Не спрашивай

- А мне нарисуешь? – поинтересовалась Сара, протягивая ему кисточку подводки. Леонард даже не поднял взгляд от книги. Эта принадлежала Штейну – физика элементарных частиц. Написана суховато, но интересно. Он был предпочел томик манги «Сейлор Мун», которую Сара прятала под кроватью – она не знала, что он был в курсе – но он уже перечитал его дважды. - Если только ты мне заплатишь. - Я куплю тебе кофе. - Я украду себе кофе. - Ну да. Она плюхнулась на соседний с его стул, и он взглянул на нее, пытаясь понять, что вызвало эту маленькую хитрую улыбку на ее губах. Ее саркастичность была милой, и Леонард наслаждался этим, хоть и был уверен, что она не оценила бы, скажи он это вслух. Они довольно долго просидели в тишине – Сара улеглась щекой на его предплечье и прикрыла глаза, а Леонард читал и только гудение неоновых ламп да отдаленный гул двигателей Вэйврайдера составляли им компанию. Леонард ценил это в Саре: ее тишину. В отличие от других – не считая Мика – она не ждала от него вежливой, бессмысленной болтовни (она никогда не спрашивала как у него дела, даже доброго утра не желала – ах, блаженство). И, в отличие от Мика, не издавала собственных звуков. Сара обладала редким качеством шуметь, именно когда надо, но от внимания Леонарда не ускользнуло и то, что, если ей надо было, она могла обойти весь корабль абсолютно беззвучно. Она умела появляться из неоткуда (она пользовалась этой способностью последнюю пару дней, чтобы пугать Джекса до усрачки – еще одна приятность), и бесследно испаряться из комнаты. Она, как и он, иногда немо выпала из реальности, и похоже, искала тишины по утрам и после сражений, как потерянный ищет карту, и как утопающий – землю. Люди не понимают, каково иметь звуковую травму. Он вырос, слушая раздраженные вопли взрослых, и теперь громкие звуки словно наждаком проводили по его затылку. Так что Леонард ценил тихие места, тихих людей и свободу от неловких, неконтролируемых человеческих созданий. И Сара, чей разум был полон войной и жаждой крови, смертью и разрушением – Сара тоже любила тишину. Так что они вместе сидели в тишине. Они не говорили об этом. Это бы уничтожило весь смысл.