Край ветров: ........

Темнота. В этой темноте есть я. Я знаю, что эта темнота - глубока. Но не бесконечна. Я знаю, что так просто мне тут не умереть. В этой темноте нет чудовищ, нет ловушек, нет опасностей. Тут вообще очень мало что имеется, и на данный момент тут есть только я. Но так же я знаю, что в глубине этой темноты я могу найти... что-то. Что-то еще. Я точно знаю - рано или поздно... мы встретимся. Я и это нечто, находящееся в небесконечной, непустой темноте. Я не испытываю страха - знаю, что встреча не станет роковой. Ни я, ни то, что прячется во тьме - мы не враги друг другу. Но деваться нам тоже некуда, обойти друг друга, пройти мимо - невозможно. И, зная, что эта встреча неминуема, я не испытываю любопытства или нетерпения. Всему свое время. Мы встретимся. Это неотвратимо. И, зная это, я не пытаюсь остановиться, не пытаюсь бежать, не пытаюсь противиться - я, словно вода в реке, движусь вглубь темноты, я ощущаю это мягкое, еле заметное стремление как единственное, что сейчас определяет меня. Но вдруг темноту разрывают светлые пятна. Их края похожи на обожженные края бумаги, и эти язвы-пропалины разрастаются все шире. В следующее мгновение темнота исчезает полностью. Тудум-тудум. Свет проезжает по противоположной стене, бликуя в немытых, исцарапанных окнах. Серые поручни. Грязь. Пальцы на ногах мерзнут. Но телу тепло. Я смотрю вверх и вижу бледное лицо Кей - она глядит в окно. Моя голова лежит у нее на коленях, ее пальцы заплутали в моих волосах. Она замечает, что я смотрю на нее - коротко улыбается левым краешком рта, гладит меня по виску - нежно, задумчиво - и переводит взгляд на окно. Затем все снова накрывает тьма. Я вижу будто во сне еще какие-то всполохи, красных бабочек, белый снег... Через неопределенное мгновение я опять открываю глаза. Тусклый свет лампы, спрятанной где-то под потолком, кажется чрезмерным. Реальность осознается опосредованно. Словно я был какое-то время просто сторонним наблюдателем и вдруг включился, вернулся, осознал себя - собой. Вот руки. Довольно угловатые, переломанные линии у них. Эти плоские светлые ногти мне никогда не нравились. Шершавая простыня под подушечками пальцев.Тепло. Жарко даже. От этого ощущения хочется избавиться. Как быстро я привык к нему... Мысли не казались мне противоречивыми. И покоя в душе тоже, как ни странно, не было. Где я? Мы уже вернулись? Это клиника поглощающих и мне готовиться к экспериментам? Что было между тем моментом, когда мое нутро прожгла серебряная вода и тем, когда я очнулся ненадолго и увидел Кей? И что было после? Впрочем, я ощущаю себя способным встать и идти. Аккуратно вытащить из кожи иглы. Плиточный пол - холодный. Голова слегка кружится, но мне нестерпимо быть в неведении. В палате нет окон. Мы под землей? Надеюсь, нет. Я подхожу к двери, она послушно отворяется, впуская внутрь немного промозглого холода. Слегка помедлив, я иду вперед по коридору, внимательно осматриваясь по сторонам. Тут пока что тоже нет окон, но иногда попадаются закрытые двери. Это место... эта больница выглядит довольно новой, стены аккуратно покрашены в матовый серо-голубой. Лампы горят не все - ну понятно, ночь на дворе, кому нужна полная иллюминация? Место это мне незнакомо, но, добравшись до развилки, я каким-то образом понимаю, что все больницы, в общем-то, устроены примерно одинаково, а значит, я с большей долей вероятности не заблужусь. Взглянув на пустынные коридоры по обе стороны, я выбрал правый. Вскоре вдалеке показались первые проемы черных окон. Затем мне попалось несколько открытых дверей - все они вели подсобные помещения, а вот за ними обнаружился проход в общую палату. Я аккуратно заглянул внутрь, надеясь, что, если кто-то из пациентов не спит, то я смогу спросить у него, где мы находимся и куда мне вообще идти. Палата была полупустой, пара больных у дальней стены, под окнами, лежали неподвижно, и я не решился их будить. Ладно, надо попробовать мыслить логически. Если бы я был в "гостях" у