Destroy me

      — Ты проснулся? — услышал я знакомый голос.       Через силу я открываю глаза и вижу, что лежу на кровати в совершенно незнакомой комнате. Пульсирующая боль в голове отступает, и, когда туман перед глазами рассеивается, я вижу лицо Трипа. Вирус встает и смотрит на меня с нескрываемым интересом, а Трип в это время сидит рядом и гладит меня по щеке. От его прикосновений становится не по себе. Мысли путаются в голове, попытки вспомнить что произошло безуспешны.       — Похоже ты неплохо отдохнул, Аоба, — говорит Трип.       — Вначале мы планировали отдать тебя Тоэ, — объясняет Вирус. Точно… Тоэ… Я хочу встать, но тело тяжелое и совершенно отказывается подчиняться моим желаниям. — Но в конце концов передумали. И тебе несказанно повезло, — он усмехнулся, — Мы не клялись в верности Тоэ. Нам просто хотелось позабавиться… Но у Тоэ есть Сэй, так что мы подумали, что вполне разумно забрать тебя себе.       — Потому что мы оба тебя так сильно любим, — подтвердил Трип.       — Это верно, — улыбнулся блондин и они переглянулись, — Так что теперь ты будешь нашим, если не возражаешь, — ледяные мурашки пробежали по спине. Тон был такой мягкий и нежный, как будто он разговаривал с ребенком. Конечно я возражал, но похоже это лишь его уважительный тон… не более. Ловушка захлопнулась. — Мы будем заботится о тебе всю жизнь, Аоба-сан.       Я не мог выдавить из себя ни слова. Только нервный вздох сорвался с моих губ, без моего на то желания. Все мои инстинкты кричали, что я должен как можно скорее выбираться отсюда. Я просто обязан уйти отсюда. От них веяло ненормальностью, сумасшествием… Рэн… Где Рэн? Взгляд неистово заметался, насколько это было вообще возможно. Я нигде не находил свою сумку… Куда они его дели? Воспоминания накатывали волной. А как же бабуля и остальные? Что с ними сейчас?       Простите меня… Ужасная правда свалилась на плечи. Я даже не знал сколько времени прошло с тех пор, как Трип избил меня. Что сейчас со всеми? Ком встал поперек горла. Мне кажется, они видят мое состояние, но Вирус смотрит на меня с таким блаженным выражением лица, как будто он заполучил то, что так давно желал. Они же психи… Одному Богу известно, что может произойти со мной здесь.       Вирус видимо наконец заметил испуг на моем лице и тут же легонько коснулся меня:       — В порядке вещей — бояться, — он улыбается, — Люди очень чувствительны к изменениям в окружающей среде. В конце концов, твое тело и душа привыкнет к нам.       Я не хочу ни к чему привыкать! Я хочу выбраться отсюда… Остановить Тоэ, если это еще возможно… Черт. По телу пробегает разряд боли, который сходится в моей голове болезненным сгустком.       — У нас достаточно времени, — поясняет Трип, убирая, наконец, свою руку с моей щеки. Но это не успокаивает… Все это больше похоже на безумие, не предвещающее ничего хорошего!       — Да, — предвкушает Вирус, — А теперь ложись спать.       Мощный удар Трипа проваливает меня в темноту. В темноту собственных мыслей, собственного непонимания. Когда я поступил неправильно, что я сделал, чтобы заслужить это?       Я не знаю, когда я очнулся. может час назад... а может быть день. Здесь, в этой кромешной темноте и тишине, я довольствуюсь лишь собственным прерывистым дыханием и стуком сердца.       Где я? Я не знаю... Но страх, и адская головная боль парализуют меня.       За это время я успел о многом подумать, многое вспомнить... Не знаю, плакал я или сдержался. Ожидание... оно убивает меня. Заставляет прислушиваться к собственным ощущениям, шорохам, которые издаю я сам. Но они... пугают меня.       