Тебе выбирать

Я сбежала. Скинула с себя Адама и сбежала, цапнув его в бок. Все-таки волчок укусил за бочок. Только легче мне от этого не стало. Образ Адама не выходит у меня из головы. Мне снятся сны о нас. О том, чего никогда не было и не может быть. Я чувствую, что схожу с ума. Я живу лишь во сне. Каждый день я жду ночь, только во сне, чувствую, что живу. Как бы бредово это не звучало. Не хотела себе в этом признаться, но это так. Не знаю, как это объяснить. Я вижу сны. Сны о той жизни, которой у меня никогда не было и не могло быть. Или же… Каждый день я тренируюсь. Учитель ставит меня в пример, мол смотрите сколько она тренируется ещё немного и будет лучше многих из вас. Но я тренируюсь не для того, чтобы быть лучше всех, а для того, чтобы меньше думать, лучше думать о больных мышцах, чем о том, что со мной происходит. Вот и сейчас я стою, переминая лапами, жду, когда наступит моя очередь. Все-таки здесь, в стаи законы, примерно такие же, как были у Спарты, слабых быть не должно. Все должны быть сильными, воинами, включая и женщин, никому нет исключений. — Галатея! — я вздрагиваю от звука своего имени. Меня редко кто называл полным именем, только родители, когда я делала, что не так. Выхожу на центр. Я дуанимал и потому я управляю волком, а не волк мной. Из-за этого я слабее. У меня нет такой реакции, силы, ловкости и много чего другого, что есть у оборотней. Поблажек мне никто из-за этого не делает, конечно же. — Моргана! — следом за мной выходит серая волчица. Шерсть у неё точно растопленное олово, в редких лучах солнца, блестит. Я как-то спросила у Марка какой у меня цвет шерсти, на что он ответил, почти сразу: «цвета осенней листвы». Мне понравилось это сравнение, хотя окрас у меня обычный рыжий или каштановый. «Рыжий, как у собаки», — когда-то сказала Моргана. Почему-то я ей сразу не понравилась. И вот, теперь мне надо с ней драться. Хотя она и крупнее меня, чуть ли не в два раза. Моргана рычит и медленно подходит ко мне. На оборотнях раны заживают почти моментально, чего не скажешь о дуанималах. И опять же, мне никаких поблажек. Что ж, раны отвлекут от дурных мыслей, а от усталости я быстрее усну и снова смогу насладиться сном. Я бросаюсь первая и вцепляюсь в горло. Волчица скулит и отбрасывает меня в сторону. Я снова встаю и бросаюсь на зверя. В этот раз я кусаю лапу. Волчица вцепляется мне в загривок и снова отбрасывает меня. На этот раз я не успеваю встать. Хищник нависает надо мной щелкнув зубами над сонной артерией. Будь это настоящая битва, Моргана убила бы меня в два укуса. — Всё, хватит! — кричит учитель. Я ухожу с арены и тут же превращаюсь обратно. Из губ вырывается стон. Как же больно! Но и Моргане я нанесла урон. Я видела, как она уходила, прихрамывая. Ко мне подходит Марк. Он осматривает меня и вздыхает. Молча берет меня на руки и уносит с поляны. Первое время я сопротивлялась. Мне не хотелось, чтобы он обо мне заботился, да и вообще кто-либо. Не хочу ничьей заботы. Но вскоре сдалась. Если ему так нравится, что ж. Я обнимаю за шею Марка, чтобы ему было легче меня нести. Марк относит меня к своему дому. Его дом ближе всего. Мы часто сидим после тренировки на крыльце. Просто сидим и молчим. Вот и сейчас, парень усадил меня на крыльцо и стал осматривать меня. Пустяки, пару синяков и ушибов. Бывало и хуже. — Зачем тебе это? — я поворачиваю голову и смотрю на Марка. — Что это? — он поднимает на меня глаза и делает вид, что не знает, о чем я говорю. — Зачем я тебе? Марк вздыхает и только собирается ответить, как я его перебиваю: — Только не говори, что любишь меня. Хорошо? Почему я, Маркус? — Ты делаешь меня лучше. Рядом с тобой мне не нужно притворяться. С тобой нет каких-либо сложностей, всё просто. Ты принимаешь меня таким, каким я есть. А я принимают тебя такой какая ты есть. Я люблю тебя не за то, кто