Я не исчезну...

      Эмма гнала свой Харлей FXR4 по шоссе к Джексонвиллю. Путь был не близкий, и, наверное, более правильным решением было бы полететь самолетом, но ей просто необходимо было побыть наедине со своими мыслями, которые пчелиным роем гудели в её голове. Лишь рев мотора верного коня и гул ветра могли хоть немного их заглушить. К своему стыду, девушка признавала, что её охватывает паника, ведь она и близко не знала, рассказывал ли её лучший друг о ней своей жене. Уил всегда был скрытен и сдержан, не особо распространяясь о своей личной жизни. Впрочем, как и сама Эмма. Их обоих это устраивало. Они доверяли друг другу жизни и это было для них самым важным. А чувства… Всю её жизнь, начиная с детства у девушки не было друзей и близких. Даже когда был жив отец. Воспоминания вдруг нахлынули тяжелым потоком.       Эмма родилась в семье отставного сержанта и домохозяйки Грега и Элисон Свон. Мать девушка практически не помнила, потому как она умерла, когда ей едва исполнилось два года. Женщину сбил на дороге пьяный водитель. Всё что Эмме осталось от матери – это внешность и фотокарточка, на которой мать улыбалась, обнимая её, совсем ещё маленькую. Грег, очень любивший свою жену, сильно горевал, а после и вовсе замкнулся в себе. Отставной солдат, отдавший не малую часть своей жизни армии и будучи уволенным из неё по состоянию здоровья, мечтал о сыне и приемнике, поэтому к дочери был хладен. Но вскоре, осознав, что кроме малышки у него больше никого нет, он решил воплотить свои нереализованные мечты и желания в ней. Уже лет с шести, Грег тренировал Эмму как настоящего солдата. Дочь очень любила отца, как ребенок любит своего родителя и поэтому беспрекословно подчинялась ему во всем. С малого возраста девочка не знала ничего другого, кроме как верой и правдой служить своей стране. В семь лет милая светловолосая девчушка знала наизусть весь армейский устав. Она хотела, чтобы папа гордился ей, но он практически всегда был недоволен, требуя от неё полной самоотдачи. В школе она училась на отлично, собирая все награды за спортивные достижения, но этого было недостаточно отставному солдату.        Будучи постоянно занятой тем, чтобы доказать строгому отцу, что он может ею гордиться, она не обращала внимания на парней, да и друзей тоже не заводила, постоянно держась от всех в стороне. Свон старший не одобрял всякого рода гулянки и развлечения, требуя, чтобы дочь после школы сразу шла домой. Вскоре одноклассники перестали даже пытаться завести с нею дружбу. Школу девушка закончила с отличием, но так и не получила одобрение отца.        Грег совсем не удивился, а может даже и ожидал, когда она выказала желание поступить в военную Академию. Он поднял все свои армейские связи и устроил собеседование и экзамен в самой лучшей. Но не потому, что желал лучшего для своей дочери, просто для него по-другому и быть не могло. Эмма без труда поступила, показав наивысшие баллы и отличную физическую подготовку, и переехала жить в общежитие при Академии.        И снова понеслись учебные будни, и снова никаких друзей. Свон трудно было перестроить свой характер одиночки, да и не хотелось. Эмма из очаровательного ребенка, выросла в очень красивую девушку. Золотистые волосы, спадающие каскадом по спине, стройная и подтянутая фигура, только глаза теперь были не синие, как в детстве, а серо-голубого цвета. Большинство парней пробовали добиться её внимания, но Свон очень быстро поняла, что они её не привлекают, в отличие от женского пола. Ей нравились девушки, а она нравилась им. Зная военный устав и политику «Не спрашивай, Не говори», Свон тщательно скрывала своё пристрастие, знакомясь с девицами далеко за пределами Академии, и никогда не называя своего настоящего имени. Эмме не составляло труда добиться расположения любой красотки, но серьезных и длительных отношений она не заводила, ограничиваясь короткими интрижками, а то и вовсе одной ночью. Единственное, чему девушка отдавала всю себя – это учеба.       