Одной дорогой

Сколько влюблённые целовались, а потом держали друг друга в объятьях? Они и сами не знали. Время будто замерло в этой части парка, оставляя только их двоих, предоставленных нежности и ласке, о которой они так давно мечтали. Терри пробудил от задумчивости чей-то настойчивый взгляд. На расстоянии пары метров был Нил, молчаливый, и очевидно очень задетый этой сценой. Актёр лишь собственнически прижал любимую к себе и нежно поцеловал в лоб, будто стараясь показать, что больше не даст её в обиду и ни с кем не собирается её делить. Даниэлю очень хотелось верить, что она в его объятиях только от страха, что он снова её напугал и она нашла себе новое пристанище, где её были готовы защитить. Но, стоило девушке раскрыть рот, и надежда растаяла как дым. -Я люблю тебя, Терри. Очень люблю. -И я тебя тоже, Кенди. – Терри не хотелось пред Нилом расточать свои сокровенные мысли и Эмоции. Он ничего более, не говорил. А меж тем губы зеленоглазой красавицы, казалось, умоляли о новом поцелуе и эту надежду её возлюбленный никак не мог не оправдать. Не желая быть свидетелем страсти, растрачиваемой на соперника, Нил удалялся. Пару раз он таки решился оглянуться. Терри был настолько высок, что Кенди даже на высоких каблуках была ниже и тянулась к его губам, он в свою очередь склонялся к ней, а потом взял на руки, что бы облегчить задачу им обоим. Нилу это напоминало плакаты театра и картинки из детских книг со сказками. В Америке всегда влюблённых представляли именно так. Девушка непременно чуть ниже мужчины, волосы - светло-рыжие или рыжеватая блондинка, а её возлюбленный всегда брюнет или шатен. Действительно было похоже на красивую сказку. Тут на ревнивый доселе ум, пришла весёлая картинка, где уже он целовал Кенди стоя на стремянке. Это его немного развеселило. Но потом Нил снова вспомнил, что Терроз ни кто иной, как его соперник, и сейчас в его объятиях единственная до сиих пор девушка, к которой юноша испытывал искренние чувства. Найдя в галере, по которой Нил почти бессознательно шёл, зеркало, ему захотелось взглянуть на себя. Многим ли они с Грандчестером отличались друг от друга? Лицо у Нила было именно таким, какое нравилось девушкам. Слегка слащавый, дорого и аккуратно одетый. Несмотря на средний рост он считался одним из самых привлекательных женихов высшего света. Лицо Терри было куда более мужественным и волевым, но черты лица у обоих были правильные. В одежде его соперник всегда был немного небрежен, да и его манеры не были лишены бунта. Эти мысли занимали его довольно долго. -Почему ты выбрала его, Кенди?- Наконец спросил он сам себя. – Мы оба не идеал поведения и оба причинили тебе много боли. Я тебя унизил той, ночью, знаю, но он? Он ведь тоже тебя унизил, бросив тогда ради Сюзаны. Так почему он заслужил твоё прощение, так легко и просто? Почему?- Нил был слишком расстроен увиденным, что бы идти на праздник, и отправился в свою комнату. Не ведая о тяжелых думах Даниэля, влюблённые продолжали хихикать и смеяться, пока бой часов не напомнил девушке, что до свадьбы всего полчаса. -Терри совсем забыла, мне нужна твоя помощь. -Помощь? -Да. Я же подружка невесты и мне нужен сопровождающий. Будешь им? -Хм…- С лукавой улыбкой потянул Терри.- Это значит, что я буду во время церемонии держать тебя за руку, стоять рядом с тобой, а потом могу не отпускать тебя танцевать с другими весь вечер? – При этих словах он медленно сокращал расстояние, обнимая её за талию. -Это значит, что ты сейчас переоденешься и будешь со мной на людях вести себя как положено. –Задорно улыбнулась Кенди, но яркий румянец на щеках выдавал её смущение. Поняв что Терри никак не может насытиться её поцелуями она начала робеть, зная, как мало у них времени. - Хорошо. Но у меня есть одно условие. -Какое условие? -Повернись спиной и закрой глаза. -Только не говори, что хочешь меня ещё раз пощекотать.