Мне... страшно.       Все, что я чувствую — это лишь холодный пол под собой. Кажется, я раздет... но все мои чувства... они другие. Они смешиваются с пульсацией в голове, они мешают дышать.       Руки затекают. Больше всего на свете я сейчас хочу освободить их, постараться унять мигрень. Движение. Слышен лязг наручников. Они впиваются в запястья, уже давно дав мне понять, что сопротивляться бесполезно...       В какой момент все это произошло? В какой момент я дал слабину?       Коджаку... Нойз... Клир... Минк... Рэн... Сей... Бабуля...       Очередная головная боль заставляет меня согнуться и слабо замычать.       Это невыносимо... Я… Меня оставили здесь умирать?       Стоило мне только об этом подумать, как где-то вдалеке, словно через толщу воды, раздались тихие шаги и шорох. Они становились все ближе, пока наконец не скрипнула дверь. В лицо тут же ударил тусклый свет, который для моих привыкших ко тьме глаз оказался очень болезненным, невыносимым.       Я зажмурился, пытаясь прийти в себя. Глаза медленно фокусировались, и я смог разглядеть две вошедшие фигуры. Вирус и Трип.       Да, я действительно полусидел, полулежал на полу. Этот свет, эта измененная обстановка помогла мне выйти, наконец, из состояния коматоза и трезво оценить ситуацию. Страх зарождался во мне, и я уже пожалел о том, что хотел, чтобы это закончилось. Куда лучше было находится в одиночестве, нежели сидеть абсолютно голым и беспомощным под двумя пристальными взглядами.       — Мы дома, Аоба-сан, — улыбнулся Вирус. От его улыбки дрожь прошла по моей спине.       — Йоу, — поздоровался Трип.       Они медленно, не спеша, сняли верхнюю одежду, как будто я сейчас не находился здесь, как будто это совершенно их не волнует. Слишком уж обыденно они выглядели, в то время как я страшился своего положения.       Я хотел было сказать им что-то, попросить, чтобы они перестали играть в свои дурацкие игры и отпустили меня наконец, но вместо этого изо рта вырвался лишь сдавленный хрип. Во рту было сухо, как в пустыне, и даже язык не слушался меня.       Наконец, они повернулись ко мне и стали медленно приближаться. Я дернулся от неожиданности, пытаясь сделать хоть что-то, чтобы отползти от них… Но все тело затекло, я даже не чувствовал ног, так что не удивительно, что всё, на что меня хватило, это лишь завалиться на бок. Черт.       Все, что я теперь мог видеть, это лишь два лакированных, белых ботинка, которые стояли уж слишком близко.       Вирус присел передо мной на корточки:       — Хочешь немного поиграть с нами сегодня, Аоба-сан?       Мой сдавленный, нервный выдох, отразился в полупустой комнате эхом.       Он запустил пальцы мне в волосы, и потянул.       Я хотел, хотел сдержаться, но не смог и вскрикнул, тут же заходясь в истерической конвульсии, которая шла от моих волос вдоль по телу. Сверху раздался смешок Трипа.       Я не мог не подняться, когда мои волосы потянули вверх.       В какую-то секунду его рука отпустила меня и переместилась ниже, прошлась по спине, вызвав у меня нервную дрожь. В конце я услышал лязг наручников... И так, немного шатаясь, я шел в неизвестность, подгоняемый руками двух парней, как конвоиров, провожающих преступника на смертную казнь.       Мне... страшно.       Неизвестность.       Резкая головная боль подкашивает мои ноги, и я чуть не падаю, по пути чуть ли не ломая себе руки, сдерживаемые Вирусом в одном положении. Если бы меня не подхватил Трип, я бы точно упал, разбив лицо о холодный кафель и вывихнув плечи.