Год за годом её признавали лучшим студентом, и она с блеском закончила Академию. Грег лишь раз приехал к ней, и это было в день выпускного. Он смотрел, как его дочь получает диплом, всяческие похвалы и награды. Девушка очень нервничала из-за отца, но бросив взгляд на него, она впервые увидела, что он улыбается, а в его глазах горит гордость. Ещё никогда она не чувствовала себя такой счастливой. Она добилась того, к чему стремилась всё это время. После выпускного, отец отвез её в салон и подарил тот самый байк из лимитированной серии, на котором она мчала сейчас. В первые в жизни она так искренне радовалась, думая, что вот теперь всё наладится, но счастье длилось не долго. Через неделю после выпуска, отец умер от сердечного приступа. Свон была опустошена в эмоциональном плане, как никогда. Эмма осталась совсем одна в этом мире.       После похорон, ей пришло приглашение, пройти подготовку в Центральном военном штабе в Вашингтоне с последующим трудоустройством, но она отказалась, не желая до конца жизни возиться с бумажками. Девушка сама попросилась на военную базу в элитный отряд, чтобы делать то, что у неё с детства лучше всего получалось – быть солдатом и служить стране.       Прежде чем попасть в это подразделение, нужно было пройди усиленный трехмесячный курс обучения с жестким отсевом, который не все мужчины-то выдерживали. Учитывая её блестящие успехи в учебе, а также впечатляющую характеристику на базе одобрили её заявку. В том, что девушка дойдет до конца обучающей программы, сомневались все. Ведь женщина в таком отряде – это беспрецедентный случай. Каждый был твердо уверен, что она сломается от немыслимых нагрузок и уйдет сама. Как же они ошибались.       Эмма и не надеялась, что закоренелые шовинисты, коих в армии было в избытке, примут её с распростертыми объятиями. Отношения с другими солдатами не складывались. Ей не доверяли, считая слабой и не далекой, раз добровольно подписалась на этот ад. Помимо физического аспекта, девушка постоянно терпела похабные шуточки в свою сторону, скабрёзные предложения и похотливые взгляды. Двойные стандарты ещё больше подливали масла в огонь. Эмма не просила их для себя, но таков был устав. С огромным трудом, она выбила для себя равные условия. Для неё установили те же нормативы и перевели в общий барак, что совсем не обрадовало остальных солдат. Единственное с чем девушка не захотела расставаться, это волосы. Да, она укоротила их длину, но бриться на лысо, как остальные, не стала. Теперь каждый её день проходил на пределе как физических, так и моральных сил, учитывая усилившуюся злость и возмущения со стороны мужской части отряда. В голову не раз закрадывалась мысль действительно всё бросить и уйти, но, черт возьми, она не была бы Эммой Свон, дочерью сержанта Грега Свон, если бы сделала это. Отец не учил её сдаваться, зато учил преодолевать боль, усталость и добиваться намеченного плана любым способом, что она и продолжала делать. К концу физического курса их группа значительно поредела. Многие из тех, кто смеялся и издевался над Эммой, не выдержали и ушли из программы. Впереди предстоял курс на выживание.       И именно в тот период, она и нашла своего близкого человека в лице Уильяма. Эмма никогда не забудет, что он сделал для неё тогда. Она всецело ему доверяла и ни разу не пожалела. И хоть он был старше её по возрасту, старшим по званию, сначала куратором, а потом и вовсе командиром, он никогда не давал ей почувствовать, что между ними есть разница. Их не редко подозревали, порой даже открыто обвиняли в интимной связи, но что Свон, что Миллс лишь забавляли подобные слухи и инсинуации. Они не стремились их опровергнуть, просто игнорировали, но Эмма знала, что Уильям женат и другие женщины его не интересуют, в то время, как майор прекрасно знал, что он совсем не интересует своего лейтенанта.       Из воспоминаний девушку вырвал резкий звук, который мощной волной накрыл её. Будто сквозь дымку Свон увидела два ярких огня и поняла, она ушла в свои мысли так глубоко, что выехала на другую полосу и на встречу ей мчит большой грузовик. Резко вильнув вправо, она чудом избежала столкновения, слушая проклятья и ругательства водителя огромной машины. Остановившись на обочине солдат решила перевести дыхание и успокоиться. Не то что бы этот эпизод её напугал или выбил из равновесия, она была в переделках и похуже, но Эмма понимала, что разбиться на дороге таким образом было слишком глупо. У неё есть миссия и она должна довести её до конца. Сняв шлем, она закрепила его сзади, дав легкому ветерку остудить её разгорячённое лицо. Мысли о детстве немного выбивали её из колеи, поэтому она решила отбросить их, убрать в долгий ящик и сосредоточиться на окружающей её обстановке. Девушка сделала три глубоких вдоха, и пульсирующая пелена перед её глазами стала рассеиваться. Вокруг неё царила безмятежность, окрашенная красными бликами уходящего солнца. Где-то вдалеке слышался размеренный стрекот цикад. А может это были сверчки? Эмма не знала разницы, ибо никогда не обращала на подобное внимания. Она с легкостью отличила бы М-16 от М-4 с закрытыми глазами, но такие мирские вещи ей были не доступны.       