Тебе выбирать

Я шла по той же дороге, в том же черном платье, но на сей раз я хоронила не Раду, а ее мужа. Кто бы мог подумать, что все так случиться? Я. Только я никак не могла ему помочь. Не знаю, чтобы я делала на его месте, но, думаю, у меня были бы такие же мысли, хотя наложить на себя руки… Я не смогла бы. Я иду и несу в руках ромашки. Черт! Ненавижу эти цветы! Ненавижу любые цветы! Они все ассоциируется у меня только с похоронами. Сколько еще смертей будет в моей жизни? Скольких я еще переживу? Это невыносимо! Я больше не могу так! Сколько можно? Сколько еще людей я потеряю? Сколько? Сколько?! Даже мое решение перестать контактировать с людьми мне не помогло. Все равно кто-то из моих знакомых умирает. Как это остановить? У меня уже никого не осталось, совсем никого. Кроме… Адама, но он сам навязывается, я никак не могу от него отвязаться. Чтобы я не делала, чтобы я не говорила, его ничего не останавливает, а кажется, только наоборот… притягивает, что ли. Совершенно не знаю, как от него отвязаться. Что такого можно сделать, чтобы он отстал? Ничего. Практика подтверждает. Только, если, возможно… если я уеду из города. Да, именно так я и должна сделать. Больше меня здесь ничего не держит. Я вздыхаю. Я так больше не смогу. Я не переживу еще одну смерть. Сердце щемит от тоски. Слезы подкатывают к горлу. Я больше не могу хоронить людей. Почему все так происходит? Почему все это происходит со мной? Я чувствую слабость в ногах, руки трясутся. Я больше так не могу.

Тебе больно идти, Тебе трудно дышать, У тебя вместо сердца Открытая рана. Но ты всё-таки делаешь Ещё один шаг Сквозь полынь и терновник К небесам долгожданным.*