ты, а за то, кто я с тобой. Я наклоняюсь и касаюсь губ парня. Прежде, чем он ответит, я отстранилась. Ничего такого нет, что я чувствую во снах. Не знаю, зачем я это сделала. — Я играюсь с тобой, неужели ты не замечаешь? — А я играл с тобой и с другими девушками. Может это моя карма? — Это глупо. — Уж извини, Тея, но как бы эгоистично это не звучало, это не тебе решать, — он пожимает плечами. Так мы и просидели до вечера глядя в даль, думая каждый о своём. Мне нравится проводить время с Марком, но не более того. Когда-нибудь он успокоится, а пока, если ему так хочет, пускай будет рядом. Зайдя в дом, застою брата дома. Он сидит на кухне и пьёт чай. — Тея, проходи, будешь чай? Я падаю на стул рядом с братом. — Как дела, Влад? — спрашиваю я, пока он наливает мне чай. Парень пожимает плечами и садится. — Влад, можно вопрос? — Что хочешь узнать, дорогая? — меня иногда передергивает от его «дорогая» или нечто подобного. — Ты же всех знаешь в стае? — Это мой долг, как вожака, — кивает парень. — Ты знаешь Алана? — сначала я забыла про него, но потом, когда увидела его на тренировке, вспомнила. Не знаю, что я хотела про него узнать, да и вообще, зачем мне какая-то информация о нём. — Алан? — брат поднимает брови от удивления, — чем он мог заинтересовать тебя, моя дорогая? — Просто он помог мне однажды, — пожимаю плечами и делаю глоток чая из кружки. — Алан, хм… особо нечего про него сказать. Тихий, не особо разговорчивый парнишка. Ничем не примечательный, не знаю, что ещё про него, можно сказать. Вроде, у него и друзей нет. Есть младшая сестра. Насколько я мог заметить, родители больше любят сестру. Ливия, полная противоположность брата. Я бы не хотел, чтобы ты с ней общалась. — А Алан? — Алан. Для меня опасны те, кто про себя ничего не раскрывает, — неопределенно ответил Влад. Я лежу в кровати и не могу уснуть. Я всё думаю об Алане. Мне всегда нравились загадочные парни. Уж не знаю с чем это связано. Наверное, это глупо, думать об парне, про которого ничего не знаешь. Когда в голове ждёт не дождётся, когда я усну один парень, а в жизни меня любит другой. Да и когда я сама схожу с ума, но черт побери, поделать с собой я ничего не могла. Я вскакиваю с кровати, одеваюсь и вылезаю через окно. Свежий ночной воздух, что может быть лучше? Несмотря на то, что со мной произошло. Я рада, рада, что я здесь. Потому что здесь я могу вот так вылезти ночью из комнаты, превратиться в волка и бежать по ночному лесу, ничего не боясь. Но всё же. Даже здесь, мне хочется домой. Где же, где же мой дом? А может дом — это не место? Может «дом» — это состояние, спокойствие или люди? Но тогда, как мне найти это спокойствие? Неожиданно, меня сбивает с ног и обрывает мою мысль, какой-то крупный зверь. Я лежу на животе, придавленная весом зверя, и не вижу кто это. Чувствую лишь запах мяты. Слышу его утробное рычание. Вес, надо мной, уменьшается. — Тея, это я, Адам. Единственная первая мысль, которая пришла мне в голову: почему мята? Но когда парень наклоняется ниже, я начинаю догадываться, почему мята. — Я нашёл тебя, — он наклоняется и шепчет мне на ухо. Нос обжигает запахом алкоголя. Настойка на мяте? Я что-то слышала об этом. Я чихаю и пытаюсь вырваться, но Адам опускается на меня всем весом. Довольно сложно поднять восемьдесят килограмм или сколько он там весит? И почему у меня нет таких сил, как у оборотней?! Я лежу и не двигаюсь, лучше не тратить сил. — Тея, прошу тебя, превратись в человека, давай поговорим, — он обнимает меня за шею Нет, я ненавижу тебя! Я рычу. Я превращаюсь в человека и переворачиваюсь на живот. — Поговорить?! Ты хочешь поговорить, — я отталкиваю его и встаю. — Ну давай, поговорим, только о чём? О чём нам говорить? Ты и все твои друзья предали меня. Зачем ты ищешь со мной встречи? Чтобы снова причинить боль? — Нет, Тея, я люблю