Легенды белой осени. В объятьях мрака

Утро субботы началось для меня с поцелуя. О том, что ночь уже закончилась, я догадался лишь потому, что услышал тихий голос Дана: - Пора. Я потянулся. Безумно не хотелось вставать. «Ничего, - успокоил я себя, - Скоро я вообще не буду выбираться из его постели». Платок на глазах развязался и едва не сполз на бок, когда я поднимал голову, но Данаг удержал его, прикрыв ладонью мои глаза. - Дан, зачем это? - Не спорь. Вздохнув, я завязал ткань на затылке и встал. Охранники вывели меня на верхние этажи и оставили одного. В свою камеру я перед работой заходить не стал. Остаток дня прошёл тихо. Правда, пришлось приложить некоторые усилия, чтобы меня поставили на раздачу во время ужина. У меня оставался один шанс, и я не собирался его упускать. Несколько десятков свиных рыл промелькнуло передо мной, прежде чем я увидел Вепря. Они с братом шли вместе, негромко переговариваясь о прогулках под луной. Кто-то посторонний мог бы решить, что парочка занялась друг другом, лишившись доступа к заднице Шина, но я уже знал – «прогулками» они называют вылазки за рудой. - Как спалось? – услышал я голос своего сокамерника совсем рядом. – Задницу не натёр? - А ты всё волнуешься? Не теряешь надежды? – я взял из его рук миску и сделал вид что размышляю, что бы в неё положить. - А то. Братишка ещё своего не получил. Краем глаза я заметил, что Бык смотрит на меня серьёзно и зло, но решил не придавать этому значения. Вепрь, в отличие от него, был весел и почти приветлив. - Смотри не подавись, - протягивая миску обратно, я чуть прикрыл ее другой рукой и вылил половину содержимого моего драгоценного пузырька. С Быком я говорить не стал. В конце концов, у него в самом деле были причины меня ненавидеть. И всё же, пользуясь тем, что оба снова отвлеклись на разговоры о приработке, я влил в его миску остаток зелья. Они отошли в сторону, а я довольно прищурился. Выполняя механическую работу, я представлял себе, как они проведут сегодняшнюю ночь. После работы я не стал задерживаться и сворачивать в подозрительные проулки – мне оставалось сберечь себя в целости всего три дня, и это время нужно было перетерпеть без лишних приключений. Так что я торопливо вернулся в камеру и отвернулся лицом к стене. После отбоя какое-то время было тихо, а затем Вепрь встал со своей полки и подошёл к двери. Стукнул три раза и тяжелая створка со скрипом открылась. - Отлить надо, - буркнул он. Что-то звякнуло – наверное, мешочек с кристаллами, и дверь снова скрипнула уже за его спиной. Успокоенный тем, что пока всё идёт по плану, я снова закрыл глаза и попытался уснуть, но теперь уже мне помешала чья-то рука, тормошившая моё плечо. - Господин Тариэль, господин Тариэль… - услышал я шёпот и, повернув голову, увидел перед собой всклокоченную макушку Шина. - Чего тебе? Шин опустил подбородок на мой матрас и закусил губу. - Мне страшно, - сказал Шин. - Ага… Жизнь вообще – страшная штука. Губы мальчишки дрогнули. Он, видимо, был согласен. - Господин Тариэль, - пробормотал он, пряча глаза, - вы ведь не бросите меня здесь? Я вздрогнул. - О чём это ты? Он бросил на меня взгляд исподлобья и снова потупился. - Эта птица… И письма… Мне кажется, вы что-то задумали, – он, наконец, поднял на меня взгляд, в нем я прочитал решительность. – Но господин Тариэль! Вы обещали, что возьмёте меня собой. Я поёжился, стряхивая с плеча его руку. - Я помню, - сказал я, торопливо отворачиваясь к стене. – Спи. Всё будет хорошо. Проклятый мальчишка выбил меня из колеи, и я ещё долго не мог уснуть. Кажется, я погрузился в сон только тогда, когда по дверям уже застучали древки копий – начиналась побудка. Нас привычно вывели в просторную пещеру у самого выхода из бараков и начали перекличку – каждому заключённому присваивали номер по номеру камеры и очереди попадания туда. Так у меня был номер 157 – 4. Четыре – потому что предыдущему четвёртому перерезали горло, а менять нумерацию никто не хотел. - Сто пятьдесят семь – три! – прокричал