you'll never know what hit you

Есть одна небольшая проблема. Он то обнимет его, то, утомившись, голову на плечо положит и будет так сидеть долго-долго и абсолютно молча; будет волосами шею неосознанно щекотать и вдыхать и выдыхать шумно. Он то коснется кожи невзначай и абсолютно случайно, а потом сделает такое совершенно невинное выражение лица. А Рею становится хреново так, и в голове мутит странно. Кричать от этого хочется — и он кричит, только из горла почему-то только тихий хрип вырывается. И это ну просто не может его не волновать. И не обращать на это внимание он не может: пытался уже не единожды, но все шло к чертям каждый раз. И это бесит, просто не может не бесить, потому что он чувствует себя совершенно бессильным и беспомощным. И это тоже его волнует и бесит. Было бы проще, будь Нагиса девушкой. Но нет. Кто-то решил таким образом пошутить и дал ему не девичье тело, а девичье обаяние. Но это нихрена не смешно. Рею по крайней мере — точно. Ему нихрена не смешно, когда Нагиса за совместным просмотром фильма, испугавшись страшного момента, жмется к нему всем телом. Ему нихрена не смешно, когда Нагиса устраивает свою голову на его коленях и засыпает. Ему нихрена не смешно, когда Нагиса берет его за руку в попытке согреть пальцы, потому что перчатки свои он забыл дома. Но есть одна проблема: это всего лишь Нагиса. Он ведет себя так со всеми. И от этого хочется кричать еще сильнее.