Тряхнув головой, Свон достала свой старенький плеер и вставила в уши наушники. Включив свои любимые треки, она снова завела мотор. Её верный конь довольно зарычал, оповещая о том, что готов мчать свою хозяйку дальше. Впереди ждал ещё долгий путь. Короткая передышка привела Эмму в чувства, но ей нужно было двигаться дальше. Её пугала встреча и объяснения с женой лучшего друга. Она не знала, как встретит её эта женщина, что скажет ей, как отреагирует, как в принципе не знала, что скажет сама, но была уверена лишь в одном – её намерения были правильными. В плеере заиграла Adele – Set Fire to the Rain, и Свон поняла, что подожжет любые струи дождя, но сделает то, что задумала…       Эмма провела в дороге полтора суток, но не чувствовала усталости. Проехав билборд с надписью «Добро пожаловать в Джексонвилл! Здесь вы найдете свое счастье!» девушка горько усмехнулась. Город был огромный и очень красивый, но сейчас достопримечательности и красоты волновали её меньше всего, может быть потом, когда-нибудь она рассмотрит этот город во всём его великолепии, но сначала миссия. Сверяясь со старенькой картой, Свон решительно пересекала город подстраиваясь под оживленное движение, не понимая, как в таком густонаселённом городе семья Миллс могла найти место, удовлетворяющее требования и фобию жены друга. Иногда Эмма обращалась к прохожим за помощью, но частенько натыкалась на туристов, разводящими руками от незнания, поэтому, когда она всё же добралась до района, где находился адрес, указанный на конверте, который Эмма держала во внутреннем кармане своей кожаной куртки, солнце уже приближалось к горизонту.       Место, где находился дом майора располагалось на частной охраняемой территории. Через охрану девушка проехала без труда, лишь назвав фамилию своего друга, к кому она приехала и по какому поводу. Услышав причину, улыбка на лице молодого охранника, который решил откровенно пофлиртовать с красивой девушкой, сменилась сначала ступором, а затем и вовсе печалью, что заставило Эмму нервничать ещё сильнее, ведь если так отреагировал посторонний человек, какова будет реакция жены Уильяма. Свон отогнала тревожные мысли и прислушалась к рассеянным объяснениям охранника, как доехать до самого отдаленного дома на пляжном массиве, где и жила мисс Миллс. Уверенно кивнув, Эмма поехала в указанном направлении, сердце гулко стучало в груди, наращивая темп по мере приближения. Кровь шумела в ушах, а разум кричал: «Остановись, развернись и вернись в свой привычный мир! Это не твоя забота, пусть с этим разбирается армия! Ну вот что ты ей скажешь?» Девушка начала уже было притормаживать, но жуткий гвалт её собственных мыслей перекрыл спокойный, но требовательный голос друга: «Эмма, пообещай мне!» и её короткий, но уверенный ответ – «Обещаю». Свон выдохнула и уверенно преодолела оставшееся расстояние.       Эмма заглушила мотор, спешилась и нерешительно замялась на месте. Она уже было собралась подойти и постучать в дверь, как та отворилась и ей на встречу вышла улыбающаяся женщина. Свон опешила, потому как даже не предполагала на сколько красива жена её друга. Черные как смоль локоны едва ложились на тонкие плечи и обрамляли поистине прекрасное лицо. Пухлые губы, украшенные улыбкой, точеный нос и темные как омут глаза, в которых играли веселые отблески заходящего солнца… как она могла забрать их сейчас?       Эмма нервно сглотнула и проговорила, не узнавая свой сорвавшийся, но всё же спокойный голос:       - Здравствуйте, меня зовут…       Но женщина вдруг перебила её:       - Позвольте я угадаю, - ещё шире улыбнулась женщина и скорее утвердительно, нежели вопросительно произнесла, - Эмма Свон. Наконец-то мой муж решился нас познакомить. А где, кстати, он сам? Болтает с охраной, как всегда?       Свон обреченно выдохнула, но абсолютно спокойно ответила:       - Нет, майора Миллса со мной нет, - и будто сделав последний шаг в пропасть добавила, - Поэтому я, собственно, и приехала.       Улыбка на лице Реджины начала медленно увядать, будто зная, что последует дальше.