Само совершенство

Блондинка закрыла конверт с фотографиями и положила его на стол. Встревоженная Свон нервно сглотнула и сжала свои руки в кулаки. Ситуация была ужасной. Ей хотелось не показывать мужчине своей тревоги и посмотреть на него максимально спокойным и сдержанным взглядом, но руки уже начинали дрожать, а волна страхов и переживаний стремительно накрывала её. Это были доли секунды, но в голове Эммы Свон проносились километры мыслей, которые буквально начинали разрывать голову девушки. Сейчас происходило именно то, чего больше всего боялась Реджина в их отношениях – угроза разоблачения, раскрытие их ориентации. Как такое могло произойти? Ведь Эмма и Реджина всегда были внимательны и аккуратны. Мистер Голд никак не мог наткнуться на них случайно, значит он следил… Значит, здесь все не так просто. И это ужасно огорчало Свон, она хотела быть для мэра радостью, счастьем, а не воплощением огромной беды, исполнением её самого страшного кошмара. Но… лавина уже начала спускаться с горы, и Эмма была не в силах остановить её. Этот человек сделал фотографию, и не одну, а значит, он не намерен отступать. - Что вам нужно? – охрипшим от волнения голосом спросила Эмма. - О, все просто дорогуша, я хочу забрать самое ценное, что у тебя есть. Эмма опустилась на стул, не понимая, о чем идет речь. Девушка инстинктивно осмотрела комнату - в ней не было не одной ценной вещи. В квартире Мэри Маргарет вообще не было ничего дороже жидкокристаллического телевизора. Но Голд и так выглядел богатым – не похоже, что он пришел сюда за подержанной техникой. - Я бедна. Я живу в чужой квартире и работаю на администрацию, за совсем небольшие деньги. Мне нечего Вам предложить. - Это не о материальных ценностях – мужчина очень хитро улыбнулся и практически прошептал - я хочу сорвать твою вишенку. - Что? – Эмма на самом деле уже поняла, о чем идет речь, но хотела удостовериться. - Хочу забрать твою невинность – Голд облизнул свою верхнюю губу - у меня достаточно опыта, чтобы вычислить нетронутую девушку. Эмма вздрогнула и отшатнулась. По ней пробежала неприятная дрожь от одной лишь мысли о том, чтобы поцеловать этого мужчину, не говоря уже о чем-то большем. Свон сразу же поправила свою майку, хотя вырез был не большой. Чувство омерзения и гадливости захватывало её все больше. В какой-то момент ей даже показалось, что её сейчас вырвет. - Вы опоздали, мистер Голд. Вишенка… вишенка сорвана. Эмма ожидала, что теперь Голд расстроится, разочаруется и уйдет, оставив их с Реджиной в покое. Но он лишь слегка повел бровью. Было что-то дьявольское в его поведение, что особенно пугало Эмму. - Я всё еще могу стать твоим первым мужчиной – Голд сделал шаг в сторону Эммы и коснулся её лица – дорогуша, я заставлю тебя пересмотреть свою ориентацию. Ты забудешь о своем баловстве с Реджиной. В Эмме неожиданно проснулась сильная ярость, злость и самое главное смелость. Девушка резким движением убрала руку Голда от себя и сделала шаг назад. Ей хотелось иметь суровый вид, но, к сожалению, рассерженная Эмма выглядела как рассерженный пятилетний ребенок. Нахмурившаяся, с надутыми губами и трясущимся голосом. - А вы бы пересмотрели свою ориентацию, если бы вас заставили переспать с мужчиной?! – вскрикнула Эмма, её начинало бесить невозмутимое лицо своего нового врага. - Заставить? Что вы… Давайте сделаем проще, у вас два дня на размышления. Через два дня, ровно в шесть часов вечера ты должна прийти ко мне в дом. В чем-нибудь сексуальном. Или я опубликую эти фотографии и испорчу репутацию мэра Миллс навсегда. Её заставят покинуть пост мэра. Её сын станет изгоем в школе, над ним