—— У н и ч т о ж ь ——

      Снова этот голос... Действительно есть ли у меня выбор, кроме того, чтобы использовать силу Скрапа?

—— У н и ч т о ж ь ——

      Повторил голос, словно приказывая мне. Но если... если я снова использую силу, что произойдет потом?       Я глубоко вдохнул и продолжил путь. Нет, нужно попробовать выкарабкаться без применения силы, забыть об этом...       Меня грубо втолкнули в ванную. Я уже догадался, что должно произойти что-то непоправимое, а голос в моей голове не унимался, подстегивая меня:

—— У н и ч т о ж ь ——

      Как только зашумела вода, я понял, что непоправимое вот-вот неумолимо надвигается на меня. Я изо всех сил задергался, как рыба на разделочной доске, стараясь не позволить им втолкнуть меня в ванну. Я не хочу, чтоб это происходило. Наплевав на собственную наготу, я трепыхался, пытаясь расцепить их хватку. Кажется, я ударил кого-то ногой, этим кем-то оказался Трип… Он на секунду прищурился, а потом резко схватил меня за шею и повалил в холодную ванну, перекинув через бортик.       — Нет, прекратите! — мой голос наконец-то прорезался, стоило прохладной поверхности коснуться моей кожи. Боль от падения разливалась внутри меня. Я лежал на спине, хватая ртом воздух. Взгляд безумно метался в поисках ключа к выходу, к спасению. Наручники впивались в позвоночник. Кажется, я перестал чувствовать собственные пальцы.       — Ну же, Аоба, — ласково сказал Вирус, словно пытаясь меня успокоить, — Мы же еще ничего не сделали.       От этих слов все внутри меня свернулось в комок. Просто не думай. Просто не обращай внимания на их безумные взгляды. Успокойся.       Успокоиться не получалось, я дрожал всем телом. Я слишком устал, слишком выдохся.       — Раз ты не можешь помыться сам, — хмыкнул Трип, — нам придется сделать это за тебя.       С щелчком он отсоединил душ от крепления и включил воду. Даже не стараясь отрегулировать температуру воды до того, как она обрушится на меня, парень направил его на меня и только после этого стал крутить краны. Сначала меня обдало ледяной водой от которой все тело покрылось мурашками. Я не смог сдержаться и дернулся. Вслед за ней пошла горячая, обдающая мое замерзшее и дрожащее тело жгучим жаром. Я крепче сжал зубы.       Наконец-то настроив напор, Вирус взял губку и выдавил на нее приятно пахнущее мыло. Только вот мне было не до этого. Все внутри меня вопило. Почему это должно происходить со мной?       Они смотрят… смотрят на мое обнаженное тело, на меня, такого беспомощного… Почему я не могу ничего сделать без силы своего голоса?! Обида, стыд, унижение, смешивалось во мне, когда Вирус мыл меня, как ребенка, не способного еще помыться самому. Губка щекотала грудь, спускаясь ниже и ниже. Она оставляла за собой след из пены, которая стекала вниз. Ко всему прочему, было ужасно холодно.       Он спустился ниже и обогнув губкой мой член, словно случайно коснувшись его, вызвал у меня приступ стеснения. Я почувствовал, как кровь приливает к моим щекам, как становится сложно дышать. Разве могу я им позволить делать это и дальше?       Я дернулся, пытаясь скинуть с себя его руку:       — Прекрати!

—— У н и ч т о ж ь ——

      Внезапный приступ головной боли заставил меня прищуриться, но на это никто не обратил внимания.       Чтобы предотвратить мои дальнейшие попытки к сопротивлению, Трип со всей силы вжал меня в ванну, и начал медленно, с расстановкой, смывать с меня пену. Я не мог смотреть никуда, кроме как в его холодные глаза. Внезапное прикосновение к внутренней стороне бедер снова заставило меня ощутить всплеск беспомощности. Они творят что хотят, а я…       — Хва… — попытался я остановить Вируса, но тут же в мой рот ударила струя воды, заставив меня захлебываться и кашлять.       — Помолчи, — раздраженно выдохнул Трип.       Легкие и нос жгло от попавшей воды, неожиданно, на моих глазах появились слезы.

—— У н и ч т о ж ь ——

      Но я не мог выдавить из себя ни звука, кроме всхлипов и кашля. Как долго это может продолжаться?.. Но это оказался еще не конец.       Они переглянулись и Трип пожал плечами. Волна дрожи прошлась по моему позвоночнику. Закрыв воду, Трип начал откручивать насадку для душа… Зачем? Внезапное понимание пришло сразу. Я хотел бы провалиться под землю, в канализацию, куда угодно, только бы уйти от этого… Страх сменился агонией.       Что же… если это единственный выход?.. Я постарался успокоить стук собственного сердца.

