Привязанность

Я ворочалась в постели уже около часа, пытаясь перестать думать о Паркере и о нашей с ним связи. Я не хочу быть связана с ним, не хочу быть для него еще более доступна, чем и без того есть, но в то же время это мой шанс узнать его…понять его… Пока у меня плохо выходит, но, кажется, перед тем, как он ушел, у меня начало что-то получаться. «Я могу! Могу почувствовать его. Не может быть, что он совсем ничего не испытывает. Конечно же испытывает, и даже более того, его эмоции раскрашены в куда более яркие краски, чем мои. Но тогда почему же это дается мне с таким трудом?!» Я закрыла глаза и, глубоко вздохнув, подумала о нем. Я хотела уловить его ноты, хотела прочувствовать его так, как он меня: «Что он думает? Что чувствует? Кто я для него?» — это те самые вопросы, что сейчас волновали меня больше всего. Я мало, что понимала из своих ощущений, но внезапно я почувствовала некую зыбь в районе груди и поняла, что он тоже не спит… «Чем он там занимается? А что, если он тоже думает обо мне?» Не знаю почему на меня так действуют даже малейшие мысли о нем, но, едва задумавшись о Паркере, мое сердце тут же начинает волнительно трепетать. В моей груди словно нашла для себя пристанище бабочка, одним взмахом крыла заставляющая застывать и бояться даже шелохнуться, дабы не спугнуть, ведь ей и без того страшно. Она будто чувствует приближение того, кто может стать для нее ярким пламенем огня, что с легкостью опалит ее разноцветные крылышки. Я замерзала, а потому укуталась в плед, что застилал мою кровать, но он не особо согревал меня, и я все сильнее начинала дрожать. Ночь была холодной, а дом похоже был неотапливаемым. В такие моменты, конечно же, не может не вспомниться то, как мне было тепло и уютно засыпать рядом с ним... Всего пару раз...и все это казалось мне таким неправильным, но моей душе было спокойно рядом с ним. Помню, как хотела продлить этот момент, как не хотела, чтобы он ускользал. Удивительно, но этот человек мог подарить мне, как неимоверное количество страданий, так и блаженную безмятежность, которой я не знала прежде. — Билли, — вдруг позвал меня Кай, постучав в дверь, и тут же открыл ее, не дожидаясь ответа. — Чего тебе? — спросила я, непроизвольно покраснев и испугавшись того, что он понял, чем я тут занимаюсь, а точнее, о чем думаю… — Держи, — подойдя к моей постели, он бросил скомканное одеяло мне в ноги. — Вот, укройся и перестань дрожать. Я слышу клацанье твоих зубов даже за стенкой. — Спасибо, — удивившись его заботе, поблагодарила я и принялась расправлять его. — Спокойной ночи, — сухо ответил Паркер и поспешил уйти, но сделав всего несколько шагов к выходу, резко обернулся от моего визга и оглушающего звука разбившегося стекла. — Боже, что это? — перепугалась я, увидев перебитое окно слева от меня. — На улице сильный ветер, кажется, будет ливень. Видимо, дерево сломалось и выбило окно, — ответил Кай, подойдя ближе к нему. — Ясно, — кивнула я, съежившись от холодного ветра, который тут же проник в комнату, заставив меня поскорее укрыться. Он посмотрел на меня так, будто не знал, что со мной делать, будто я — нерешенная, надоевшая задачка, про которую он просто хочет забыть, но никак не выходит. Развернувшись, он уже подошел к двери и повернул ручку, чтобы выйти, но, спустя всего секунду, вдруг замер в проходе. Цокнув и устало вздохнув, он снова обратился ко мне: — Ладно, Би, можешь спать в моей комнате, если хочешь. Судя по тому, как ты дрожишь, можешь подхватить воспаление легких, не иначе, — усмехнулся он. Я «округлилась» от его предложения и, растерянно заморгав, не знала, что ответить. «Спать вместе с ним? — взволновалась я. — Ну уж нет... К этому я абсолютно не готова. К тому же мы так и не выяснили отношения, да и с этой связью… Не думаю, что это нормально». — Хорошо, — почему-то вырвалось у меня в противовес всему, что я думала на самом деле. Встав с постели, я забрала подушку и одеяло, которое только что принес мне Паркер, и, пройдя мимо него, не подняв даже взгляда, вышла из комнаты.

