Одной дорогой

Утро уже залилось багряными красками, когда дом Эндри ещё и не думала пробуждаться. Пробудить раньше остальных лишь двое его обитателей - в их комнате не были задёрнуты шторы, и балконная дверь оставалась открытой. Солнечные лучи первыми задразнили лицо Терри. Пробуждаясь, он почувствовал тяжесть на своей груди - это была головка Кенди, обнимавшей его через сон. Так и не расплетённая причёска смялась за ночь, а заспанное личико ещё не ощутило солнечный свет. Так не хотелось уходить, покидать тепло этих рук, но он боялся, что если не уйдёт до того как проснутся остальные обитатели дома, то рискует быть замеченным. Юноша осторожно поднял кудрявую головку и уложил девушку одну, так что бы та не проснулась и заботливо укрыл одеялом. Но сад, помимо пения птиц наполнялся и другими шумами - подойдя к занавеске можно было отличить, что в нескольких метрах от дома работает садовник. До этого Терри собирался просто перепрыгнуть с балкона на балкон - было не высоко, да и перегородки друг от друга отделяло не больше 30 сантиметров. Дверь на его балконе так же была открыта. Собственно, именно поэтому Терроз так спокойно остался у любимой на ночь - если бы их кто-то потревожил, актёр бы быстро вернулся к себе не вызывая никаких подозрений. Ожидая, пока садовник уйдёт, или хотя бы отвернётся, Терри не заметил, как его спины коснулись знакомые нежные руки. -Ты так рано встал. Тебя что-то беспокоит? - Светильник ночи Сгорел дотла. В горах родился день И тянется на цыпочках к вершинам. Мне надо удаляться, чтобы жить, Или остаться и проститься с жизнью.- Процитировал мужчина, знакомые строки, действительно чувствуя себя Ромео, оторванным общественными рамками от любимой. Ответ девушки не заставил себя долго ждать. - Та полоса совсем не свет зари, А зарево какого-то светила, Взошедшего, чтоб осветить твой путь До Мантуи огнем факелоносца. Побудь еще. Куда тебе спешить? Удивлению Терри не было предела. Он стал страстно целовать любимую, совсем не думая что будет дальше. Игра, в театральные подмостки, затеянная Кенди не обрела продолжения, но это не огорчало не того, ни другого. Поцелуй становился всё более обжигающим и жадным. Руки юноши скользнули по талии его спутницы и, к его огромному удивлению, как и вчера ночью, на ней был только один слой тонкой ткани нижнего белья. Такая пикантна деталь заставила Терри взять свои желания под контроль, понимая, что поддайся он искушению сейчас, остановиться уже не сможет. Но Кенди напротив это уже никак не смущало. Рядом с любимым она будто забывала об условностях, которые её и так не особо волновали, но приходилось их соблюдать в обществе. Иногда её девичья стыдливость иногда таки брала верх, в основном на людях, когда их могли увидеть, но не в такое прекрасное утро, где были только они двое. -Ещё так рано, не уходи. - Пусть схватят и казнят. Раз ты согласна, Я и подавно остаюсь с тобой. Пусть будет так. Та мгла- не мгла рассвета, А блеск луны. Не жаворонка песнь Над нами оглашает своды неба. Мне легче оставаться, чем уйти. Что ж, смерть так смерть! Так хочется Джульетте. Поговорим. Еще не рассвело. -Я люблю тебя, Терри. -И я тебя тоже Кенди.- При этих словах они снова в обнимку упали на кровать.- Кенди, скажи, тебе обязательно оставаться на свадьбу Элизы? -Да, как не прискорбно, но придётся потерпеть её ещё пару дней. А ты уже хочешь, что бы я уехала?- Шутливо спросила девушка. -Ни в коем случае. Просто если бы тебе не надо было бы оставаться тут, мы могли бы съездит куда-нибудь отдохнуть. У меня свободных дней ещё больше недели. -После праздника мы с Кевином должны ехать в дом Пони. Нас там ждёт мама. -Правда? Ты не рассказывала, как нашла свою семью. -Это не я, а Ани. Мама сделала моей младшей сестре такую же куклу как у меня и на ней тоже написала «Кенди». Анжелика считала её своей сестрёнкой и очень любила, всегда носила с собой. По ней и удалось узнать о нашем родстве. Кенди пришлось ещё долго рассказывать любимому историю своего происхождения и того, как она оказалась в доме Пони. -Значит, мы поедем вместе. -Но… -Никаких «но»! Отговорки не принимаются. Я хочу познакомиться с твоей матерью, а за одно вместе с тобой побывать на холме Пони, как мы и мечтали, помнишь. -Конечно, помню… -Вот и не спорь больше. -Не буду. Ещё пара минут молчания в тёплых объятьях и раздался стук в дверь. -Кто там?