—— У н и ч т о ж ь ——

      — Прекратите, — мой голос тут же изменился, стал более грубым. Хрип исчез, как и появился. Трип удивленно вскинул бровь:       — Мм?       — Я сказал: исчезните, — повторил я, уже чувствуя подступающую панику. Почему… не работает?       Трип кажется все понял и хищно улыбнулся:       — Это что, только что был Скрап?       Он со всей силой схватил меня за волосы и приложил щекой о влажную поверхность ванной. Во рту сразу появился металлический привкус, а в глазах замерцали звездочки.       — Наверное, — недоуменно сказал Вирус, раздвигая мои ноги, — Начнем?       Я со всей силы сжал зубы, чувствуя, как кровь течет из десен. Мой голос… он был моим единственным шансом на спасение… И он оказался бесполезен. Думать о том почему моя сила не работает не было времени. Я лихорадочно придумывал другие шансы на спасение, когда Трип передал шланг от душа Вирусу. Все внутри меня похолодело от ужаса. Они… серьезно?       Ледяное, металлическое прикосновение шланга, измазанного в жидком мыле, заставило меня дергать ногами изо всех сил, лишь до тех пор, пока Трип не сдавил мою шею.       — Не нужно, — его грубый тон тут же спустил меня с небес на землю… Если я не подчинюсь, что они сделают… изобьют меня? Убьют?       Но это же сумасшествие, он не войдет… мне… мне же будет больно… Я зажмурился, готовясь не к самым приятным ощущениям.       — Мы просто хотим, чтоб ты был чист, Аоба-сан. Прежде, чем мы начнем с тобой играть, — спокойно пояснил мне Вирус.       Я… расслабился. Слезы сами собой текли по моим щекам, не было сил даже проглотить слюну…       — Не… надо… — попросил я, зная, что меня никто не услышит. Они как будто были, жили в другом мире, отличном от моего. Словно они не замечали моих слез, прерывистого дыхания, дрожи. А еще страшнее то, что скорее всего они замечали… И им это нравилось.       Вирус протолкнул в меня один палец, отчего я вздрогнул, но тут же попытался не шевелится. Трип следил за мной, готовый в любую секунду прекратить любые попытки к сопротивлению. Когда второй палец вошел в меня я судорожно выдохнул и наконец-то смог проглотить слюну. Это унизительно…       Я уткнулся взглядом в белоснежный край ванной, стараясь отвлечься, не думать ни о чем конкретном… Просто рассматривать блестящие в желтом свете лампы капельки, образовавшиеся на ее поверхности. Их было много… одна… две… три…десять. Я сбивался со счету, чувствуя, как его пальцы движутся во мне, как растягивают стенки в разные стороны, вызывая желание сходить в туалет. Мерзко.       Я прикусил язык, чтобы удержаться от реплик. Капли… они стекали вниз, не давая толком их сосчитать.       — Ай! — я не удержался и дернулся, когда твердый металлический предмет сменил пальцы, — Больно!       Я тихонько зашипел. По всему телу прошла испарина, которая тут же смешалось с влагой, покрывавшей мое тело.       И… Трип повернул кран.       Я почувствовал, как медленно, но верно прохладная вода течет по моей прямой кишке. Дыхание перехватило, меня начало подташнивать от этого мерзкого, грязного чувства. Живот скрутил болезненный спазм, лицо раскраснелось, холодный пот заливал веки, заставляя их липнуть друг к другу каждый раз, когда я моргаю.       Меня залихорадило. Мне страшно и, кажется, я схожу с ума от этих спазмов. Когда казалось бы, что больше в меня не может влезть, вода все же находила место, расширяя мой кишечник. Живот немного вздулся под таким давлением. Я зажмурился, не в силах на это смотреть. Еще чуть-чуть, и я лопну… Дыхание сменилось хрипом. Отчаянно не хватает воздуха… Еще немного и меня вырвет. Даже под прикрытыми веками мои глаза закатываются от боли… От чувства наполненности моего организма… К тому же, невыносимо холодно…       — Аоба-сан, ты сейчас еще больше похож на девушку, — улыбнулся Вирус, поглаживая мой живот. От этих прикосновений желание опорожнить кишечник только усилилось. Это было похоже на отравление… на отравление водой. Трип наконец-то соизволил закрыть кран, когда я думал, что уже на пределе своих возможностей.       