***

— А у тебя теплее, чем у меня, — заметила я, войдя в спальню Кая. — Эта сторона дома более солнечная, — ответил он, подойдя к прикроватной тумбочке и включив торшер, стоящий на ней. Я застыла возле входной двери, продолжая обнимать одеяло и подушку. Наверное, я была похожа на маленькую девочку. Удивительно, но даже несмотря на то, что я была близка с Паркером уже даже не единожды, почему-то меня жутко смущала сложившаяся ситуация. Возможно, я просто отвыкла от него за тот месяц, что мы не виделись. Не знаю… Но все мне кажется каким-то неуместным. Нет, тот факт, что мы будем спать в одной комнате вовсе не означает, что между нами что-то должно произойти, но…все это так неловко. Кай, безусловно чувствуя мое смущение, умиленно улыбнулся…да с таким очарованием, что на секунду его улыбка показалась мне непривычно доброй и светлой. — Да не бойся ты, не буду я тебя трогать. Проходи и ложись. Или так и будешь стоять там? — не сумев сдержать смешок, сказал Кай. — Нет, не буду, — ответила я и медленно подошла к кровати. — И я не боюсь. Расстелив свое одеяло и взбив подушку, я присела на постель, уже собираясь прилечь, как вдруг заметила, что Кай направился к выходу. — Ты куда? — удивилась я. — Если это из-за меня, то не беспокойся, можешь лечь со мной, — почувствовав себя неудобно, произнесла я. — Что? Конечно я буду спать здесь, — посмеялся Кай. — Где еще мне спать? На улице? Это же моя спальня. Я просто хочу выпить стакан воды. «Чертов Паркер! Вечно я попадаю из-за него в неудобные ситуации… И что это было вообще? — «Можешь лечь со мной… Ты куда?» Сама же боялась с ним оставаться, а тут принялась останавливать. А он, конечно же, получает особое удовольствие, заставляя меня краснеть…» — злилась я на саму себя. Уткнувшись лицом в подушку и укрывшись одеялом, я вдруг заметила, что чего-то не хватает… «А где его одеяло?» — подумала я, осмотревшись по сторонам. Сделав вид, что не заметила того, что, судя по всему, Кай отдал мне свое, я протянула руку к торшеру и, потушив свет, собралась погрузиться в сон. «Чего это он там так долго?» — только подумала я, спустя минут пять после ухода Паркера, как услышала звук открывающейся двери и шаги приближающегося к постели Кая. Сердце сразу волнительно заколотилось, и я зажмурила глаза, проклиная себя за то, что не могу это контролировать. «Да… Эту связь определенно надо срочно разорвать. Мне не нравится быть настолько открытой для него. Есть чувства и эмоции, который каждый имеет право держать при себе». Оставалось лишь надеяться, что он не прислушивается к каждому моему движению. Хотя рассчитывать на подобное более чем наивно. Ведь Паркер просто обожает быть на шаг впереди любого. Обожает знать все и обо всех, удивляя своей прозорливостью в «случайно» оброненных фразах. Так что, учитывая сложившуюся ситуацию, думаю, он по-настоящему в восторге от того, что я буквально у него на ладоне, будучи не в состоянии скрыть что-либо, даже собственные эмоции. Тем более, судя по моим наблюдениям, у него самого нет причин переживать по этому поводу... В отличие от меня, умение прятать свои чувства — его неоспоримое преимущество. Он справляется с этим без особого труда. С легкостью заправского социопата... Почувствовав, как совсем рядом плавно прогнулась мягкая перина, сначала я сжалась еще сильнее, но затем, убедившись, что все спокойно и Кай меня не тронет, я наконец-то расслабилась и даже почувствовала приятное тепло, что исходило от лежащего рядом Паркера. Я пролежала минут десять с закрытыми глазами, полностью укрытая до самого носа, как ребенок, боясь даже повернуться в другую сторону. Последний раз я себя так чувствовала еще в глубоком детстве, когда перед сном смотрела фильмы с какими-нибудь монстрами, что, казалось, могли меня сожрать или куда-нибудь утащить, если я высунусь за пределы одеяла, что играло роль бункера для меня. «Нет, все-таки интересно, как он собирается разрывать нашу связь? — не могла успокоиться я. — Может быть, со временем, то, что мне пришлось выпить, само