Само совершенство

Мэр Миллс никогда не опаздывала. Будь то важное собрание с губернатором или открытое заседание с местными жителями — Реджина Миллс всегда приходила за десять минут до назначенного срока, со свойственной ей безупречной улыбкой. Сегодня был особенный день, как для неё так и для всех жителей обычного небольшого городка Сторибрука. Надо сказать, что в Сторибруке никогда не было ничего выдающегося. Это всего лишь маленький город, практически на грани села, со свойственными таким городам проблемами: отъездом молодежи, убылью населения и пьянством. Но все резко изменилось, когда 8 лет назад на пост мэра была избрана Реджина Миллc, сейчас ее переизбрали уже на третий срок. С приходом женщины, в городе появилась новая больница и новая школа, в Сторибруке постоянно что-то строили, женщина искала все новые и новые способы создать рабочие места и удержать в городе молодое поколение, не говоря о том, что проведенная ею реформа среди полицейских дала поразительный результат — практически сто процентную раскрываемость преступлений в городе. Вот и сегодня ей предстояло посетить крайне важное событие: открытие в Сторибруке швейной фабрики. Мисс Миллс пришлось потрудиться, чтобы привлечь инвесторов в такой небольшой населенный пункт и уговорить бизнесмена строить новый филиал своей фабрики именно здесь. Но сейчас сделка была заключена, стройка завершена, город получил новое выгодное и невредное производство, а более сотни Сторибрукцев получили работу. Мэру Миллс оставалось лишь разрезать ленту на входе в здание. Для этого мероприятия женщина выбрала строгий деловой костюм. Костюмы были ей к лицу и придавали брюнетке еще больше шика и сексуальности, а также прекрасно шли к её черным волосам средней длины. Но стоит заметить, что она была безупречна в любой своей одежде. Идеальность. Безупречность. Совершенство. Всегда были словами, наиболее подходящими для описания Реджины Миллс. Всё, что касалось её, всё, что она когда-либо делала было именно таким. Её причёска, её фигура, её стиль одежды, её дом и даже её сад. Любой житель Сторибрука не сомневаясь сказал бы «Все любят Реджину Миллс». И это была бы правда. Её ценил каждый житель города за её работу, за то, что она сделала для Сторибрука. У неё было множество друзей и подруг, о которых женщина умудрялась не забывать даже при своей занятости. И конечно же у такой красивой и успешной женщины было множество поклонников, но, к сожалению, ни одному из них не улыбнулась удача. Люди часто обсуждали её личную жизнь между собой, но разговоры всегда сводились к одному и тому же — она была замужем, кто-то слышал, что они не сильно ладили, развелись, и муж навсегда уехал из Сторибрука. Через год после развода Реджина усыновила мальчика, родители которого погибли в автокатастрофе. С тех пор занималась только семьей и работой. Аплодисменты, которыми разразилась толпа в ответ на прекрасную, заранее подготовленную речь брюнетки, уже давно не смущали её. Улыбнувшись всем и близко знакомым людям в отдельности, она поспешила покинуть мероприятие, чтобы заняться следующими делами. График женщины всегда был плотно забитым, хотя и существовало несколько железных правил: она всегда уходила домой не позже семи часов вечера, она проводила каждое воскресенье с сыном, и она обедала с ним каждую среду. Кроме рутинных дел и заседаний с местными депутатами, Реджине получала уведомления о новых законах, распространяющихся на весь штат или даже на всю страну. Таких писем было немного, поэтому Реджина уделяла им особенное внимание. Сегодня это было письмо из полиции города Бостона. Уважаемая Реджина Миллс, Администрация Президента благодарит Вас, за включение города Сторибрука в благотворительную программу «Второй шанс» — посвященную помощи и трудоустройству бывших заключенных. Спешим сообщить, что уже завтра вечером к вам будет направлен первый человек, нуждающийся в помощи. Необходимые данные: Эмма Свон, 20 лет, отбывала срок за мелкую кражу, выходит по условно-досрочному, без образования, подойдет любая работа, необходимо жильё. Напоминаем Вам, что в благодарность за участие в программе штат снизил для вашего города налог на землю. В случае невыполнение условий все будет взыскано. Мисс Миллс тяжело вздохнула. За свои годы у власти она участвовала в множестве благотворительных программ. По её инициативе появился собачий питомник и фонд помощи многодетным семьям в Сторибруке, но в эту программу она записалась только для снижения налога. Это был один из аргументов для постройки новой фабрики — купить землю для постройки в Сторибуке было дешевле, чем в соседнем городке благодаря сниженной налоговой ставке, но привести в город множество преступников совсем не входило