Undivided

Снова боль. Все тело будто сжимают тисками до темноты в глазах. Шум в голове не дает соображать ясно. Веки словно приклеились друг к другу. Тело не слушается, ни рука, ни нога не отвечает на сообщения мозга. Ей с трудом удается открыть глаза. Темно. Первая ее мысль. Где она? Это не похоже на больничную палату. Огромная комната, с черными дорогими обоями, серым потолком и деревянным паркетом. Роскошь. Везде. В каждой мелочи роскошь. Дорогие шторы, идеальные столики с позолотой. Деньги. Все кричит о наличие оных. На темной кровати она выглядит словно белое пятно. Светло-русые волосы, серые глаза, бледная кожа. Хрупкая. Она слишком хрупкая, нежная. Тоненькие ручки и ножки, большие глаза. Она не сразу замечает человека, сидящего в кресле. Красив. До неприличия. Волосы темно-шоколадного оттенка слегка растрепаны, но придают своеобразный шарм. Синие глаза, цвета шторма. Мускулист. От него веет силой, властью. А еще страхом. Джон Риз. Самый богатый человек города. Тот, кого она видела лишь в газетах. Хриплым, тихим голосом она спрашивает: — Что происходит? Шторм глаз смотрят на нее. Оценивающе. Раздевающе. Скользко. — А, очнулась. Вот скажи мне, что девушка делала на пустой дороге вечером? — А Вам, — она со злостью выделяет последнее слово. — Какое дело? У меня на то свои причины, — резко отвечает она. — А вот дерзить лучше не надо. Тебе же лучше, — спокойный голос, но в нем скользит угроза. — Теперь ты зависишь от меня. — Что?! Да что тебе от меня нужно?! И тут ее резко опрокидывают на кровать. Тело протестует. Он заводит ей руки за голову и сильно сжимает. Больно. Она пытается освободиться, но он только сильнее сжимает руки. Между лицами всего пару миллиметров. — Я тот, от кого ты теперь зависишь. Я тот, кому ты обязана жизнью. Я тот, кому ты теперь принадлежишь! И тут поцелуй. Жестокий. Жадный. Злой. Не предвещающий ей ничего хорошего. Она сопротивляется, пытается оттолкнуть его, но тщетно. Он сильнее. Опаснее. — Ты принадлежишь мне! И чем быстрее ты это поймешь, тем лучше будет для тебя! Опять поцелуй. Еще жестче. Еще сильнее. Похотливее. Он кусает ее губу. Она чуть приоткрывает рот, и он этим пользуется. Язык у нее во рту. Она пытается отодвинуться, оттолкнуть его язык. Не удается. Он резко с нее срывает футболку. Ей стыдно. А он не замечая ее смущения, снимает долой лифчик. Без одежды она красивее. Пышная грудь, талия. Он кусает ее за грудь, за плечо. Небольшой укус за сосок. Она тихо глотает слезы. Все, что он делает, для нее мерзко, неприятно. Она уже полностью обнаженная. Он тоже. Его возбужденная плоть требует разрядки. Резкая, пронзающая боль внизу живота. Кровь. Она выгибается от боли. Он резко начинает двигаться. Быстрые толчки. Очень больно. Губы закусаны до крови. Но она терпит, не кричит. Темп нарастает. Он с силой бьет ее по бедру. Сдавленный стон боли с ее стороны. Еще удар, еще стон. Больно. Неприятно. Мерзко. Еще три сильных толчка, он сдавленно рычит и кончает. — Теперь ты точно принадлежишь мне, Мариза. — Откуда тебе известно мое имя? — Я знаю о тебе все. С этими словами он встает и начинает одеваться. — И знай, ты просто так не отделаешься. Уходит. А она впервые дает волю слезам. Почему именно к нему под машину она попала?