На снежных розах лунный свет

По всей Америке бушевал снегопад. В утренних новостях показали города, накрытые пологом снега: машины, похожие на сугробы, не могли сдвинуться с места, а уличные фонари едва мерцали. Движение почти остановилось. Сиэтл под угрожающим небом ждал своей очереди. Пока Клэр собиралась на работу, стоя почти у порога, Коннор то и дело поглядывал на метеокарту, не зная, сможет ли он выехать к родителям, и будет ли проходимой трасса до аэропорта. Утро не задалось с самого пробуждения. Что и говорить, ведь в идеале они должны были сегодня вечером отправиться вместе, а сейчас лежать в постели и наслаждаться друг другом, но вместо этого Клэр снова поднялась так рано, что едва успела немного отоспаться. Сначала её разбудили. Звонил Мик, и они долго обсуждали дело, которое снова зашло в тупик. Она говорили с ним добрых полчаса, а через час прозвенел будильник. Когда Клэр отпирала дверь, она с виноватым лицом взглянула на Коннора. Он стоял возле камина, повернувшись к ней спиной. Никакого внимания в её сторону, и отчасти Клэр понимала, что он прав как никогда. Она ставит под сомнения их отношения, а сейчас и вовсе угрожает испортить Рождество в кругу его семьи. — Коннор, — тихо позвала его Клэр. Она стояла в дверях, намотав на шею шерстяной шарф, а его концы теребила в руках. Коннор не повернулся, но замер на месте, давая понять, что всё слышит. — Я понимаю, что сегодня выходной, — продолжила Клэр, — и я постараюсь успеть на самолёт... Она услышала, как Коннор усмехнулся. — Посмотрим, — ответил он. — Но, знаешь, если ты не хочешь, просто скажи, и я не стану ждать тебя. Может быть, ты захочешь провести Рождество в компании коллег. Клэр закатила глаза. — Коннор, это работа. А ты моя семья, — вымученно произнесла девушка, не в первый раз поймав себя на мысли, что когда-то ей придется выбирать. На это Коннор лишь качнул головой.

