Дитя Пустоты

      Замок был большим, даже очень большим, коридоры были своеобразным лабиринтом, заплутать там было очень легко, если ты не живешь тут минимум годик, даже старик Шу долго привыкал ко всем этим аркам и переходам, очень похожими друг на друга при этом.       Старик Шу привел парня в лабораторию к Митаэлю, а сам же вернулся в казематы, проверять других пленников и подопытных существ, заперты в камерах.       - А вот и зверушка, милая, - протянул лениво мужчина, осматривая юношу с головы до ног. – Ну да, на лицо ничего так вышел, но бездушен, как не крути.       - Согласна с тобой, дорогой, - отозвалась Фридэль, подготавливая какой-то стол посреди лаборатории. – Ничего, эта зверушка легко окупит все, что мы истратили на ее создание. Бездушная кукла вряд ли будет против того, что мы задумали.       - Вот тут полностью согласен с тобой, - засмеялся мужчина, подходя к юноше, грубо схватив того за руку, после чего парня привязали к столу, лишая движения, а во рту оказался невкусный кляп. – Ну что, зверушка, мы тут с любимой женой решили опробовать на тебе свои разработки. По закону опыты на живых существах с душой запрещены, так что мы будем пробовать все на тебе, зверушка. Ты бессмертен и неуязвим, как это не печально, мы даже убить тебя не сможет. Хоть своим телом принесешь пользу. Фридэль, милая, давай начнем по очереди с препаратами, нужно знать скорость реакций и эффекты, а то все слишком непонятно, а деньги нам точно пригодятся, вдруг яд какой новый откроем? – мужчина довольно рассмеялся, чуть отходя от стола и давая место жене.       В глазах же у Джанаваша вскипел ужас от всего того, что сказал мужчина. На нем же просто будут ставить опыты, почему? Он же не кукла, он живой, он чувствует! Почему они не видят этого, почему все так?       - Смотри-ка, милый, а звереныш играет на публику, - засмеялась женщина, подходя к юноше, вкалывая ему в шею странную алую жидкость. – Так, сейчас начнется, мне даже интересно.       Джанаваш задергался в путах на столе, боль, что пронзила его тело, была невыносимой, что доказывали кровавые слезы, кровь даже из ушей начала стекать. Сказать, что юноша был не готов к этому, это ничего не сказать. Парень потерялся в ощущениях и чувствах, ему казалось, что несколько раз он даже падал в теплые объятия Пустоты, что старалась защитить его разум от происходящего, спрятать подальше от этих жутких существ, таких прекрасных снаружи, но прогнивших внутри.       Джанаваш пришел в себя уже в своей камере, где почти не было света. Даже дышать было тяжело, а все тело было неподъемным. Юноша тихо всхлипнул, а после начал плакать, он не понимал такой несправедливости к себе, а старика Шу не винил, понимал, что тот не мог иначе. Вскоре юноша добрался до своего одеяла в углу, закутываясь в него, чтобы не замерзнуть. Парень заметил, что его вновь помыли и переодели в обноски, хоть это немного порадовало его, а вспоминать о произошедшем не хотелось. Наплакавшись, Джанаваш все-таки придремал в своем уголке, вздрагивая при этом от каждого шороха и скрипа вокруг, теперь понимая, почему из многих камер тут доносились громкие и безумные крики боли и страха, они все проходили через эти опыты, может некоторые и попали сюда случайно, но выбраться уже было невозможно, лишь умереть, но звереныш и этого не мог. Бессмертное и неуязвимое тело стало его проклятием, а не подарком от создателей, ведь он и правда мог вытерпеть ужасное.       Юноша проснулся от того, что в его камеру вошел старик Шу, с завтраком и какой-то книгой.       - Проснулся, малец? – скрипуче спросил мужчина, помогая парню сесть, а также и поесть помогая. – И досталось же тебе, Джанаваш, ну ничего, все у тебя еще будет, я чувствую такие вещи, только нужно потерпеть.       Старик помог юноше нормально поесть, в этот раз даже было немного мяса в еде, оно очень понравилось парню на вкус, придавая ему больше сил, чем вчерашний суп.       - Звереныш, вот тебе и подарок от меня, уверен, в темноте ты хорошо видишь своими глазюками, - старик протянул юноше детскую азбуку, при этом нагло ухмыляясь на удивленное лицо Джанаваша. – Буду учить тебя говорить, а то скучно мне тут одному, стража пьет беспробудно, а пленники почти все с ума сошли. Не верю я, что ты говорить не можешь, уж больно смышленый, все с первого раза понимаешь и делаешь, как надо.       Юноша же и не знал, что в этом ужасном доме хоть кто-то будет так добр к нему. Джанаваш сдержал свои слезы, лишь благодарно кивнул и улыбнулся, внимательно рассматривая книгу в своих руках. Вскоре же потянулись почти одинаковые дни для Джанаваша. Старик Шу занялся его обучением, благо, что звереныш схватывал все на лету, не надо было повторять по несколько раз, вскоре юноша вполне сносно начал разговаривать, у него оказался удивительно красивый и глубокий голос, что пронимал до дрожи старика, но тот был доволен своими успехами в обучении мальчишки, это же он ухаживал за Джанавашем, когда того приносили из комнат лаборатории наверху.       Звереныша водили на опыты не чаще одного раза в неделю, все-таки ожидая полного восстановления тела для чистоты опытов, которых всегда было очень много, каждый последующий безумней предыдущего, ведь после различных препаратов пошла боевая магия различных видов, как стихийная, так и просто физическая, тут уже и стражники развлекались, как могли, выполняя указания парочки хозяев.       Джанаваш пытался сопротивляться и брыкаться, но силы были не равны, его всегда утаскивали наверх, заставляя проходить через все эти пытки, юноша держался из всех своих сил, не желая погибать вот так, все еще веря в лучшее. Старик Шу привычно помогал ему, а также приносил разные книги из библиотеки хозяев, как по магии, так и просто по истории мира, что был за пределами замка, очень надеясь, что когда-нибудь эти знания помогут зверенышу. Мужчина привязался к мальчишке, сумев научить его не только светлоэльфийскому, но и еще нескольким языкам, а потом просто приносил новые книги по языкам, помогая Джанавашу разбираться в них, парень был жаден до знаний, ведь те помогали ему забыть о пытках, вселяя надежду на будущее и свободу от всего этого. Дни тянулись за днями, сменяя друг друга, в казематах и пытках прошло почти 7 лет, но звереныш держался, не сдаваясь и показывая характер, тем самым выводя из себя хозяев, что с каждым разом злились все больше, им ведь так и не удавалось уничтожить свою ошибку по созданию идеала, ведь в звереныше даже магии не ощущалось, он был пустым сосудом.       Но и тут было затишье перед бурей, пытки почти прекратились, как и новые препараты с заклинаниями, что перепробовали на парне, а там почти две недели тишины и никаких пыток, что было странно и необычно для этого места.