По воле рока

Но Мир неожиданно исчез. В субботу днём мы ещё поговорили по телефону, а потом – всё. В воскресенье он не отвечал на мои звонки, дома его тоже не было. Как и друга его. Я весь день беспокоилась и уверяла себя, что с ним всё в порядке. Но слабо верилось. Из головы не выходило его заявление про отпевание… Реально было стрёмно, да ещё эта дурацкая интуиция, которая ничего хорошего не предвещала. И я надеялась, что она мне наглым образом врёт. Ведь всё нормально. Завтра в школе встретимся. А ещё было бы хорошо, если бы меня завтра не спрашивали на уроках… А то я хренова готова. Но в школе его тоже не было. Я в растерянности сидела на всех уроках (благо, не спрашивали) и всё думала, думала… Что же случилось? Ничего в голову не идёт… Хм, чёрт. Я еле отсидела эти треклятые шесть уроков и сразу же помчалась домой к Миру. У самого подъезда я неожиданно наткнулась на его друга. Георг, кажется. Фух, осталось только набраться смелости, чтобы обратиться к нему. Ох… - Здравствуй, - я остановилась прямо возле парня, а сердце-то колотится… Кашпец. Как будто на расстрел иду. А парень был растерян и потому, видимо, не особо понимал, что это к нему обратились. - Ты же друг Мира? Что с ним… случилось?.. - Здравствуй, - парень внимательно посмотрел на меня. Чёрт, и у него взгляд какой-то нехороший… Да ну что это такое. Один хуже другого. - Он пропал в субботу вечером. - Извини, что на «ты». Я… это… Энн. Просто… он сказал, если что, у тебя спросить… Как это – пропал?! Мир не мог пропасть! Что за глупости?! - Ничего. Я Георг, рад знакомству. Значит, он умышлено пропал… - на последних словах парень погрузился в размышления. Странный он какой-то. - А раньше такое было? - как-то не очень себя чувствую. Прямо не по себе. Да и как вообще Мир мог пропасть? Куда? Мне срочно нужны ответы на эти вопросы! Срочно! - У меня да. У него только суициды. - Ну, про самоубийства я слышала от него… Я чем-то могу помочь? Георг пожал плечами. - Я думаю, нужно снова лес прочесать. - Я… Можем вместе. - Да куда уж тебе? С ним всё в порядке, я уверен. Он вернётся. Но лес прочесать всё-таки стоит… Но я один пойду. - Хочется надеяться… - я обречено вздохнула. Пропал… Но почему я не верю? Что он вернётся… Вот дура. - Ладно, не буду тебя задерживать. Если что-нибудь узнаешь, позвони мне, пожалуйста. Георг кивнул и быстро записал номер моего телефона. Потом исчез за поворотом. А я поплелась домой. С пустой головой. А как тут думать вообще? Мысли в кучу свалились и всё… Ни туда и ни сюда. В эту ночь я спала до жути плохо. Постоянно просыпалась, сны какие-то запутанные снились, так что с утра мне было ещё хуже, чем днём. Лучше бы вообще не спала, чес слово. С тяжёлым сердцем я собралась в школу. Туда и так ходить не тянет, а теперь и подавно. Ещё и физкультура первыми двумя уроками… А-а, застрелиться. А из головы всё никак Мир не выходил. Вдруг что-то всё-таки случилось нехорошее?.. Да ну фу, Энн, хватит. Задолбала. Всё с ним хорошо, вот увидишь. Физкультура прошла как обычно. Первый урок – чистой воды садизм, второй – волейбол с десятым классом. Прямо хоть вот бери и стреляйся. Достало уже. А ещё эти смешки идиотские в исполнении одноклассниц. Перестрелять всех. Вместе с физруком. Да и вообще всю школу можно. Подорвать. Чёрт… Я затрясла головой, выходя из раздевалки. Надо выкинуть все кощунственные идеи. Мы почти отмучились, пускай другие мучаются. Так что подрыв оставим в покое. Не успела я выйти в коридор, как сразу же с кем-то столкнулась. Чёрт, спать надо больше… Ой, Воин! - Привет! - радостно сказал парень. Как ни в чём не бывало. - Как дела? Было две мысли: ударить или обнять. И почему-то я не сделала ничего. - Привет, - вот даже и улыбаться в ответ не хочется. - Нормально, вроде. А у тебя как дела? - Отлично, - он всё улыбался. Дать бы ему, а… Прямо в улыбку эту. Чтоб как в былые годы у Горшка получилось. Ох… Я продолжила свой путь к раздевалке, чтобы повесить туда физкультурную форму. Мир шёл рядом. - Хочется спросить, где вы пропадали, друг? - сдержанно