испарится, и все пройдет? Или это не просто некий волшебный напиток, и заклинание, наложенное на него, имеет долгосрочный характер?» Пролежав так еще минут пять, мне захотелось проверить не спит ли Кай. Вероятно, имеет смысл обсудить все это... Развернувшись, я тут же увидела лицо Паркера. Он лежал на животе, а руки, как обычно, были заправлены под подушку. «Это его любимая поза для сна», — отметила я, на секунду даже умиленно улыбнувшись тому, как безобидно он сейчас выглядит. Я смотрела на него и не могла отвести взгляд. Его лицо словно гипнотизировало меня, и уже в следующее мгновение я аккуратно подползла к нему на локтях чуть ближе, чтобы получше разглядеть. Я уже находилась с ним так близко, но никогда не рассматривала так тщательно. Зацепившись взглядом о межбровную, глубокую морщинку, я вспомнила то, как она всегда углубляется еще сильнее, когда он злится или просто хмурится, сдвигая брови к переносице. Она делает его таким серьезным и мужественным, что подумав об этом, я ухмыльнулась, удивившись собственным наблюдениям, которые не делала ранее. Продолжая рассматривать, видимо, уже полюбившееся мне лицо, я окончательно забылась, и, полностью потеряв ощущение реальности, протянула указательный палец и провела им по лбу, очерчивая черты, рассказывающие о его темпераменте. — Чего тебе? — неожиданно спросил Паркер, напугав меня до полусмерти. — Боже, Кай! — вскрикнула я, инстинктивно положив руку на сердце. — Ты меня напугал! — Это ты пугаешь меня. Лежишь тут уже минут десять как и рассматриваешь, словно какой-то маньяк, — серьезным тоном заявил он, но следом тут же улыбнулся, заметив то, как я затушевалась, не зная, что ответить. — Я просто проверяла, спишь ты или нет. Хотела поговорить… — смутилась я. — От тебя даже ночью покоя нет. Что на этот раз? — Хотела узнать, думал ли ты о том, как разорвать связь?  — Конечно думал, — усмехнулся Кай. — А что, тебе так не терпится это сделать? Чего-то боишься? Лично для тебя, по-моему, до тех пор пока я не разобрался с тем ковеном, даже лучше быть связанной со мной. — С чего бы это? — Как это с чего? — посмеялся он. — С того, что я буду знать, если что-то с тобой случится, а значит, смогу помочь. Это мне только хуже от этой связи, потому что ты слишком слабая. — Я не слабая! — возмутилась я. — Просто я — человек, в отличие от тебя. — Об этом я и говорю! — улыбнулся Паркер, вздернув брови. — Я чуть не умер из-за тебя всего несколько часов назад. — Я же не специально, — смущенно прошептала я, получив лишь его очередную улыбку в ответ. — И вообще, я из-за тебя оказалась в этой ситуации. — Ой, вот не надо. Вообще-то, ты оказалась в этой ситуации, потому что кинула меня в 1903, и я решил тебе отомстить. Я отвернулась от него, перевернувшись на спину, и недовольно хмыкнула. — Так что ты собираешься делать и когда? — снова поинтересовалась я. — Пока не знаю точно, но если не найду никакого заклинания на эту тему в гримуарах моей семьи, то у меня есть запасной план…но тебе он вряд ли понравится. — О чем ты? — я озадаченно посмотрела на него, снова развернувшись в его сторону. — Да не волнуйся, используем это на самый крайний случай, — заулыбался Паркер. — Я не понимаю тебя. Перестань говорить загадками. — Ох, Билли…ну что ты такая глупая? Мы ведь связаны эмоциями, так? — Ну…и что? — не понимала я. — Нууу…а то, что нет эмоций, нет и связи, — усмехнулся Кай. — Не факт, конечно, что это сработает и тогда будет совсем плохо… Но если что, думаю, попытаться стоит. Другого-то выхода все равно не будет! А будучи связанным с тобой, мне точно не перебить целый клан ведьмаков, потому что ты будешь выступать в роли моей ахиллесовой пяты, понимаешь? Ты — слабое звено… А я не могу себе этого позволить. — Что? Ты о чем вообще? Собираешься отключить человечность? — опешила я, присев на коленки. — Да успокойся ты, сказал же, это будет запасным планом. И да, кстати, возможно, от твоих эмоций, связанных со мной, тоже придется отказаться… Но это мы еще посмотрим, может, хватит и моего отключения. Возможно, так