Пуленепробиваемые интерны.

- Винни, Винни, ведь это же твой дом! - визжит Юнги немного хрипловато. - Да? Тогда зайдём, - пыхтит Чонгук по тексту и открывает воображаемую дверь. Говоря эту ересь, Чонгук никак не поймёт, почему он, интерн последнего года обучения, без году детский хирург, сейчас занимается такой ерундой? Всё больница виновата - нашли на чём экономить. Вместо того, чтобы нанять профессиональных актёров из детского театра, озадачили своих интернов. Мол, нате вам сценарий, выучите и покажите деткам сказку. Ничего умнее не придумали на первое июня (День защиты детей), чем показывать кукольную постановку. Праздник у них, да и больничное крыло одно наконец отремонтировали - тоже повод для веселья. Нет, лично сам Гук ничего против шедевра Милна не имеет и в детстве сам любил слушать о приключениях глуповатого медвежонка. Но почему этого самого тугодумного медведя играет он? Взять того же Юнги. Чем тебе не мишка? Но нет, Юнги слишком маленький, поэтому ему сразу же дали роль Пятачка. Мин прячет свои ярко-рыжие волосы под синей кепкой козырьком назад. В оригинале свинтус кепки не носил, но и рыжим тоже не был, а ещё не курил и не ругался матом. И как Юнги до сих пор не турнули из интернатуры за такой цвет волос? Ответ прост - детишкам нравится, наверное, путают с клоуном. На Мине огромный джинсовый комбинезон и безразмерная футболка, и накладное пузо из подушки - выглядит глупо и смешно. А на лице бутафорское свиное рыльце, а вот оно как раз очень идёт Шуге. Как будто с ним и родился, думает Чонгук. Юнги таскает огромную кучу шариков и раздаёт детям, хрипло гундя какие-то фразы из сценария и смешно топая вперевалку от пуза цветастыми кедами. Эти самые шарики они вчетвером вчера до поздней ночи надували. Хорошо, что Юнги притащил откуда-то баллоны с гелием, а то бы дыхалки совсем не хватило и губы треснули столько надуть. Справились бы быстрее, если бы Юнги и другие два дебила не начали вдыхать гелий и дурачиться, носясь по всей больнице и крича как Элвин и бурундуки. А ещё врачи называется. Хех… Чонгук смотрит в сторону - там ржёт Хосок. Он одет в какое-то безразмерное серое пальто, что, безусловно, тупо сочетается с длинными и худыми ногами в драных чёрных скинни и белых джорданах. Позади колышется какая-то пародия на злополучный хвост, сделанный из куска верёвки и фиолетового бантика. Издали больше походит на потрёпанную паклю. На голове у Хосока два больших висячих уха, словно у вислоухой собаки, а на лице никакой маски нет. Зачем, если он и так лыбится как парнокопытное, во все тридцать два. - Иа-а, иа-а! - издаёт противный звук Хоуп и носится среди детей, раздавая конфеты из огромного мешка (хоть на конфеты не поскупились). А Чонгук думает, что Хосок больше похож не на меланхоличного ослика Иа, а на какого-то лошару, что постоянно ржёт и скачет как заведённый. Чимин постоянно поправляет сползающие с носа очки. Просто они реально огромные, закрывают почти всю его мордочку. Ещё этот его самодельный клюв на носу, совсем не к месту, из-за него парень страшно гнусавит, чем до колик смешит малышню вокруг. У Чимина смешная женская шляпа на голове и огромный бант на шее. А перьев они не нашли, поэтому на Чиме какая-то буроватая шуба. Да-да, у них модная Сова - летом ходит в шубе. Чимин смешно машет ручонками вместо крыльев и жалуется, что у него отобрали паклю - ой, ну ладно, - хвост Иа. Чонгук думает, что Чимину, наверное, тоже очень жарко. Но, безусловно, самое пекло - это костюм Винни. Чон внутри костюма огромного коричневого медведя в белом комбинезончике и оранжевой кофточке, в больших таких ботиночках. Одна здоровенная башка как будто десять килограммов весит. От её веса Гука иногда заносит в стороны. Видно сквозь щели глаз плохо, дышать очень тяжело. Чтобы двигаться, нужно прилагать недюжинные способности. Гукки одолжил этот костюм у соседа-старшеклассника, он подрабатывает в нём, раздавая на улицах листовки. У того был ещё костюм поменьше - панда. Но Чонгук подумал, что пандой Винни бы не смотрелся, это же не постановка Панда-кунг-фу. Зря… если бы знал, что именно ему придётся париться в