Я не исчезну...

      - Он мертв? – надрывно прошептала Реджина.       - Мисс Миллс, может быть мы войдем в дом? – спокойно и уверенно предложила Эмма.       При виде боли и паники отразившимися не на лице или внешнем виде, но в глазах, стоявшей перед ней такой сильной и в то же время уязвимой, женщины, Свон моментально собралась и все, тревожищие всю дорогу сюда, мысли и чувства в миг рассеялись.       Реджина сначала непонимающе и рассеяно посмотрела на солдата, но вскоре до неё начал доходить смысл, сказанных ей, слов, и она встрепенулась:       - Да, конечно, простите Эмма, - затараторила женщина, делая приглашающий жест рукой и, развернулась пропуская девушку вперёд.       Свон едва заметно кивнула и прошла в дом. Первой реакцией солдата было оценить обстановку, входы-выходы, безопасность и тактику. Она всегда так делала – это инстинкт выживания и самосохранения. Сразу, что бросилось ей в глаза, большое открытое пространство комнаты, наполненное мягким светом заходящего солнца, что проникал через огромные от пола до потолка окна, больше напоминавшие стеклянную стену с отдельным выходом на частично закрытую террасу, на которой так гармонично располагалась плетеная мебель и гамак. На мгновение, Эмма представила себя отдыхающей там после тяжелого рабочего дня, но быстро отмела, такое приятное видение. Немного в стороне от прозрачного великолепия стоял кульман* со множеством чертежных приспособлений и инструментов. Видимо это был рабочий уголок Реджины. По центру располагались большой мягкий диван с двумя креслами и далеко не маленький телевизор, явная прихоть Уильяма. Справа, Эмма заметила не большой обеденный стол и чуть дальше барную стойку отделявшую основную часть дома от неплохо оборудованной кухни. «Наверное, мисс Миллс любит готовить» - подумала девушка. Слева, находилась деревянная лестница, ведущая на второй этаж. Комната была выполнена в мягких теплых тонах, которые разбавляла многочисленная зелень комнатных цветов. Вся атмосфера навевала уют, домашнее тепло и чувство, что здесь ждут. Свон поразилась мысли, что не понимала своего майора, который не так часто уезжал в увольнительные, ведь если бы её ждал такой дом и такая прекрасная женщина, она бы использовала любую возможность проводить, свободное от службы, время в таком месте.       Лейтенант так глубоко погрузилась в свои мысли, что не сразу услышала, что к ней обращаются:       - Эмма… Эмма? – голос был мягок, но настойчив.       - Простите, мисс Миллс, - встрепенулась девушка.       - Скажите мне, что с Уильямом?       - Я думаю, его больше нет в живых, - с горечью ответила солдат.       - Вы думаете? Я не понимаю, что это значит? – в голосе Реджины явно чувствовалось напряжение и недоверие, - Я жена солдата Армии США, я знаю как должно всё происходить. Явно не так, как это происходит сейчас. Я требую объяснений, - довольно холодно отрезала женщина.       Свон, вкратце рассказала о задании и в общих чертах о произошедшем далее, вскользь упомянув о своей роли, в придержании приказа об объявлении Майора Миллса безвести пропавшим.       - Когда это произошло?       - Почти два месяца назад, - тихо ответила Эмма.       - Почти два месяца? – возмутилась Реджина. - Но с чего вы взяли, что он мертв?       - Мисс Милсс, вы знаете вашего мужа, и я знаю своего командира, будь хоть малейший шанс на то, что он жив, даже будь он ранен, майор дал бы о себе знать за это время. Что бы не произошло, мы бы знали, даже если бы его взяли в плен.       - Да, Эмма, вы правы, умом я это понимаю, - слегка понизила тон Реджина, и с горечью продолжила, - Но вот сердцем…       Женщина закрыла глаза и тяжело выдохнула. Её плечи поникли, и Свон испытала сильнейшее желание подойти и обнять Реджину, спрятать от боли и защитить от всего, но осталась стоять на месте.       - Так почему ВЫ здесь, Эмма?       - Я не знала, на сколько всё может затянуться, и когда Вас смогут оповестить, - быстро начала лейтенант, - Уил бы вам не ответил, а я боялась, что неизвестность и неопределенность навредят вам и… - Эмма запнулась, но всё же продолжила, - и вашему ребенку.       