Думать о том, что произойдет дальше — было непозволительно. Я готов был провалиться под землю от стыда. Униженный, голый, с булькающим животом… Я и сам себе напоминал беременного. Только бы это закончилось поскорее…       Но мои мольбы не были услышаны. Шланг заменился анальной пробкой, повергнув меня в очередной приступ паники, смешанный с болью. Все эти ощущения… они готовы были отправить меня в обморок. В глазах все плыло и темнело.       — Ты же хочешь в туалет, Аоба? — поинтересовался с усмешкой Трип.       Я не смог ответить… Воздуха и так было слишком мало, чтобы тратить его на слова. И я готов сделать что угодно, только бы поскорее освободиться от этой грязи…       — Подержи это еще немного в себе, — улыбнулся Вирус, — и если ты будешь хорошо себя вести, то мы позволим тебе сходить в туалет.       Эти слова заставили меня встрепенуться… Я… Я не могу… Я не хочу… Я старался заглушить в себе любые физические чувства, но они возвращались ко мне с каждым спазмом, с каждой судорогой. Спина ныла и от воды, и от упершихся в нее наручников… Я даже шевелиться не способен… Все тело онемело… Нет сил пошевелить и пальцем.       Трип подхватил мой затылок и ухватившись, резко поднял меня. Приступ головокружения и тошноты накатил с удвоенной силой. Я даже отчетливо чувствовал, как вода внутри меня пошла ходуном…       — А…х… — только и смог выдохнуть я. Стоя на коленях, с расставленными в разные стороны ногами я только и мог, что думать о походе в туалет… Но я боялся… Я не знал на что они способны, если я не выполню их требование.       Послышался звук расстёгивающихся ширинок… Я прикрыл глаза… просто… чтобы не смотреть… Меня взяли за волосы, вызвав у меня бурю ощущений, смешавшихся с остальными. Я судорожно приоткрыл рот от боли, как тут же в него вошла чья-то теплая плоть. Солоноватый вкус разлился по моему языку. Я даже не знал чей он, да это и не имело значения.       — Смотри не укуси, — услышал я голос Трипа… Трип значит. Я зажмурился еще сильнее. Мою голову яростно дернули вперед, проталкивая член глубже.       — Кх, — я боролся с подступающей рвотой. Горло обжигало. Я задыхался. Все сопровождалось спазмами в желудке, в кишечнике. Но мою голову не отпускали. Слюна текла вниз по подбородку. Дергаясь изо всех сил, я открыл глаза, и умоляюще смотрел на своего мучителя, желая, чтобы он позволил мне вдохнуть. Запястья жгло от наручников, я интуитивно дергал руками, сжимая и разжимая кулаки. Пожалуйста… хоть немного воздуха…       Когда я уже отчаялся и чуть было не сомкнул челюсти, Трип вытащил член из моего рта. Я тут же закашлялся. Воздух… на удивление он был обжигающе-сухим. Отплевываясь от лишней слюны, я мечтал, что это закончится, но вот… головка, блестящая от смазки снова уткнулась в мои губы.       — Ты же хочешь этого, Аоба? Теперь сам.       Я отвернулся, но лишь на секунду… В попытках перебороть себя, я, кажется, еще глубже увязал в трясине собственного отчаянья. Выдохнув, я попытался смириться и обхватил головку губами. Смазка обволакивала язык, заставляя меня чувствовать себя грязным… неправильным. Если я делаю это сам… это считается изнасилованием? От того, что я делаю это сам, пусть и во свое спасение, это становится еще более унизительным. Я поклялся себе, что обязательно найду способ вырваться из рук этих психов, но пока…       Я насаживал свою голову на член, рискуя вот-вот потерять равновесие на дрожащих ногах. Чувства в моем животе были обострены до предела… Его член увеличивался в размерах, пульсировал. Я просто пытался доставить ему удовольствие, чтобы это закончилось быстрее. Хоть я никогда этого и не делал, я приблизительно представлял, что именно должен делать, как быстрее довести его до конца.       