Dating is Still a Battlefield

Мунаката лениво собирал кусочки последнего паззла, когда услышал стук в дверь. Он понимал, что это не может быть Суо, но всё же почувствовал разочарование, когда зашёл его лейтенант. Авашима направилась к столу, но остановилась на полпути, поражённо уставившись на вазу с букетом подсолнухов на нём. Мунаката обворожительно улыбнулся ей. — Что-то не так, Авашима-кун? Она смутилась и вытянулась по струнке. — Ничего, Капитан, — быстро отрапортовала она, передавая ему документы, которые он должен просмотреть. Она бросила недоумённый взгляд на цветы. — Они освежают комнату, ты так не думаешь? — спросил Мунаката, всё ещё улыбаясь. Авашима пожала плечами — ей было плевать на организацию его кабинета. Она вежливо извинилась и оставила Мунакату с его паззлами. Впрочем, в одиночестве, Мунаката поймал себя на том, что по-прежнему постоянно поглядывает на цветы. Он вздохнул и перевёл взгляд на экран своего КПК. Прошло три дня с тех пор, когда он в последний раз видел Суо Микото. Мунакату раздражало то, что он считал дни. Но ничего поделать с этим он был не в силах. Разумеется, Красный Король мог хотя бы из вежливости выйти на связь. Мунаката позвонил бы ему, если бы мог, но, к сожалению, номера Суо не было в списке его контактов. Раньше у него никогда не было нужды в номере Суо. Если ему нужно было передать сообщение, он обычно передавал его Авашиме, которая легко могла передать его Кусанаги, с которым она регулярно встречалась. Но сейчас сообщение казалось слишком личным, чтобы передавать его через заместителя. К тому же, он, в любом случае, не знал как сформулировать сообщение. Он ещё никак не мог решить — хотелось ли ему снова встретиться с Суо или нет. Он всё ещё размышлял над этим, возвращаясь в свой кабинет после вечернего собрания СКИПЕТР4, когда увидел Суо, который спал в его кресле, положив ноги на стол. Мунаката почувствовал, как у него участился пульс. Он в один шаг дошёл до своего стола и хлопнул по нему ладонями, вырвав Суо из дрёмы. — Знаешь, это считается взломом с проникновением, — сказал Мунаката, наклонившись ближе. Суо пожал плечами. — СКИПЕТР4 нужно улучшить охрану, — ответил он. Мунаката закатил глаза: не было никакого сомнения в том, что Суо прекрасно знал — какие бы высокомощные технологии ни были у СКИПЕТР4, они не в состоянии остановить Короля. Он мог бы уничтожить весь их офис, если бы действительно захотел. — Ты неисправим, Суо Микото, — проворчал Мунаката. — Итак… что привело тебя сюда? Суо потянулся и зевнул. Он заметил подсолнухи в вазе, и его лицо просияло. — Ты оставил их! — воскликнул он. Мунаката поправил очки, водрузив их обратно на переносицу. — Было бы расточительством поступить иначе, — надменно произнёс он. — Всё же, ты не ответил на мой вопрос. Суо усмехнулся и ловко снял с Мунакаты очки. — Ты не занят этим вечером? — спросил он, не обратив внимания на возмущённое восклицание Мунакаты. Час спустя Мунаката оказался в океанариуме Шизуме, а его очки по-прежнему оставались в заложниках у кармана куртки Суо. Несмотря на активные протесты Мунакаты, Суо удалось вытащить его из офиса, в обмен пообещав вернуть очки. — Не мог бы ты, пожалуйста, вернуть мне очки? — спросил он, когда они зашли в океанариум. Мунаката был немного смущён от того, как Суо тянул его. Он неплохо видел и без очков, хотя объекты в поле его зрения в таком случае приобретали немного нечёткие контуры и были смазаны. Сам Суо выглядел вспышкой рыжих волос, и Мунакату выводило из себя, что он был не в состоянии точно разглядеть выражение его лица — слабость, которой он не мог позволить Суо наслаждаться слишком часто. В ответ Суо потянул его влево, в комнату со стеклянной стеной. — Смотри, пингвины! Мунаката протянул руку. — Я не могу в полной мере оценить зрелище, разве нет? — Суо вздохнул и