Под пристальным взглядом

- Нихрена себе! – Эггзи присвистнул и уважительно покивал. – Реально замок! С палубы вид был отличный. Прямо по курсу из воды вырастали скалы. Черной громадиной они вспарывали залив и угрожающе, величественно нависали над зыбкостью волн. Их отвесные склоны обдавало бурлящей пеной. Казалось, стены замка росли прямо из камня. - Эггзи, следи за языком, - Гарри говорил буднично, неторопливо и с расстановкой. Он произносил слова, как и двигался: плавно, легко, умело скрывая угрозу. – Ты выпадаешь из роли. Эггзи фыркнул, но отвечать не стал. Соленый ветер носился по палубе, срывая слова и куски предложений едва ли не с губ говоривших и унося их прочь. Гарри отчитывал его тише обычного, но не шепотом. Да и стоял слишком близко – чуть позади Эггзи, плечом касаясь его лопатки, едва ли не вынуждая прижаться к высокому борту. Но он был прав, глупо так рисковать на задании. - Я понял, - Эггзи подался назад, прислоняясь к груди Гарри, повернул голову и улыбнулся профессионально легко и слегка похабно. Он знал, как выглядел. Молодой и ухоженный, в дизайнерских шмотках, с небрежно уложенной дорогой стрижкой – мальчик с обложки. Он был наглым, высокомерным, лощеным и сладким. Таким, чтобы верилось, он не сам по себе, а под крылом у богатого папика. - Молодец, - в тон ему отозвался Гарри. Его рука скользнула Эггзи на талию и замерла тяжелым и теплым грузом. Непринужденно, привычно, будто он много раз вот так лапал Эггзи и никому из них это не было странно. Впрочем, среди агентов Кингсмэн плохих актеров и не водилось, быть кем-то другим на задании было привычно. Но Эггзи все равно хотел отодвинуться. Гарри воскрес через три месяца после дня Ви. В одно идиотское утро он просто возник в штабе Кингсмэн, такой же собранный и безупречный, как и всегда. Эггзи увидел его случайно, ввалившись к Мерлину и опять забыв постучать. Он тогда замолчал и даже рот не закрыл, так его перемкнуло. Эггзи завис, во все глаза глядя на незнакомого мужика, как две капли воды похожего на его наставника Гарри. - Это какая-то дохуя дерьмовая шутка? – наконец смог он проговорить, но привычный для его прошлого способ «в любой непонятной ситуации наезжай» не спасал. Эггзи смотрел и подмечал все больше. Как этот тип невыносимо выразительно приподнимал брови, имитируя удивление, как держал спину, как улыбался, светло и одновременно едко – так только Гарри умел. А Эггзи его потерял и оплакал. Был на похоронах, когда в землю закапывали пустой гроб. Мерлин, сволочь лысая, убедил его, что тело Гарри кремировали вместе с сектантами, пока Кингсмэн спасали мир. И с каждой пригоршней, падавшей на пустой погребальный ящик, Эггзи было все тяжелее, будто это ему на спину сыпали землю, так удачно и метко каждый раз попадая по свежей ране. - И я рад тебя видеть, Эггзи, - голосом Гарри сказал двойник и кивнул Мерлину. –Не мог бы ты нас оставить? - Конечно, - Эггзи услышал ответ Мерлина будто издалека. Тот что-то еще сказал и прошел мимо, бросив Эггзи тихое «прости» так, чтобы двойник Гарри его не услышал. А Эггзи остался, стоял столбом и не мог сдвинуться с места. Он и дышать не мог так, чтобы не обжигало легкие остро и больно. Будто и не было сумасшедших месяцев службы в Кингсмэн, и он вновь оказался перед ноутбуком Гарри в тот блядский день, когда раздался выстрел, и монитор погас. - Я выжил, Эггзи, - двойник и смотрел, как Гарри. Эггзи чувствовал его взгляд под кожей, ощущал легким покалыванием, от которого хотелось стать лучше - тем юношей с потенциалом, каким его видел Гарри, - выпрямить спину, разгладить и без того отглаженный шикарный пиджак. Но Эггзи не поддавался, упрямо и зло глядя в знакомое до последней морщинки лицо какого-то проходимца. - Присядь, пожалуйста, мне нужно многое тебе рассказать. Разговор с двойником, который оказался выжившим Гарри, Эггзи толком не помнил. Знал, что бездумно кивал и не мог заорать. Помнил, что не поверил тому, что Гарри рассказывал про протокол безопасности и дерьмовые навыки Валентайна – пуля попала в оправу очков, осколки вспороли бровь, и крови было, хоть топи в ней щенков, а пульс Гарри никто не проверил. Помнил, как неуклюже кивнул и поднялся, а двойник протянул ему руку. Эггзи, будто во сне ответил на рукопожатие. Он так и не верил, все больше считая двойника Гарри дерьмовым сном или новенькой разработкой Кингсмэн. Но в момент, когда его ладонь легла в руку Гарри, Эггзи опять перемкнуло. Вязкая, серая и комковатая на вкус реальность подорвалась изнутри. Руку Эггзи обожгло прикосновением – теплым, живым, отрезвляюще-настоящим. Ладонь Гарри была широкой, шершавой и загрубевшей от оружия и передряг, хватка крепкой, но деликатной, а ощущения ровно такими же, как в первую их встречу, когда незнакомый пижон в костюме уболтал Эггзи сесть в