***

Когда в кабинете зазвонил телефон, прихрамывая на одну ногу и попутно снимая пальто, только что вошедший Данн поспешил ответить. Он не сразу заметил, что вчера, когда Клэр осталась в участке одна, она уже успела украсить их кабинет. Теперь здесь повсюду была развешана мишура, а на столе с кофеваркой стояла маленькая рождественская ель. Данн всегда любил уют, но никогда не любил напыщенного празднества в участке. В трубке раздался женский голос, который сообщал, что муж сильно напился и сейчас лежит дома в постели, а потому не хочет открывать ей дверь. Данн закатил глаза, направляя звонок патрулю. Он снова осмотрелся. Усмехнулся, кидая взгляд на фотографии убитых девушек, прикрепленных к доске. На доску Клэр ничего не повесила. Не успел Данн положить трубку, как раздался второй звонок. Его сестра дрожащим от волнения голосом объявила, что помирилась с гулякой-мужем. Пока Лэнс бормотал неискренние поздравления, в участке появилась румяная от мороза Клэр с пакетом в одной руке и подставкой с тремя стаканами кофе в другой. — Привет, — неуверенно произнесла Клэр, смотря на Данна. Она тут же поджала губы: взгляд напарника, как обычно, был недобрым. Кажется, ему не понравилось украшение кабинета. — Я тут кофе принесла, — попыталась вновь заговорить Клэр и протянула стакан Данну. Мужчина с пару мгновений внимательно смотрел на девушку, а затем, приняв из её рук напиток, спросил: — Ты должна быть дома. Верно? — Сегодня последний рабочий день, и у нас собрание... — Мы бы справились без тебя. Тон мужчины заставил Клэр опустить голову. Он разговаривал так, будто хотел, чтобы она ушла. — Мне уйти? — жалостливо спросила она. Вместо ответа Данн шумно вздохнул. Её холодное и слегка мученическое выражение лица почти не удивляло Данна, но изрядно раздражало. Данн, чтобы только разрядить напряженность, сказал: — Мы бы справились без тебя. И я имел в виду, что... — Ничего, — машинально перебила его Клэр и вымученно улыбнулась Данну. – Не стоит, правда. Я ведь знаю, что ты меня ненавидишь. – Досадливо пожав плечами, она отвернулась к своему столу. Пару минут они стояли в недовольном молчании. Спустя долгих пару минут напряженности в кабинет к ним вошёл Мик. Он был в приподнятом настроении, но заметив, как двое коллег буквально стоят спиной друг к другу и не шевелятся, он посмотрел на каждого поочередно, затем посмотрел на пакет Клэр и произнёс: — Вы что, подарки от Санты не поделили? Накопившаяся за последние недели обида Клэр внезапно прорвалась наружу. Он мог вести себя как угодно, говорить что угодно, только ей нужна была правда. Кто она? Просто мебель в этом участке? — Зачем ты вообще меня до сих пор держишь, если я так тебя раздражаю? — требовательно спросила Клэр у Данна, развернувшись к нему лицом. Опешив от такого тона напарницы, Мик потянулся к пластиковому стаканчику и вопросительно выгнул бровь, посмотрев на Данна. — Зачем? — переспросил Данн, глядя на неё в упор. — В каком это смысле «зачем»? — В прямом, — пожала плечами девушка. — Зачем? Когда я пришла сюда, я думала, что ты, как лучший в своем деле, будешь учить меня, я думала, что получу подготовку. — Щёки у неё запылали румянцем, и она дрожащим голосом продолжала: — Но вместо этого, когда я... я даже потратила свой выходной, поменяла более лёгкую работу на это, а вместо этого я получаю такое отношение? — Зачем я тебя держу? Хочешь знать? Потому что не в моем праве тебя уволить, — усмехнулся Данн и посмотрел на лицо Клэр. Долго подавляемый гнев грозил излиться слезами, но она сдерживалась из последних сил. — Вот только не надо рыдать. Ты не рассчитывала на другой ответ. — Вы, может, полегче, а? Рождество завтра, а вы собачитесь как старые супруги, – возразил Мик, который наблюдал за руганью коллег. — К тому же я тут подумал над тем, что сказала Клэр. Про полнолуние и всё такое, и это вполне может сойти за зацепку. Два убийства действительно похожи на какой-то ритуал. Так что нам есть над чем поработать до следующего полнолуния. Вы выбрали неудачное время, чтобы ругаться. — Хорошо, — перебил его Данн, поднимая руку. — Хорошо. Сегодня у нас собрание с Оливией, там и скажем. Может, тогда она даст нам больше людей, чтобы контролировать кладбища. Клэр, вся красная, прямая как струна, стояла у своего стола и смотрела на мужчин. Она открыла рот, но тут же осеклась. Из неё как будто выпустили воздух. Мик взглянул на Данна. Тот, кажется, тоже остыл. И наконец Браун решил разрядить обстановку: — Что у тебя в пакете? — Подарки, — промямлила Клэр. — Для вас. Она тут же горько усмехнулась. — Вот хорошо иметь женщину в команде. Она заботится о нас, — как можно веселее сказал Мик и посмотрел на Данна, который не разделял его радости, но вымученно улыбнулся в ответ, как бы поддакивая. — Давай-ка я схожу за едой, а после откроем подарки, а? — пытаясь всё ещё развлечь напарников, произнёс Мик, хотя чувствовал себя неловко. Клэр пожала плечами. Данн с благодарностью посмотрел на Мика и кивнул. Мику следовало оставить их на пару минут наедине, он это понял. Когда Мик вышел, снова наступила тишина. Клэр повернулась обратно к столу и, отпив кофе, принялась доставать из пакета разноцветные коробочки разных размеров. Стоявший за спиной Данн вдруг неожиданно заговорил: — Мы прожили с Дейзи достаточно долго вместе, – начал он. – В основном счастливо. Но она с самого начала просто ненавидела мою работу. По понятной причине, как я думал, — усмехнулся Данн. — Как мне казалось, и по этой причине мы пару раз разбегались. И, знаешь, она не могла понять, что есть такая штука: призвание. Просто для многих работа сама по себе ничего не значит. Для многих это способ заработать денег. Иногда большие. Клэр замерла. — Мне всегда был нужен такой напарник, который не считается со временем. Который не возражает работать в выходные. Ночи напролёт. Есть причина, почему я не хочу, чтобы ты работала. Я не считаю тебя чем-то вроде пятого колеса, нет. Это что-то вроде того, если бы я заботился о твоём времени. Это мужская работа, Клэр. Женщинам впору быть жёнами, а не копами. Я даже не виню твоего жениха в том, что он за тебя беспокоится. Это нормальное явление. Я уже не раз наблюдал за этим, и мой тебе совет: выбери что-то одно. — Значит, дело только в том, что семья и моя работа несовместимы? Не в том, что я раздражаю тебя, или что я глупая? Ты просто думаешь, что обо мне подумают? Беспокоишься за мои отношения? Девушка даже не заметила, как эти слова слетели у неё с языка. Приготовившись выслушать всё, что скажет Данн, она напряглась. Отчасти он был прав, и Клэр это понимала. Коннор был наделён богатым воображением. Он видел Данна лишь один раз, но этого стало достаточно, чтобы поругаться. Каждый звонок с работы теперь сопровождался недобрым взглядом жениха, и даже описание трупа в газетах вызвали густые миазмы ревности, которые душили Коннора при любом упоминании Лэнса Данна. И она была почти уверена, но хотела признаваться даже себе, что ненависть жениха к её работе не имела ничего общего с заботой о ней самой. — От тебя есть польза, — невнятно выговорил Данн, будто нехотя признавая это. — Не спорю. Если бы не ты, мы бы далеко не продвинулись с этим полнолунием, – сказал он, признавшись себе. Видит Бог, с каким трудом он это сделал. — Ты молодчина, и... не реви, а то Мик подумает, что я тут тебя пытался убить. Клэр громко всхлипнула и уткнулась в салфетку. Затем что-то промямлила, но Данн не разобрал. Лишь тяжело вздохнул и закатил глаза, вскинув руки. Словно сдаваясь. И хотя его взгляд и выражение лица по-прежнему оставались недружелюбными и, можно сказать враждебными, сама Клэр признавала, что он говорит так, лишь чтобы сгладить углы и поднять настроение перед праздником. Вдруг он заговорил снова, обречённо вздохнув: — Ладно. Коль хочешь разобраться со всем этим дерьмом с нами, то буду давать тебе отдельные поручения, которые могут не понравиться твоему жениху. Придётся много работать. Больше мне сказать нечего. — Я уже давно решила. — Клэр едва сдерживалась, чтобы не всхлипывать. — Я сама знаю, чего хочу. Потому и пришла сюда. — Ну что? — открывая дверь кабинета, спросил Мик. — Подарки ещё в силе? Я тут пончики принёс. Всё как у настоящих копов.