.  — Я никуда с тобой не поеду! — завопил Ноа, бесполезно дёргая за ремень. Пьяный он не мог его открыть. — Отъебись уже от меня, гнида!  — Ты неправильно строишь предложение, но глагол очень хороший, — ухмыльнулся альфа, заводя мотор. По дороге ему пришлось выслушивать маты и оскорбления, терпеть избиения водителя сапогом и попытки кувыркнуться на улицу из открытого окошка, но Дэннеру это казалось даже забавным. Он вспоминал, как первый раз увозил пьяного омегу с корпоратива, ещё не зная особенностей его опьянения, и страшно сердился на гадкого мальчишку. Теперь же он покорно ждал, пока его любимый отрубится, и со смехом посылал воздушные поцелуйчики на каждую угрозу лишить его альфьего достоинства. Уже при подъезде к дому Ноа разморило, и он мирно задремал на переднем сидении. Дэннеру оставалось только перетащить его на кровать, что он с удовольствием и сделал. Только не оставлять же его спать в этой неудобной одежде. Облегающие штаны сидели, как влитые, подчёркивая стройные ноги, и Дэн не раз сжимал кулаки, видя, как альфы в клубе облизываются на упругую попку парня, упакованную в эластичную кожу. Но сейчас он — и только он — имел исключительное право по её изъятию из этого кожаного плена. Он скинул с ноги оставшийся сапог, убрал ремень, расстегнул ширинку и попытался стянуть штаны, но это оказалось не так-то просто. Разгорячённая, чуть влажная кожа ног и ягодиц крепко препятствовала этому.  — Да что ж это за дрянь?! Как ты в них влез? — зарычал альфа, поворачивая сонного омегу на живот. — Их же с вазелином не стянешь!  — Потому что вазелин, — пробормотал Ноа во сне и дрыгнул ногой.  — Будешь скользким как пингвин, — глухо рассмеялся Дэннер, борясь с одеждой. — Хотя, конечно, хорошая защита от маньяков. Пока тебя разденешь, всё желание упадёт.  — Кран упадёт…  — Нет, мой кран не упадёт, — заверил спящего юношу мужчина. — А теперь снимем ещё футболку, она пропахла дымом и теми гамадрилами, что тебя лапали. А это моё право, да? — Аха... - не возражал Ноа, он покорно дал себя раздеть и продолжил спать. Ноа тихо посапывал во сне. Он был таким беззащитным и возбуждающим, что Дэннер почувствовал болезненную тесноту в собственных штанах. «Спокойно, спокойно, — сказал он сам себе, — ты будешь последней скотиной, если воспользуешься бесчувственным телом». И, поцеловав его в горячее плечо, Дэннер укрыл Ноа одеялом и пошёл мастурбировать в ванную.

***

А утром альфа принял бодрящий душ, приготовил бутылку минералки и таблетки, и терпеливо стал ждать, когда этот буян проснётся. Ноа просыпаться не хотел. Ему было так тепло и уютно. Во сне он играл с каким-то фантастическим животным, которое было огромным и пушистым. И это существо было ужасно ласкучим и шаловливым. Оно периодически щекотало его в самых разных местах, вызывая приятные мурашки. Ноа это нравилось. Ещё чуть-чуть, и сон бы превратился в эротический. Однако сквозь радужный целлофан сна он почувствовал что-то неладное. Сознание медленно, но верно, просыпалось, и подавало сигналы о том, что ощущения слишком реалистичны. «Паук! По мне ползёт паук!» — заверещали рецепторы кожи. И Ноа вскинулся в кровати, со всей дури дрыгая ногой.  — Эй, эй, полегче! Так и убить можно! — потёр лоб Дэннер, задетый конечностью любимого. Потому что это он только что проводил по ней рукой и хотел поцеловать бедро.  — А-а-а! — завопил Ноа, оглядываясь. Он никак не ожидал, что проснётся в одной постели с таким «пауком». — Что ты здесь делаешь? А-а-а! Он попытался выбраться из кровати, но ему помешало одеяло, коварно закрутившееся вокруг тела.  — А-а-а! Убирайся прочь, маньяк! — Ноа хлестанул Дэннера по рукам, когда тот попытался его утихомирить. — Почему я голый? Где моя одежда? Памагитеее! Парень что есть сил забрыкался, отбиваясь от бывшего, но Дэннер и не думал выпускать его из мягкого одеяльного кокона. Наконец, весь запыхавшийся, Ноа обмяк, заваливаясь обратно на подушку:  — Я сдаюсь, — прошептал он. — От тебя ещё хуже. Голова ужасно трещит. Голова и в самом деле разламывалась от боли, как будто в ней растрясли банку гвоздей. — На вот, выпей, — альфа протянул стакан воды и две таблетки на ладони. Ноа с благодарностью их проглотил, жадно запил пузырящейся водой, и снова лёг, прикрыв глаза:  — Как я здесь оказался? Я же помню, что просил Микку забрать меня.  — Твой друг плохо за тобой следил. На крыльце ты чуть не подрался с двумя двухметровыми альфами. Ну, нельзя же так хамить людям! Пришлось мне тебя выручать.  — Спасибо… Я что правда хамил альфам? Я, конечно, могу… — Ноа ничего не помнил, и поэтому вовсе не усомнился в словах Дэннера. Пьяный он мог вести себя совсем не адекватно. — А как ты сам там оказался?  — Я там отдыхал, — продолжил лгать мужчина, — это самый популярный клуб города, а я молодой холостой альфа и могу иногда отдохнуть после работы.  — Ааа, ну да… — пробормотал Ноа и сел. — Мне надо в ванную, я ухожу...  — Надеюсь, ты не забыл дорогу? — бросил Дэннер вдогонку пошатывающемуся от слабости юноше. — Хочешь, провожу?  — Ага, проводил волк к дедушке… Под расслабляющей струёй тёплой воды Ноа стало лучше. Или это таблетки подействовали? Во всяком случае, голова перестала болеть и мутный туман, что всегда заволакивал мозги с похмелья, почти рассеялся. Он медленно намыливал своё тело гелем для душа, прикрыв глаза и оперевшись головой и плечом о кафель. Тут всё пахло альфой. Что было не удивительно, ведь это его ванная комната. Этот запах вызывал приятную истому в груди и навевал разные воспоминания. Ноа бессознательно гладил живот, нежно сжимал яички и водил круги вокруг сосков. Это было приятно. Сколько минут он так блаженствовал? Пять, десять? Ноа не отдавал себе отчёта, вода мерно шумела, добавляя этому действу состояние медитации.  — Тебе помочь? — неожиданно раздалось рядом. Не успел Ноа разлепить глаза и повернуться, как Дэннер раздетый отворил стеклянную дверь душа и шагнул внутрь. Он прижал юношу к своей груди и заскользил второй рукой вниз, целуя мокрое, чуть горьковатое от геля плечо. — Это сексуальное домогательство, — просипел омега неожиданно севшим голосом, — убери свои руки и выйди вон… — Не могу, — вкрадчиво ответил Дэннер, прижимаясь губами к уху, — это сильнее меня, ты слишком хорош… Ноа дёрнулся, пытаясь вывернуться из рук альфы, но воля его ослабела. Мужчина завладел наливающимся силой членом омеги и умело ласкал его рукой, одновременно потираясь своим достоинством о нижнюю часть спины. Ноа словно вернулся в те блаженные дни, когда они были парой, его чресла загорелись от удовольствия и под прикрытыми веками бились огненные круги. А Дэннер продолжал целовать его шею, водить свободной рукой по гладкой груди и раздвигать своим упругим членом ложбинку на ягодицах омеги. Дыхание обоих стало шумным, и толстое стекло кабины начало запотевать. — Как же я хочу тебя… — выдохнул Дэннер, поворачивая парня к себе. Он впился в его приоткрытые губы и жадно запустил вглубь язык. Ноа задрожал от удовольствия, забывая как дышать, и крепче прижался к мужчине, позволяя тому мять руками его ягодицы и массировать анус, пальцы скользили от геля и свободно проникали в заветное отверстие. Наконец, альфа не выдержал. Он приподнял Ноа на руки, заставляя обхватить его бёдра ногами, и медленно надел его на свой член. Омега сквозь зубы втянул воздух и с гулким выдохом прислонился к кафелю. Он полностью отдавался во власть любовника. Дэннер вжал Ноа в стену, подхватывая под разведённые полушария, и начал ритмично вторгаться в тело. Парень впился в широкие плечи мужчины, помогая тому поймать темп, и с хрипом содрогался в такт мощных толчков. Сердце обоих побежало вскачь, глаза закатились куда-то под веки, а удовольствие огненно пульсировало в слившихся телах. Спустя неконтролируемую вечность, они оба взорвались оглушительным оргазмом. Переждав оргазменные судороги, Дэннер медленно опустил руки, и Ноа заскользил по стене на пол. Он был полностью опустошен и ноги его не держали. Альфа сам вылетел из тела и с трудом мог соображать, но он всё же поставил любимого вертикально и стал мыть.  — Сейчас я тебя домою и унесу в кроватку, — прошептал он в ухо омеге. — Ты просто бомбический…  — Ты тоже ничего так, — хмыкнул Ноа, улыбаясь и откидываясь на его плечо. Он не сопротивлялся, пока Дэннер крутил его со всех сторон, намыливал и ополаскивал водой. Его голова обрела блаженную лёгкость, и он парил где-то в высоте, совсем без мыслей. Лёжа в кровати, пока альфа принимал душ, смывая пот и сперму, Ноа стал размышлять о том, как себя дальше вести с Дэннером. Только что произошедшее он себе уже простил и оправдал приближающейся течкой и похмельной слабостью. Он же не святоша, в конце концов. И к тому же свободный. Но всё же надо было сделать строгое лицо, сказать, что это минутная слабость, и уйти.  — Я заказал нам еду, — Дэннер с полотенцем на бёдрах вошёл в спальню, бросил телефон на тумбу и плюхнулся в кровать. — Тебе надо позвонить домой и предупредить, что задержишься у меня на несколько дней.  — А с чего это ты взял, что я задержусь? Один раз добился секса, и я снова весь твой? — Ноа был возмущён наглостью альфы: он что себе думает, что всё прощено и забыто, они снова пара?  — Потому что тебе нужна моя помощь, — растянулся в нахальной улыбке мужчина, — кто будет удовлетворять моего мальчика в течку? Я же чувствую, как твоё тело готовится к ней... Всё это он проделывал, притягивая Ноа к себе с железной решимостью всё продолжить. Руки его пошли гулять по обнажённому животу, пенису и яичкам, отчего омегу снова бросило в жар. Все саркастические ответы, что он заготовил, странным образом испарились, и спорить с альфой перехотелось.  — Хорошо… — выдохнул Ноа, чувствуя, как дыхание опять сбивается и в паху становится мучительно горячо. — Но это только секс, ничего больше…  — Конечно, секс, зайчонок… Через сорок минут им пришлось прерваться на звонок курьера. Они вместе поели, Ноа позвонил родителям и предупредил их, что останется. Конечно, папа был несколько удивлён, но считал, что его совершеннолетний ребёнок вправе сам решать.  — Ты только помни о предохранении! — напутствовал старший Гессен. — Окончи университет и корочки мне положи, и тогда детей делай. Ты понял?  — Па, не волнуйся ты как, я уже взрослый и решу этот вопрос, — успокаивал родителя Ноа, одной рукой держа телефон, а другой отбиваясь от Дэннера, — внуков я тебе дарить пока не собираюсь.  — А я был бы не против, — вставил альфа, покусывая ягодицу и с удовольствием наблюдая мурашки на обнаженной спине омеги, — я хочу детей.  — У тебя мозги вместе со спермой вытекли? — Ноа хлопнул Дэннера подушкой и завернул свои ноги в простыню. — У нас только секс. И они занимались сексом ещё несколько дней подряд. Ели, спали, смотрели кино, принимали вдвоём ванну, а потом снова возвращались в кровать. Но течка кончилась, и на следующее же утро Дэннер разбудил Ноа ни свет ни заря:  — Эй, солнышко, просыпайся, тебе домой пора. Ноа нехотя протёр глаза:  — Зачем пора? Я хочу спать, мне надо восстанавливаться…  — Затем, что тебе дома надо показаться, а то родители потеряют и придут ко мне с полицией. На этот довод пришлось согласиться. И Ноа, пошатываясь от слабости, пошёл умываться и одеваться. Дэннер довёз его до подъезда и крепко поцеловал на прощанье:  — Я тебе вечером позвоню. Оставшиеся дни на этой неделе мне придётся поработать в авральном режиме из-за нашего небольшого отпуска, но к выходным я снова хочу тебя увидеть.  — Окей, хорошо, я буду ждать. За эти дни Ноа решил дать альфе ещё один шанс. Дэннер был такой нежный, любящий и заботливый, что омега снова уверился в их счастливом будущем. Правда ему об этом пока не говорил. Но вечером никто не позвонил. Зато Ноа прочитал все смски от Рензо, что пришли на телефон, пока тот был в отключенном состоянии. Рензо писал много ласковых слов, просил не рубить с плеча и дать ему во всём разобраться. Просил подождать, пока он поговорит с Оуэном и решит проблему, он был уверен, что тот врёт. Далее следовало несколько эротических сообщений, что делал бы с ним Рензо в течку. У Ноа запылали щёки и другие части тела, пока он представлял в уме прочитанное. Ему на миг стало ужасно стыдно, что он поддался соблазну и провёл течку с Дэннером, хотя планировал провести её с Рензо. И Ноа не сомневался, что ему было бы очень хорошо. «Так, ты же уже решил, что попробуешь снова встречаться с Дэннером», — сам себя начал убеждать омега, — «Он изменился и теперь будет дорожить нашими отношениями». Рензо он ничего не ответил, ему было как-то неловко и совестно. И он предпочёл молчать. Утром парень послал Дэннеру смску: «Где ты? Почему не позвонил вчера?» Но в ответ была лишь тишина. Весь день Ноа напряжённо учился, ему было надо вникнуть в учебный материал, так как пропущенное в течку он самостоятельно прочитать не успел. Он надеялся, что уж этим вечером услышит голос любимого, но так и уснул, сжимая в руке телефон. В субботу утром он сам набрал Дэннера и услышал равнодушный голос диктора: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Тут Ноа начал потихоньку паниковать. Куда он пропал, этот герой-любовник, который так хотел вернуть омегу обратно? Что это за странные выходки? Обещал позвонить и кидает! Ноа кое-как отсидел две утренние лекции и сорвался в рекламное агентство. Как же всё за это время поменялось… Парень надеялся найти там знакомые лица, но за столом секретаря никого не было, кабинет начальника был закрыт, бухгалтерия тоже отдыхала, и только рекламные менеджеры продолжали принимать клиентов. Но все присутствующие были омеге не знакомы.  — Я могу чем-нибудь помочь? — спросил его альфа в строгой белой рубашке.  — Я ищу вашего директора, Дэннера Хеммингтона.  — Ааа, я тут сам недавно работаю и не могу вам помочь, — с некоторой печалью в голосе протянул мужчина. — В его отсутствие всеми текущими вопросами занимается его зам Майлз Янг, но по выходным его нет. В выходные только менеджеры трудятся.  — Спасибо, но мне нужен именно Хеммингтон, — поблагодарил Ноа, пытаясь рассмотреть хоть кого-то, кого он знал с летней практики. И тут ему подвернулась удача. Напряжённо хмуря брови над каким-то макетом каталога, мимо прошествовал Бренн. Омега из дизайнерского отдела, что тоже был влюблён в директора. Ноа вспомнил, как его бесили непонятные шуточки про клиентов, над которыми хохотали только эти двое, а он стоял рядом и чувствовал себя дебилом. Но, не смотря на это, он радостно окликнул бывшего «конкурента»:  — Эй, Бренн, привет! Как дела? Тут столько новеньких, что я растерялся. Хорошо, что тебя встретил!  — А, ты… Помню-помню. Омежка-практикант, что втюрился в начальника и надеялся на большую любовь. Что тебя сюда занесло? Вы же с Дэннером расстались?  — Мне нужно его найти, — парень решил не вдаваться в подробности их нового сближения, — ты не знаешь, где он?  — Скажем... он на курорте, ему надо немного отдохнуть и подлечиться.  — Каком курорте? С кем?  — Как видишь, не с тобой, — Бренн приподнял аккуратную бровь и ехидно скривил губы. — Все вопросы сейчас решает его зам Майлз Янг, приходи к нему в понедельник. Извини, мне некогда с тобой говорить, много работы. И он пошёл дальше по своим делам, оставив Ноа в полном замешательстве. На какой курорт и когда успел уехать альфа? Почему он ничего ему не сказал? Что вообще происходит? Почему Дэннер так с ним поступает? Тут в кармане зазвонил телефон:  — Ноа, как я рад, что наконец могу тебя услышать! Я хочу увидеться с тобой, — это был Рензо, радостный и решительный, —  мне надо тебе что-то сказать. Пожалуйста, давай встретимся через час в кафе «Андервилль», что недалеко от твоего дома. Ты сможешь?  — Да, — машинально согласился омега, всё ещё переваривая информацию про Дэннера.  — Отлично! — улыбнулся собеседник на том конце. — Помни, я тебя люблю! Ноа промолчал.