подозрительный кэб. - Да ну блядь! – голос Эггзи царапал глотку и выходил стремным хрипом. Гарри смолчал, только рот его спазматически дернулся, но эмоция так и не проявилась. Сраная выдержка и трижды сраная выучка. Эггзи до одури захотелось его ударить. Бурлящий, закипающий вихрь внутри него набрал обороты и потащил Эггзи вперед, заставив влететь в Гарри и неловко уткнуться ему в плечо. Эггзи трясло от рвущего внутренности стыда. Не останавливаясь, он бубнил в мягкую ткань пиджака ругательства и проклятия, и все сильнее сжимал руку Гарри в своей. Краем сознания Эггзи понимал, что наверняка тому больно и неприятно, может быть, даже неловко от некрасивой сцены, но оборвать истерику Эггзи не мог. Он так и стоял, протирая пиджак Гарри мордой, пока не выговорился. И еще больше времени он провел молча, в отупении ощущая, как свободной рукой Гарри медленно и аккуратно гладил его по спине. Будто тупое животное или слетевшего с тормозов ребенка. Потом Гарри позвал Мерлин. Его голос в наушнике был суше обычного, а словам отчаянно не хватало сарказма. И их странная встреча закончилась. Эггзи провел остаток дня, как в тумане, хорошо, что не врезался в людей и углы. А ночью его догнал страх. Что, если Гарри опять помрет, и Эггзи не сможет ничего с этим сделать? Стоя на палубе под порывами сырого морского ветра, Эггзи особенно остро чувствовал, что за его спиной Гарри – живой и немного волшебный, как Мэри Поппинс. Эггзи, не переставая улыбаться, смотрел на Гарри. Он искал в знакомых чертах что-то чужое, снова, как делал каждый раз, оказавшись лицом к лицу с Гарри. Тот ему позволял, хотя, несомненно, заметил каждый пристальный и недоверчивый взгляд. Ничего странного Эггзи не разглядел и теперь. Все тот же гладко выбритый подбородок, морщины в уголках глаз, около рта и на лбу, прямой нос, жесткая линия рта – Гарри был точно таким же, каким Эггзи его знал. - Не переигрывай, - Гарри сдержанно улыбнулся. Его ладонь прошлась вверх по ребрам Эггзи, приминая рубашку, и вернулась обратно. Со стороны они выглядели правильно: флиртующий молодой содержанец и его спонсор. - Да нормально все! – Эггзи заставил себя перевести взгляд на остров. Скалы становились все выше и больше. Стены замка уже не казались игрушечными. В глаза бросалась грубая кладка, массивные выступы и узкие нижние окна. Дорогущий курорт для джентльменов с особыми предпочтениями больше напоминал неприветливую и неприступную крепость. - Выглядит круто, но стремно, - в таком положении Гарри легко мог его расслышать, и Эггзи говорил тихо. – Нахрена тащиться в средневековый замок в холодном море, если есть деньги. На тропических островах в сто раз круче. - Уединение и безопасность, - Гарри склонил голову так, чтобы носом касаться волос Эггзи. Посторонний был бы уверен, он начал шептать что-то в равной мере ласковое и непристойное на ухо своему любовнику, и портить эту картинку Эггзи не имел права. – Толерантность к гомосексуалистам весьма хорошо продается, но позволить ее себе дано не многим. Открыто объявить себя гомиком может шоумен. Но не политик. - Ага, помню я инструктаж Мерлина, - незаметно и как-то естественно Эггзи разморило и повело. Дыхание Гарри оседало теплом на коже, но его тут же сдувало ветром. Ухо приятно покалывало от постоянной смены ощущений: то влажно-тепло, то прохладно. Резкое, так естественно вылетевшее изо рта Гарри, «гомик» пробралось Эггзи под кожу и стекало по позвоночнику вниз, заставляя давиться воздухом и замирать. Эггзи это нервировало и от того удержать язык за зубами ему было еще сложнее. – В большом бизнесе и на политической арене принято скрывать нестандартные предпочтения. Огласка или даже серьезное подозрение, и им хана. Могут прогореть миллиардные сделки, или пойти в задницу вся карьера. - Вот именно, Эггзи. Отдых на островах хорош, но лететь до них дольше, и выше шансы привлечь внимание. К тому же европейские, - Гарри сделал паузу, подбирая слово, - клиенты склонны больше доверять старой английской аристократии, нежели ловким дельцам, преимущественно американцам. Поэтому и благодаря безупречному сервису имение графа Статтона процветает. - Пока кто-то внутри тусовки не растрепал, что у него завелась крыса, - Эггзи не сдержал злой улыбки. Ситуация его веселила. Тянуло представить, как засуетились бы и забегали все эти высокие чины с голубым отливом, узнай они, что на любимом курорте их засняли и со дня на день могут схватить за жопу. Не в приятном им смысле. - Ты прав. Но наше агентство интересуют не только вопросы репутации некоторых влиятельных джентльменов. - О да, компромат на больших шишек, и почти на халяву. Остров приблизился настолько, что Эггзи мог разглядеть вырубленную в скале лестницу с изящными коваными перилами, спускавшуюся к самой воде. На каменном пирсе стояли люди.