в планы женщины, особенно теперь, когда город стал безопасным. Реджина покидала офис мысленно перебирая в голове варианты, что делать с этой неожиданно свалившейся проблемой. В конце концов сколько неприятностей могла доставить одна юная девушка? _______________________________ Эмма Свон была на целых пятнадцать лет младше Реджины Миллс — ей было всего двадцать лет, но за эти годы она умудрилась попасть в намного большее количество передряг. — Свон! Свон! — несколько раз повторила тюремная надзирательница — девчонка ты вообще слышишь меня? Эмма задумалась, но поспешно спрыгнула с кровати, чтобы узнать в чем дело. — На выход. Тебя выпускают. Блондинка следовала за женщиной, явно не понимая происходящее, но для Эммы это было вполне привычным состоянием. Она часто замечала за собой, что внешний мир это нечто чуждое ей, что понять слова людей, не говоря уж о мыслях, с первого раза она не в состоянии. Половину дороги она просто смотрела в спину ведущей её женщине, набираясь смелости, чтобы задать вопрос. — Меня осудили на три года… Прошло только два. Почему вдруг меня выпускают? — еле дыша от волнения спросила Эмма. Девушка замерла, когда надзирательница резко остановилась и развернулась к ней — Тебя освобождают досрочно за хорошее поведение в тюрьме. К тому же тебе было всего 18, когда ты совершила преступление. Можешь хоть раз порадоваться просто? Или тебе обязательно ходить со своей грустной рожей? Эмма не ответила. Она перестала улыбаться уже много лет назад и радости сейчас тоже не чувствовала. У неё не было семьи, ждущей её из тюрьмы. Не было друзей, которые бы помогли и поддержали. Кажется, была небольшая сумма на счете, полученная еще при выходе из приюта. Но в целом это неожиданное освобождение больше пугало Эмму, чем радовало. Охранник выдал ей коробку с вещами: старые джинсы, растянутый свитер, потертая сумочка и пластмассовое кольцо. Взгляд на все имущество не прибавлял блондинке радости. Зайдя в специальную комнату, чтобы переодеться Свон поморщилась глядя в зеркало. Больше всего в жизни она ненавидела свое отражение. Многие люди: потенциальные приемные родители или кавалеры говорили Эмме Свон, что она красивая или милая, но девушка никогда не верила. Она ненавидела себя и свою внешность с детства. Если бы дать это дело психотерапевту он бы сходу выстроил теорию, что брошенная сирота, считала, что мать её не любила, и стала сама не любить себя, но такого врача Эмме никто не звал, поэтому она видела далеко не лучшую картину. Девушка всегда красилась в блондинку, но сейчас волосы отросли на пол головы обнажая её натуральный цвет, который был слишком темным, чтобы называться блондинкой, но и не подходящего оттенка, чтобы назваться русой, и слишком светлым, что быть шатенкой. Это было нечто серо-коричневое, закрепившее за Эммой мнение о себе как о девушке, с непонятным цветом волос. Волосы были небрежно убраны в пучок и как Эмма не старалась убрать их аккуратнее — не выходило. Цвет лица ей казался слишком бледным, а ямочка на подбородке ужасной. Взгляд на фигуру в целом ещё больше омрачал Эмму Свон, открывая простор комплексам из-за маленькой груди, слишком широких плеч и большого размера ноги. Она уже давно бросила попытки полюбить себя и старалась просто не заглядывать в зеркало, а тюрьма позволила девушке на несколько лет забыть свои переживания из-за одежды, которая вечно не шла или сидела не так, как бы того хотелось. Она не знала еще, куда ей идти и планировала просто начать брести. Единственное желание, которое ей бы хотелось исполнить после выходы из тюрьмы — это выпить какао с корицей, но к удивлению блондинки, у выхода её встретила всё та же надзирательница. — Свон, еще одна хорошая новость! — воскликнула она. — Что еще? — мрачно спросила девушка. — Тебя включили в программу «Второй шанс» Эмма не знала, что это значит, поэтому продолжала смотреть на надзирательницу. — Ты получишь работу. И жилье… ну комнату. Вот держи письмо, там все написано. Мисс Свон, Вы прошли отбор в программу «Второй шанс» — посвященную помощи и трудоустройству бывших заключенных. Вас ожидают в городе Сторибрук, штате Мейн. Обратитесь в офис Мэра до 19:00 для получения дальнейших инструкций. И снова вместо ожидаемой радости на лице блондинки появились озадаченность, нерешительность и смущение. Незнакомый город, не знакомые места, новая работа. Звучало для Эммы как страшные вещи. — Сторибрук. Мейн. Как мне попасть туда? — Ты что вчера родилась? Автобус ходит. До автовокзала на метро доедешь. Эмма только кивнула и поспешила покинуть тюрьму. Остановившись в дверях, она обернулась и зачем-то крикнула «До свидания» надзирательнице. Та лишь усмехнувшись ответила — Прощай, Свон. Удачи в Сторибруке.