поглощающих, мне бы вряд ли кто-то разрешил вот так разгуливать по этажу. Значит, это обыкновенная человеческая больница. В таких местах частенько встречаются разные противоречивые ситуации: отсутствие контроля надо мной вполне может сочетаться с тем, что Кей, например, ко мне пускать не стали. Мы же не родственники. Так, может, тут есть какой-нибудь дежурный... Впрочем, почему бы мне не отправиться прямиком на первый этаж. Ведь там обычно располагаются приемная и регистратура? Я чувствовал себя вполне сносно, разве только ушибы и ссадины слегка побаливали. А это значит, оставаться здесь нет никакого смысла. Нужно только понять, что это за "здесь". За окнами было все так же темно, и сквозь черноту эту медленно плыли, покачиваясь, крупные снежные хлопья. Я задержался у одного из окон, силясь узнать пейзаж - тщетно. Если вдалеке и есть какие-то огни, из-за снега их не видно. Остается местность вблизи, подсвеченная уличными фонарями, но мне совершенно незнакомая. Хорошо, по крайней мере, это все еще он - север. Вздрогнув от подобравшегося близко заоконного холода, я потер плечи, силясь слегка согреться. Не помогло. Надо бы вернуть свою одежду и вещи... Я направился к выходу с этажа, обозначенному зеленой светящейся табличкой. Повернул ручку на двери, толкнул. Дернул на себя. Закрыто. - Ну что ты будешь делать... Дверь - деревянная основа, стеклянные вставки, видно, что внутри они прошиты металлической сеткой. Так, нет, я не стану даже пробовать ломиться напрямик. Еще я двери в больницах не ломал. Серьезно. Может, это не тот выход? Или их закрывают на ночь? Если так, то это паршиво. Не из окна же прыгать в снег? Так я себе все ноги переломаю, что нежелательно. Я снова повернул ручку и дернул на себя, ни на что, в общем-то, не надеясь. Дверь, слегка скрипнув, открылась. Это меня немного насторожило. Так. Ладно. Такое бывает. Может, я недостаточно силы приложил в первый раз. Или замок заедает. Не всегда все так сложно, как кажется на первый взгляд. Придерживаясь за холодный поручень, я стал спускаться. Три темных лестничных пролета привели меня на первый этаж, и уже там, поплутав по полутемным коридорам и всего единожды очутившись в тупике, я довольно скоро выбрался в холл. Осмотрелся. За двухуровневыми стеклянными дверьми все еще мягко падал снег, затененные мозаичные стены поблескивали серебром и пестрели стилизованными изображениями резвых краснощеких детишек. Рисунки сверху и снизу обрамляла деревянная кайма с вырезанными на ней этническими узорами, весьма характерными. Ага, значит, мы севернее Тасарос-Фесса. Наверное, мы с Кей все же добрались в Кетлесс. Я подошел к окошку регистратуры и, с секунду поколебавшись, постучал в стекло, бессовестно помешав кудрявой женщине средних лет видеть десятый сон. Она встрепенулась и, кажется, какое-то время не верила своим глазам. - Простите... я бы хотел уже... хм, выписаться? Мне бы получить мои личные вещи и еще, может, вы знаете, где Катерина Берса? Скорее всего, она меня сюда записала и привезла тоже... - Подожди-ка, - женщина в окошке какое-то время промаргивалась. Потом, предостерегающие подняв палец, одной рукой набрала какой-то номер на кнопочном телефоне и заговорила в трубку: - Игорь Васильевич, тут наш особый пациент из Малого Версуса спустился... да, вот прямо передо мной стоит, что с ним делать? Да, сам стоит, хочет выписаться... что? Поняла вас, жду. Понятно, так просто никуда мне отсюда не деться. Я сглотнул и мимолетом глянул на двери. Нет, на мороз мне определенно не хотелось, так что сбежать - не вариант. - Так, ты стой где стоишь, - женщина принялась выбираться из-за стола и обходить деревянную кабинку регистратуры сзади. - Обратно сейчас пойдем. Потом будешь духов благодарить, а до утра никто тебя не выпишет, ишь чего... выздоровел ты или нет - не тебе решать, без анализов никто тебя никуда не пустит. - А анализы только утром, - догадался я. - А как же. - А сейчас сколько времени? - Полночь на дворе, - произнесла моя