неохотно возвратил ему очки. — Благодарю, — он надел их и удивлённо посмотрел на животных, коснувшись тонкого стекла, отделяющего их от пингвинов. — Невероятно своеобразные, — заметил Мунаката. — Что, ты никогда раньше не видел пингвинов? Мунаката обернулся и посмотрел на Суо, который опирался о стекло, несмотря на большой постер на нём с просьбами об обратном. — Если настолько близко, то нет. Но с другой стороны, у меня никогда не было в этом нужды, — он строго посмотрел на Суо, и Красный Король понял намёк и отошёл от стекла. — Но я внезапно оказался втянут в твоё желание пообщаться с водными животными. — Никогда раньше не ходил в океанариум, — ответил Суо. — А сейчас — самое время. Он отвлёкся и подошёл к аквариуму с морскими выдрами. Мунаката вздохнул и направился вслед за ним. По правде говоря, Мунаката тоже никогда не был в океанариуме. Это место оказалось неожиданно красивым — это даже как-то утешало. Мунаката смотрел на яркую рыбку по другую сторону стекла и думал: было бы ужасно устраивать здесь драку с Суо, они бы точно разбили стекло и затопили тут всё. — Я не знал, что у них тут есть акулы, — сказал Суо, когда Мунаката наконец нагнал его. Он загипнотизировано смотрел на огромных рыб и на их зубы. Суо широко распахнутыми глазами глядел на акул, и в его глазах отражалось что-то похожее на волнение. Похоже, вызвать интерес Суо могло только то, что было способно сразиться с ним. — Если бы ты потрудился почитать брошюру, ты бы знал, — заметил Мунаката, помахав тонкой брошюрой, которую он взял, когда они только зашли. Суо раздражённо посмотрел на него. — Идем, на другой стороне ещё есть дельфины. На протяжении прогулки по всему Аквариуму они постоянно ругались. Мунаката почти хотел, чтобы они разделились и встретились уже в конце: Суо не были интересны те животные, которых он хотел увидеть, и наоборот. И каждый раз, когда Мунакате хотелось ударить его, он говорил себе: «Подумай о животных». Они не заслуживали того, чтобы их заживо поджарили только из-за того, что он исчерпал терпение Суо. В конце концов, приближалось время закрытия Океанариума, и несколько человек из обслуживающего персонала нервно косились на них. Суо минут на пять застрял, поглощённый битвой взглядов с морским дьяволом — разумеется, это кого угодно обеспокоило бы. Мунаката вежливо извинился и оттащил Суо от стекла. — Ну, это было интересно, — пробормотал он, когда они дошли до выхода. Вечер принёс определённо новый опыт, который Мунаката меньше всего ожидал разделить с Суо Микото. — Интересно, что ещё здесь есть? — громко поинтересовался Суо. Мунаката вздёрнул бровь. — Мы обошли весь океанариум, Суо. Суо покачал головой. — Я имею в виду город. Мунаката в замешательстве остановился. Теперь и он задумался об этом: он особо и не видел Шизуме. Он побывал в большей части правительственных зданий и нескольких барах центра, но подавляющее большинство времени он находился либо в офисе СКИПЕТР4, либо на поле битвы. В конце концов, он занятой человек. Суо спрятал руки в карманы. — На городской площади на следующей неделе будет фестиваль, — небрежно бросил он. — Мы могли бы сходить. — Все зависит от моего рабочего графика, — ответил Мунаката. Когда твоя работа связана с необычными происшествиями проблемой является то, что у устраивающих эти «необычные происшествия» нет графика. Мунаката помнил, как его однажды разбудили глубокой ночью, вызвав на экстренное совещание. Зарплата хорошая, но о выходных можно было только мечтать. Суо ухмыльнулся и пошёл дальше. — Тогда увидимся, Мунаката, — бросил он, оставив на душе Мунакаты неприятный осадок. Казалось, словно Суо выиграл, а ведь они даже не дрались. Мунакате больше всего на свете не нравилось чувствовать себя проигравшим. Следующая неделя была подозрительно свободна от выступлений Хомры, которые