Реджина резко открыла глаза и уставилась на Свон прямым и непонимающим взглядом.       - Простите, мисс Миллс, я прочитала ваше последнее письмо, - смутилась солдат. – Поэтому решила незамедлительно приехать.       - Наверное я должна была бы на вас разозлиться, мисс Свон, - впервые за этот разговор, женщина обратилась к девушке официально, и Эмма не могла не отметить про себя, что её это укололо, - И даже отчитать Вас за это, - Продолжила Реджина, - но в сложившихся обстоятельствах, я должно быть, должна сказать вам «спасибо», за вашу заботу.       Эмма почувствовала себя школьницей, которую застали за неподобающим поведением. Она потупила взгляд и нервно сцепила руки перед собой, и вздрогнула, когда почувствовала теплую ладонь на них. Девушка посмотрела в глаза женщины напротив и не увидела в них злости или раздражения.       - Правда, спасибо, - мягко прошептала Реджина. – Честно говоря, я в растерянности, и не знаю, что делать дальше.       - Мисс Миллс, я обещала Уилу, что в случае чего, я позабочусь о Вас, и я намерена своё обещание выполнить, - в лице Свон читалась полная уверенность, решительность и непоколебимость.       - Право, Эмма, вы не должны. Зачем вам это?       - Знаете, у меня нет семьи. Долгое время, моим единственным близким и родным человеком был только Уил. Он взял с меня обещание, а солдат должен исполнять данные им обещания, - все та же уверенность в голосе Свон внушала доверие. – И если говорить на чистоту, то я бы, и сама этого хотела. Для меня было бы честью отдать дань лучшему командиру и человеку в моей жизни. Я не стану навязывать Вам свое решение, но прошу хотя бы подумать над этим.       Реджина внимательно смотрела на девушку, стоящую сейчас перед ней выискивая хотя бы какой-то намек на сомнения или вынужденность, но не находила. Женщина так много слышала о ней от своего мужа, что уже буквально считала её частью своей семьи. Навроде той кузины, что живет в другой стране, ты не видишься с ней, но точно знаешь, что она твоя родня. Уил буквально восторгался своим лейтенантом, и, если бы не одно определенное обстоятельство, о котором нехотя однажды рассказал ей муж, она бы подумала, что между ними роман. Реджина знала о предпочтениях Эммы и её ни коим образом это не волновало, но зато она прекрасно понимала, как тяжело девушке в армии, каковы риски и как стойко она с этим справлялась. Женщина даже посоветовала мужу давать больше поводов для сплетен, дабы уберечь друга. Поэтому Реджина решила не отказываться от помощи надежного друга, коим могла стать для неё Эмма. Уильям доверял своему лейтенанту жизнь, так почему же и ей не довериться бравому солдату.       - Хорошо, Эмма, думаю, поживем, увидим. А сейчас, на долго у вас увольнительная? – отступив назад улыбнулась Реджина.       Потеряв тепло руки, до этого так непринужденно покоившихся на её собственных, Эмма испытала толику огорчения и поэтому немного растерянно пробормотала:       - Мне дали неделю. Два дня ушло на дорогу.       - Вы уже нашли где остановиться?       - Нет, - потупилась солдат, - Я первым делом поехала к Вам. Но сейчас я поеду обратно в город и попробую найти какой-нибудь мотель, а завтра, если Вы не против, я снова приеду.       - О, я думаю в этом нет необходимости, Эмма. У меня есть гостевая спальня на втором этаже. В ней часто останавливается моя подруга Кэтрин, когда у нас трудности с проектами, или просто ей не хочется возвращаться в город. Думаю, она не будет против, что вы остановитесь там. Так что, решено, поднимайтесь, распакуйтесь, примите душ, а я пока, что-нибудь приготовлю. Вам нужно отдохнуть с дороги и восполнить силы.       - Мисс Миллс, это крайне любезно с вашей стороны, но я не хочу доставлять не удобство, - смутилась Эмма.       - Мисс Свон, я столько слышала о Вас, что практически считаю вас членом семьи, так что это не обсуждается, - и неожиданно подмигнув добавила, - Это приказ, лейтенант!       Девушка сначала опешила и хотела снова возразить, но усталость после дороги и отсутствие сна дали о себе знать. Поэтому она улыбнулась и отдала честь:       - Мэм, есть, мэм.       - Вверх по лестнице, справа гостевая комната. Будьте как дома.       - Спасибо, мисс Миллс.       Эмма направилась на улицу к мотоциклу, чтобы взять свой вещевой мешок, но когда она уже дошла до двери, Реджина её окликнула:       - Эмма!       - Да, мисс Миллс? – замерла девушка, почему-то подумав, что женщина передумала и сейчас попросит её уйти.       - Зови меня Реджина. И давай перейдем на ты.       - Хорошо, - облегченно выдохнула Свон, - Ещё раз, спасибо, Реджина.       Быстро перекатив своего коня поближе к крыльцу и взяв свои пожитки, Эмма вернулась в дом. Реджина уже возилась на кухне, и девушка сразу направилась на второй этаж. Там находилось всего две комнаты. Очевидно, спальня хозяйки и гостевая, и Свон без труда нашла нужную. В каждой детали интерьера чувствовалась женская рука, начиная с цветных штор на окнах и вновь комнатных растений, заканчивая милым бра над тумбочкой возле односпальной кровати. Солдат отвыкла от подобного уюта. После смерти матери, её собственный дом стал больше походить на мужскую берлогу старого вояки. Все просто и лаконично. Потом общежитие при военной академии, которое не сильно отличалось от казарм, в которых она сейчас жила на базе. Здесь же всё отличалось от привычной обстановки, но почему-то это не напрягало солдата, а дарило спокойствие и тепло в душе. Она подошла к окну и пред ней открылся великолепный вид на океан, окрашенный в кроваво-красный цвет, там, где он соединялся с горизонтом и встречался с уходящим солнцем. Эмма даже не знала, видела ли она что-либо более красивое, чем картина, представшая сейчас перед ней. Вновь оглядев комнату, она увидела дверь в дальнем конце и поняла, что это и есть ванная. Уже давно она не мылась в отдельном душе и это слегка обескураживало. Быстро вытащив из мешка чистую одежду, она направилась в душ. Процесс омовения затянулся у солдата немного дольше, чем обычно. Было так приятно стоять под теплыми струями, расслаблявшие каждую напряженную мышцу, при этом зная, что никто не пялится на тебя и не услышишь скабрёзных шуточек по поводу своего тела, женщин в армии и общего душа. В основном, конечно, подобное исходило от Руиса, но некоторые тоже с удовольствием его поддерживали в то время, как остальные просто смирились и привыкли к присутствию девушки. Из ванной Эмма вышла полностью одетой и собранной, подгоняя себя, дабы не заставлять хозяйку ждать. Уже на лестнице Свон почувствовала приятный аромат домашней еды, и поняла, что уже давно нормально не ела. К тому времени, как лейтенант вошла в большую комнату, стол был уже накрыт, а Реджина доставала из духовки лазанью. Даже не глядя в сторону Эммы, женщина спросила:       - Что-нибудь выпьешь?       - Если есть, пиво, - смущенно ответила Свон.       - Уил обычно пьет… - женщина запнулась, и с грустью исправилась - пил бурбон, но я думаю пару бутылочек «Corona» найдется. Кажется, это твое любимое?       - Да. Идеально!       На секунду лейтенант задумалась, откуда Реджине это известно, но вспомнив её слова, поняла, что от Уила. «Странно, почему командир так много рассказывал своей жене обо мне, в то время как о Реджине он рассказывал совсем немного» - тревожили мысли солдата.       Они ужинали в гнетущей тишине. Слишком многое довлело над ними. Каждая погрузилась в собственные мысли или воспоминания. Эмма поймала себя на мысли, что хотела бы знать, о чем думает сейчас эта прекрасная женщина напротив. Она восхищалась ею. С того момента, как лейтенант приехала со своей ужасной новостью, Реджина не проронила и слезинки, хотя весть определенно её шокировала. Девушка не понимала, откуда в этой хрупкой, нежной и мягкой женщине столько силы и стойкости. Она надеялась, что когда-нибудь она узнает Реджину лучше и поймет.       После ужина обе решили, что лучше всего пойти спать. Каждой из них был необходим отдых и завершение этого крайне трудного дня. Уже перед дверьми они пожелали друг другу доброй ночи и скрылись в своих комнатах. Лишь голова коснулась подушки, Свон сразу же уснула.