провожатая, словно обращается к несмышленому младенцу. - Ох, за что мне это... Пошли, пошли. Я, вздохнув нетерпеливо и слегка раздраженно поплелся за ней, пытаясь на ходу придумать, как же мне все-таки отсюда побыстрее убраться. К тому же, организм возжелал пищи. - Ужин я, конечно, уже пропустил? - Придется потерпеть. - Так а с Кей... с Катериной я могу как-то связаться? Может, мне можно забрать хотя бы телефон? Ответом меня не удостоили. Уже у входа в мою палату женщина произнесла: - Значит так. Ложись и жди врача. Он скажет конкретнее, что тебе делать. И будь повежливее - ты человека из постели, считай, выдернул. Я, не слишком довольный происходящим, вернулся на исходную позицию. - Так-то, - наставительно произнесла женщина. - А теперь жди. - А долго? - Жди-жди. И она ушла. Я скрестил руки на груди и снова выдохнул. Ладно. Переться полуголым в ночь - все-таки не слишком хорошая идея. Переждать темное время суток в тепле и относительном комфорте звучит уже получше. Конечно, раз вспомнив о голоде, я теперь ощущал его всецело. Оглянувшись по сторонам, я приметил тумбочку у кровати, заглянул внутрь - она оказалась пуста. Ну да, кто знает, позволены ли тут передачки... Или они полагали меня настолько беспомощным, что ни о каком самостоятельном питании не могло быть и речи? Но если б я валялся тут совсем как овощ - не должны ли были спохватиться какие-нибудь дежурные, когда я встал и пошел? Да и трубок никаких лишних из меня не торчало. Ладно, мне этого не понять. Я мало вообще бывал в больницах и знаю об их внутреннем устройстве в основном из фильмов. Анализы сдавал в свое время часто, это да, но вот чтобы лежать... Так же не случалось мне навещать каких-нибудь тяжело больных родственников по причине отсутствия оных. Возраст и неумение налаживать достаточно близкие личные связи, в свою очередь, избавили меня от радости навещать каких-нибудь очень больных друзей. В общем, весь мой больничный опыт можно свести к нескольким посещениям клиник ранее, не считая разовых случаев этой осенью и периода работы с психотерапевтом, но он был платный и с больницами у меня вообще не ассоциируется. И вот я здесь. По идее надо бы ждать врача.. но когда он придет? Попробовать поспать, что ли? Конечно, моему мозгу эта идея не понравилась. Тут же в нем стали роиться мысли, одна другой актуальнее и безотлагательней. Конечно, мне именно сейчас надо наконец вспомнить во всех деталях, откуда у меня кровоподтеки и зудящие ссадины. И никакой регенерации - магии нет, пора бы уже привыкнуть. Но, к сожалению или к счастью, нет ее только у меня и других "счастливчиков", решивших не заменять обратно искусственное зерно. Другие вон пользуются, им хоть бы хны. Я снова отчетливо и вещественно вспомнил горящую серебром воду, вспомнил ощущение того, что собственное тело мне не подвластно. До этого я уже имел дело с чтецами, но успел испытать на себе только следящее заклинание, при том вообще не почувствовав, когда его установили. Эта магия была... другой. Пожалуй, сильнее и тоньше. Зачаровать взглядом сразу, на расстоянии, так, что даже не было никакого "сражения за территорию" - это ж какая мощь? Или я попросту не помню этой фазы, раз проиграв?.. И та вода... Я не могу поручиться, что она действительно светилась. Может, мне показалось. Но синяки и ссадины реальны, я чувствую их отлично, они точно есть. И еще... та девушка... У нее губы были накрашены зеленой помадой, и ей это почему-то шло. Она была довольно красивой, да. Не то чтобы в моем вкусе, нынешнем ли, прошлом ли - она была хороша объективно, насколько это вообще возможно. И вот ее взгляд заставил мир вокруг придти в движение, закружиться, словно водоворот, звуки стали похожи на мягкую патоку, отошли на задний план, размножились, пение реки переплелось с хоровым пением девушек в венках и белых сорочках. Я делал... что-то. Как-то само собой все происходило. Тело двигалось без моего личного участия, по крайней мере, так казалось. Да, я желал победить того