нам удастся как минимум ослабить связь… Согласись, то, как мы связаны сейчас немного чересчур. Отведя взгляд от Паркера, я снова медленно улеглась на постель, отвернувшись в противоположную от него сторону. «Боже, Кай без человечности?! — задумалась я. — Он и без всех этих отключений законченный социопат. Удивительно, как он меня к себе подпускает. А что будет, если он полностью чувства отключит? Да он убьет всех, кто ему не угодил и меня в том числе!» Моя душа затаилась в предвкушении разрушительного будущего, что, судя по всему, вскоре меня ожидает. Как переубедить его не совершать столь опрометчивый поступок?! «Паркер — ведьмак, вампир, психопат и человек, не испытывающий никаких эмоций? Которому вообще на все плевать?! Да его сам Дьявол не сможет остановить при всем желании, куда уж там остальным и тем более мне?! Нет, этого я точно не переживу!» — Ой, да прекрати, Би! Чего расстроилась? Я же эмоции отключу, а не мозги! Вряд ли я стану убивать тебя, по крайней мере, если ты не будешь меня провоцировать! — усмехнулся Кай, перевернувшись на спину и скрестив руки на груди. — Это ты сейчас так говоришь, пока похож на человека из-за связи со мной, — ответила я вздрагивающим голосом. — С каких это пор ты вдруг стала такой ранимой? — улыбнулся он, заметив, как я тру глаза. — Помнится, раньше ты проявляла куда более волевой характер. А сейчас, ты…ну просто, как ребенок! В комнате воцарилась минута молчания, сопровождавшаяся моими периодическими шмыганиями носа. Тишину разорвало громкое цоканье, которое, не выдержав, издал Паркер: — Боооже… — протянул он. — Ну я даже не знаю! Хочешь, пойду мишку принесу тебе из соседней комнаты? Я где-то видел его там... Будешь обнимать и плакать, как все маленькие девочки, — издевательски посмеялся Кай. — Да пошел ты! Хватит насмехаться надо мной, — взорвалась я. — Ладно-ладно, — продолжал смеяться он. — Просто помочь хотел. Да и поспать уже, наконец… — Ну извини, что моя человечность не дает тебе спать безмятежным сном. Не беспокойся, по-видимому, терпеть тебе осталось недолго, мертвые не ноют! И говоря «мертвые», я, конечно же, имею в виду себя! Хотя чему я удивляюсь?! Ты всегда думаешь только о себе. — Ахаха, Би, какая ты смешная. Еще совсем недавно ты сама просила убить тебя, лишь бы не находиться рядом со мной. Зато сейчас, как я посмотрю, умирать ты совсем не хочешь, — подметил он. — Я же сказал, что можешь успокоиться, не стану я тебя убивать… По крайней мере, пока я решил этого не делать. К тому же раз у меня и в нормальном-то состоянии не так уж много чувств, то будучи в «отключке», скорее всего, мало что изменится! — Почему ты думаешь, что не убьешь? — тихо спросила я, в который раз удивившись его словам. — Не знаю… Возможно, потому что, несмотря на то, что ты бесишь меня постоянно, за долгое время ты — мой единственный друг, — ухмыльнулся Кай. Я почувствовала прилив крови к лицу, а внутри все заклокотало от неожиданного признания Кая. «Друг? Он что, считает меня другом? Интересное у него понятие дружбы… Сначала пытаться убить, потом спасти, потом опять убить, затем заняться сексом, после чего бросить, а в итоге назвать другом… Хм! Какие интересные у нас взаимоотношения…» — Друзей, Кай, так не заводят! — возразила я, едва сдержав усмешку. — Ой, а как надо? Может быть, расскажешь? — съязвил Паркер, перевернувшись на бок и облокотившись на локоть. — Тебе не понять! У меня были друзья, и они ни разу не пытались меня убить. Жаль, больше их, скорее всего, у меня не будет… Кстати, из-за тебя. — Че это из-за меня? Я у тебя их не забирал. Если у тебя их и не будет, то только потому, что ты влюбилась в меня. А это не моя вина, — самоуверенно заявил Кай, с удовольствием наблюдая за моим смущением. — Это не так. И вообще, хватит болтать. Спокойной ночи! — выпалила я и, отвернувшись от него, снова закуталась в одеяло, в попытке скрыть, неподдающееся контролю, волнение. Он снова напомнил мне об этом… Напомнил о моих чувствах к нему. Стоит отметить, ближайшие полчаса он был достаточно