Кактус, фикус и эльф обыкновенный

«Тик-так, тик-так, тик-так…» — часы просто-таки оглушали. Я накрыл голову одеялом. Помогло мало. Накрыл подушкой, тоже не ахти. Да что за издевательство! И какого чёрта мне вообще в спальне часы, выкинуть нафиг! Телефон есть, и там время посмотреть можно. Тоже мне, двадцать первый век, а у меня часы со стрелками, да еще и такие громкие, свихнуться можно! Я сел, нервно теребя край одеяла. Ну, вот просто любопытно, эта срань зеленоглазая так и спит на улице? Берлогу небось вырыл в ближайшей клумбе. Ну серьезно! Совсем что ли безмозглый, чтобы ночью по улице шляться? Хотя, чего это я? Какие у него мозги? Одни ромашки ж в голове. Небось и забыл уже обо мне, нашел себе там на просторах города собратьев: кошечек, собачек бездомных. А может вообще, раз такой крутой стал, вон джинсы свои дырявые напялил, то в клуб какой завалился. Ну и пусть, пусть развлекается, мне то что? Я ему кто? Кто? Никто. Вот и правильно. Мне вообще как-то диагонально, всё ли у него в порядке! Просто буду спать! Я снова лёг, накрывшись с головой. «Тик-так, тик-так…». — Ащ! Да умолкните уже! — я подскочил, срывая часы со стены. — Достали! — вытащив батарейки, швырнул на пол. — Бесит! Однако и без часов легче как-то не стало. Всю ночь проворочался, то засыпая, то вновь просыпаясь. И всё вовсе не из-за этого остроухого психа, разве меня это должно волновать? Я что, должен побежать на его поиски? У меня ведь тоже есть гордость! В самом-то деле.

***

Городские улицы только-только начинало освещать и отогревать восходящее солнце, что не спеша выплывало на небосклон. Людей практически не было, только время от времени по дороге проносились машины. На одной из автобусных остановок сидел большой черно-белый кот, усиленно умывая лапкой мордочку. Я присел рядом с ним. — Чего сидим? Наводим марафет, да? К подружке собираешься? — погладил котяру. — А я вот дубину одну ищу. И нафига вообще это делаю? Вот скажи мне, а? Мимо прошла женщина с большой сумкой в руках, глянув на меня как на кретина. Её можно понять. — Видишь? Никто нам тут не рад, Бульдог, — снова провел ладонью по пушистой спине. — Ты же не против, что я тебя так зову? Я всегда хотел себе бульдога, — покивал сам себе, устремляя взгляд в небо. Мимо прошла бабулька, поцокав языком. — Пойду я, Бульдог. Не скучай тут, — я встал, а кот недовольно мяукнул. — Подружке привет передавай. И где мне теперь этого оболтуса искать? Далеко ли он ушел? В принципе, за всю ночь можно было кучу километров отшагать. Я шел не спеша, сунув руки в карманы старых потертых джинсов, и вглядывался в окрестности. Прогулка моя зря не прошла и уже через полчаса на горизонте нарисовалась светлая макушка, торчащая из какой-то подворотни. — Э! Зяблик в красной кепке! — я пнул по щиколотке Лу, который сидел на углу дома прямо на тротуаре, сжавшись в комочек. — Просыпайся, олух! Ноль реакции. — Эй! — сдернул с его головы кепку и замер. Прямо из макушки у него рос небольшой зеленый росточек, расправляя молоденькие листики. — Зарасти решил? — присел с ним рядом. — Но ведь тут вокруг вообще ничего живого нет, только асфальт да бетон с кирпичом. Слышишь? Э! — пихнул его в плечо. — Ты не спящая красавица, и целовать тебя я не стану, ясно? — я усмехнулся. Лу по-прежнему нагло дрых. — В прошлый раз, — я приложил к его лбу ладонь, — хватило и этого. И действительно, уже через пару секунд он распахнул глаза, радужка которых практически совсем слилась с белком. — Лу? Ты как? — я смотрел на него взволновано. Молчание. — Алё! — пощёлкал пальцами перед его носом Тот всё также сидел, уставившись в никуда. — Ну ладно, хорошо, хорошо. Я сделаю это, доволен? — и я, наклонившись, коснулся его холодных губ.

***

— И даже не думай, что я возвращаюсь, потому что ты за мной пришел, - Лу, вскинув подбородок и сцепив за спиной руки, шел чуть впереди меня. — Ну да, как же, — криво усмехнулся. — Но на самом деле… — он остановился, а потом обернулся, широко улыбаясь. — Я так рад! Так счастлив, что ты пришел! Что ты меня нашел! Ты ведь волновался? — подбежал, схватив меня за руку. — Нисколько. — Не ври, — надул губы. — А чего тогда пришел? — Просто, встав утром, и осмотрев свою комнату я понял, что что-то не в порядке. Кактус на месте и фикус тоже, а вот одной дубины широколистной явно не хватает, — улыбнулся. — Я эльф обыкновенный! — Да что ты говоришь! — я приобнял его за плечи, шагая вперед. — И всё же эта рубашка мне не нравится. И еще… Эта ромашка так и будет у тебя из головы торчать? Я конечно подозревал, что они у тебя вместо мозгов… — Эй! У меня есть мозги! — ударил кулачком меня в бок. — Если я ее сорву, больно не будет? — Чуть-чуть. Я, остановившись, аккуратно сорвал цветок, что выглядывал из светлых волос. — Ау! Как больно! — Лу весь скорчился, хватаясь за голову. — Как больно! Как больно! Сейчас умру! — Не паясничай! — Но… это правда, — взглянул несчастными глазёнками. — Теперь меня спасет лишь поцелуй! — Вот еще! Пошли, — потянул его за руку. — Я есть хочу. — А что у нас на завтрак? — понуро опустил голову. — Мухоморов, к сожалению, нет. — Эта шутка уже устарела. — Она вечная. — Вовсе нет. Она скучная. — Ты себе тут что, и чувство юмора вырастил? — А почему нет? — Ишь какой. — Люблю тебя. — Что? Не ерунди. Лучше б просто спасибо сказал, за то, что я такой распрекрасный. — Спасибо. — Я пошутил. — А я серьезно. Вот оболтус. И зачем я его снова к себе веду?