светловолосого здоровяка. Я ощущал азарт и стремление к победе. И я словно плыл по реке, и каждый нырок на глубину приближал меня к цели. Боли я не чувствовал. И точно так же, когда все было решено, я ощущал желание взять ту, в чьих глазах я тогда тонул. Это было так просто и естественно, сладко и легко. Словно так и должно быть. Да, мне было приятно. Но я этого не хотел. Я не... я не стал бы делать этого осознанно. Это произошло в обход моей воли. Будто бы меня... использовали? Да, похоже на то. Мерзостное такое ощущение. Я мог бы сказать, что я "опорочен", если б был уверен, что это слово подходит. Как может произошедшее опорочить меня? Да, я имею в виду именно секс. Я не религиозен, то, что меня втянули в какой-то ритуал, мало меня заботит. Хотя, наверное, должно бы. Я непременно забуду этот эпизод, впишу умозрительно в череду других, и он постепенно перестанет выделяться, сольется с фоном. Бывало и похлеще. Я помню ситуации, в которых мне бы вовсе не стоило оказываться... но я тогда желал экспериментов, пытался расцветить свою серую жизнь, найти в ней радость и какой-то смысл. Что ж, не всегда это заканчивалось хорошо. Обычно итогом становилось разочарование, больная голова и долгая, изматывающая тошнота. Но, пожалуй, что-то коробящее настолько же, как эта история с "ритуалом", я вспомнить не могу. Я не знаю, как буду смотреть в глаза Кей и почему именно это так меня тяготит. Я не знаю, есть ли ей хоть какое-то дело до того, что произошло. Когда я увижу ее, скорее всего она и словом не обмолвится о произошедшем. Но, наверное... возможно, это не будет значить, что ей все равно. Она же... конечно, она будет вести себя "достойно", как она это понимает. Да, ей плевать, как она выглядит. Но я уже понял - это относится только к внешности. Ей не безразлично, каким человеком я ее считаю. И... что уж таить, мне не безразлично, кем она считает и будет считать меня. Даже если нам никогда не быть... Мои мысли прервал звук приближающихся шагов. Затем последовал стук в дверь, которую тут же открыли. В палату вошел деловитый мужчина с пшеничными усами и светлыми глазами, одетый в белый халат. - Доброй ночи, - произнес он. - Рейнхард Майерс, я ваш лечащий врач. А это - за вами, ваши коллеги-маги. В палату завалились еще трое мужчин, все примерно среднего роста и такого же среднего возраста. Одеты они были в не слишком примечательные темные свитера и простые брюки, все трое гладко выбриты, те двое, что чуть помоложе, подстрижены под семь миллиметров, у того, что постарше - залысины, блекло-рыжие волосы и почти неразличимые брови. Я никого из "коллег" не узнал. По косвенным признакам предположил элементалистов или поглощающих, или, в худшем случае, чтецов. Но решил подождать, когда они представятся, стараясь внешне сохранять спокойствие. Тот, что постарше, заговорил: - От лица гильдии поглощающих сообщаю, что вы находитесь под нашей защитой. Меня зовут Эвольд Лауг, и мы с коллегами уполномочены доставить вас в гильдийскую клинику. - А вы специально ждали, когда я проснусь, или так получилось? - спросил я, не сдержавшись, тем не менее, по возможности серьезно. Те, что помоложе, переглянулись, Эвольд моргнул: - В смысле? - Ну, если б я был без сознания, вы бы... а, ладно. А что, Катерина от дела отстранена? Молодые переглянулись теперь уже хмуро. Эвольд тоже сдвинул бесцветные брови: - Мы представляем северный филиал гильдии. Теперь вы под нашей опекой, а потому соизвольте не чинить сопротивления и проследовать за нами. Мы будем ждать вас сразу за дверью. Чед, отдай ему вещи. Один из поглощающих положил на мою койку сверток - довольно небрежно, стоит заметить - и все трое вышли из комнаты. Врач остался. Он молчал и выходить, похоже, не собирался. Я, пожав плечами, взялся за сверток. Ага, белье, штаны, свитер... а где документы и телефон?.. Может, Кей их забрала с собой? Чтобы никому не достались... мало ли, деньги я б точно на ее месте забрал. Наверное. Врач все мозолил мне край зрения. Я, уже