мил со мной, что неизбежно располагает в его сторону. А если постараться забыть большую часть того, во что я вляпалась из-за этого человека, то сразу стает очевидным, что меня тянет к нему, и находиться с ним так близко — тяжело…но тяжело не потому, что больно, а потому, что часть меня хочет прижаться к нему…прижаться к тому теплу, что исходит от его тела и почувствовать пьянящий меня запах, от которого я отвыкла за то время, что мы не виделись, но который не смогла забыть. Он лежит рядом, я слышу его размеренное дыхание, но не могу прикоснуться… Боюсь. Мне не хватает смелости. А ведь я скучала по нему… И все это оказалось куда мучительнее, чем я могла себе представить. Я закрыла глаза и шумно выдохнула, в следующую же секунду неожиданно вздрогнув от того, что почувствовала его чуть ближе, чем было прежде. Он коснулся губами моего плеча, а я затаила дыхание, не понимая, что происходит. Инстинктивно мне захотелось повернуть голову в его сторону, но я тут же замерла, когда он, ловко забравшись под одеяло, притянул меня к себе, положив руку на живот. По привычке я хотела возмутиться, уже дотронувшись своей рукой до его, но достаточно быстро осознала, что не могу этого сделать… Точнее, не хочу. И даже более того, Кай сделал то, чего мне так хотелось в глубине души, а потому я расслабилась и убрала руку с его ладони, чему Паркер улыбнулся за моей спиной. Я приподняла голову, чтобы поправить мешавшие мне волосы, а Кай протянул руку на мою подушку, благодаря чему я опустилась уже на его плечо. Он обнял меня обеими руками, и мне совсем не хотелось вырываться. Его объятия давали мне ощущения умиротворения и безопасности, я чувствовала себя защищенной и это именно то, что мне давно было нужно. По телу расходилось волнующее тепло и невозможно описать словами то, что я чувствовала в этот момент. Не происходило ничего особенного, но столько нежности никогда ранее не переполняло меня. Это было что-то, что чувствовали только мы. То, что было между нами и понятное только нам… Я видела в Кае отражение всех моих желаний. Он, как зеркало отражал своими действиями каждую мою мысль… И я поймала себя на том, что никогда прежде так не прислушивалась к телу другого человека. Его дыхание щекотало мое ухо, и я думала, что хуже уже быть не может, но вдруг почувствовала на шее укол его щетины, которую в последнее время он отказывался сбривать. По спине пробежали мурашки, а Паркер поцеловал меня снова, произнеся то, чего я никак не могла ожидать: — Я тоже скучал…скучал по тебе, Билли. В тот момент что-то сжалось внутри меня, окончательно заставив позабыть обо всем, кроме того, что происходит с нами. Мои ладошки похолодели, а по телу прошла заметная рябь, когда Кай вдруг, опустив руку ниже, задрал рубашку, которая была надета на мне, и коснулся пальцами обнаженной кожи. Я дотронулась до его руки и прижала ее еще сильнее. Полное погружение в человека, в атмосферу вокруг и в собственные ощущения — это именно то, что происходило с нами обоими. Это магия… Другого определения не подобрать. Легким движением убрав локон волос с моей шеи, Паркер приподнялся и поцеловал меня уже более настойчиво. — Кай… — выдохнула я, — ты же сказал, что не будешь трогать меня. — И не собирался… Но, по-моему, это тот случай, когда ты будешь рада, если я не сдержу обещание. Разве нет? — он безошибочно угадывал мои желания, а потому я не могла возразить ему. Мне было мало его… Он был так близко, я была в его объятиях, но мне все равно было мало. Развернувшись к нему лицом, я заглянула в его глаза. Они большие и темные, как ночь, из-за расширенных зрачков. Они скрывают его мысли от меня, но раскрывают желания. От столь близкого нахождения наших тел друг к другу, мне пришлось сделать усилие, чтобы вытащить руку из-под одеяла. Я дотронулась до его губ и кротко провела по ним пальцами. Они такие мягкие и теплые, что, глядя на них, я могла думать лишь о том, как хочется попробовать их на вкус…снова… Не спеша, потянувшись к нему, не отрывая взгляда от его глаз, я прильнула к его губам, растаяв от удовольствия, ведь получила то, о чем давно мечтала. Едва наши губы успели соприкоснуться, как я тут же ощутила нашу связь в полной мере... Я чувствую его каждой клеточкой своего тела. В кровь словно поступил выброс эндорфина, и мне захотелось утонуть в том, что нас накрывает. Это лавина...