Само совершенство

В Сторибруке стартовал ежегодный городской фестиваль. Это был замечательный праздник, который, так или иначе, любили все жители. Город в это время резко преображался. Центральную улицу Сторибрука украшали яркими воздушными шариками и праздничными плакатами. Появлялась сцена для выступлений и столики с разнообразной едой и напитками. Постоянно играла музыка. Особое веселье празднику добавляли множество игр и конкурсов. Взрослые люди, смеясь, играли в «ручеёк», «шарады» и «твистер», соревновались по прыжкам в мешках и стрельбе в тире. Дети лепили горшки из глины и рисовали гуашью и бегали с воздушными змеями. Люди всех возрастов приходили на вечернюю дискотеку, которая была традиционным местом для веселья, а также знакомств и первых медленных танцев. Обстановка была абсолютно подходящей для этого: солнце садилось, а город освещали лишь романтичные фонари и луна. Мэр города, которая только недавно оправилась от пережитого происшествия, разумеется, не могла пропустить такой важный для Сторибукцев праздник. Ещё одно новое черное коктейльное платье пополнило гардероб Реджины Миллс, женщина появилась вечером и производила восхитительное впечатление - черный шелк, облегающий её тело, сливался с такими же черными волосами, а вместе они растворялись в городской тьме. Оставив Генри со своими друзьями, женщина обходила весь фестиваль, пробираясь сквозь толпу людей. Случайным свидетелям казалось, что Реджина просто бесцельно ходит, убивая своё время на празднике, но на самом деле брюнетка отчаянно искала глазами что-то, точнее кого-то. Вот впереди блондинка в джинсах, Реджина резко ускоряет шаг к ней, но блондинка оборачивается и оказывается не той, кого искала Миллс. Реджина не была уверена, зачем она взялась искать Эмму. Ведь Свон не любит большое скопление людей и скорее всего не пришла. А даже если бы пришла, то Реджина не сможет пригласить Эмму на танец здесь, посреди толпы. В эту секунду, когда Реджина уже была готова сдаться и не искать Эмму, она услышала истошный крик Лероя. - Убирайтесь отсюда, как вам не стыдно вытворять такое, здесь же дети! Шерифа по близости не было, и мэр поняла, что ей нужно вмешаться, чтобы праздник, несущий радость, не превратился в катастрофу. Реджина побежала, определяя место нахождения Лероя по голосу, и застала его стоящим возле двух мужчин. Один из них был во всем кожаном и с сережкой в ухе, второй был слегка похож на пастуха. Это были единственные открытые геи в городе – Дэвид и Киллиан. - Что здесь происходит? – вмешалась Реджина. - Эти двое устроили разврат посреди праздника! – грозно закричал Лерой. - И что же они сделали? – повышая голос, ответила мэр, пока Дэвид и Киллиан молчали. - Они… танцевали вместе. - Здесь целая толпа танцующих парочек. Ты не заметил, что это - дискотека, Лерой?! Мужчина хмыкнул. - А чего это ты их защищаешь, сестренка? Теперь уже Реджина нахмурилась и практически выходила из себя. - Во-первых, попрошу относиться ко мне с уважением. Я тебе не «сестренка». Во-вторых, я – мэр. И защищаю не их, а свой город и порядок в моем городе. Нравится тебе или нет, в Сторибруке ты должен исполнять закон. Если ты, или кто-либо еще попытается испортить этот праздник дракой, скандалом или оскорблением людей, то будет арестован. Они могут танцевать здесь так же как все. В случае если появится разврат, если ЛЮБАЯ пара выйдет за грани танца и начнет обжиматься прямо здесь, я или шериф сделаем им замечание. А ты Лерой, займись лучше своими делами. Мужчина недовольно покачал головой и, продолжая бубнить что-то себе под нос ушел, в сторону пивной. - Спасибо, Реджина – поблагодарил мэра Киллиан. - Не за что, это моя работа. Удачного вечера. - Я думаю, нам стоит уйти. Не Лерой, так другие люди будут не довольны, что мы здесь. Мы не хотим портить фестиваль. Реджина смотрела в след уходящим Дэвиду и Киллиану. Грустно вздохнув, женщина села на лавочку. Они были правы. Реджина не могла бы отгонять от них людей весь вечер и рано или поздно кто-нибудь бы напился и устроил скандал. Это невероятно злило Реджину. Её злило то, что она смогла уменьшить преступность в городе, но не могла ничего поделать с гомофобией жителей. Её злило, что она – мэр города, не могла устроить праздник, на котором бы любой житель Сторибрука чувствовал себя в безопасности. Реджина знала, что у неё в городе есть сторонники, но их не много и эти люди предпочитают проходить молча, чтобы не ввязываться в конфликты. От задумчивости Реджину отвлекло нечто неожиданное – тишина. Музыка, которая звучала непрерывно уже несколько часов, внезапно стихла. Танцующие, остановились на месте. Затем вместо музыки все услышали голос ди-джея. - А сейчас песня по заказу. Специально для Реджины Миллс звучит композиция Taylor Swift – «This Love». Брюнетка подскочила со скамейки. Ошибки или случайности быть не могло – о том, что это её любимая песня знал только один человек на земле. Только Эмма Свон. Реджина вновь побежала в толпу. Она увидела Мэри Маргарет, но женщина стояла одна. Миллс, пытаясь придумать как спросить у учительницы, где Эмма, не выдавая себя, шагала вперед, когда знакомая рука коснулась её плеча. Обе женщины остановились, глядя друг на друга. - Привет – нерешительно начала Эмма. - Привет, я уже думала, что ты не придёшь сюда. Свон улыбнулась, той самой свободной и счастливой улыбкой, которую так любила Реджина. - Я не хотела идти сначала… - Я рада, что ты пришла. Спасибо, за песню – Реджина сделала ещё один шаг навстречу Эмме, и заговорила почти шёпотом - как ты не побоялась заказать её для меня? - Я подбросила ди-джею записку - шепнула Эмма на ухо Реджине. Брюнетка улыбнулась в ответ и уже хотела взять Эмму за руку, когда почувствовала на себе взгляд со стороны и сделала шаг назад от Эммы. Сделав его, брюнетка опустила глаза в пол. Она понимала, что такое резкое отстранение неприятно для Свон, но ничего не могла с собой поделать. - Извини… - Всё в порядке – голос Эммы был удивительно светлый и любящий в этот момент - У нас всех свои тараканы в голове. Если бы только видела моих, Реджина, то возможно не захотела бы… эм… дружить со мной. Я понимаю. Мы сможем побыть вместе позже. Они обе купили мороженое и сели на одну лавочку, но на разных её концах. Смеясь, по очереди поглядывали друг на друга. - Эмма, если ты хочешь, то можешь потанцевать. Я не обижусь. - Я не танцую… - Почему? - Это совсем не моё, Реджина. Да я и не умею… Глаза брюнетки неожиданно загорелись и она встала. - Мне срочно нужно идти. Я тебе напишу. Реджина скрылась за поворотом к своему дому, а блондинка, склонная к самобичеванию, оперлась локтями на коленки и опустила голову. Оставшись одна, она стала сильнее замечать все то, что ей не нравилось – вокруг была толпа людей, которая ужасно гудела. Толпа людей, в которой Эмма чувствовала себя потерянной. Она не знала, почему Реджина ушла и терялась в догадках. - Может ей не понравилось, что я заказала песню? Может я обидела её чем-то и не заметила? Или… она не хочет сидеть с той, кто не умеет танцевать? А может быть действительно что-то случилось, что-то страшное о чем она не могла мне рассказать. Что-то с Генри. Или с городом… бомба! Точно, где-то в городе заложили бомбу, и она не сказала мне об этом, потому что не могла. Телефон Эммы завибрировал, и она увидела сообщение от Реджины. Очень странное сообщение от Реджины: «Приходи ко мне домой. Задняя дверь открыта. Это срочно». __________________ Блондинка подходила к дому мэра. Все шторы были закрыты, в отличие от калитки и задней двери. Зайдя внутрь, девушка услышала музыку, играющую в зале, и пошла туда. В комнате перед глазами Эммы предстала удивительная картина – вся мебель, которая раньше была в центре комнаты: стол и два кресла, теперь была отодвинута к одной стене. А на её месте, на красивом пустом вискозном ковре босиком стояла слегка запыхавшаяся Реджина. - Ты пришла - с трудом переводя дыхание, сказала женщина. На её лице была нескрываемая радость. - Конечно, я пришла. Ведь ты звала меня. Что происходит? - Ты мне доверяешь, Эмма? - Я? Да. Не пугай меня так, пожалуйста. Я вижу, что ты что-то задумала - дрожащим голосом сказала Свон. - Не задумала ничего плохого – Реджина взяла руку Эммы и вовлекла девушку в свои объятия, затем, поднося свои губы к уху Эммы, сказала – я хочу потанцевать с тобой. - Я тоже хотела бы потанцевать с тобой. Но… я совсем не умею. Это будет выглядеть нелепо. - Здесь только я и ты. Мы можем выглядеть как угодно. Давай хотя бы попробуем? Я тебя научу. Блондинка утвердительно кивнула, а Реджина переключила музыку на следующую песню. Эмма не знала эту композицию, но она была на итальянском языке и была очень красивой. Эмма чувствовала, что это песня о любви. Реджина снова подошла к Эмме, дыхание девушек учащалось только от одной такой близости друг к другу, не говоря уже о танце. Миллс положила свою руку на спину Эммы, а второй рукой нежно взяла руку девушки. Эмма прижалась к Реджине и закрыла глаза. До этого в танцах, которые были еще в школьные годы, она