начав натягивать штаны, все-таки решил поинтересоваться: - А как вы, простите, узнали, что я - маг? Если я... не маг. Теперь. Вы же в курсе, что стало с элементалистами? Врач приподнял брови: - Ну, кроме того, что вы все еще числитесь магами... вы уж простите, но я не мог вас не узнать. Я внимательнее на него посмотрел. И тут же увидел и узнал характерные черты, на которые не обратил внимания сразу. Голубые глаза, светлые волосы... все понятно. Похоже, он из Детей Зимы. Я напрягся тут же, стараясь напряжения не показывать и продолжил натягивать свитер без внезапной спешки. Как теперь они ощущают себя, покинутые Белыми Королями живые их потомки? Во мне нет более проклятия Вьюги и, по идее, моя с ними связь должна была так же исчезнуть. Но этот доктор меня узнал. И что дальше? - Катерина, значит, - проговорил доктор негромко. - Нам она представилась иначе и вас записала под другим именем. - А документы? - спросил я, еще больше насторожившись. - Это частная клиника, - произнес врач. - К тому же, ваш случай представлял для меня и коллег научный интерес: ваши анализы были крайне странными. И тем не менее мы вынуждены вас отпустить, так как перед гильдией поглощающих у нас есть определенные обязательства. Но так как у нас есть и некоторые личные обязательства перед вами, я должен сообщить вам, что, как только мне поступил звонок, я связался с вашей спутницей. Надеюсь, я поступил в ваших интересах, хотя в такой ситуации не угадаешь, чем поможешь, а чем навредишь. - Вы поступили, как следует, - заверил его я, не сразу подыскав нужную формулировку и интонацию. Прочистил горло: - Я вам благодарен. - Надеюсь, это поможет, - он вынул из своего кармана мой телефон и протянул его мне. Ага. Вот оно как. Ну ладно. Пожалуй, обдумывать это я буду потом. - Еще раз спасибо, - произнес я напоследок, выходя из палаты. Поглощающие тут же взяли меня в кольцо и затем выстроились клином: двое чуть позади, Эвольд - спереди. Надо же, и руки связывать не будут? Расслабились, решили, наверное, что элементалист без зерна - все равно, что младенец. Я, впрочем, пока не собираюсь дергаться и пробовать доказывать обратное. Лестницы немного смешали строй, но следующие несколько коридоров мы прошли четким клином. Никто не издал и звука. В больничный холл мы вышли все еще строем. Потихоньку я начал ощущать себя пленником, несмотря на отстутствие наручников и еще каких-нибудь ограничителей. Ладно, эти парни хотя бы особо своих намерений не скрывают, уже хорошо. И да, где же мое многострадальное обшитое шкурами пальто?.. А потом все наполнил дикий шум и очень яркий свет. В прозрачные стекла входной двери ударили лучи прожекторов, на их фоне черными пятнами замаячили силуэты. Двое из-за моей спины перетекли вперед, встав стеной между мною и теми, кто уже успел просочиться через стеклянные двери внутрь клиники, напустив с собою холода. Отряхивая уже начавший таять снег с черного длинного пальто, навстречу Эвольду и двум его парням вышел Ян Фредек, глава гильдии поглощающих. Или, как я теперь понимаю, глава "нашего" филиала гильдии. Что ж, он умеет появляться эффектно. За его спиной обнаружилась пара других поглощающих: неприметной наружности парень с, разве что, немного большеватыми ушами, производящий тем не менее впечатление человека, легко способного надрать пару задниц, и второй - высокий длинноволосый брюнет с резким и довольно правильным лицом, очевидно уделяющий немало времени построению своего мышечного скелета. Мужчины-поглощающие позволяют себе длинные волосы нечасто, и этот - то ли излишне самонадеян, то ли излишне самовлюблен. Итого, что это будет? Три на три? Из дверей вышел еще человек в черной бейсболке, верно, тоже поглощающий, а следом за ним... Я невольно улыбнулся, увидев Кей. Она была очень серьезна, об ее взгляд можно было бы точить ножи и гнуть им вилки. Таким же твердым голосом заговорил, наконец, Ян Фредек. Он спокойно и обстоятельно требовал у коллег меня, упирая на мое нынешнее гражданство