обычно занимали львиную долю времени и сил СКИПЕТР4. Мунаката в лёгком беспокойстве барабанил пальцами по столу. Рекламка фестиваля с понедельника стыдливо лежала в ящике стола. Он слышал, как некоторые подчинённые обсуждали её, так что он мог с лёгкостью получить копию. У неё был вульгарный дизайн, и согласно ей, на фестивале будет всё, что угодно, включая клоунов, экзотических животных и карнавальное шествие. Звучало как отличный рецепт беспорядка, так что Мунаката всё же шёл туда в пятницу, разумеется, только для того, чтобы убедиться, что Хомра не посеет хаос на этом мероприятии. Суо, как и ожидалось, ждал его на углу площади и курил. Мунаката покачал головой. — Пожалуйста, скажи, что твоих клансменов тут нет, — вздохнул он. — Потому что всю неделю о них не было ничего слышно — я немного волнуюсь. Суо пожал плечами. — Тоцука уже сводил их сюда два дня назад, — ответил он. — Думаю, этим вечером они заняты чем-то другим. Он самодовольно усмехнулся Мунакате, и тот попытался проигнорировать странное тянущее чувство в животе. — Понятно, — ответил он. — В таком случае, я могу идти домой. Он развернулся, чтобы уйти, но Суо схватил его за запястье. — Но ты ведь уже здесь, — сказал Суо, и его глаза сияли. — Может, хотя бы взглянешь из-за чего такой переполох? Мунаката раздумывал над тем, чтобы отказаться, только ради того, чтобы стереть эту самодовольную ухмылку с лица Суо. Но потом он снова начал подозревать: не задумывает ли тот что-то — и всё же согласился, при условии, что Суо платит за вход. Суо выиграл несколько мягких игрушек в тире; «Для Анны», — улыбаясь, объяснил он, и Мунаката почувствовал странное сочетание облегчения и разочарования. Они решили не присоединяться к карнавальному шествию; Мунаката понял, что-то безумие, которое может предложить шествие, вряд ли привлекало Суо. Однако еду Мунаката всё же попробовал, заинтригованный её яркими красками. Суо умилённо наблюдал за ним. — Не знал, что ты сладкоежка, — сказал он, когда Мунаката доел яблоко в карамели. — Ты многого обо мне не знаешь, Суо, — бросил он. Мимо прошла толпа жонглёров, факиров и других артистов, а они стояли рядом с остальными зрителями и наблюдали. За толпой маршировали музыканты и громко били в барабаны, отчего Мунаката вздрагивал. Он согласился, что представление было отличным. Просто это было не то, что он предпочитал смотреть. — Мы всегда ходим туда, куда ты хочешь пойти, — задумчиво сказал Мунаката, когда шествие пошло дальше. Толпа зрителей направилась за ними, оставив их двоих почти одних у кондитерской лавки. Суо пожал плечами. — Ты ничего не говоришь. — Хорошо, в следующий раз я хочу пойти в художественный музей, — чопорно проинформировал его Мунаката, смахнув с куртки клочки сахарной ваты. — Стоит привить тебе художественный вкус. В художественный музей они пошли во второй половине дня в воскресение. Суо остался равнодушным к картинам маслом, но оживился, когда они дошли до современных художественных инсталляций. Лично Мунаката находил некоторые из них немного пугающими, особенно десятифутовую розу, с которой капала красная краска. И всё же, приятно было быть окружённым спокойствием и порядком, и когда Суо не отвлекался на огромных хищных животных. В музейном магазине подарков Мунаката купил сувениры своим подчинённым. Суо же бросил взгляд на ассортимент и решил ничего не брать. После этого, в четверг у них была «Вестсайдская история» в театре, после которой они направились в любимую чайную Мунакаты. Они оживлённо обсуждали артистов: Мунакате понравилось их пение, Суо — не сильно. Когда Мунаката поднял взгляд, он заметил, что другие посетители пересели как можно дальше от них. Они даже не повышали голоса и не выпускали Ауру, но, похоже, напряжение между ними было очевидно. Мунаката оставил втрое больше чаевых, чем обычно, в