Под пристальным взглядом

Как только яхта причалила, их окружили улыбчивые, нереально ухоженные лакеи, больше напоминавшие моделей для пидорского журнала мод, чем обслугу. От их предупредительности и тактичности у Эггзи едва не заныли зубы, тянуло как-то встряхнуть их, растормошить грубой выходкой. Но он держался. Вбитые Мерлином навыки здорово помогали. Эггзи следил за сопровождением, старался оценить их угрозу, возможную расстановку сил при нападении. Гарри ему не мешал, он с выражением вежливой скуки на лице слушал старшего из встречающих и в целом отлично играл свою роль. Незаметно для посторонних Эггзи следил и за ним, пытался понять, как много наносного, продиктованного легендой, в ленивом, доброжелательном тоне, размеренных жестах, горделивой осанке. И не мог. Определенно, Гарри был не таким, каким успел запомниться Эггзи до церкви в Кентукки, но грань между ним и придуманной для задания личностью казалась гипнотически зыбкой - призрачной. Несколько раз Эггзи думал, что смог нащупать ее, но оставался ни с чем, стоило Гарри сделать еще шаг или изменить позу. Это злило, как простенькая на вид головоломка, которая не поддавалась. Но вместе с тем восторгало. Как и все, что касалось Гарри. Эггзи скрипел зубами, улыбался и делал вид, будто был поглощен окружающими пейзажами.

* * *

Впрочем, имение графа Статтона действительно могло бы увлечь. Вблизи оно оказалось еще пафоснее, чем ожидал Эггзи. С палубы яхты «замок» виделся ему мрачной и неприветливой крепостью, в которую хрен проберется чокнутый репортер или нанятый конкурентами детектив. Величественная неприступность каменных стен завораживала, пробуждая внутри Эггзи что-то необузданное и примитивное. Приятное чувство. Но от его плебейского, как бы поддел Гарри, восторга осталась бледная тень, когда замок предстал перед ним во всем своем великолепии. Глядя на уходящие в небо шпили смотровых башенок, Эггзи насчитал дюжину удачных огневых позиций. На крыше их было в три раза больше. А стены наверняка бы выдержали залп из базуки. В сравнении с настоящими, «замок» Статтонов был маленьким, всего в несколько раз больше особняка Кингсмэн, но казался несокрушимой громадиной. И Эггзи начал чуть лучше понимать наезжавших в него гомосеков – от стен имения веяло безопасностью и надежным приютом. Внутри же «замок» представал совершенно иным. Небольшой вестибюль встречал гостей глубокими креслами на витых деревянных ножках, и резными низкими столиками. Со стороны парадного входа окна были большими, красиво вытянутыми вверх к потолку. Свет из них проходил призму легких газовых штор, обрамленных тяжелыми портьерами, и мягко оседал на отполированном дереве паркета и мебели. Казалось, обстановка была такой же спокойной и безмятежной десять и пятьдесят лет назад, такой же она будет и через сто – будто время не имело власти над «замком». Эггзи, успевший привыкнуть к безупречным интерьерам Кингсмэн, чувствовал себя легко и свободно. Он знал, из каких ценных пород дерева состоял паркет, мог бы предположить мастерскую, в которой заказывали ткань для обивки диванов, где делали аккуратную, строгую стойку, за которой стоял управляющий. Общение с персоналом он оставил на Гарри. Его роль давала больше свободы и вариантов – разглядывать с наглым прищуром картины, бродить по имению в «поисках развлечений» или оглядываться, «совершенно случайно» осматривая и обязательно запоминая людей. На галерее второго этажа у перил мраморной лестницы, спускающейся Эггзи под ноги, стоял парень. Выглядел он отлично – молодой, хорошо одетый, притягательно-гадкий в своей кукольной смазливости. Эггзи видел такого рода ребят на Смит Стрит, только этот был дорогим во всех смыслах. И если бы не цепкий, внимательный взгляд, контрастирующий с вальяжной расслабленной позой, Эггзи бы его пропустил. Повесил воображаемый ярлык «неопасный гражданский» и переключился на строгого, застегнутого на все пуговицы, управляющего. Тот, как и весь персонал, был красив и профессионально радушен. Но Эггзи в нем чудилась скрытая ненависть ко всему живому. Этот тип напоминал маньяка – такого умного, хорошо шифрующегося психа, который любил Вивальди и тянуть из еще живой жертвы кишки. Но взгляд парня у лестницы вызывал смутную, плохо поддающуюся контролю тревогу. Эггзи не ощущал того спасительного, любимого им холодка, который появлялся, каждый раз, стоило вляпаться в неприятности. Гарри называл это чувство профессиональным чутьем, Эггзи не звал никак, но доверял ему, не один раз избежав пули или ножа в печень. Сейчас же оно молчало. Но Эггзи не мог отделаться от подозрений. Когда к нему подошел Гарри, встал неприлично близко, опаляя теплом через три слоя одежды, Эггзи позволил себе выходку. Он ухватил его бордовый неприлично дорогой галстук, и потянул на себя. Гарри едва заметно склонился, а Эггзи прильнул к нему, с видимым постороннему наблюдателю кокетством, мазнул губами по скуле и прошептал на ухо: - Лестница, на десять часов. Не успев отстраниться, Эггзи неосторожно глотнул воздуха и провалился в запах. Терпкий одеколон Гарри, смешанный с ароматом кожи, ударил в голову, разошелся под опустевшей в миг черепушкой с оглушительным звоном. А за ребрами у Эггзи опять заныло. Но не зря сукин сын Мерлин его муштровал. Эггзи держал лицо. Он нахально и обещающе улыбался, отодвигаясь от Гарри. Он казался довольным, избалованным вниманием немолодого любовника и уверенным в собственной неотразимости засранцем. А Гарри ему подыгрывал. Улыбаясь лишь уголками губ и не меняя позы, он выводил притворство на новый уровень. Уже не жил придуманным образом, а сливался с ним, так что Эггзи чудилась неподдельная нежность в его глазах. И от такого, все еще слишком похожего на себя прежнего, но будто скинувшего доспех, Гарри ему делалось не по себе.