лавина чувств, страсти и неутолимого желания. Желания быть сейчас вместе, рядом, ближе. Он не хотел отпускать меня, а я молилась, чтобы он не делал этого. Еще ближе, еще горячее, еще откровеннее... Я провела рукой по его плечам и поняла, что холодок, пробегавший по моему телу, охватил и его. Он оторвался от моих губ, сперва замешкавшись, а затем, улыбнувшись, поцеловал меня снова, обжигая ладошкой мою щеку. В этот момент он не был Малакаем Паркером, ведьмаком, вампиром, главой клана «Близнецов» или убийцей. Он был просто мужчиной, дарившим мне свое тепло, нежность, которую он был в силах дать и на какую только был способен… Он был моим…как и я была только его. Обхватив меня за талию, Кай прижал меня к себе, страстно впившись в мои губы, будто ему давно не терпелось это сделать. Закинув ногу на него, я незаметно перебралась наверх. Он заметил мою неожиданную смелость, и непроизвольно я почувствовала легкую улыбку на его губах во время поцелуя. Я отстранилась от него, а он, ухватившись за края моей рубашки, потащил ее вверх. Подняв руки, я позволила ему снять вещь с меня. Он не предпринимал никаких действий более, он просто рассматривал мое тело, а я смотрела на его вздымающуюся грудь. Постепенно она наполнялась все большим желанием дотронуться до меня, а я чувствовала это и ждала его прикосновений, сходя с ума от томительного ожидания. Протянув руку, Паркер провел ею вдоль моего тела, начиная с шеи, приостановившись на груди, и, сползая вниз по животу, дошел до тонкой ткани женского белья. Я вздрагивала под его ладонями и, судя по довольному выражению его лица, он знал, какое влияние оказывает на меня. А теперь еще и знал наверняка… Не выдержав этой любовной пытки, я склонилась ниже и принялась осыпать поцелуями желанное мною тело. Они не были влажными, они были сухими... Мои губы всегда пересыхают без его поцелуев... Каждое мое касание к его плоти заставляло Кая дышать все чаще, сильнее сжимая пальцами мои бедра. В его голове, в его теле было лишь одно желание — повалить меня на простыни и сделать своей. Он знал, что и я давно жажду того же, но держался…потому как понимал, что грубость не то, что мне сейчас нужно. Добравшись до низа его живота, я медленно провела языком по разгоряченной коже и наконец сорвала долгожданный, утяжеленный выдох с его уст. Во мне все загорелось от возбуждения…от его возбуждения. Я чувствовала, как все пылало и плавилось у него внутри… Он хотел меня. Хотел так сильно, что казалось, можно легко потерять рассудок от столь неожиданно нахлынувших эмоций. «Как же я хочу его!» — подумала я, не произнося ни слова, и только от одной мысли об этом озноб внутри меня усилился в троекратном размере. Напряжение, что было между нами, нельзя описать, его можно только почувствовать. Я не испытывала ничего похожего прежде. Мы были частью друг друга... Я опустилась на его бедра, проведя рукой по груди, а уже в следующую секунду оказалась в объятиях Паркера, находясь всего в сантиметре от его лица. Он ловко усадил меня на колени и в очередной раз накрыл мои губы поцелуем...страстно, жадно, ненасытно. Я не могла сделать вдох, но это было неважно. Я обняла его за шею и лишь отвечала на его поцелуи, чувствуя, как мы оба теряем контроль над собой...