- Усмехнулась та и сделала то, о чём её просили. Прошло несколько секунд, и за спиной послышался тихий глухой удар. Было сложно понять что это, пока по шее не прошёл лёгкий холодок от чего-то металлического. Терри надел ей на шею ожерелье. На массивном ободке с россыпью из камней висела довольно таки крупная подвеска в форме сердца. Поблизости не было зеркала, что бы увидеть драгоценный подарок, но это никак не умаляло восторга Кенди. - Я хочу что - бы это было на тебе. Это мой тебе подарок в знак нашей любви. -О, Терри.- Нежно обняла она его, но спустя секунду уже поторопила возлюбленного пойти переодеться, так как если бы она растаяла сейчас, то испортила бы подруге начало праздника, чего никак не могла допустить. Закончив наблюдать эту счастливую сцену, Арчи, немного грустный, отошёл от окна. Он тоже испытывал уколы ревности. Не такие как Нил, они уже не резали сердце словно ножом. Это были мелкие булавочные уколы, от которых Арчи почему-то не мог избавиться даже спустя столько лет. Снова он был в раздумьях. Если бы не это любовное воркование, он бы не на секунду и не усомнился бы в своём решении а теперь? Он ещё раз перебрал в голове всё, что было с ним и то, что должно произойти. -Нашёл когда сомневаться, до свадьбы четверть часа. Даже если я сейчас всё брошу ради неё она меня никогда не примет. У неё есть Терри и она не простит боль, которую я причиню Ани. И Ани… Глупо убегать ведь она мне тоже не безразлична. И не только потому что мы столько времени вместе. Арчи пытался вспомнить ощущения от общения с обеими. Когда Кенди обнимала его это были самые яркие эмоции. Но ничуть не меньше тепла он получал и от Ани, когда они общались. В конце концов, время поджимало, и всё осталось как есть, и только тяжёлые сомнения юноши омрачали этот счастливый почти для всех день. Вот он уже покинул свою комнату и стоял пред алтарём. Невеста, закрытая густой белой фатой, скользила по проходу между гостями, и они оба, казалось, считали мгновения. Но вот, Ани встала рядом с ним и, чуть поодаль, мелькнул силуэт Кенди, под руку с Терри, снова, словно булавкой уколов Арчи. Не в сердце. Куда? Он уже давно этого не понимал. Кенди кое-как спокойно стояла на месте убрав назад руки. Из далека это было незаметным и казалось в порядке вещей, но можно было догадаться, что молодой человек позади неё, сменивший чёрный костюм на белые брюки и рубашку со светло голубой жилеткой, не давал ей своими руками покоя, так что ей приходилось удерживать его да бы не привлекать излишнего внимания. В результате, стоявший рядом Кевин таки решился шёпотом одернуть его. -Веди себя прилично. Вы же на людях в конце концов. Терри от этих слов вспыхнул как спичка, но взглянув на юношу, так же быстро потух. Родственная связь зеленоглазого брюнета и девушки, моральный облик которой тот так старался соблюсти, была видна не вооружённым взглядом. Собственнические амбиции ревнивого актёра здесь были не уместны, и Терроз дружелюбно кивнул, теперь уже стоя весьма спокойно лишь сжимая руку Кенди в своей руке, что вызвало улыбку на устах белокурой красавицы. Священник в обычном спокойном тоне вел церемонию до сакраментального вопроса. Арчи почти на автомате, продуманным уже миллион раз тоном ответил «да», ни на секунду не задумавшись о своей вечной проблеме выбора - судьба давно решила за него и он покорился. В непонятно растерянности он отличил только робкий ответ Ани на то тот же вопрос и фразу: - Объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту. Арчи ещё раз бросил грустный мимолётный