и какие-то там их личные договоры. Эвольд парировал тем, что странная магическая болезнь настигла меня на их территории, и именно они должны обследовать и допрашивать меня. Препирательства длились какое-то время. Я бросил слушать, когда главы гильдий ушли в какие-то совсем непролазные юридические дебри. И тем не менее я не мог не видеть, что ситуация накаляется. Никто не хотел уступать. Ян и Эвольд перешли на повышенные тона, Ян тер виски. Кажется, он готов взорваться. Кабы они не начали друг другу морды бить прямо здесь. Ладно. Пора, наверное, вмешаться. - Дражайшие, я крайне... - начал я довольно тихо. Потом сказал громче, благо, глотка мне позволяет. - ... крайне признателен вам за внимание, да. Поглощающие Эвольда и он сам теперь смотрели на меня, как и люди Яна Фредека. В их взглядах, конечно, было мало чего различимого, кроме очевидного раздражения, но это ладно. Суровая гильдия номер пять внемлет. Надо не упустить момент. - Мое мнение вас мало интересует, я понимаю, - продолжил я. - Но ситуация такова: я добровольно пойду с Яном Фредеком и компанией и обещаю не выкидывать фокусов и способствовать расследованию. Серьезно. В случае, если меня попытается забрать господин Эвольд, я буду молчать и всячески мешать. В свою очередь, почему бы вам, Ян, не согласиться на наблюдающего или двух с их стороны? Эта зараза подкосила меня на их земле, это их магия... они тоже в своем праве. В какой-то степени. На время повисла тишина. - Вертолет не вместит еще двоих, - произнес Ян. - Мы возьмем одного. Эвольд молчал. Я чувствовал, что он не согласится. И вправду, в интонациях Эвольда читалось яростное нежелание делиться "добычей": - Почему бы вам не отправить с нами наблюдателя? Насколько я понял, им занимается Катерина Берса, ранее откомандированная в Варзау по протоколу обмена. Будь моя воля - я бы, конечно, не дался ни тем, ни этим. Но в филиале Яна Фредека у меня есть целый один человек, который точно на моей стороне. Я в этом уже убедился. К тому же, ничего хорошего от севера я не жду. Что ж, если не сложилось убедить Эвольда, попробую-ка я сблефовать. - Вы собираетесь забрать меня против моей воли, - произнес я с нажимом. - И способствовать этому я не намерен. В такой ситуации возможны конфликты, а это чревато травмами, верно? Как думаете, Дети Зимы... как они отнесутся к этому? С пониманием? Я не знал, каково настоящее влияние Детей сейчас и каким именно оно было раньше, насколько оно было глубоко. Я не знал, как конкретно поглощающие севера связаны с ними и какова у них иерархия. Я не знал, насколько именно я ценен для них сейчас, лишенный проклятия Вьюги и вероломно "предавший" "доверие" предков, мне оказанное. Я мог только подозревать и надеяться. Тишина затянулась, все молчали, и только скрипнули пару раз подошвы армейских сапог у кого-то из присутствующих поглощающих. - За тобой будет числиться должок, - наконец сказал Эвольд, обращаясь к Яну. Видно было, что уступает он с большой неохотой. - Чед, ты с ними. - Ну вот и молодцы, - заключил я с поддельной веселостью, отмечая мельком излишне пристальный взгляд здоровяка с длинными черными волосами, забранными в конский хвост. Но тут же забыл о нем и перевел все свое внимание на Кей. Она, правда, сделала лицо кирпичом, и наблюдала за уходящими прочь Эвольдом и его оставшимся подчиненным с неодобрением. Подходить ближе я не решился. Надеюсь, у нас еще будет время поговорить. Это точно будет не здесь и ней сейчас. - Лучше известное зло, а? - спросил меня Ян Фредек. Хлопнул по плечу: - Ты хорошо справился. Нам даже не пришлось выяснять все постаринке, кулаками. Парни должны это оценить. Я что-то не был уверен, что остальные поглощающие так уж обрадовались тому, что перспектива хорошей драки сорвалась. Парень, оставшийся из команды Эвольда, так же был на вид не шибко счастлив, и его я вполне понимал. - И что? - спросил я. - Куда дальше? Возвращаемся?.. Ян посерьезнел вмиг: - Почти. Сначала заглянем в одно место. Тут недалеко.