этом костюме, взял бы лучше панду. В самом деле, почему именно Чонгук? Просто его друзья аргументировали это тем, что у Винни больше всего слов, а у Чона лучшая память, кроме того, Винни Пух поёт много песенок, а у Гукки красивый голос и петь он умеет. Хотя это всё бредовые отмазки. Просто Юнги закричал: «Чонгук - Винни Пух!» и остальные быстро согласились. И кто во всех этих мучениях виноват? Правильно, доктор Ким Намджун, заведующий отделением детской хирургии. Это он придумал этот напряг с постановкой. Это он освободил их ото всех обязанностей на неделю и заставил репетировать. И это он сейчас стоит там в сторонке и ржёт своей улыбкой сытой лягушки. Чонгук ненавидит Намджуна всей душой. Пусть тот и офигенный хирург, образец для подражания в медицине и его непосредственный руководитель интернатуры, всё равно ненавидит. Чонгук радостно говорит свои реплики, поёт песенки и ходит косолапо. А сам он чувствует, как по спине градом катятся капли пота. Волосы давно прилипли к затылку, а лицо всё горит, наверное, красное как помидор. Гук предусмотрительно забрался в костюм только в шортах и майке, но это не помогает. Ибо жара не только внутри, жара на улице и в помещении - само начало июня жаркое как пекло. Сейчас бы на пляже в песочке валятся и лимонадик холодный попивать, а они тут… Положение кое-как спасают только детские улыбки. Юных зрителей собралось очень много, со всей больницы. Они явно довольны происходящим и радуются искренне, как умеют только дети. Те, которых самое большое количество и которые громче всех смеются, хлопая в ладоши, - из терапии. Позади ребят стоит и сам заведующий педиатрическим отделением, доктор Ким Сокджин. Самый красивый и добрый врач во всей больнице. Хосоку повезло - он интерн в педиатрии, а его руководитель Ким Сокджин, которым сам Хоуп всё никак не нахвалится и постоянно ходит хвостиком за ним на всех обходах, с умным видом записывая все указания и полезную информацию в красненький блокнот какой-то ручкой с динозавриком на конце. Образ умного доктора в Хосоке разбавляет лишь толстая цветастая гусеница, надетая на стетофонендоскоп, который всегда висит у него на шее. Чего только не будешь таскать с собой, чтобы отвлечь детишек от осмотра. Хосок помимо гусеницы таскает побрякушки в карманах и конфеты, и шапочку, яркую такую, смешную, и свою бессменную улыбку. С другой стороны, на лавочках и колясках, в обнимку с дренажными трубочками и капельницами, в повязках и бинтах, сидят детки из хирургического отделения. Среди них есть и те, кого курирует сам Чонгук. Гук даёт им побольше киндеров, чтобы игрушек больше, скучно же до операции, а после - ещё скучнее. Рядом с ними детки из травматологии, не всех смогли доставить, что поделаешь. Но их доктор снимает всю пьесу на видео и потом покажет остальным. И лакомства передаст. Чуть поодаль дети из оториноларингологического (ЛОР) отделения. Они громко аплодируют Чимину, который проходит свою интернатуру именно там. Чимин - будущий доктор оториноларинголог, и, слава Всевышнему, уже научился выговаривать название своей профессии. Судя по реакции детей, Чима там все знают и любят. В принципе, как и все, кто с ним вообще знаком. Рядом с этими детьми сидят маленькие пациенты из офтальмологического отделения. Их можно вычислить по очкам с толстыми линзами и повязкам на какой-либо глаз. Слева, лысенькие и в шапочках, на колясочках с прикрепленными капельницами, а некоторые в масочках, сидят детки из гематологического отделения и онкологии. Здесь конечно же не все они собрались, но именно для этих несчастных детей Чонгук готов из кожи вон лезть. Ради их улыбок они все готовы стараться. Ибо нет никакой вероятности, что они покинут эту больницу здоровыми все. Особенно старается Юнги, это его отделение. Каким ветром немного разпиздяйского Шугу занесло именно в эту отрасль медицины, Чонгук не знает, но свято верит, что онколог из него получится. У Юнги дохрена сильный и волевой характер, он умеет сочувствовать, но и хладнокровие тоже сохранять умеет когда нужно. В дальнем уголке на диванчике сидит маленькая группка детей. Все они выглядят немного