- Недовольным голоском спросила хозяйка комнаты, видя что ночной гость уже готов покинуть комнату. -Это я, Ани. Кенди облегчённо выдохнула, а Терри уже бросился к балкону, но, к великому огорчению, Садовник всё ещё трудился там. -Что за глупости? выйди через дверь. -Кенди. -Ани можно доверять, успокойся, а до твоей комнаты всего два шага. - Сказала Кенди, открывая дверь подруге. – Привет, Ани. Влюблённому, «застуканному» не в самый удачный момент оставалось только покориться и выйти через дверь, сухо и робко поприветствовав виновницу вчерашнего торжества. Ани была шокирована тем, что увидела сейчас. Из комнаты её лучшей подруги только что вышел мужчина, но что ещё больше напрягало, внешний вид подруги. -Кенди, я глазам своим не верю. Он был здесь и ты в… -В неглиже? Я просто с утра была так рада, что забыла одеть халат. – Оправдалась будущая актриса, набросив на плечи халат, но не завязав и даже не запахнув его. Было видно, что это лишь дань пуританскому воспитанию подруги. -Я так и не понимаю ты с ним. -Он просто спас меня и остался заночевать, потому что мне было страшно. Зато теперь я больше ничего не боюсь. -Спас от чего? -Да я и сама толком не поняла. Меня похитили какие-то люди в чёрном камуфляже, и каким-то образом я потом оказалась в руках Нила. -Нила? Ты уверена? -Я сама его не видела, но Терри сказал, что нападал именно он. -Наверно. Я сегодня видела Нила - у него было разбито лицо. -Это похоже на них. Мальчишки, что с них взять?- Мечтательно протянула Кенди, ложась на кровать и вновь погружаясь в мысли о том, что ещё несколько часов назад на этой постели они были вместе. Одного этого воспоминания было достаточно, что бы сердце бешено стучало. - Лучше расскажи, как всё прошло с Арчи. От этих слов Ани моментально покраснела, но улыбка на её губах всё выдала. Дальнейшие расспросы были излишни. Девушки одними взглядами выяснили всё, что хотелось бы знать. Но было и то, о чём нельзя было говорить без слов. -Да, ты в курсе, что свадьбу Элизы отменили? - Неожиданно вспомнила Ани. -Как так? До неё же всего 3 дня оставалось. - Не знаю. Говорят, Элиза хотела, что бы её жениха застали на конюшне с какой-то девушкой, Силой притащили туда, раздели, но ей не удалось их подставить. Девушку спасли. -На конюшне говоришь? -Ну да, а что? -Тогда видимо это была я и мне страшно повезло. - Рассмеялась Кенди, потому что объятья любимого за ночь стёрли всё как мимолётный сон. Он рядом и любит её, потому жизнь прекрасна. Ани было трудно всё это понять, но больше её волновал другой вопрос - Кенди всегда была скромной и не позволяла себе излишних вольностей, и сейчас, казалось, перед ней был человек, которого она не знала. -Скажи, а Терри к тебе…? -Что? - Не приставал? Ты сказала, что он ночевал в этой комнате. Мало ли что могло случиться. Хочется ему доверять, но… - Ани, не говори глупостей, Терри джентльмен и не стал бы ничего делать со мной против моей воли. Он никогда не причинит мне боли.- Голос Кенди заставил увериться Ани, что всё в порядке, но саму белокурую бунтарку заставил задуматься, а хотелось бы ей, что бы этой ночью или любой другой это произошло? Внезапно она осознала, что хочет больше всего на свете принадлежать ему. Принадлежать всецело и безраздельно. Он уже стёр грани её смущения и девичьей неловкости, так что теперь можно было с уверенностью сказать, что влюблённых жгло изнутри это желание, которое они с трудом сдерживали. Ани окликнула Пати из дальнего угла коридора и та ушла, Оставляя подругу раздумьям. - О ночь любви, раскинь свой темный полог, Чтоб укрывающиеся могли Тайком переглянуться и Ромео Вошел ко мне неслышим и незрим. Ведь любящие видят всё при свете Волненьем загорающихся лиц. Любовь и ночь живут чутьем слепого. Прабабка в черном, чопорная ночь, Приди и научи меня забаве, В которой проигравший в барыше, А ставка - непорочность двух созданий. Скрой, как горит стыдом и страхом кровь, Покамест вдруг она не осмелеет И не поймет, как чисто все в любви. Приди же, ночь! Приди, приди, Ромео, Мой день, мой снег, светящийся во тьме, Как иней на вороньем оперенье! Приди, святая, любящая ночь! Что-то в Кенди менялось. Она сама не могла сказать что. Это что-то вело её по таинственной проторенной дорожке, которой шла уже не первая влюблённая девушка, шла к тому, что бы наконец стать самой собой, ведь жизнь заставляет нас играть разные роли, в театре и вне его и на земле, есть лишь один человек, перед которым не надо прятать свою сущность и притворяться. Этот человек смотрит глазами истинной любви и именно он в самый светлый час раскрывает тебе глаза на то, кто ты есть…