будут издеваться и насмехаться, с ним никто не будет дружить. Всё признают её лгуньей и извращенкой. А знаешь, что самое главное? Она возненавидит тебя за все это. Видите ли, мисс Свон, я никого не заставляю. Это ваш выбор. Делайте его с умом. - Это не выбор, когда оба варианта направлены против меня – резко ответила Эмма, но Голд уже развернулся и вышел из квартиры, пафосно хлопнув дверью. На слова блондинки он даже не повернулся, не дрогнул, словно она ничего и не говорила ________________________ Закрыв дверь за неприятным гостем и заперев её на все замки, Эмма безнадёжно вздохнула. Девушка прижалась спиной к двери и медленно опустилась, сев прямо на пол. Тишина словно резала уши. А шум мыслей в голове Свон, неожиданно сменился на пустоту. В её мыслях словно была бескрайня степь, пустынная, тихая. На ней разве что шумел ковыль и перекати- поле. Эмма не знала, что думать и не знала что делать. Каждый раз, когда девушка пыталась начать думать о произошедшем, у неё не получилось. Оба варианта, предложенные наглым шантажистом были ужасны. Переспать с Голдом. Значит, изменить Реджине, предать своего самого любимого человека на земле. Но это означало бы не только предать Реджину, но и предать саму себя. Но второй вариант был ещё хуже – дать этому ублюдку разрушить жизнь Реджины. Наверно, это еще хуже, чем изменить ей. Единственный вывод, который могла сделать из случившегося Эмма – «Я неудачница». Внутренний голос просто кричал об этом. - Посмотри Свон, такого бы никогда не случилось с другими, «нормальными» людьми. А у тебя всё, через… Ты только нашла любимую девушку, у вас только что все наладилось. Думала хотя бы день походишь счастливой? А вот нет . Фиг тебе. Получай по полной программе. Плохие вещи сразу после хороших. Это случалось с тобой всю жизнь. Это случается сейчас. И это случится еще много, много, много раз. Потому что ты – это ты, и чтобы ты не делала, останешься такой же жалкой, никчемной, неудачницей. Это твоя судьба, Свон! Эмма схватилась за голову, она пыталась закрыть уши, словно этот ужасный голос был вовне, а не внутри неё. Но ничего не выходило. Эмма не знала, сколько времени она посидела так у двери, глядя в одну точку. Её было тяжело дышать, она сгрызла ногти под ноль, практически обгладывая свои пальцы. Это не помогало и не могло помочь. Нужно было что-то решать, что-то делать, прямо сейчас. Чем скорее, тем лучше. Но именно тогда, когда нужна была скорость и решительность, деятельность в голове Свон замедлялась, все её мысли, словно зависали. Оставались только чувства – боль, отчаяние, смятение. Это ужасное чувство, когда ещё секунду назад все было хорошо, даже отлично, а теперь оно разваливается, разлетается на куски прямо на твоих глазах. Ты видишь это, словно в замедленной съемке, но уже понимаешь, что чтобы ты не сделала, в ту «секунду до» вернуться никогда не получится.. Просто вместе и навсегда уже не быть, эта тень над отношениями останется, как бы Эмма сейчас не решила такую проблему. Свон взяла телефон в руку, ей нужно было сделать звонок. Наверное, первый звонок Реджине, который должен быть неприятным, который должен расстроить их обеих. В Свон сейчас боролись два противоположных голоса. Один упорно доказывал, что отношения нужно строить на доверии, а значит найти в себе смелость позвонить Реджине и сказать все как есть. Это пугало. Свон не представляла как скажет Реджине, что другой человек хочет с ней переспать, что их шантажируют, только потому что старому психу захотелось молодой девственницы. Другой голос же говорил, что задача Эммы – защитить Реджину, в том числе и от лишних переживаний