всегда не могла придумать, куда правильно положить свои руки, но в этот раз они сами находили свое место. Об этом не нужно было думать, с Реджиной она точно знала, с Реджиной все было прекрасно как по волшебству. Двигаясь под великолепную музыку, Эмма чувствовала, как по её телу бегут мурашки от того, как Реджина касается её лопаток, своими пальцами. Их груди соприкасались, они обе слышали и чувствовали дыхание друг друга. Песня закончилась и девушки замерли, прислонившись, друг к другу лбами. - Вот видишь, ты прекрасно танцуешь, Эмма. Нужно просто перестать наговаривать на себя. Просто поверить. Как на счет еще одного танца? Ответ был не нужен. Они просто продолжили танцевать дальше, но теперь уже более расковано, более свободно. Их объятия были более страстными, а танец дополнился поцелуем. И ещё одним поцелуем. А затем перешёл в сплошной поцелуй под музыку. - Так значит, это наше первое свидание? – уточнила Эмма. - Нет, наше первое свидание было в моем офисе. Когда мы первый раз поцеловались. Эмма огляделась, она ни разу ни была в доме мэра, с того первого поцелуя. То, что Реджина пригласила её сюда, как свою девушку - много значило для Эммы. Это было словно приглашение в свою жизнь. Пусть и шторы были закрыты, Свон была согласна быть тайной частью жизни Реджины Миллс. Она была влюблена по уши и ничего не могла с собой поделать, как и Реджина. Они обе немножко сошли с ума, и им нравилось сходить с ума вместе. - А где Генри? – неожиданно спросила Эмма. - Он на фестивале и не скоро вернется. - Я не соглашусь с тобой Реджина, тот первый поцелуй всё же был свиданием. Значит, это первое. А значит, второе свидание устрою я. - Уже заинтригована – радостно сказала Реджина. _________________ Девушки танцевали пять танцев подряд и даже танцевали, когда музыка прекратилась. Они этого даже не заметили. Реджина с Эммой слышали, видели и чувствовали только друг друга, словно все остальное, вся вселенная кроме них двоих – не имела значения. Забывшись в очередном поцелуе, девушки сделали несколько шагов и оказались у стены. Магия поцелуев уносила их далеко с этой планеты. Но в голове Эммы что-то щелкнуло, когда одна рука Реджины, целующей её в шею, дотронулась до груди, а вторая опускалась всё ниже к её бедрам. Эмма молча застыла, ничего не говоря Реджине, но с трудом сдерживая свое волнение. Она никогда не была с девушкой. Она никогда не была с мужчиной. Эмма многое знала о сексе, но считая себя некрасивой и абсолютной неудачницей, она давно решила, что эта часть жизни не для неё. Она была уверена, что её никто и никогда не полюбит. Эмма даже не расстраивалась из-за этого. Эмма считала, что есть так много вещей, которые мы никогда не сделаем в своей жизни. Она говорила себе « Я никогда не полечу в космос. Я никогда не найду своих родных. И я никогда не найду вторую половину. Это не плохо. Это просто я». Сейчас, оказавшись в интимной ситуации с Реджиной, девушка внезапно почувствовала… страх. Эмма не знала почему – ведь все это делают, и это должно быть не страшным. Только внутренний голос хотел сказать Реджине «стоп» и убрать её руку с груди. Эмма слышала много о том, как нехорошо поступают девушки, которые сначала целовались и прижимались, а потом отшили. Вместе со страхом первого раза, она боялась еще, что если сейчас откажет Реджине, то брюнетка обидится и не захочет больше иметь с ней дело. Но Эмме не нужно было ничего говорить. Всего через несколько секунд после её смятения, Реджина почувствовала, что что-то не так. Отстранившись, она взглянула прямо в испуганные глаза Эммы. - Ты не хочешь этого? Блондинка молчала, нервно дыша, и стараясь подобрать слова. А Реджина сразу же убрала свои руки с тела девушки. Брюнетка знала многое о согласии и была уверена, что «да», означает только «да». Когда люди хотят этого, они не размышляют и не молчат. Они радостно кричат. А молчание и отстранённый взгляд значит только одно. Это значит «нет». Эмма смотрела в сторону, и ей было стыдно взглянуть на Реджину. - Я не готова. Прости. Блондинка зажмурилась, ожидая упреков или злости. Но вместо этого, Реджина обняла её. - Тебе не за что просить прощение. - Ты… ты не злишься не меня? - Нет! С чего мне на тебя злиться, Эмма? Это мне не следовало торопиться, не обговорив. Ты ведь сказала мне тогда под деревом, что у тебя никогда не было. Я должна была об этом подумать. Посмотри на меня – Реджина нежно повернула лицо Эммы к себе – однажды мы сделаем это, но сделаем это тогда, когда обе будем очень этого хотеть.