Пуленепробиваемые интерны.

Это бесконечное противостояние началось ещё с медицинского университета. Прямо с первого курса Намджуна. Его сонбэ, Ким Сокджин, высокий и широкоплечий парень с третьего курса, сразу же понравился Наму. Красивый, с очаровательной улыбкой и розовыми губками, он был полной противоположностью худющему, угловатому и такому затюканному первогодке. Намджун был серой посредственностью, в огромных толстовках и с вечно растрёпанными волосами. Рядом с Джином он чувствовал себя нелепо и в тоже время страшно гордился фактом своих приятельских отношений со старшим. Ким Сокджин был очень умным студентом, и Нам буквально из кожи лез, подражая ему во всём. Намджун работал над собой, учился днём и ночью, спал по четыре часа в сутки и прописался в библиотеке. В погоне за своим сонбэ и его похвалой донсэн не щадил себя, и это дало результаты. Намджун стал первым на всём курсе, он удерживал свою позицию до окончания учебы. Казалось, что цель достигнута - он так же хорош, как и его старший однофамилец. Но нет. Гаденький голос внутри говорил, что Намджун никогда не догонит Сокджина. И всё продолжалось. Со временем этот фанатизм перерос в культ, затем в одержимость, потом в гремучую смесь зависти, злости и неудовлетворённости. Это и стало причиной того, что Намджун не потерял своего сонбэ из вида, когда тот окончил универ. В результате младший Ким всеми правдами и неправдами попал в ту же больницу, что и Джин. Правда, специальность выбрал кардинально другую. Просто хирургия нравилась больше, да и он был в ней сильнее. Они не упускали возможности встретиться друг с другом и подзадорить, подколоть, пошутить. Даже когда оба окончили интернатуру и стали полноправными ординаторами каждый в своём отделении. Со стороны создавалось впечатление, что они очень хорошие друзья, и все, кто за ними наблюдал, так и думали. Подумаешь, дружеская конкуренция двоих Кимов, это никому не мешало. И только они знали, что никакая эта конкуренция не дружеская - это была настоящая холодная война, победителем в которой должен стать кто-то один. Со временем их игры в превосходство начали забавлять весь медперсонал больницы. Когда постовая медсестра говорила по громкой связи: «Доктор Ким, подойдите, пожалуйста, в отделение скорой помощи», туда мчались сразу два доктора Кима, что непременно вызывало коварные смешки над казусами и быстрыми перепалками двоих врачей между собой. Доходило до того, что персонал больницы ставки делал на то, кто выйдет из них победителем в том или ином конфликте, кто окажется лучшим и первым. Поумиляться действительно было над чем. Стоило Сокджину начать работать над каким-нибудь научным проектом или диссертацией, Намджун тут же делал что-то подобное. Как только в медицинских изданиях появлялась статья по педиатрии от Кима Сокджина, в следующем номере того же журнала красовалась и статья Кима Намджуна. Не стоит даже упоминать их долгие споры и доводы в пользу терапевтического или хирургического лечения одного и того же пациента. Самый большой удар по своей гордости Намджун получил тогда, когда руководство больницы назначило Сокджина главой педиатрии. Ким-хирург тогда ходил чернее грозовой тучи. Но он не заставил себя долго ждать, сравняв счёт через три года - он стал главой отделения детской хирургии. С того времени персонал над ними не подшучивал, подтрунивать над заведующими - чревато потерей должности или выговором со снижением зарплаты. Но ставки самими азартными работниками втихаря иногда продолжались. Во избежание путаницы к словосочетанию «доктор Ким» теперь всегда добавлялось имя. Меж тем, негласное соревнование продолжалось. Стоило Намджуну несколько раз подслушать разговорчики медсестёр (ой, ну конечно же случайно, ага!) о том, что «доктор Ким Сокджин такой красавчик и милашка», как на следующий же день он сменил свой имидж. Вместо небрежного удобного полуспортивного стиля появились брендовые шмотки, приталенные костюмы и дорогая блестящая обувь. Вместо обычной стрижки натуральных тёмно-русых волос, появилась стильная укладка высветленных в секси-блонд. Намджун начал ходить в тренажёрный зал и у него вскоре появилась статная фигура, осанка и пресс. Работу над собой Нам посчитал законченной только тогда, когда услышал, что и он красавчик. Побывав на вечеринке по поводу новоселья Сокджина, Намджун в течение месяца и себе приобрёл новую квартиру. Тоже просторную и уютную, под стать статусу. В том же районе. В том же доме. Выше на два