Как назло, челюсть затекала, отдаваясь в висках болью. Это оказалось сложнее чем я думал… Весь подбородок был испачкан в моей слюне, которая капала на грудь. Нет возможности проглотить… Я не ощущал себя человеком, скорее собакой. По крайней мере, я старался перестать думать о себе, как о человеке, иначе это уничтожит меня. Лучше отдаться животному инстинкту самосохранения, нежели думать о морали, чести, принципах…       Я отстранился на секунду, чтобы челюсть смогла отдохнуть. Но видя его возмущенный взгляд, тут же принялся вылизывать его член… Действительно, как собака. Я пробегал языком по головке, сантиметр за сантиметром пачкая напряженный орган в собственной слюне… Он реагировал на мои прикосновения. Если бы не руки за спиной, делать это было бы удобней, но уже ничего не поделаешь… Это было похоже на какую-то дурацкую игру, когда ртом нужно поймать ускользающее от тебя яблоко… Только сейчас, мне нужно было брать в рот, то и дело выскальзывающий орган, и победой будет его удовольствие и мое освобождение…       Вирус дотянулся до наручников и вдруг… мои руки стали свободны. Видимо, он устал от наблюдения и тоже решил поучаствовать… Я вцепился в край ванной. Пальцы… они были на удивление белыми, как у мертвеца, и сливались с белоснежной эмалью. Это на секунду ужаснуло меня… Еще немного, и я мог бы потерять их… Но чувствительность возвращалась колкими иголочками.        — Теперь я, — улыбнулся Вирус и Трип отступил в сторону. Как долго это может продолжаться?       Одной рукой я взял член Вируса и направил себе в рот, снова испытывая смешанные чувства: отвращение и стыд, а другой рукой обхватил орган Трипа, водя ей вверх-вниз. Только одно желание… пусть все это поскорее прекратиться.       Пот струился по моему телу. Еще немного и меня вывернет наизнанку, но я старался держать себя в сознании, старался заставить этих двоих кончить и наконец отдохнуть.       — Аоба… — блаженно прошептал Вирус, когда я провел языком по уздечке. Но, впрочем, моя свобода действий, если ее можно так назвать, продлилась недолго. Его член увеличился в размерах, и он не сдерживаясь, начал грубо иметь меня в рот. Я пытался оттолкнуть его рукой, но он не обращал внимания на мои попытки… Другой рукой, я все также ласкал член Трипа…       Кажется, я все-таки теряю свой рассудок.       Я…устал…       Я… просто…       Я просто…       …хочу…       …чтоб это закончилось…       Трип кончил первым, орошая мою руку склизкой жидкостью. Отвращение пронизывало мое тело, но я изо всех сил старался этого не показывать… Следом за ним, сделав пару мощных рывков, долбя меня в горло, излился Вирус. Горечь заполнила мой рот. Я на автомате, судорожно сглотнул и тут же отозвался давно не видевший еды желудок, кажется скручиваясь от боли.       — Ты молодец, Аоба-сан, — выдохнул Вирус и болезненно потрепал меня по голове, — Ты заслужил сходить в туалет.       Эти слова… это всего чего я ждал последние десять минут. На шатких ногах я встал, рискуя упасть. Передвигаться было больно. А еще нужно выйти наконец из ванной… значит сделать огромный шаг… стоять на одной ноге… Все это казалось невыполнимой задачей…       Но я, хватаясь за раковину, все-таки сделал это. Вытерев слезы, сопли, слюни… и, наверное, даже сперму рукой со своего лица, я посмотрел на них, умоляя их выйти… Но никто не собирался уходить…       Мне уже было плевать. Плевать и на то, что это унизительно. Заливаясь краской, я с характерным звуком вытащил из себя пробку, только сев на туалет… Просто забудь. Ничего такого не случилось… Я чувствовал на себе их усмехающиеся взгляды. Хотелось заткнуть уши руками, чтобы не слышать этих льющихся звуков. Но вместе с тем приходило и облегчение.       Я нервно выдохнул, ожидая, когда меня наконец оставят в покое. И кажется они поняли это по моему лицу, потому что Трип вдруг сказал:       — Это только начало игры, Аоба.