охранник. Было тихо. Место Вепря в строю – слева от меня – пустовало. - Сто пятьдесят семь – три! – повторил вампир, но ничего не поменялось. Он прокричал в последний раз и подошёл к нашему блоку, к обитателям камер со сто пятидесятой по сто шестидесятую. - Где сто пятьдесят семь – три? – рявкнул он, глядя на нас с Шином. Паренёк, к слову, стоял ровно по другую руку от пустующего места. Мы молчали. Я лишь слабо улыбнулся, надеясь, что моей улыбки никто не разглядит. Но охранник оказался достаточно внимательным. Подойдя вплотную, он ткнул копьём мне под горло, заставляя поднять подбородок. - Где третий? – повторил он в который раз, яростно вращая глазами. - Пошёл отлить, - сказал я равнодушно, как мог. Со всех сторон раздалось негромкое хихиканье, а копьё надавило на кожу сильнее. - Я не шучу, - торопливо добавил я. – Ночью постучал в дверь, попросил выпустить его из камеры. Сказал, что идёт отлить. Это всё, что я слышал, клянусь. Некоторое время глаза охранника смотрели на меня. Затем он отошёл назад и продолжил перекличку. Когда она закончилась, все уже собирались расходиться по рабочим местам, однако ворота, перекрывавшие выход из пещеры так и не открылись. Мы довольно долго простояли так, не разбивая строя, а затем прозвучал приказ расходиться по камерам. Что я и сделал. У самых дверей меня догнал Шин и дёрнул за рукав. - Господин Тариэль… А Вепрь он… сбежал? Я пожал плечами. - Сомневаюсь, - подумал и усмехнулся. – Знаешь что, Шин? А можешь ты проследить за тем охранником? На секунду глаза Шина расширились от ужаса, а затем он прикусил губу. - Вам очень нужно, господин Тариэль? - Да, - уверенно соврал я, хотя особой необходимости в этом не было. Что будет происходить дальше, я знал и так. Шин решительно кивнул и исчез где-то в тени коридора. А я поднялся на свои отвоеванные с самого начала верхние нары и замер, глядя в потолок. Мальчишка появился нескоро. Прошло, я думаю, часа два. Подскочив ко мне, он взлетел ко мне на постель так, будто за ним гналась стая собак, и, задыхаясь, стал рассказывать: - Все выходы из бараков перекрыла охрана. На южных путях ночью был обвал. Комендант думает, туда и сбежали эти… Кроме Вепря пропал Бык и ещё шесть шахтёров - самые крутые ребята на рудниках. Допросили охранников, которые дежурили ночью в нашем блоке. У одного нашли эридиум. Его припугнули, и он признался, что выпускал Вепря погулять по путям каждые выходные. Начальник охраны думает, что они уже по другую сторону гор, но комендант приказал обыскать все. Он чего-то боится, так думают все, - Шин, наконец, перевёл дух. – Сейчас начнут собирать поисковые отряды. Им нужны добровольцы. Я усмехнулся. - Где мне записаться? Глаза Шина расширились от ужаса. - Вы же… О, нет, господин Тариэль, я думал, вы мечтаете, чтобы Вепрь исчез. - Вот ещё, - веселье исчезло разом, и я на секунду сжал губы. – Он останется здесь, Шин. До скончания дней. Шин пару секунд смотрел на меня в недоумении. Затем сказал: - В пещере, где проходят переклички. Они собираются там, господин. - Пошли, - спрыгнув на пол, я стащил следом Шина. - Что? – мальчишка распахнул глаза. – Куда? - Куда-куда… Спасать ближнего своего. Как завещали нам Оракулы много веков назад. *** Мы бродили по подземным путям около часа. Группа мне досталась удачная – почти такие же крепкие ребята, как и те, что заблудились ночью. Кроме того, с каждым отрядом шло два вооружённых до зубов охранника. Тем, кто отыщет беглецов, обещали двойной паёк и облегчённый режим работы на неделю, так что желающих было прилично. Тем более, что многие под прикрытием поисков пропавших арестантов рассчитывали отыскать ту дорогу, по которой действительно можно бежать. - Вот сюда, - ткнул я пальцем, завидев очередной поворот, когда все уже почти что прошли мимо. Охранники оглянулись на меня. - Эльфийское чутьё, - пожал я плечами. Колебались они недолго, потому что никто всё равно не знал толком, куда идти. Я же успел изучить эти каменные тропы вдоль и поперёк и теперь старался