испуганно и не смеются, но явно интересуются происходящим, поэтому вытягивают шейки, чтоб лучше разглядеть. Некоторые из них прячутся за медсёстрами и выглядывают из-за их спин. Что это за дети, Чонгук не знает, но рад, что они берут конфеты и шарики, хоть и с опаской поглядывая на большого мишку. А меж тем интерны продолжают свою постановку, шоу маст го он, как говорится. Все они познакомились в начале интернатуры, подружились и прошли весь путь тоже вместе. Этакие четыре мушкетёра. Хотя сейчас больше похожи на стадо сомнительных зверушек, сбежавших из шоу уродцев. Но веселье, подаренное детям, стоит того. До конца постановки осталось всего ничего, несколько фраз и финальная песенка. Но Чонгук, кажется, дошёл до своего предела. Он начинает говорить и слова путаются на сухом языке, слышатся будто со стороны, в глазах окончательно темнеет и парень теряет равновесие. Гук заваливается словно в замедленной съёмке, хотя тело кажется тяжелее в сотню раз, с глухим стуком падает на пол и чудом не теряет сознание. Никто не понимает, что происходит. Первым к Чону поспевает какой-то молодой доктор. Он приподнимает медвежью башку и тихо спрашивает: - Винни, ты как? Ты с нами? - Да, - так же шепчет Чонгук. - Плохо очень? Чонгук еле заметно кивает. Доктор разворачивается к детям и улыбается. - Вот, детишки, что бывает, если есть только сладкое. Наш Винни плохо кушал завтрак и поедал только конфеты, поэтому он обессилел. Ему нужно хорошенечко подкрепиться, поэтому он идёт в столовую. А вы обещайте мне, что съедите всё-всё за обедом и только потом полакомитесь полученными сладостями. Дети пообещали дружным хором. Доктор на мигах показал остальным интернам продолжать, помог Чонгуку встать и повёл в смотровую приёмного - туда ближе всего. Чонгук плохо разглядел своего спасителя, но был уверен, что раньше его не встречал. Он покорно шёл с незнакомым доктором. Когда шторка смотровой была задёрнута, маленькие руки с длинными пальцами помогли Чонгуку снять медвежью голову. Гук судорожно вздохнул. Вопреки ожиданиям, он был не красный, а мертвецки бледный и в холодном поту. Доктор быстро сосчитал пульс и измерил давление, проверил реакцию зрачков и спросил: - Не завтракал, да? Чонгук кивнул. У них с утра была финальная репетиция, он не успел поесть. - Уровень сахара упал. Вместе с духотой, гипогликемия дала о себе знать. Голодный обморок, - констатировал доктор. Чонгук был согласен с таким диагнозом. Доктор направил на него вентилятор, подал стакан воды и помог снять костюм. Затем он нашарил несколько конфеток в кармане и пихнул их Гуку в рот. Сладкие витаминки С с апельсиновым вкусом, чонгуковы любимые. Когда предметы вокруг перестали вращаться, Чонгук смог разглядеть странного доктора. Он был худой и стройный, с красиво отточенными чертами лица, большие глаза прикрывали тёмные русые волосы. Картинку не портили большие уши, скорее добавляли некой пикантности образу, так же как и кривоватая прямоугольная улыбка. «Доктор Ким Тэхён. Детский Психиатр» - значилось на его бейджике. - Тебе нужно отдохнуть и обязательно плотно покушать, тогда слабость пройдёт, - сказал своим мягким хрипловатым голосом Тэхён. - Хорошо, спасибо доктор Ким, - выдавил лёгкую улыбку Чонгук. Он действительно не знал этого врача, но элементарную вежливость никто не отменял. - Я пришлю к тебе сестру, она принесёт одежду, - сказал доктор Ким и скрылся за шторкой. В руке Чонгука остался чупа-чупс со вкусом колы, найденный доктором Кимом во втором кармане халата. Когда Чонгук зашел в раздевалку интернов, его друзья уже закончили с пьесой и переодевались. - Ну как оно? - спросил Гук. - Всё норм, Чима вытянул последнюю песенку сам. А ты как? - спросил Юнги. - Уже лучше, нужно было позавтракать, - выдохнул Чонгук, надевая свой хирургический костюм голубенького цвета. - Ага, покушаешь тут! Могли бы дать нам оставшиеся полдня на отдых - ан нет. Ассистирую на операции через полчаса. Чуть не сварился в этой шубе, - пожаловался Чимин, дуя и без того пухлые губки. - Отдохнём на том свете, - злорадно заржал Шуга, любящий исключительно чёрный юмор. Хосок ничего не сказал, только