качестве извинения, и Суо привёл его к себе для продолжения дебатов. Едва присев на кровать, Суо отключился, и Мунаката на цыпочках, чтобы не разбудить его, ушёл. Суо не извинился за то, что заснул при нём — не то чтобы Мунаката ждал от него этого, — но в следующую их встречу он платил за них обоих. Они обедали на летней террасе французского кафе, и каким-то образом Суо удалось убедить Мунакату, что неплохо было бы пойти в зоопарк. Впоследствии Суо распугал всех львов, а Мунаката пытался подавить смешок, когда замечал, как грустно смотрели дети на пытающихся спрятаться животных, недоумевая, что их так испугало. — Суо, ты ужасен, — сказал он, качая головой. Суо состроил невинное выражение лица, но Мунаката ему ни на секунду не поверил. В следующий раз они по просьбе Мунакаты пошли в малоизвестный кинотеатр на зарубежный фильм. Они сидели на самом последнем ряду, Суо сонно смотрел на экран, в то время как Мунаката был полностью поглощён фильмом. Когда начались титры, Мунаката бросил взгляд на Суо и с искренним удивлением увидел, что тот ещё не заснул. Наоборот, он спокойно закурил, что, как был уверен Мунаката, в кинотеатре запрещено. К счастью, вокруг не было никого, кто смог бы уличить их в этом. Хотя, в любом случае, вряд ли кому хватило бы смелости что-то сказать Суо. Один взгляд на него заставил бы бежать всех, кроме, разумеется, самоубийц. Не все их совместные прогулки являлись заранее запланированными: кажется, Суо нравилось неожиданно заявляться, где бы ни был Мунаката. Мунаката сначала порывался ему сказать, чтобы он заранее всё оговаривал, но всё же передумал: Суо, скорее всего, поступал так специально, чтобы поиграть у него на нервах, и укажи он на это, Суо будет только доволен. Мунаката гордился тем, что заранее планировал встречи, в то время как Суо приходил и уходил, когда пожелает. Как-то Суо даже потащился за ним в супермаркет и начал сбрасывать в его тележку много геля для волос. Мунаката цыкнул на это, а Суо только рассмеялся. — Становишься похожим на Фушими, — сказал он, и Мунаката со вздохом немедленно выудил из тележки всё, что сбросил туда Суо. Любимым занятием Суо, помимо игр в гляделки с животными и раздражением Мунакаты, являлся сон. И так уж получалось, что одним из самых излюбленных мест для сна было офисное кресло Мунакаты — он со счёту сбился сколько раз, заходя в свой кабинет, обнаруживал Суо, который дремал у него за столом, а кусочки паззла были разбросаны по полу. — Прекрати это делать, — сказал ему Мунаката, вылив воду из вазы Суо в лицо. — У тебя есть кровать, Суо, где-то далеко отсюда. Почему ты там не можешь спать? Суо в ответ только хлопал глазами. Всё равно, что возиться с котом-переростком. Мунаката порой задумывался, может, стоит позвонить Кусанаги, чтобы он забрал своего неуправляемого питомца. И со смиренным вздохом снова позволял Суо украсть его на вечер; по крайней мере, это уменьшало риск того, что его клансмены, зайдя к нему в кабинет, обнаружат там Красного Короля. Он понятия не имел, как бы отвечал на их неизбежные вопросы. Они никогда не ходили выпить, или, по крайней мере, Суо никогда не водил его в бар. Несколько месяцев назад он весьма часто натыкался на Суо именно в барах, но с тех пор, как Суо начал вламываться к нему в офис, он перестал ходить по барам в одиночку. Вместо этого они проводили вечера сидя на лавочках в парке с сигаретами. Он смотрел на лицо Суо в свете мерцающего огонька и жалел, что не переспал с ним на первом свидании. Уже не в первый раз его посещали подобные мысли. Между ними установилось странное подобие дружбы, и Мунаката отчасти жалел об этом. Суо ни слова не сказал, а Мунаката скорее убьёт себя, чем поднимет эту тему. Если Суо удовлетворяло текущее положение дел, то и Мунакату тоже. Во второй половине понедельника он всё ещё