тебя и скучаю, и Эльза, очень скучает по тебе… — он делает шаг вперёд, а я отступаю на два. — Не смей впутывать сюда и свою сестру, она по крайне мере, не смотрела на меня, как на урода. Она испугалась, но у неё не было такого взгляда, как у тебя. Адам опускает глаза. Ему стыдно, а мне больно, не равные чувства. — И какая любовь, ты о чём? Ты смотрел на меня, как на таракана. Какая любовь, Адам? Мы и друзьями были с натяжкой, — хмыкаю я. — Друзьями? Но мы же любили друг друга! И я всё ещё люблю тебя! — Не знаю, что ты себе напридумывал, — я машу головой, не было никакой любви. — Но, Тея, — он снова предпринимает попытку приблизиться ко мне. Я останавливаю его, вытянув руку вперед. — Не приближайся ко мне, — медленно произношу я. — Тея, — Адама это не сильно останавливает. На этот раз передо мной встаёт волк кремового цвета. Алан. Во имя всех моих приключений на пятую точку, что он тут делает?! Волк превращается в парня. В не очень высокого (в росте он немного уступает Адаму), но и не очень низкого, среднего телосложения (что не похоже на остальных оборотней с их нереально большими мускулами), он берет меня за руку и закрывает собой. — Тебе сказали не подходить, — в его голосе чувствуется сталь. От его голоса мороз по коже, мне становится не по себе. Адам явно не ожидал такого появления. Алан заставляет его врасплох. Честно говоря, меня тоже, но я стараюсь не подавать виду. — Я ещё приду, — Адам превращается во льва и уходит. Только после этого я вздыхаю свободно. Алан поворачивается ко мне. — Ты как? — его голос снова становится мягким и заботливым. В глазах я замечаю тревогу. Он кладёт руки мне на плечи и смотрит на меня. Я смотрю на свои руки, они трясутся. Потом поднимаю взгляд на парня и смотрю ему в глаза. Серо-зелёные глаза обеспокоены. Его глаза так похожи на глаза Адама. И этот его взгляд, и эта ситуация, когда он меня спасает. И то, как я тону в глазах незнакомца. Дежавю. Ловлю такое сильное ощущение дежавю. — Тея? Во Имя Луны, да ты вся дрожишь! — он неуверенно обнимает меня, боится, что оттолкну его. Обычно именно так я бы сделала. Для меня объятья очень личные и обнимаю я только достаточно близких мне людей. — Спасибо, не знаю, что ты здесь делал, но как же ты вовремя! — мне неловко, вот так позволять обнимать меня по идее чужому мне человеку, но как же приятно чувствовать его тепло. Он не такой горячий, как остальные оборотни, что странно. Да и одежда на нём осталось целая. Кто же он? — Алан, что ты тут делал? — я отстраняюсь от него. Парень мешкается. — Мне не спалось. Я редко могу рано заснуть, часто брожу по ночам, прихожу под утро… а тут увидел тебя… немного проследил… сначала не хотел мешать… но, когда он стал переходить границы… — Алан сжимает кулаки на последних словах. Сейчас не время выяснять. Я осторожно беру его за руки. — Спасибо, что заступился за меня, — я робко улыбаюсь. — Я не мог не заступиться, — парень успокаивается и широко улыбается мне. У него ямочки на щеках, как же это мило, мне всегда нравились ямочки на щеках. — Тея, — Алан опускает взгляд, — а сейчас тебя можно проводить? Я опускаю голову улыбнувшись. Не упускает шанса. — Да, если тебе не трудно, лучше проводи меня, — киваю я. Всю дорогу я бежала впереди, а Алан чуть позади. Мне было спокойно в его присутствии. Несмотря ни на что, Алан появился вовремя. Мы доходим до моего окна. Я превращаюсь в человека и улыбаюсь, смотря на парня. — Спасибо, что проводил меня. Я залезаю в окно. Алан уходит, а я провожаю его взглядом. Уже лёжа в кровати, смотрю в потолок и вспоминаю улыбку Алана. Все-таки он милый. У него светлые волосы, ямочки на щеках, когда улыбается, невероятные глаза. «Мы сможем подружиться?» — с такой мыслью я засыпаю. На этот раз мне не снится Адам. Впервые за долгое время, мне не снится ничего. Я наконец-то отдыхаю во сне.