и стрессов. Дарить Реджине счастье, а не причинять боль. И этот голос доказывал, что нужно молчать и разбираться самой. Эмма решила послушать первый голос. Быстро нажала нужные кнопки на телефоне и ждала. Её сердце билось в такт с гудками и чуть не выпрыгнуло из груди, когда Реджина ответила. - Привет, Эмма. Удивительно, я как раз собиралась тебе звонить – голос Реджины. Такой знакомый, такой любимый и еще пока счастливый. - Привет. Ты такая радостная. Что случилось? -Я думала о предложении Генри, мы могли бы устроить ужин во вторник – у меня мало работы во вторник. Я бы приготовила свою фирменную лазанью, ты её не пробовала, но я уверена, что тебе понравится. Это было бы замечательно провести время нам всем вместе, правда? Эти слова резали душу Эмме, рвали сердце на куски. Реджина такая спокойная, довольная. Она не подозревает, что их маленькая счастье под угрозой и сейчас Эмма должна стать тем человеком, который её огорчит и покажет ей трещинку, которая вот-вот все разрушит. Эмма собиралась с духом, но никак не могла начать. Она несколько раз делала глубокий вдох, чтобы закрыть глаза и просто сказать «У нас проблемы». Не могла. Не получалось. Не хватало сил причинить Реджине такую боль. - Эмма. Эмма? – тормошил Свон голос в трубке. - Я задумалась – но Реджина поняла по голосу Эммы, что что-то не так. - Эмма, ты в порядке? Кажется, ты расстроена. - Да, то есть, нет. Я… Я в порядке… - Эмме сжимала свою руку еще сильнее, она ненавидела себя в это мгновение, за то, что лгала Реджине. - Я слышу, что ты не в порядке. Эмма, что случилось. Поговори же со мной! – голос Реджины был одновременно встревоженным и строгим, но Эмма уже приняла новое решение и теперь не хотела его нарушать. Потому Свон сказала то единственное, что оставалось правдой сейчас. - Реджина, я люблю тебя. - Я тоже тебя люблю, так что стряслось? Эмма не отвечала. - Я буду очень рада поужинать с тобой и Генри. Сделаю все, чтобы этому ужину ничего не помешало. Люблю тебя. Целую, пока. – Эмма выключила телефон и заплакала. Слезы жгли лицо. Она плакала навзрыд, хватая себя за голову. - Отличное начало отношений. Ложь, шантаж, что дальше? - но в этот раз Эмма не могла раскисать. Она умыла лицо водой и взглянув в зеркало в ванной ответила сама себе – а дальше я решу эту проблему. Я узнаю, где живет Голд. Я приду в его дом, когда там никого не будет и украду его чертов фотоаппарат с нашими фотографиями. Он потеряет власть надо мной и будет вынужден принять поражение и жить как-то с ним дальше. А я пойду на ужин с Реджиной во вторник. И у нас все будет хорошо. ______________________ У Эммы был план и, чтобы его воплотить, ей нужно было перестать чувствовать – только думать. Убить на время своих тараканов, оставить позади страхи и внутренний голос. Размышлять на свежую голову. Странно, Эмма никогда не могла добиться этого для себя, проклятые мысли лезли в голову, что бы она не делала. Но она могла добиться этого для Реджины, она могла сделать все для Реджины, сказать себе «Я сейчас должна думать не о себе, а о ней!» и это помогало. Узнать адрес Голда было не сложно, Эмма, которая на самом деле не умела хитрить, с легкостью узнала его у Мэри Маргарет. Для этого пришлось опять лгать, придумывать на ходу. Эмме чувствовала, как все больше падает в трясину лжи, но это было нужно. Она стала спрашивать Мэри Маргарет про самых богатых людей в Сторибруке, и имя Голда всплыло само собой, дальше нужно было лишь слегка приврать и изобразить интерес к городу вместо интереса к Реджине, чтобы узнать точный адрес. Время, сейчас именно оно становилось врагом Свон и помощником Голда. Два