Ах, ты, драная облезлая кошка! А ну вернись!

Я не трус!.. А. Македонский …Но я боюсь… Манта Оямада. Я сидела на ветке дерева и дулась. Обидно. Я вот с ними по-хорошему – не убила тайком, не украла ничего, а они сразу… Гады. Я покосилась на прыгающих под деревом блондинку и рыжую. - Кис-кис-кис! Ну иди сюда! Я тебе рыбки дам! А я молока! – наперебой верещали они. Я гордо отвернулась. Нет, спасибо. Знаю я таких. Накормят-напоят, а потом затискают до смерти. А я жизнь люблю, со всеми её пакостями и радостями. - Эй… - Чего? – я раздраженно свесилась с ветки, разглядывая переминающуюся блондинку. - А как тебя зовут? Хм. Странно, но эта блондиночка начинает мне нравиться. - Кицунэ. Для друзей можно просто Кицу или Цу. - «Лисица»… Но у тебя же кошачьи уши и хвост! – в голосе рыжей такое искреннее удивление, аж умиляюсь. - А тебе какая разница? Как назвали, так назвали, - хмуро отозвалась я. - А я – Марион Фауна. Можно просто Мари. А это Матти, она со мной в одной команде, - блондиночка улыбалась так по-детски… А, да черт бы с ней, с опасностью, я же кошка, в конце-то концов! У меня девять жизней! Так что выкарабкаюсь… Надеюсь. - Отойдите от дерева. - Да? – вселенская скорбь в голосе. Это жестоко. – Ты нас… прогоняешь? - Нет. Мне прыгнуть некуда. - Ааа! – и девочки порскнули в разные стороны. Я спрыгнула. - Ну, и где моя обещанная еда? Хао наконец закончил долечивать раны и вышел из палатки. В душе его боролись два чувства – глубокая ненависть и давно позабытое желание дружить. Хао все еще помнил Матамуна. Как нашел его. Как подружился с ним, незаметно для себя впустив его в сердце. И как Матамун предал его. Нет, решено, сегодня же убить эту нахалку. Слишком многое она разбудила в его душе. Призвав Духа огня, он поднялся повыше, чтобы с высоты найти эту странную девушку. Кажется, она. Да, все верно, это та самая… кошка. Хао приказал духу спуститься пониже… и у него банальнейшим образом отвисла челюсть. Мари и Матти чесали довольнющую кошку сразу за обоими ушами, а та растянулась на траве и мурлыкала, то и дело умоляя почесать спинку. Девушки смеялись и чесали. Хао поднял руку, где тут же появился огненный шар, и приготовился метнуть его. Он бил бы прицельно, чтобы не задеть Ханагами… И тут он заметил лицо Мари. Вечно грустная, общающаяся только со своим хранителем девушка сейчас выглядела настолько счастливой… Конечно, он должен быть бессердечным, но не до такой степени. Шар втянулся назад в ладонь шамана, и Хао отвернулся, приказав возвращаться к костру. Я мурлыкала. Нет, все-таки я определенно правильно сделала, что спустилась – я так не кайфовала с очень давних пор… - А спинку? – потребовала я. Мари засмеялась и начала чесать спинку. Я блаженно вытянулась. Все. Мне хорошо. Не дергайте меня до завтра. - Мари! Матти! Где вас носит? – раздался чей-то голос. Ну вот, мне сломали весь кайф. Гады. - Хао приказал не выпускать ту странную из лагеря! – и снова тот же голос. Только уже поближе. Я лениво приоткрыла один глаз и заметила расстроенное личико блондинки. Весь кайф обломали не только мне. На душе сразу потеплело. Нет, ну какая же я все-таки вредная! - Пошли, что ли, если меня уже ищут, - предложила я, вставая и потягиваясь. – Давайте наперегонки? Матти ухмыльнулась. - Ты не обгонишь меня! - Поспорим? – прищурилась я и рванула к лагерю. К моему удивлению, рыжая отстала только на третьем круге вокруг палаток. Хотя я и бежала не на совсем полной скорости, но раньше меня мало кто догонял. Надо её похвалить потом… Ой! Я на полном ходу врезалась в чью-то палатку и несколько раз кувыркнулась, едва