как мы оба отдаем себя друг другу без остатка. Его руки неторопливо блуждали по моему телу так, словно он пытался изучить каждый миллиметр на нем, запомнить каждую деталь, прочувствовать каждый изгиб… И любое его касание что-то взрывало во мне, заставляя задыхаться от желания…задыхаться от счастья, что я чувствовала всем своим существом. Казалось, что жар, исходящий от него, согревал не просто мое тело, а что-то большее... Чтобы он не делал сейчас, все это окутывало меня невероятной нежностью и…любовью…? — Как же я хочу тебя, — прошептал он на ухо то, что я не осмелилась озвучить вслух. Крепко обхватив меня руками, Паркер бережно уложил меня на спину…аккуратно…почти невесомо, одновременно расцеловывая мою шею. Я издала тихий стон, не в состоянии больше сдерживаться, а Кай начал спускаться ниже. Он ласкал мое тело, и это решительно уносило меня из реальности. Проложив дорожку из поцелуев вдоль моего белья, он смело приподнял рукой мои бедра и одним движением снял последнее, что на мне было надето. Скользнув рукой меж ног, он развел мои колени, освобождая место для себя. Казалось, он мог целовать меня бесконечно, терзая губы до болезненной красноты. Стон срывался один за другим с моих уст, заполняя все пространство в комнате, что была свидетелем вспыхнувшей страсти. — Не могу… — тихо выдохнула я, а он вопросительно посмотрел на меня. — Я больше не могу, — несвойственно-осипшим голосом повторила, проведя ладонью по напряженной спине до спальных штанов, в которых он все еще находился, и трясущимися руками немного спустила их вниз, освобождая Паркера от оставшихся границ. Это позволило тут же почувствовать касание распаленной плоти на моей прохладной коже. Я прикрыла глаза, я не могла больше держать эмоции в себе, а ему это нравилось безумно. Он усмехнулся моей пылкости и прижался ко мне еще ближе. — Ты издеваешься… Тебе всегда нравилось издеваться надо мной, — прошептала я, расплываясь в блаженной улыбке. — Нет, — ответил он, уткнувшись носом в мою шею. — Просто мне нравится, как ты стонешь подо мной в ожидании чего-то большего, чем просто ласки и поцелуи. Ему приносила удовольствие эта победа надо мной, он наслаждался мольбой в моих глазах, ему нравилось, что я вздрагивала от его прикосновений, плавилась от поцелуев. Сколько раз я говорила ему, что ненавижу, что хочу его смерти, но все равно, несмотря ни на что, он сумел получить эту власть надо мной. — Не люблю, когда надо мной издеваются, — выдохнула я ему на ухо и, слегка замахнувшись, ударила по щеке. Не со злости…не с силой…скорее, играючи, но все же мне удалось снять эту самодовольную улыбку с его лица, которая теперь появилась у меня. Всего секунда, и вот я уже чувствую тяжесть его тела на себе, глубже проваливаясь в пуховую перину. Я не успела среагировать, как он закинул мою ногу себе на поясницу и резким движением вошел в меня. Достаточно грубо, несдержанно, дерзко... Я вскрикнула от нечаянной, тупой, но такой сладострастной боли. Прошел месяц, я успела отвыкнуть от него, а оттого мышцы живота слегка заныли от столь развязного вторжения, но мне это нравилось и, очевидно, Каю тоже. Было приятно снова почувствовать его со всей откровенностью, что была между нами... Было просто приятно снова почувствовать его. Я невольно зажмурила глаза от его бестактных действий, а он, заметив это, наблюдательно замер во мне. Склонившись к моему уху, Паркер произнес: — А что ты хотела? Грубость на грубость. Лишь улыбнувшись ему в ответ, я протянула руку к его лицу и легко провела по щетине. Чуть приподняв голову, я поцеловала его в теплые губы, и, закинув уже обе ноги ему на поясницу, дала понять, что он может продолжать, на что тут же получила мягкий толчок, отличный от предыдущего. Он разлился волной удовольствия по телу, и я истомно простонала. Каждое его движение, каждый поцелуй, заставляли меня тонуть в блаженстве, путаясь в собственных мыслях. Он чувствует это, чувствует мое состояние, а я вижу, как тяжело ему держать себя в руках. Услышав очередной громкий стон и получив вонзившиеся в спину ногти, Паркер не выдерживает. Срываясь на рваные, гораздо более быстрые толчки, он с силой сжимает мои бедра руками, оставляя следы на нежной коже. Входя в меня все более твердо и своенравно, каждым движением он подчинял меня себе, а я все ближе знакомилась с его жаждой власти. Я не боялась показаться слабой, я с удовольствием отдавала ему себя, подаваясь навстречу его бедрам, что доставляло нам обоим неописуемое наслаждение. Почувствовав, что