дня – не так много, чтобы выяснить, когда дом остается пустым, выяснить надолго ли его покидает Голд и успешно украсть нужное. Свон отчетливо понимала, чем она рискует – повторная кража на условно досрочном освобождении не просто могла вернуть её в тюрьму, но и увеличить срок, но Реджина стоила того, чтобы рискнуть. Эта новая, внезапная и огромная любовь стоила того, чтобы рискнуть всем. Эмма приехала к дому шантажиста поздно вечером, в руках у девушки был блокнот и карандаш. Свон спряталась в кустах у дома и стала наблюдать, а также рисовать для себя план дома. Задача была не из простых – Голд жил один, но жил в огромном двухэтажном доме, который был как минимум в два раза больше дома мэра Миллс. Из окон, Эмма видела интерьер внутри, видела мебель, а также расположение комнат, которых было огромное количество. Перебираясь от одного куста к другому девушка прикладывала огромные усилия, чтобы не наступить случайно на ветку и не испортить весь план. Её клонило в сон, но Эмма держалась изо всех сил. Она была поражена тем, что видела: на первом этаже были и кухня, и столовая, и гостиная, и кабинет, и библиотека. Так много больших комнат, да еще и в каждой непонятно зачем горел свет. Голд, которого Эмма тоже видела в окна, выглядел спокойным, абсолютно умиротворенным, но при этом в нем было что-то пугающее. Мужчина, провел несколько часов, медленно расхаживая из одной комнаты в другую, словно обдумывал свой зловещий план. Он брал с полки книгу, быстро листал её и ставил на место. Иногда он останавливался возле одной своей вазы, пристально смотрел на неё, а затем продолжал свои круги по дому. Было уже два часа ночи, но мужчина все никак не собирался спать. Лишь около трех, он ушел наверх, свет зажегся лишь в одной комнате на втором этаже, но быстро потух – мужчина лег спать. Весь город кроме Эммы и Реджины погрузился в сон. Эмма не спала, потому что должна была быть наготове для своего плана, Реджина уже несколько часов ворочалась в кровати, потому что знала, скорее, чувствовала, что с Эммой что-то случилось. Интуиция Брюнетки врала крайне редко и сейчас она просто кричала о том, что голос Эммы изменился не просто так, о том, что надвигается большая беда. Но кроме размышлений о беде Реджина думала, о доверии. Она искала ответ, на вопрос «Что такого могло случиться, что Эмма не может поделиться со мной этой проблемой? Почему она не хочет обсуждать со мной это?». Неведение Реджины здесь играло злую шутку, заставляло сомневаться в том, доверяет ли ей Эмма и может ли она сама доверять Свон, которая решила хранить что-то важное в секрете от Реджины. Голд вышел из дома ровно в девять часов утра. Он выехал из своего огромного гаража на серебристой тойоте. Эмма ждала, она не решалась идти в дом и жутко нервничала из-за этого. Возможно, действительно нужно подождать, чтобы убедиться, что он уехал надолго, а может это единственный шанс и она теряет драгоценное время, возможно именно той минуты, которая уходит сейчас не хватит потом на то, чтобы найти камеру. Свон обошла дом сзади, и подошла к одному из окон, которое было приоткрыто – какая удача. Открыв окно полностью, девушка оказалась в доме. Только любовь к Реджине могла заглушить стук сердца Эммы сейчас. Блондинка могла бы смело заявить, что еще никогда в жизни так сильно не волновалась. Огромный дом. Где может лежать фотоаппарат? Да где угодно. Эмма начала с кабинета, девушка быстро открывала все шкафы, все ящики бегло бросая взгляд внутрь, надеясь найти фотоаппарат. Его не было. Дышать становилось тяжелее, но Эмма не сдавалась. Она шла в библиотеку и начинала проверять полки