вздыхает над этим. Он ведёт себя, как влюблённый идиот; Мунаката часто ловил себя на том, что смотрел на подсолнухи у себя на столе и по-идиотски улыбался. Он почти хотел, чтобы цветы, наконец, завяли. В конце концов, он абсолютно точно знал, что подсолнухи так долго не стоят, но вот же они! У него были смутные подозрения, что Авашима старательно за ними ухаживала, когда его не было в офисе. По сути, все в офисе выказывали интерес к цветам, когда бы ни заходили к нему в кабинет. Единственным, кому они не нравились, был Фушими. Несмотря на своё наглое поведение, в прошлом месяце он снова пошёл на повышение; Мунаката необъяснимо гордился им. Фушими — старательный работник, чего Мунаката совсем от него не ожидал. Стоило как-нибудь отблагодарить Суо, решил он. Стук в двери — и Фушими зашёл с недельным отчётом. Он начинал отчитываться сразу же, не размениваясь на приветствия; вежливость никогда не была его сильной стороной. На долю секунды он остановился и, как обычно, краем глаза посмотрел на вазу с цветами: казалось, от его взгляда подсолнухи могли бы завянуть. — Да, Фушими-сан? — напомнил Мунаката, и Фушими отвёл взгляд от цветов. Он цокнул языком и возвратился к отчёту. — На этой неделе не было ничего необычного, — сказал он скучающим тоном. Мунаката полагал, что мог понять его: в СКИПЕТР4, наверное, было очень тихо по сравнению с Хомрой. Хомра создавала проблемы, в то время как СКИПЕТР4 вызывали только для решения проблем. Когда ничего не происходило, на работе становилось скучно. Остальные его клансмены радовались отдыху, но Фушими в это время всегда нервничал. Иногда Мунаката переживал, как бы он не затеял драку, но, опять-таки, Фушими так же не нравилось быть на поле боя. Возможно, ему просто нужно было приспособиться к новому окружению. – А, хотя, возможно, вам было бы интересно проверить Восточную часть города. Мунаката удивлённо моргнул. — Почему? Там замечена какая-то странная активность? Фушими покачал головой. — Там закончено строительство нового катка, — объяснил он. Причина, по которой Фушими решил, что эта новость могла бы заинтересовать его, была Мунакате абсолютно непонятна. — И? — нахмурился он. Его подчинённый тяжело вздохнул, словно Мунаката специально над ним издевался. — И вы можете туда пойти. Все говорят, что это отличное место для влюблённых. Он снова бросил взгляд на цветы. Мунаката недоумённо склонил голову к плечу. — Я просто озвучиваю то, о чём говорят, — сухо ответил Фушими. — Как по мне, это клише, но, опять-таки, в других местах вы уже побывали. Теперь Мунаката действительно находился в замешательстве. — Прошу прощения? Фушими цокнул языком — ему явно уже всё это надоело. — Вы и Микото-сан – Суо, — быстро исправился он. — Это просто предположение. Мунаката долго собирался с духом прежде чем сказать: — О чём? — О ваших свиданиях? — устало вздохнул Фушими. — Знаете что, просто не обращайте на мои слова внимания, Капитан. Не хочу вмешиваться в ваши отношения. — Мы не… — Мунаката прочистил горло в тщетной попытке вернуть самообладание. Даже его разум подвёл его. — Мы не встречаемся. Фушими молча смотрел ему в глаза. Мунаката смотрел на него в ответ. — Если вы пытались держать это в секрете, плохо старались, — наконец ответил Фушими. — У нас есть камеры наблюдения по всему городу. Вы никого не обманете, Капитан. Мунаката вцепился в подлокотники кресла, чтобы не упасть. — Спасибо, Фушими-сан. Можешь идти, — слабо произнёс он, и Фушими бросил на него раздражённый взгляд прежде чем уйти. Мунаката невидящим взглядом смотрел на паззл на столе. Какого чёрта только что было? Кто-то думал, что они с Суо встречаются? Он вызвал к себе в кабинет Авашиму. — Да, сэр? — спросила она, заглядывая в кабинет. — Что-то случилось? — Авашима-кун, — Мунаката жестом пригласил её войти, что она осторожно и