* * *

Коридорный вынырнул к ним из ниоткуда и, вежливо поклонившись, предложил сопроводить гостей в апартаменты. Их вещи уже доставили, возможно, и обыскали. Эггзи бы обыскал. И то, как быстро это могли проделать, будило в нем профессиональное уважение. Момент их с Гарри игры в гляделки закончился, уступая место привычной сосредоточенности на деле. Пока шли к апартаментам, Эггзи переключился на рассказ коридорного. Расположение мини-баров, гостиных на малых террасах и в оранжерее, бассейна, обеденного, тренажерного и игрального зала запомнилось Эггзи легко, но не впечатлило. Оставили его равнодушным лечебные грязи и массажисты, теннисный корт и развлечения, проходящие в восточном крыле. А вот органные концерты заставили оживиться. Имение графа Статтона просто не могло предложить чего-то более снобского, чем концерты, коридорный так и выразился: для настоящих ценителей. И ни конюшня, ни охота на куропаток, проходящая в покрывающем большую часть острова лесу, ни вертолетная площадка не переплюнули чертов орган. Эггзи надеялся, что Гарри не станет тащить его на концерт. Пусть это и было бы нужно для дела.

* * *

Коридорный откланялся и незаметно растворился в воздухе, как только Гарри и Эггзи переступили порог номера и отпустили его. Сервис действительно был на высоте. Как и апартаменты. Эггзи они понравились, с первых мгновений покорили одной очень ценной возможностью – потеряться. Ни одна комната, в отличие от новых, модных отелей, не могла бы похвастаться настоящим простором. Но их было много: гостиная, два кабинета, спальня, уборная и открытая лоджия. Шесть помещений на двоих – если бы Эггзи захотел, он мог бы совсем не встречаться с Гарри. Граф Статтон, не спеша осовременивать свой курорт, отлично играл на его преимуществах – духе старины, надежных стенах и строгом английском шике. Эггзи бы мог поспорить, что та картина, что он осматривал, нацепив очки, стоила столько же, сколько хорошо вооруженный наемник в Пакистане. Впрочем, очки не показывали ничего интересного в холсте или раме. Как и на потолке, в косяках дверей, в замаскированных изящными решетками воздуховодах, складках тяжелых портьер, кадках и вазах с растениями или в мебели. Три тщательно просканированных помещения оказались чисты. - Отличный номер, но я бы все равно предпочел Барбадос! – Эггзи изобразил капризные нотки в голосе и от того, как натурально у него получилось, захотел сам себе врезать. - У меня тоже чисто, - отозвался Гарри из другой комнаты. Если бы был хоть малейший шанс на прослушку, он говорил по сценарию: тщательно взвешенную и продуманную чушь о назойливых папарацци и надоевшей жене. - Хреново. Если бы был жучок, за пол дня накрыли этот крысятник! – Эггзи с удовольствием потянулся. Аппаратуру можно было бы отследить и закончить дело по-быстрому. Но никто из них, начиная с Мерлина, и не верил, что копающие под гостей Статтона проходимцы будут настолько глупы.