лишь не дать своим спутникам уйти слишком далеко от нужного направления. Мы свернули в указанный мной проход, а потом ещё дважды направо. - Слышите? – снова прервал я гробовое молчание. Охранники знаком приказали остановиться. Откуда-то издалека доносились приглушённые вскрики и стоны. Возбуждённый шёпот прошёлся по отряду. - Их, должно быть, засыпало, - сказал я и торопливо направился туда, где коридор сворачивал. – Звук идёт оттуда. Мы повернули ещё дважды. Я остановился, а следом за мной и мои спутники. Блаженная улыбка играла на моих губах. Шестеро амбалов посреди пещеры увлеченно трахали двоих крупных мужчин. Один их них стоял на четвереньках. Второй - на ногах, но согнувшись и выставив зад. Четверо имели их, еще двое готовились, надрачивая свои орудия. Обвал явно их не затронул. Не считая нескольких ссадин, и Вепрь, и Бык, и их... хм... любовники выглядели вполне здоровыми и даже бодрыми. Вот только волосы у братьев взмокли, глаза были крепко зажмурены, а изо ртов, заполненных чужой плотью, то и дело вырывались стоны. Страсти я в них не услышал. Судя по всему, эффект от зелья давно выветрился, а вместе с ним – следы возбуждения. Но друзей моих насильников это явно не волновало. По рядам спасателей прошёл гул. - Смотри, это ж Вепрь! - услышал я за спиной. - Да ты что, сбрендил? Он бы никогда... - ещё один голос. - Вот и я думал, а оказывается... Ты гляди как старается - сосет. - А зад-то, зад - так и чавкает в нем. В мускулистой заднице моего врага, и правда, свободно гулял толстый член. Зрелище было отвратительным. Настолько, что мне на мгновение захотелось отвернуться. А вот тем, кто пришел сюда со мной, картинка явно нравилась. Они бросили в воздух ещё несколько советов, вроде: "Булки то разведи ему, ничего ж не видно" и "Глубже вставляй, пусть самые яйца лижет", а затем парочка самых смелых, не обращая внимания на вялые протесты охраны, двинулась вперёд - помогать тем шестерым, которые, как видно, уже не первый час развлекались с Вепрем и Быком. Вампиры выругались и отошли в сторону, здраво рассудив, что влезать в дело не стоит – слишком уж много здесь набралось крепких и голодных мужиков. Остальные спасатели из нашей партии тут же восприняли это, как молчаливое согласие, и тоже направились в центр пещеры, попутно развязывая штаны. Я облокотился о стену и какое-то время наблюдал за идиллией. Вепрь пытался встать, но его пинком уронили обратно на пол. Развернули на спину и заставили открыть рот. Несколько ударов в корпус лишили его желания сопротивляться, и он снова стал покорно сосать предложенные лакомства. Незнакомый мне лысый здоровяк приспустил штаны и, встав на колени, с громким стоном натянул недавнего "пахана" на свой член. Вепрь дёрнулся и замычал, но никому до этого не было теперь никакого дела. Я усмехнулся зло. С этого момента его основной работой на эридиумных рудниках станет изо всех сил и изо дня в день ублажать своих "любовников". Надо полагать, многочисленных... Теперь и Вепрь, и Бык, который от брата не отставал, одновременно удовлетворяя двоих, на собственной шкуре узнают, каково это - быть насильно опущенным. Как Шин... - А ты не хочешь попробовать? – спросил я у мальчишки, который стоял у меня за спиной с изумленно распахнутыми глазами. Шин покраснел до кончиков ушей. - Я… нет, я так не могу, господин! - Ну, как знаешь, - я пожал плечами и зевнул. – Интересно, надолго это? «Это» оказалось надолго. Всего на двоих набралось человек пятнадцать, и каждый хотел попробовать все четыре дырки. Я прикинул удовлетворенно: выходило, что Вепрь этим вечером в камеру вернется вряд ли, а значит можно будет спокойно выспаться. Собравшись уходить, я уже начал разворачиваться, но зацепился за взгляд распяленного между двумя новыми насильниками Быка. Он был полон ненависти и самых скверных обещаний в мой адрес, но я в ответ лишь усмехнулся. После подобной "ночи любви" мои враги надолго окажутся вне игры. Времени как раз хватит на то, чтобы уйти самому и забрать отсюда Дана.