там. Руки начинали трястись ещё сильнее, потому что Эмма понимала, что время идет, просто убегает, но она ничего не находит. Свон боялась разбить что-нибудь, задеть. От того что она нервничала и торопилась получалась только хуже, старания Эммы не отвлекаться на свои мысли шли насмарку, мысли побеждали, паника подступала всё ближе и ближе. Ей хотелось начать кидать книги из полок на пол, переворачивать ящики, сметать все со стола. Фотоаппарата не было. Даже в ящике под телевизором, где Эмма нашла зарядку для планшета – фотоаппарата не было. Она побежала наверх. Там были только спальни: спальня Голда и две запасные или гостевые спальни. Там практически негде было искать. Свон начинала терять надежду. Она спустилась по лестнице вниз и грустно села на ступеньках. Внутренний голос уверенно говорил « Я подвела Реджину. Я провалилась». Но именно в эту секунду взгляд Эммы упал на один предмет - черная барсетка Голда стояла на тумбочке в коридоре, именно в ней Свон и нашла долгожданный фотоаппарат. Прыгая от радости, девушка удаляла одну фотографию за другой и, наконец, избавившись от них, решила выйти из дома через гараж. В гараже стояли еще две машины, накрытые тентом. Эмма уже приближалась к двери, когда нечаянно запнулась о тент для одного из автомобилей и упала. Тент приподнялся из-за ноги Свон, запутавшейся в нем, и глаза Эммы расширились. Не веря им, Эмма полностью скинула тент, чтобы убедится в своей правоте. Это была она, та самая машина, на которой сбили Реджину. Эмма была уверена – пусть она видела ту машину лишь мельком, но сейчас она, бесспорно её узнавала. - Он следил за нами. Ещё тогда, когда мы не были вместе… Возможно, Голд сбил Реджину нарочно. Но зачем? Неужели все это только лишь, чтобы переспать со мной. Он так долго искал на меня компромат? Что-то здесь было не так, Эмма не знала что, но чувствовала, что за этой историей что-то скрыто. Полиция не определила, что это машина Голда, значит, этот автомобиль был куплен нелегально. Голд следил за ними на нелегальной машине, чтобы его не нашли. Он сел за её руль, значит он изначально собирался сбить человека. Означает ли это, что целью изначально была именно Реджина, а не Эмма. Свон стояла так ничего не понимая несколько минут, когда услышала звук. Кажется, кто-то зашел. Девушка бросилась к двери гаража и стала пытаться открыть её, но она оказалась заблокирована – дверь не поднималась. Эмма нервно нажимала на кнопку несколько раз, но это лишь приводило к тому же результату. В отчаянии она решила вернуться и попытаться вылезти из какого-нибудь окна - Эмма ничего не слышала после тех первых звуков и начинала подозревать, что ей показалось. Но, побежав вперед в комнаты она лицом к лицу столкнулась с двумя людьми. В зале стояли мистер Голд и… полицейский в своей форме, который тут же схватил Эмму за руку и практически мгновенно надел на нее наручники. - Вот видите офицер, я же говорил вам, что кто-то следил за моим домом. Зря мэр пустила в наш город эту опасную преступницу. Полицейский молчал, лишь записывал что-то в свою тетрадь и бормотал себе невнятно под нос. Среди его бормотаний Эмма смогла расслышать слова «поймана на месте преступления с поличным». А Голд, он смотрел на неё с ехидной улыбкой победителя. Когда Эмму сажали в машину на глазах у соседей Голда и отвозили в участок, она всю дорогу не могла избавиться от навязчивой идеи о скрытых мотивах Голда. - Голд знал, что я была у его дома вчера. Он знал, что я собираюсь украсть фотоаппарат. Он позволил мне удалить все фотографии – то есть уничтожить все, что у него на нас с Реджиной было. Что здесь вообще происходит?