* * *

Во время инструктажа Гарри наравне с Мерлином вводил Эггзи в курс операции, коротко, но подробно рассказал об аукционе инсайдерских данных на черном рынке и подозрениях Кингсмэн относительно нескольких лотов. Агентство предполагало, что речь идет о появлении нового игрока – организованной группы с перспективами на быстрый рост бизнеса. Пока группа не была особо опасна, но судя по слитым данным, ее деятельность набирала обороты. И в перспективе могла привести к дестабилизации экономики минимум четырех стран Евросоюза. Анализ проданной информации и поиск следов не дали прямых результатов, но Мерлин смог отыскать зацепку – сдавшие нервы некоторых причастных лиц. Кое-кто из высшего руководства пострадавших корпораций или их приближенный начинали нервничать еще до обнаружения утечки. Однако на их банковские счета не приходили деньги, не появлялось имущества ни у родственников, ни у них самих. «Шантаж», - говорил Мерлин, задумчиво глядя поверх головы Эггзи. – «Действенный метод, если знать, как его применить». Уверенность, с которой он говорил, наводила на определенные подозрения, но Эггзи держал язык за зубами. В ходе инструктажа не было ничего необычного, возможно, слишком много внимания старших агентов для потенциальной угрозы, но в целом процедура протекала обычно. Эггзи подходил по возрасту и внешним данным и потому оказался в деле. Но все же ситуация злила. Эггзи снова был на подхвате, не полноправным участником операции, а мальчишкой, которому могли не раскрыть всех карт. Обида напополам со злостью была такой откровенно детской, незрелой и недостойной его положения, что бесила едва ли не сильнее очередных недомолвок. Злость расползлась жаром по венам Эггзи, отдаваясь глухими ударами пульса в висках, и толкала сделать огромную глупость – согласиться работать с Гарри. Эггзи бы от души поржал над собой, если бы знал, как вляпается, когда Мерлин рассказывал о единственной хорошо спрятанной ниточке, что тянулась через жизнь каждого подозреваемого джентльмена.

