И кто бы мог подумать?

Шерлок и доктор сидели в небольшом лондонском кафе, неподалеку от квартирки родителей Майкла Вильямса. Они ждали уже около получаса и по предположению сыщика оставалось не меньше. На вопрос о том, зачем же они пришли так рано, если Холмс знал, что никого нет, Джон был окинут взглядом, говорящим: Как, женившись на киллере мирового масштаба, можно оставаться таким тупым? Доктор решил не допытываться более и принялся за салат. Шерлок обдумывал нечто серьезное: ничего не говорил, не ел и смотрел сквозь предметы, окружавшие его. Джон уловил новое в друге, назвав это внимательностью к чувственной части жизни. Пусть сыщик и продолжал периодически грубить, но теперь же почти всегда извинялся. Доктор списывал это на влияние Молли, Молли на Доктора, Шерлок же на обоих. — «Может ты поешь, все-таки…» Детектив посмотрел на Ватсона и тот решил попридержать язык, заметив, что Холмс явно хочет спросить о чем-то, но боится или же стесняется- непонятно. Джон знал, что существует лишь три темы, которые могли вызвать подобное состояние: 1) Чувства 2) Та Женщина 3) Редберд. Подумав еще раз, доктор пришел к выводу, что пожалуй все три темы стоит объединить в одну. Предполагать, что друг интересуется доминанткой или «другом детства» — было бы странно, а значит скорее всего Шерлок думал о Ней. Джон удивился тому, как легко оказалось раскусить детектива: — «Ты можешь спрашивать о Молли совершенно спокойно, мы же друзья» Несколько секунд замешательства. — «Беру свои слова назад, лондонским полисменам до тебя далеко». Шерлок действительно хотел поговорить о Ней, вернее не столько конкретно о Молли Хупер, нет. Сейчас его интересовало мнение друга по более тонкому вопросу: как чувствуют обычные люди- что-то вроде сравнительного анализа. Детектив волновался: — «Да, это будет странно, хочу предупредить- ты можешь отказаться отвечать или назвать меня грубо- я пойму» Джон напрягся, прокручивая в голове список тем, связанных с Молли — «Что за вопрос?» — «Что такое любовь к женщине, Джон? Как бы ты это описал?» Ватсон уже закончил с ужином- слава Богу, в противном случае пришлось бы оказывать первую помощь. Доктор упорно изучал несуществующий рисунок на скатерти, не решаясь поднять взгляд. — «Как ты хочешь, чтобы я ответил?» — «Честно». Джон был сбит с толку. Подумав, однако, что перед ним сидит Шерлок Холмс и если он спрашивает, то ответ действительно необходим- только так, доктор начал: — «Я встретил Мэри не в самый счастливый момент моей жизни, тогда она просто была рядом, ничего не требуя. Шло время- я начал привыкать к ее глазам, ее смеху, эта женщина была идеальной, я осознавал: Мэри- то, что мне нужно, но я не мог переломить себя, не мог соединить такие чувства, как любовь и … В общем ты понимаешь… Осознание пришло внезапно- тебя было не вернуть, твоя жизнь окончилась, на тот момент, а моя, как бы не было больно- продолжалась. Я решил рискнуть, впустив Мэри и не ошибся. Я понял, что люблю. Как это можно описать? — Да нужно ли вообще? Я просто хочу быть с этой женщиной, мне плевать на других». Джон закончил и тоже посмотрел в окно- «А что же ты скажешь?» — «Думаю, я не смогу точно выразить мысли, полагаю нам пора» — «Нет, Шерлок, давай же, ты должен рассказать, ты хочешь этого» Детектив не знал, хочет ли он что-либо объяснять, но рассказанное Джоном оказалось слишком уж знакомым для него самого: — «Однажды, у меня было интересное дело: убийца совершал преступления на мотив фольклора разных стран, двигаясь по карте с севера на юг. Тогда пришлось изучить множество различных традиций, обычаев, местных легенд и, в том числе, сказок. — «Сказок?» — «Да, Джон, сказок- они отражают характер и образ мышления народа, в них заложена идея, которая передается от поколения к поколению с целью обезопасить потомков от уже совершенных ошибок. Тогда я столкнулся с одной русской сказкой» — «Не знал, что ты владеешь русским» — «Не я. Майкрофт. Это не важно» — «Прости, продолжай» — «В ней рассказывалось о страшном костлявом старике, олицетворяющем зло. Сам же он был бессмертен, относительно. Его смерть заключена в игле, спрятанной слишком хорошо, что бы кто-нибудь добрался до нее. Но стоило одному человеку найти и сломать иглу, как старик погибал». Шерлок замолчал. — «Ясно». — Ватсон был в замешательстве — «У нее моя игла, Джон». За окном уже стемнело и улицы были освещены. Дверь дома напротив открылась, впуская двоих- мужчину и женщину. — «Пора» — детектив поднялся Джон тоже встал: «Знаешь, в таком случае я спокоен за твою жизнь».