ему все мало, я интуитивно закинула ноги ему на плечи, желая впустить его еще глубже, потому как хотела дать все, что ему нужно... Он чувствовал это и входил все утробнее, стараясь заполнить меня полностью. Но усилия были ни к чему, я и без того не думала ни о чем, кроме Паркера... Я цеплялась ногтями за все, что только могла… За простынь, за перину, за Кая, за его плечи, сжимая настолько сильно, что несколько раз он отрывал мои руки от себя, заводя их за голову, словно сковывая наручниками. Возможно, в обычном состоянии все это показалось бы мне грубым и даже местами недопустимым, но не в нашей ситуации и не сейчас. Я была близка с ним настолько, что на какое-то мгновение стала благодарна нашей связи, потому что никогда и ни с кем не испытывала ничего подобного. Осознание того, что он наслаждается мною, заставляет терять саму себя, но каждая новая волна его возбуждения заставляет забывать об этом. Я уперлась руками в его грудь и произнесла его имя, а он тут же понял мое желание. Обняв меня, он перевалился на спину, усадив тем самым меня на себя. Его плечи были опорой для меня и, приподняв бедра, я снова опустилась на него. Он томно выдохнул и мягко сжал мою грудь в своих ладонях. Я двигалась плавно, постепенно наращивая темп, а он лишь плотнее прижимал мои бедра, насаживая до упора. Я смотрела на него и наслаждалась видом его тела. Царапая грудь Паркера, я оставляла рыхлые, едва заметные отметины от ногтей, а в ответ он усугублял мои движения, совершая куда более жёсткие толчки, чем то было нужно. Я вскрикивала, но его это не останавливало. Я шептала его имя и это то, чего он хотел. «Боже, я…» — внезапно в моей голове снова промелькнуло желание произнести вслух признание адресованное Каю, но, испугавшись собственных мыслей и того, что могу все испортить, я остановила себя. Следом распахнув прикрытые прежде глаза, я уловила его внимательный взгляд на себе. Он, конечно же, все понял и лукаво улыбнулся, проведя большим пальцем по моим растерзанным от поцелуев губам. Я застонала громче, почувствовав, что уже близка к наивысшей точке наслаждения, но в тот же момент он остановил мои движения. Опрокинув меня на спину, он привстал на колени, а затем перевернул меня на живот. Подхватив за бедра, он прижался ко мне своими и снова вторгся в меня. Его движения были порывистыми, безжалостными, но он сглаживал их поцелуями на моей спине. Ухватив меня за грудь одной рукой, он поднял меня с постели, поставив на колени, и я почувствовала его дыхание возле моего уха: — Ты можешь сказать это… — внезапно произнес он. — Что? — не сразу поняла я, протянув руку к его лицу за моей спиной. — Скажи это, если хочешь. Я не против, — улыбнулся он и, перехватив мою руку со своей щеки, поцеловал мою ладошку. Он участил свои движения и сдавил грудь еще сильнее, что обездвижило меня окончательно. Жар внизу живота накалился до такого предела, что казалось едва ли я смогу это выдержать…и я не смогла. Ощутив, словно раскат грома внутри меня разнесся по всему телу, на секунду я перестала понимать, где нахожусь... Я вцепилась в его руки, будто могла упасть и, громко простонав его имя, затем тихо прошептала: — Я люблю тебя. Боже... Люблю тебя, Кай. Едва Паркер опустил свою руку, как я тут же безвольно повалилась на постель. Он надавил мне на поясницу и совершил еще пару грубых толчков, после чего разлился внутри меня полученным удовольствием. Побыв еще несколько секунд во мне, он склонился ниже и с легким придыханием, поцеловав меня между лопаток, неторопливо покинул мое тело. Повалившись рядом на мятую простынь, он откинул руку в сторону, позволив мне подползти к нему и улечься на плечо. Я обняла его и, крепко прижавшись, наблюдала за тем, как вздымается его грудь. Его дыхание успокаивалось, а вместе с ним остывала и я. Взглянув на него, а затем снова отведя взгляд, я робко, не задумавшись, произнесла то, в чем была уверена в тот момент: — Ты тоже. — Что? — переспросил он, путаясь пальцами в моих волосах. — Ты тоже любишь меня, Кай. Я знаю… Ты тоже.