этажа. Теперь, будучи соседями, они часто сталкивались в лифте, и утро обоих начиналось с моськи другого, натянутых улыбочек-ухмылочек и насмешливого «доброе утро-о-о!». Внизу на стоянке красовались две стильные иномарки, по иронии судьбы так же стоящие рядом. Вишнёвая старшего и тёмно-синяя младшего Кима. В больнице противостояние набрало просто масштабные обороты. Стоило Джину выпросить у руководства деньги на новое оборудование или исследования, как Намджун в срочном порядке добивался того же и для своего отделения. В педиатрии новый кабинет для гемодиализа? Бац! И в хирургии уже новенький аппарат МРТ диагностики монтируют. Руководство считало, что легче пойти у них на поводу, чем выслушивать бесконечные доводы обоих. Тем более что именно эти врачи и создавали имидж всей клиники, привлекая таким образом деньги в больницу. Когда Сокджин приводит с собой какого-то улыбающегося парнишку и говорит: "Знакомьтесь, это мой новый интерн Чон Хосок, прошу любить и жаловать!", Намджуна тогда чуть по стенке не размазывает. Интерн?! В тот же день Нам рассматривает до поздней ночи заявки по хирургии на интернатуру в их больницу и личные дела будущих врачей. Среди большой кучи анкет выуживает одну, на бланке которой самые высокие балы окончания университета. Даже выше, чем были у самого Намджуна. Нам хитро улыбается и звонит, не особо заморачиваясь, что на дворе глубокая ночь. Назначает на завтра личную встречу для собеседования. Когда Намджун встречает своего будущего интерна, то понимает с первого взгляда, что вот оно! То, что надо. На него смотрят два внимательных чёрных глаза, а во взгляде просматриваются явные амбиции и бегущей строкой «да, блядь, я охуенный и всего добьюсь». Намджун нетерпеливо потирает ручки, потому что этот Чонгук дофига напоминает ему себя самого. И фамилия у него просто потрясающая - Чон. Намджун уже мысленно ликует, воображая в голове умильное личико Сокджина, когда он представит ему своего интерна. Ким против Кима? Ха! Берите выше. Теперь ещё и Чон против Чона. Намджун быстренько оформляет Чонгука своим новым сотрудником, радуясь, что у малого интерес конкретно к общей детской хирургии. - А вам, случаем, ещё интерны в хирургию не нужны?- осторожно, но с нажимом, спрашивает Чонгук, выбивая Нама из радужных мыслей. - Ещё интерны? А что? - удивляется Намджун. - У меня друг с университета тоже хирургом стать хочет, но места для интернатуры ещё не нашёл, - начинает бодренько Чонгук. - Друг? Вот же ж мелочь наглая! - удивляется Намджун прямоте Гука. Смеётся громко. Чон Чонгук ему теперь ещё больше нравится. Тот точно знает, чего хочет от жизни и не собирается ничего упускать. Меж тем Гук выискивает среди анкет, разбросанных по столу главы хирургии, бумаги своего дружка и протягивает их Наму. - Ну ладно, приводи своего друга завтра. Посмотрим на него, подумаем, - с улыбкой говорит Намджун, бегло просматривая предложенную анкету. Чонгук благодарит, кланяется и уходит. Намджун про себя отмечает, что оценки у друга так себе, выше среднего, зато положительных рекомендаций от преподавателей целая куча. Джун улыбается шире и начинает искать место и для этого интерна. Когда перед ним появляется тот самый дружок Чонгука, Намджун умиляется, потому что это глазастое, щекастое, улыбастое и мелкое чудо ещё и смущается. Глава хирургии зависает на мгновение и серьёзно давит в себе желание подойти и затискать этого Пака Чимина пальцами в его эти щёчки. Губки тоже охрененные, не такие, как у Сокджина, но тоже ничего так. - Отделению оториноларингологии нужен интерн, подойдёт? - чинно вещает Намджун. Чимин мелко кивает и улыбается, совсем как болванчик в машине Джуна. Это смешно и мило. А ещё дохера круто - теперь у Джуна два интерна. Утрись, Ким Сокджин. А потом вдруг в онкологии сразу два врача уходят из больницы. Один уезжает волонтером в Африку, а второй на пенсию. Намджуну в срочном порядке нужно закрыть нехватку персонала. Конец лета, все стоящие интерны давно разобраны, и он хватает первую же папку с пометкой «хирургия». У парня, откровенно говоря, баллы так себе, да и университет не Сеульский, а в Дегу. Рекомендаций тоже не много. Зато на глаза попала строчка о шестилетнем стаже работы в цитологической лаборатории. Намджун отбрасывает папки с другими кандидатурами - времени нет - и утверждает некоего Мин Юнги на должность интерна в онкологии, правда с пометкой «испытательный срок». Вот так у Намджуна оказывается целых три интерна в подчинении, против