спрашиваю. Вот так и тянет кинуться и ударить его… или обнять… Не знаю, лучше ничего не делать. - В лесу гулял. Я посмотрела на товарища. Радости прямо не скрывает. - Ну ты даешь… Мне уж тут не по себе было… - Чего это? - Я беспокоилась. Взбрело же тебя в голову… - Что взбредает мне в голову – не вашего ума дело. Ну вот. Снова перемена в настроении. Отлично. - Хм… может, ты и прав… - я пожала плечами, покуда мы поднимались по лестнице на второй этаж. - Не могу понять, чего вы все от меня хотите? Почему волнуетесь? Чем я заслужил такое отношение? Не достоин же… Мы даже остановились посередине лестницы. Вернее, это я остановилась, а Мир остановился вслед за мной. Я внимательно посмотрела на друга. - Да почему же не достоин сразу? Мир, все мы живые люди, все чувствуем что-то. Есть же те, кто тебя любит, естественно, они и будут беспокоиться. Ты же хороший, - я взяла его за руку. - Ну же, блин, ты не один! Да вон хоть друг твой. Зачем так думать? Оно ведь тоже неправильно… - Да что друг? Зачем я ему сдался? Он просто так со мной, от скуки… - Не надо так говорить. Он с тобой. Я с тобой. Мы с тобой. Ну же, улыбнись, - я улыбнулась сама. Через секунду Мир всё-таки просиял улыбкой. - Ну вот. Так ведь лучше? Всё хорошо будет. Идём на химию, а то встали посреди дороги. - Говоришь, всё хорошо будет, а сама на химию тащишь, - парень усмехнулся. - Ну… эн… м-да… - я не нашла, что на этот довод можно возразить. Да и что тут сказать? Главное, что он нашёлся. Тут у меня телефон в кармане завибрировал. Георг написал. «Вот и нашёлся наш воин)». Как раз вовремя. Уж сама вижу, не слепая. Я черканула ему радостное «Я вижу)» как раз в тот момент, когда прозвенел звонок и мы зашли в класс. Ох, вот сейчас будет скука смертная. Не удивительно, что практически сразу мы начали болтать с Миром. - Хочу умереть… - послышалось мне на ухо, когда Светлана Алексеевна начала объяснять новую тему. Ну, как новую. Из восьмого класса. Но никто ничего не помнил. Как обычно. Или вообще не новую… Кажется, это всё продолжение старой. Совсем памяти нет. Точнее есть, но только на всякие мелочи и глупости. - Мир, не надо… Живи, пока живётся, - не отрываясь от записи в тетради, ответила я. - Не очень живется, у меня просто маниакальное желание сдохнуть, сам удивляюсь… Иногда, - он усмехнулся. - Ну, у меня тоже бывает… Иной раз даже думаю, вот помру, будут мне друзья-товарищи на могилу ромашки носить… Но гнать надо эти мысли. - Ромашки… - парень улыбнулся, глядя на меня. - Ну, не розы же, - я пожала плечами. - Чёрные лилии. Хотя… Ромашки лучше. - Не видела чёрных. Других цветов всяких – пожалуйста, но не чёрных. Я просто люблю ромашки. И колокольчики полевые тоже. Прямо вот лечь в поле и… замёрзнуть, - траурно закончила я, ожидая реакции товарища. - А чего мёрзнуть? В траве тепло! - Ну а что? Ночью-то холодно. Вот знаешь… всё, пойду в поле жить, - я улыбнулась. - Если трава высокая, дикая и густа, там даже ночью тепло. Проверено, - парень тоже улыбнулся. - Тогда я с тобой пойду. - Идём. Хоть сейчас. Только уже не лето, к сожалению… - Ага… Может, и Георга прихватим? А то обидится, что я его снова не позвал? - Да пожалуйста. Поле большое, место всем хватит. - Так, одиннадцатый класс, - неожиданно послышался голос учительницы, - ну-ка, встали все. Весь класс резко замолк и послушно встал. - Это что такое? Что вы себе позволяете? Болтаете без конца. В одиннадцатом классе и речи не должно идти о дисциплине, - она с таким лицом осмотрела всех… Там были и укоризна, и строгость, и отвращение. Словом, ни в сказке сказать, ни пером описать. На минуту в классе воцарила гробовая тишина. Далее послышалось учительское: - Садитесь. Все сели и дружно продолжили болтать. Ну а что? Как будто кому-то интересны всякие там виды химической связи! Нет, ну металлическая, конечно, приятно звучит, но речь-то там далеко не о музыке. Так что все продолжили болтать. И мы с Миром тоже. Зато на душе было радостно – нашлась пропажа! Хоть и было неясно, что хотелось сделать больше – обнять его или ударить.