не сломав руку. А, черт! Больно! Сломать не сломала, но вывихнула так точно… Я уже говорила, что мне не везет? Так вот: мне сегодня АДСКИ не везет! Ууу… больно… кто бы валерьянки принес… За всеми этими размышлениями я не сразу заметила гробовую тишину в лагере. Ну что опять не так? Я развернулась к единственным знакомым, всем своим видом требуя пояснений. Взгляд случайно наткнулся на палатку. М-да… Жить в ней явно будет трудно. - Это была палатка господина Хао… - простонала голубоволосая. Хао? Хао… Хм, что-то знакомое… Неожиданно над сидящей мной нависла чья-то тень. Я подняла голову… - Хао? И едва успела откинуться назад, спасаясь от пощечины. Нет уж, я с ним говорить буду, только когда он успокоится! И я быстро драпанула куда подальше. Вслед мне летели файерболы, несколько раз запустили огненные волны – едва успевала на деревья вскарабкаться – а еще громкие крики: - А ну вернись, драная облезлая кошка! Стоять, кому говорю! Ага, нашел дуру. Я жить хочу – долго и счастливо. Нет, ну вот скажите мне, на кой черт я вообще сюда сунулась?! Я мрачно висела вниз головой, старательно не встречаясь с шаманом взглядом и вправляя руку. Голова кружилась. - Ну, и как ты мне это объяснишь? – мрачно сказал шаман. Я его не видела, но так и представляла себе, как он стоит: скрестив руки на груди, злобный вид, пафосная морда и патетически направленный на меня взгляд. Я с трудом подавила желание захохотать. - Чего молчишь? – на этот раз шаман шипел. - А что я должна сказать? – дух, в ладони которого я, собственно, и висела, развернул меня лицом к Хао. – Извини? Я тебе это три раза проорала, пока ты разносил остатки лагеря. Я больше не буду? Тоже орала. Сам виноват, что слушать не хочешь. И вообще, я на тебя обиделась, - я гордо отвернула нос. - А я не виноват, что не слышал – ты ж на самое высокое дерево в округе забралась! – не остался он в долгу. - Правильно, потому что иначе остались бы от меня уши да хвост. Может, я чего-то не понимаю, но почему ты так кошачьих не любишь? Фобия? Лицо Хао снова заледенело. Я испуганно икнула и зажмурилась. «Пропала я! Все, завещаю свою шкурку музею естественных наук!» - подумала я. – «Пускай смотрят на мое несчастное чучелко…» Неожиданно раздался смех. Я осторожно приоткрыла глаза… У меня не начались глюки от чрезмерного долгого пребывания вниз головой, нет? Хао смеется?! - Знаешь, как ты сейчас выглядела? Уши прижала, глаза зажмурила, руки у груди сложила… Так что извини - я детей не убиваю. - Это кто здесь еще ребенок?! – вспылила я. - Ты, ты, не сомневайся, - ухмыльнулся он, и я неожиданно брякнулась на спину, выпущенная духом. – Теперь будешь жить здесь. - ЧЕГО?! – мой вопль, наверное, услышали даже в Токио. Хао вышел из комнаты, где бесновалась эта странная кошка. Она наверняка ничего не знала ни о турнире, ни о нем самом – иначе бы сейчас билась в истерике совсем по другому поводу. Почему он её не тронул? Хао и сам не знал ответа. Наверное, на то были две причины. Одной из них было то, что он не желал лишать команду Ханагами боевого духа, который неожиданно поднялся в Мари и Матти. После общения с этой девушкой они почти не отличались от нормальных шаманов, оставив свои странности. А второй… Хао не признался бы в этом даже самому себе, но эта кошка действительно напомнила ему Матамуна. И он хотел найти себе друга – такого, каким был Матамун… до предательства. Хао сжал кулаки и направился в лес. Приспешники, занятые размещением в новом лагере (старый усилиями Кицу и Хао был разнесен вдребезги), не заметили ухода своего повелителя. Только Цу наблюдала за ним из окна…