одного в педиатрии. Сокджин сразу просекает фишку про откровенный выпендрёж младшего Кима и только качает головой с насмешкой. Его забавляет и умиляет желание Джуна хоть в чём-то его превзойти. Намджун своим напором заставляет Сокджина держать себя в тонусе и постоянно совершенствоваться, работая над собой. Джина такой толчок и стимуляция радует. А ещё безумно интересно к чему это всё приведет. Намджун с Сокджином как плюс и минус. Полные противоположности, полный конфликт. Как резус-конфликт. Они антиген и антитело, готовые при встрече вызвать бурную реакцию иммунной системы. Они способны сотворить апокалипсис. Из них двоих Джин антиген, что-то чужеродное для Намджуна, что-то новое в его жизни. А Джун для Сокджина - антитело, способное его остановить, способное его победить, заставляющее его меняться, мутировать, дабы наконец пробить несломную оборону. Намджун не одно, он распыляется на тысячи антител, каждый раз давая отпор сильнее предыдущего. Джин тонет среди них, но ещё более отчаянно пытается сломать механизмы защиты в Намджуне. Они сто процентов антиген и антитело. Но они не могут существовать отдельно друг без друга - тогда не будет ни антигена, ни антитела, ни эволюции. Для жизни им нужен вечный конфликт, их резус-конфликт… Эта замкнутая система противостояния однажды чуть не потерпела крушение. Когда нежданно появился третий доктор Ким. Тогда в больнице отремонтировали южное крыло и каждый из заведующих желал наложить на него свои загребущие лапки. Но руководство больницы быстро умерило пыл спорящих, заявив, что там будет открыто психиатрическое отделение. Оба Кима тогда только переглянулись от неожиданной новости. Но настоящий шок они испытали, когда несколькими днями позже им представили нового заведующего этого самого отделения. Ким Тэхён. Психиатр, кандидат наук в психиатрии и неврологии, стажировался за границей, где-то в Европе. На них смотрел худенький ушастый парень с квадратной улыбкой и длинной чёлкой. Намджун тогда подумал, что тот выглядит глупо и похож на дорка со своей этой лыбой. А Джин отметил, что тот милашка. Вот вроде ничего особенного в нём нет, а природное обаяние так и прёт. А ещё у этого Ким Тэхёна были очень хитрые глазки, с виду весь такой мечтательный и немного заторможенный, психиатр на самом деле подмечал намного больше, чем остальные. Поэтому он очень быстро разобрался в ситуации этой клиники и поспешил обезопасить свою шкурку. Таким образом, когда между вечными соперниками Кимами вновь назрело соревнование «кто быстрее перетащит нового доктора на свою сторону», Тэхён прикинулся дурачком. Пользуясь тем, что оказался самым младшим по возрасту, он мило хлопал глазками и весь такой «Сокджин-хён» и «Намджун-хён». Короче, подлизался к обоим и пристыдил, мол, как же так - вы же старшие, сонбэ, нельзя учить младшеньких дурному, нельзя над ними издеваться. В итоге, как и рассчитывал доктор Тэхён, Намджун и Сокджин оставили его в покое и продолжили свои перепалки уже без него. Сам же психиатр предпочёл стать сторонним наблюдателем, ибо, в самом деле, весело же. И войнушки Кимов продолжались с переменным успехом то у одного, то у другого. Вот и сейчас, поздним пятничным вечером, вместо того, чтобы идти домой, они торчали в кабинете Сокджина и бурно обсуждали методики лечения язвенного колита. Перепалка возникла на пустом месте, Намджун и сам забыл, зачем зашёл к Джину. Слово за слово, и конструктивный диалог перешёл в разряд дискуссии на повышенных тонах. Причём длилось это уже минут двадцать. У Намджуна голова гудела, он сегодня провёл две операции и осмотрел множество деток, посему сил продолжать что-то доказывать уже не было. Джин ещё чего-то говорил и размахивал руками, когда Нам устало запрокинул голову вверх и похрустел шейными позвонками, сделав незамысловатые вращения головой. - Как же ты меня достал, заткнись уже, а? - Намджун снова посмотрел на педиатра. Джин выдавил одну из своих насмешливых улыбок, которые так бесили главу хирургии. Он хотел что-то ответить, но Намджун ему не дал. Младший Ким ухватил Сокджина за грудки и больно приложил спиной о стену. Тот поморщился, но пожаловаться не успел - Намджун грубо его поцеловал. Глубоко и мокро, даже нижнюю губу прикусил. Джин не успел отреагировать и оттолкнуть - Джун сам так же быстро отстранился и вышел вон, громко хлопнув дверью. Шокированный Сокджин съехал по стенке на пол с широко распахнутыми глазами, ощупывая дрожащими пальцами свои припухшие от поцелуя губы…