Я остаюсь стоять возле свежей могилы. Я оставляю ромашки на могилах Рады и Михаила. Теперь они снова вместе. Я смахиваю слезы и уже собираюсь было идти, как меня окликнули. — Тея? Верно? — ко мне подошла женщина лет тридцати пяти, может чуть старше. — Да, а Вы — Елена, сестра Михаила? — я узнаю ее по голосу, именно она мне звонила. — Точно, — кивнула женщина, смотря мимо меня. На надгробия. — Примите мои искренние соболезнования, — я не знаю, как мне еще высказать свои переживания. — Спасибо, — женщина вздохнула. Не я одна ей это говорила. И видимо, ее это уже порядком достало. — Вы сотрудница компании? — отстраненно произносит Елена. Конечно, она ведь про меня ничего не знает, да и, собственно, откуда? — Нет, я подруга Рады, точнее была, — мой взгляд упал на свежее мраморное надгробие. Рада улыбается даже после своей гибели. — Ох, после смерти жены он стал сам не свой, но я даже предположить не могла, что он дойдет до такого… — она не могла предположить? Даже я — посторонний человек — и то об этом догадывалась, а родная сестра — нет? Я не знала как ему помочь, да и в конце концов, кто я такая, чтобы вмешиваться в чужую жизнь? Елены не было даже на похоронах Рады. Вот так сестра. — Прошу прощения за такой вопрос, но как Вы узнали, что мне нужно сообщить о смерти Михаила? — Он упомянул Вас в предсмертной записке, — ответила Елена. Ах, вот оно что. Наверное, Елене хотелось узнать, кто я такая. Ну, да я бы на ее месте тоже бы заинтересовалась. Интересно, поверила она мне? А хотя мне все равно, что они там про меня подумали, все равно я их больше не увижу. В последний раз бросаю взгляд на могилы. На улыбающуюся молодую Раду и серьезного Михаила в деловом костюме. Лучше бы я уехала раньше и ничего не знала об их смерти — они остались бы в моей памяти точно такими же, но только живыми, а не высеченными на холодном мраморе. — Простите, но мне пора. Еще раз приношу свои соболезнования, — женщина мне кивнула и я поспешила удалиться. В первый раз за всю свою жизнь мне захотелось напиться. Не знаю, с чем это связано, то ли смерть Михаила меня окончательно добила, то ли меня просто все достало и я захотела попросту забыться. Чтобы это ни было, отступать я была не намерена. Я уже сидела в каком-то баре и крутила в руке стакан с янтарной жидкостью. Не знаю, что это, но запах и вкус просто ужасен. Как это вообще можно пить? Я сидела и раздумывала над этой темой, когда неожиданно в кармане зазвонил телефон. У меня зазвонил телефон? Я взяла телефон? Мне кто-то звонит? Вот так поворот. Как-то это странно, кто мне может звонить? Я достала телефон и увидела имя звонившего. На экране белыми буквами светилось: «Просто Царь». М-дя, Адам сама скромность. Нет в этом ничего странного. Разговаривать сейчас с ним я не хочу, хотя почему сейчас? Я никогда с ним не хотела говорить. Даже не буду гадать, как ему удалось записать свой номер в мой телефон. Для этого было много случаев. Я сбросила звонок и переименовала номер с «Просто Царь» на «Просто Придурок». Вот теперь все правильно. Но «Просто Придурок» снова стал звонить и тогда я просто выключила телефон. Все просто. Теперь Его Величество меня не будет донимать. Я залпом выпила содержимое стакана и поморщилась. Какая все же гадость. Не понимаю: ну вот как, как это может кому-то нравиться? Ко мне подошел бармен. — Не понравилось? — я отрицательно замотала головой, на что парень усмехнулся. — Тогда Вам лучше попробовать вот это, — он поставил передо мной другой стакан. Увидев мой скептический взгляд, бармен пояснил: — Этот коктейль обычно нравится девушкам, — говорил он с улыбкой. Ну, что ж коктейль так коктейль. Я немного отпила. И правда вкусно. — Если не секрет, какой повод? — спросил парень. — Да так, просто все достало, — пожала я плечами. — И что же, так все достало, что решили напиться? Вы же явно раньше никогда не пили, — а бармен прав, видимо, хорошо знает свое дело. — Недавно умерла моя единственная подруга, а сегодня я была на похоронах ее мужа, — отвечаю так, как будто говорила о погоде. Я и сама удивляюсь насколько отстранено прозвучал мой голос. — Ох, сочувствую Вам, — искренне сказал бармен. — Но, а как же близкие люди, неужели не поддерживают Вас? — я горько усмехаюсь. — У меня никого нет, все погибли, — бармен удивленно вскидывает брови. Да-да, такое бывает не только в кино. — Не может быть, неужели все? — похоже, ничего подобного он еще не слышал. Я глотнула еще коктейля. — Да, все до одного. — Это, конечно, ужасно, но всегда можно найти еще друзей, — на губах у него играла приятная улыбка. Бармена окликнули и он, извинившись, ушел обслужить других. Да, конечно, можно найти еще друзей, но только не в моем случае. Вскоре бармен вернулся. — Если у Вас все настолько плохо, то можете приходить сюда почаще, не обязательно для этого пить, просто поговорить, — снова теплая улыбка, на этот раз я не смогла не улыбнуться в ответ. — Меня зовут Андрей, — представился бармен. — Тея, — тоже представилась я. Андрей так похож на Раду, такой же добрый с виду и с приятной улыбкой. По-моему, лучше такого друга не может быть. — Интересное, — задумчиво проговорил парень, — От какого имени сокращение? — поинтересовался он. — Галатея, — только он и Рада спрашивали мое полное имя. — Какое необычное имя, — улыбнулся бармен. — Это так родители тебя назвали? — Ага, — кивнула я, улыбаясь. Кажется, я начинаю пьянеть. В итоге я просидела весь оставшийся вечер, разговаривая с Андреем. Он периодически отлучался обслужить остальных, а потом сразу же возвращался ко мне. Он оказался интересным собеседником, но мысли мои неуклонно возвращаются к Раде… Я остаюсь в баре до закрытия, то есть до двух часов ночи. Андрей вызвался меня подвезти. Как оказалось, ему всего девятнадцать лет (хотя по нему и не скажешь, выглядит он лет на двадцать три не меньше, а про меня сказал, что выгляжу лет на шестнадцать, вот говнюк), он учится на психолога и подрабатывает в баре, а еще он так же увлекается книгами как я… и как Рада. Говорил, что часто заходил в магазин, в котором я работала и видел меня (если честно я его не помню, но это не важно). Мы выходили из бара, когда неожиданно на меня налетел Адам и я оказалась прижата к стене. Вот какого… баклажана он тут забыл? Без него было так хорошо. — Ты где была весь день?! — кричал он. — Я по всему городу тебя искал! — я попыталась оттолкнуть его от себя, да только это бесполезно, я впечатана в стену, — Ты что, пила? — Нет! Я электрический лобзик! — он посмотрел на меня как на дуру. Ну, а что собственно можно взять с пьяной девушки? Он что-то хотел мне сказать, но я перебила. — Я не обязана перед тобой отчитываться! — теперь пришла моя очередь кричать. — Отпусти меня, придурок! — я снова предприняла попытку вырваться, но сделала только хуже, этот недоумок еще больше прижался ко мне, придавливая всем телом. Это бесполезно, он сильнее меня. — Ты могла хотя бы ответить на звонок! — Адам ударил кулаком об стену рядом с моим лицом, от чего я вскрикнула и зажмурила глаза. Я уже приготовилась к самому худшему, как неожиданно хватка ослабла. Я свободно вздохнула и открыла глаза. Увиденное меня поразило: Андрей оттащил от меня Адама. Тот удивленно на него уставился, видимо, он сначала не заметил моего нового знакомого. — Вам лучше уйти, — вежливо попросил Андрей. Ох, зря это он. Адам сейчас стал похожим на разъяренного быка, перед которым машут красной тряпочкой, и сейчас эта тряпочка — Андрей. Зеленый бегемот, что сейчас будет. Я поспешила к ним, хотела попробовать увести Андрея, но они оба остановили меня на полпути. — Так это тот придурок, про которого ты мне рассказывала? — спросил Андрей. Ох, зря я рассказывала ему про Адама, но кто мог знать? К тому же, я пьяна. Мне можно. Все, сейчас начнется. Андрей, ты был хорошим другом. — Как ты меня назвал? — встрял Адам, не дав мне даже слово вставить. — Значит, это точно он, — подвел итог Андрей. — Что «это»? — Адам вопросительно уставился на меня, кивнув в сторону моего знакомого. Надо как-то спасать Андрея. — Ладно вам, ребята, давайте просто разойдемся и все. Адам, что ты хотел? — попробовала я как-то исправить ситуацию. Адам вроде как начал успокаиваться, но Андрей тут же все испортил. Желтый баклажан, ты же учишься на психолога, неужели, блин, не видишь, что в этой ситуации лучше драпать со всех ног? — Нет, Тея, ты не должна ему ничего, — остановил меня парень, — Пошли, я подвезу тебя, — и только он собрался уходить, как получил меткий удар в челюсть. Я вскрикнула и хотела было подбежать к Андрею, как неожиданно, он ответил этому придурку ударом в живот. Завязалась драка. Черт, что делать? Что блин делать?! Андрей сейчас пострадает из-за меня. Твою же ж… фиолетовую корову, снова из-за меня кто-то пострадает. А я даже не знаю как помочь. ____________ *Fleur — Для того, кто умел верить.