взгляд на Кенди, который та не могла заметить, слишком погружённая в свои мысли и наблюдавшая более за невестой. И вот жених, наконец, робко поднял фату и заглянул в её глаза. Сомнения начали таять от одного взгляда, но терзания любимого Ани не могла не заметить. Они молчали меньше секунды, которая показалась им вечностью. Но долгожданный поцелуй развеял всё что было. По телам обоих пробежало нежное тепло, Ани забыла обо всём на свете, а в голове Арчи наоборот воскресло несколько кратких воспоминаний. Первое унесло его в Лондон, когда Ани в первый и единственный до сиих пор раз позволила себе обнять его. Тогда он ощутил такое же тепло, как и при первом поцелуе, он не понимал тогда, почему так происходит и просто наслаждался мгновением. Позже он не раз мечтал получить ещё одно такое же объятье, но пуританское воспитание Ани не давало ей так легко выпустить свои импульсы на волю, а её избранника в то время сдерживало не сознание собственных чувств. Кенди напротив всегда была рядом и часто дарила дружеские объятья Арчи, как и всем остальным своим друзьям. От них тепла Арчи чувствовал меньше, но годы стёрли сначала мечту снова почувствовать объятья Ани, а потом и воспоминания о том, что было в Лондоне. Первый поцелуй длился не более пары секунд, был робким, застенчивым, но вот жених прижал невесту к себе уже куда более смело, и подарил поцелуй полный страсти. Страхи и сомнения рассеялись, был только чудесный миг и один вопрос: «Милая, почему же я не целовал тебя раньше?» Теперь Арчи понимал, приличие держало их на расстоянии, но это расстояние почти стёрло ощущение любви. Когда-то близкие друг другу, за годы они отдалились. «Из-за общественных предписаний я мог её потерять» Мелькнула чудовищная мысль в голове юноши. «Подчинившись своим иллюзиям, я бы разрушил жизни нам обоим. Я всегда любил её, но не понимал этого. Вечное расстояние могло разрушить то, что зарождалось между нами.» В этот миг не смотря на молодость Арчи будто прошёл то, что проходят мужчины спустя уже годы брака. Расстояние и барьеры, создающиеся в семье за долгое время, могут развалить хрупкий баланс в любой момент. «Я больше никогда от неё не отдалюсь и не дам ни времени, ни чему-либо ещё, разрушить наше счастье. Никогда. » - Пообещал сам себе юный миллионер, сжимая в объятиях супругу. Кенди только сейчас заметила, что на церемонии не было ни Нила, ни Элизы, ни Николаса. Истерзанный душевными ранами юноша был в своей комнате стараясь прийти в себя после увиденного и услышанного. А Элиза и её жених? Действуя по новому плану, в который не был на этот раз замешан её брат, девушка заманила жениха на конюшню. Между ними не было любви и она мечтала избавиться от него. Но просто так отказаться от свадьбы она не могла и сейчас исполняла самую неприятную часть своего плана. Николос не сразу понял, зачем невеста привела его в столь злачное место, а главное, зачем ей соблазнять его именно здесь? Но, уже пресытившись обыденностью роскошных спален, не видел ничего дурного в таком разнообразии. Элиза получала куда меньше удовольствия, на самом деле думая, что её стошнит в любой момент. Близость в сене, на конюшне, сопровождаемая запахом навоза была не для неё, и только одно заставляло её так поступить - хитроумный план, который требовал срочного воплощения, ведь до их свадьбы оставалось всего 4 дня. После малоприятного любовного союза Элиза подкинула в солому подвязку для чулок, на которой было вышито «C.W.A.» Это было мелочью больше на всякий случай, но которая исключила бы недоразумения. За остальным планом ей надо было дождаться вечера. Вечера в который она наконец отомстит ненавистной девочке с конюшни, а за одно избавится от ненавистного жениха.