сделала. — У меня есть вопрос. Она напряжённо кивнула. Мунаката открыл рот и тут же закрыл его. Он смотрел на стол, потом поднял взгляд на Авашиму, которая озадаченно наблюдала за ним. — Ты считаешь, что я встречаюсь с Суо Микото? — неожиданно спросил он. Его вопрос прозвучал настолько неожиданно, что Авашима ответила не задумываясь. — Да, сэр! — и смущённо распахнула глаза. – Я имею в виду… это достаточно очевидно, сэр, даже несмотря на то, что ни один из вас не делал официальных заявлений… — Кто ещё придерживается мнения, что мы с Суо встречаемся? Авашима задумалась. — Ну… все, сэр. — Все? — голос Мунакаты сорвался на фальцет. — Все, — подтвердила Авашима. — Впрочем, это были только слухи, в основном из-за этих цветов, — многозначительный взгляд на вазу у него на столе; Мунакате едва удалось сдержать порыв разбить её, — пока Акияма-кун не заметил вас двоих на прошлой неделе в супермаркете. А потом Хидака-кун вспомнил, что во время патрулирования видел, как вы вдвоём обедали, недели две назад. Я спрашивала Кусанаги: он не дал мне точного ответа, так что остались только мои собственные выводы, — она вздёрнула бровь. — Ещё что-нибудь, сэр? После слов «вдвоём обедали» ничего не отпечаталось в сознании Мунакаты. — Это всё. Спасибо, что уделила мне время, Авашима-кун, — через силу улыбнулся Мунаката, отпустив Авашиму. Его лейтенант бросила на него ещё один удивлённый взгляд и покинула кабинет. После того, как за ней закрылись двери, Мунаката начал медленно считать до ста. После этого он поднялся, захватил плащ и покинул здание через свой частный служебный лифт. Достигнув первого этажа, он пошёл по направлению к парку. Только заметив Суо, дремлющего в тени дерева, он остановился, в ужасе осознав, что точно знал, где в это время суток искать Суо. Похоже, Суо почувствовал его: он сел и взглянул прямо в глаза Мунакаты. — По понедельникам ты не освобождаешься раньше шести, — сказал он. Мунаката посмотрел на него в ответ. Неожиданно он почувствовал, как к горлу подкатил ком. Но вместо рвоты из его рта вырвались лишь слова. — Суо Микото, мы не встречаемся! — выдал он. Суо смерил его озадаченным взглядом. — Нет? — Ты… что… нет! — повторил Мунаката, его лицо раскраснелось, будто от бега. — Не представляю, с чего ты вообще это взял! Суо лёг обратно на землю и вытянул руку. — Мы встречаемся в разных интересных местах города, иногда едим вместе, я сплю у тебя на коленях… — Это было только однажды! — возразил Мунаката, и это действительно было только однажды, и он просто был слишком занят разгадыванием судоку, чтобы спихнуть Суо. — И ты… мы… ты ничего не сказал, ты даже меня не спросил! — Я пригласил тебя на свидание, — ответил Суо, вздёрнув бровь. — Месяц назад, если я правильно помню. — Это было… — Мунаката слышал истерические нотки в своём голосе, — почти насильно, ты появился у моего офиса с подсолнухами, ты и твои подсолнухи, Суо, весь офис думает, что мы встречаемся! Мне даже не нравятся твои волосы, ты всё время спишь и мешаешь мои паззлы, и никогда не утруждаешь себя договориться обо всем заранее, ты… м-м! – оказывается, признавал Мунаката, язык Суо у него во рту – это, на самом деле, не так уж и плохо. Вот только Суо не стоило прерывать его. — Это не честно, — сказал Мунаката чуть позже, буравя взглядом Суо и его самую самодовольную ухмылку. Суо пожал плечами, обняв Мунакату за талию. — Ты бы не заткнулся. — В таком случае, не смей делать так больше! — Мунаката коснулся указательным пальцем губ Суо. — Я имею в виду, — говорит он, сощурившись, — если собираешься что-то сделать, Суо Микото, сначала спроси меня. Суо вздохнул и убирал руку Мунакаты от своего лица. — Ладно, — сказал он, другой рукой лаская лицо Мунакаты. — Не хочешь пойти со мной завтра на каток? Мунаката не ответил «да». Но в любом случае они туда пойдут.