* * *

- Тебя тяготит шикарный номер, отличная еда и удобная кровать? – Гарри с совершенно невинным видом вышел из спальни. Он, как более опытный, осматривал ее и кабинеты. Хотя, Эггзи бы мог поспорить, что наловчился искать прослушку не хуже. - Номер действительно ничего, еду я еще не пробовал, а кровать мне не светит, - шутки ради Эггзи не стал отключать сканер и смотрел на Гарри, сквозь сетку разметки с подсвеченными зеленым точками и ровными столбиками характеристик оружия рядом с ними. Граната в виде зажигалки, кольцо-шокер, навороченные ядами и седативными часы, ручка с лезвием и отмычками – вот и весь арсенал. По меркам Кингсмэн Гарри был практически голым. Даже его костюм, как и у самого Эггзи, был обычным, бесспорно дорогим, но не способным остановить пулю. И едва ли в их багаже можно было найти арсенал. Класс миссии предполагал минимум амуниции – только замаскированное оружие на крайний случай. Эггзи такие задания не любил. - Нашел что-нибудь интересное? – Гарри выразительно посмотрел на его очки. Свои он и не думал снимать, и легко спалил Эггзи на горячем. – И объясни, будь любезен, что ты имел в виду, говоря про кровать? - Мне не нравится, что мы практически безоружны, - Эггзи не отвел глаз и приосанился, стараясь казаться внушительнее. И если Гарри думал, что может смутить его, то он ошибался. - Ты помнишь, зачем это нужно, - тот, если и ожидал другой реакции, никак этого не показал. Гарри вообще хорошо владел лицом. Даже слишком, по мнению Эггзи. - Помню. Группа, работающая здесь, не может быть больше двух или трех человек. Скорее двух, потому что трое – уже нестабильная, склонная к внутренним конфликтам команда. Они застряли тут надолго, значит, должны быть пиздец осторожны. Нам нельзя спугнуть их. Единственное, чего я не понял, почему вы с Мерлином исключили Статтона из подозреваемых. - Его проверили в первую очередь, Эггзи. Мерлин, лично. Я надеюсь, что этим вопросом ты не собирался ставить под сомнение его квалификацию, - Гарри, видимо, не собирался уступать Эггзи и также прямо смотрел ему в глаза. Повисшее в комнате напряжение Эггзи ощутил кожей. От него волосы на затылке вставали дыбом и начала чесаться ладонь, которая чаще всего сжималась на рукояти пистолета или ножа. Хотелось действовать, как-то разорвать визуальный контакт, но не бежать от него - победить. - Что касается информации, он волшебник. Но тот еще скрытный говнюк, - Эггзи несло, как после девяти пинт Гиннеса, которое он начал пить, вдохновившись образом Гарри. Тело стало легким, к лицу прилила кровь, хотелось хамить и улыбаться от уха до уха. - Это так, - Гарри слегка кивнул. – Он чертовски скрытен. Иначе бы не сидел на своем месте. - Ага, точно, - Эггзи хотел, чтобы это звучало саркастически едко, но получилось как-то не очень. Потому что напряжение вдруг схлынуло, а Гарри непринужденно улыбнулся. - Так что насчет кровати? – он не перестал смотреть на Эггзи, но больше не пытался давить. - А что насчет кровати? – Эггзи кивнул на короткую, обитую шелком софу. – Все просто, кровать одна, нас двое. Вообще-то Эггзи рассчитывал на нормальный диван в номере. Даже не на шикарный траходром, а просто нормальный, на котором он смог бы выспаться лучше, чем лежа в траншее под Сиракузами месяц назад. Но не сложилось. - Глупости, - Гарри тоже посмотрел на софу. – Это прекрасное орудие пытки может подойти для чаепития или траха на пьяную голову, но не для сна. Завтра ты будешь сонным, отвратительно злым и в целом больше похожим на пострадавшего в автомобильной аварии, чем на хорошо проводящего время джентльмена. - Я крепкий! – от безупречно вежливого, но слегка возмущенного тона Гарри, у Эггзи начали гореть уши. Тот не отчитывал, но говорил будто не с коллегой и спасшим мир суперагентом, а с неразумным ребенком. - Но не гениальный актер. Перестань упрямиться, - теперь Гарри был точно разочарован и смотрел на Эггзи, как на упрямого малолетку. – Сегодня нужно разобрать вещи, составить план действий и осмотреться. И чем быстрее мы начнем действовать, тем лучше. Гарри развернулся на каблуках и ушел обратно в спальню к их чемоданам и наверняка удобной, но не слишком просторной для двух мужчин гардеробной. Он был прав во всем. Но хотя Эггзи осознавал это, идти следом за ним не хотел. Миссия только началась, но Гарри уже стало слишком много, и привыкать к этому Эггзи не хотел или, быть может, боялся. Он постоял недолго, разглядывая софу. Спать на ней было действительно глупой идеей. Эггзи представил ночь в скрюченном состоянии и почувствовал, как спина и шея отозвались фантомной болью. Можно было бы натащить подушек и одеял на пол, устроив себе гнездо, но зачем, если они с Гарри легко поместились бы на кровати, не запинав друг друга локтями. В Кингсмэн было не принято брезговать или стесняться друг друга. А условия на половине заданий были в разы хуже. Эггзи знал, как было глупо не пользоваться нормальной кроватью, когда через неделю мог оказаться в лесах Амазонки, но все равно стоял и смотрел на софу. Потом он выругался, взъерошил жесткие и липкие от геля волосы и пошел в спальню.