молча кивнул и надел на шею свой гусеничный фонендоскоп. Он сейчас на обход сваливает, а потом ещё с анализами пациентов разбираться. В раздевалку заглянул доктор Ким Тэхён. - Все в сборе? - спросил он и улыбнулся. - Отлично, ребятки, вам угощение от психиатрического отделения. Вслед за доктором Кимом в раздевалку вошли две медсестры. У одной на подносе были огромные сэндвичи, а у другой - кофе в больших стаканах. Юнги, не особо стесняясь, первым схватил угощение и смачно откусил кусок. Остальные парни последовали его примеру. Сэндвичи были вкусными, с толстыми кусками тунца и овощей. - Сфасибо больсое, - промычал с полным ртом Чимин, высказываясь за всех. - Кушайте ребятки. Меня зовут Ким Тэхён и я заведующий отделением детской психиатрии. Наше отделение открылось совсем недавно, в отремонтированном крыле больницы. Я, так сказать, здесь новенький, будем знакомы, - широко улыбнулся психиатр. - О, круто, у нас теперь даже такое отделение есть, - Хосок был в восторге (вполне себе понятно, что когда желудок больше не урчит, то и порадоваться можно). - Моим деткам из группы аутистов очень понравился ваш спектакль, но они переживали за медвежонка и я пообещал им, что навещу и присмотрю за зверушками. Ваша постановка очень хорошо вписалась в мой реабилитационный курс для таких детей, поскольку редко можно добиться от аутистов стольких эмоций за один раз. За это вам отдельное спасибо, - продолжал Тэхён. - Так мы ещё и лечением занимались?! Дэбак! - обрадовался Чимин. Интерны вежливо поклонились в знак благодарности. В комнату вошёл Ким Сокджин, улыбнулся и наградил юных актёров аплодисментами. - Сокджин-хён, почему не бережёшь интернов? Хочешь, чтобы они у тебя от голода попадали? - покачал головой Тэхён. - Ну, мой интерн тут только один, остальные Намджуна… кхм… доктора Кима Намджуна, - поправился Сокджин, слегка морщась на неофициальное обращение психиатра. - Это не причина. Нужно заботиться о здоровье и пациентов, и персонала, причем не только о физическом, но и о психическом, - бросил веский аргумент Тэхён. - Как хорошо, что вы теперь есть в нашей больнице! Теперь я могу не переживать о психическом состоянии окружающих! - иронично заметил Сокджин. Доктор Ким Тэхён пропустил едкое замечание мимо ушей, уж он-то точно умел фильтровать информацию. - Кстати о персонале больницы. Кое-кому здесь давно пора на обход, - Сокджин бросил взгляд в сторону всё ещё жующего Хосока и поспешил удалиться. - Бегу, - промямлил Хоуп, ухватил ещё один сэндвич и стакан с кофе. Ещё раз поклонившись и улыбнувшись в сторону Тэхёна, Хосок побежал за своим руководителем, кушая на ходу. Психиатр тоже поспешил удалиться по своим делам. - Чувствую, будет весело, - хитренько протянул Юнги. - Заметили, как у «бога терапии» вытянулось лицо на это его «хён»? - Это теперь у нас три заведующих с фамилией Ким? Ха-ха, вот ржака. Они и вдвоём не могут ужиться, а тут третий, ещё и странный какой-то, - задумался Чимин. - Это всё издержки профессии, - с умным видом заметил Гук. - Где вы видели адекватных психиатров? Психов лечат другие психи - это закон. Парни рассмеялись, наспех доели и разбежались по отделениям. ****** Вечером ребята решили отпраздновать свой дебют на «большой сцене» походом в клуб. - Устал как собака, - произнес Чимин, натягивая на себя футболку и пытаясь пригладить торчащие волосы ладонью. - Как сова, - веско подметил Гук. - Совы в это время суток только просыпаются, - парировал Хосок. - Ослам слова не давали, - заржал Чонгук. - Я вижу, у обморочного медведя хорошее настроение, и-и-а! - подловил Хосок, взвизгнув и дурашливо запрыгав вокруг Гукки. Веселье парней прервал влетевший в раздевалку Шуга. Он быстро переоделся, влез на лавку и продекламировал свежесочинённые стишки. Куда идем мы с Пятачком?! Большой, большой секрет. Куда идем мы с Пятачком?! Не пишет интернет. Куда идем мы с Пятачком?! Осел, Сова при нас. Куда идем мы с Пятачком В кроссовках Адидас?! Куда идём мы с Пятачком?! Какой тупой вопрос! Бухать идём мы с Пятачком! Ну а потом - в разнос! А что? Сегодня пятница, впереди долгожданные выходные. Сегодня можно…