Down to the floor, Sibyl

−В связи с возникшими обстоятельствами, мы вынуждены просить вашей помощи, − Касэй сидела за своим широким столом, и, сложив в замок руки, смотрела на мужчину поверх очков. Стоящий напротив собеседник не выразил никаких эмоций. − Прошу вас занять должность следователя первого подразделения, - продолжила женщина. −Можно не так официально, церемониться ни к чему. Просто дайте мне полномочия, с остальным я разберусь сам. − У вас уже есть план? −Разумеется, − ответил мужчина, − члены Сивиллы могут быть спокойны, никто не понимает ход мыслей Нагао как я, − он криво улыбнулся. Будь у этого разговора посторонний свидетель, ему могло бы показаться, что и на лице Касэй в этот момент промелькнула что-то вроде улыбки. Но никого, кроме этих двоих, не было в помещении, а потому всему далее сказанному суждено было остаться в секрете. Вдоль стены длинного коридора тянулись лишь прозрачные двери камер. Двое человек, шли вдоль них, разглядывая номера. Вокруг было довольно тихо, и каждый шаг отдавался гулким эхом. По форме, в которую они были одеты, можно было без труда узнать сотрудников Бюро безопасности. − Как их тут много, − пробормотал себе под нос Гиноза. Его спутница, Симоцуки Мика, тем не менее расслышала фразу и решила пояснить: − Сто семьдесят пять человек, все задержаны в один день. А в последующие дни ещё с полсотни. Уровень стресса в данный момент необычайно высок. − Да, нас ждёт не простой период, − согласился каратель и добавил, − её камера, наверное, в самом конце. Атмосфера была не очень приятная, и они почти не разговаривали, шли молча, отсчитывая маленькие комнатки слева. Нужную камеру Гиноза заметил ещё издалека и ускорил шаг, Симоцуки помедлила, пропуская его вперёд. − Аканэ! – воскликнул он и подался вперёд. За одной из прозрачных дверей он увидел своего бывшего начальника. Она сидела на низенькой лавке, приставленной к стене и задумчиво смотрела куда-то вперёд и вниз. − Нобучика? – она медленно подняла голову, отвлекаясь от своих мыслей. − Это я, как ты? − Как видишь, − девушка развела широко руки, предлагая посмотреть на обстановку камеры. С их последней встречи прошло всего несколько дней, а ему казалось будто это было давным давно. В этом не было ничего удивительного, если учесть как сильно изменились с тех пор обстоятельства. Не зная что сказать, Гиноза немного замешкался. − Ты, наверное, уже знаешь, зачем я пришёл? – решился он наконец. Она утвердительно кивнула. − Кунизука покинула Бюро, она вышла на свободу, как потенциальный преступник, который находится под особым надзором Сивиллы. − То есть в ошейнике, − пояснила Аканэ. − Да, − подтвердил он. − В первом подразделении освободилось место карателя. Разумеется, как бывшему следователю и опытному сотруднику, мы не можем не предложить тебе этот вариант, − он перевёл дыхание. − Это то, что я должен был сказать, но помимо этого я пришёл просить тебя ещё об одном, от себя лично, - он сделал паузу, - не соглашайся! Он покосил взгляд и посмотрел на Мику, которая стояла в коридоре в нескольких метрах от них и смотрела куда-то в сторону. Кажется, её совершенно не интересовал предмет разговора. Специально понизив голос так, чтобы могла слышать только Аканэ, он продолжил: − Став карателем ты будешь обречена оставаться им навечно, твой психопаспорт уже никогда не поменяет оттенка на светлый. Сейчас твой показатель лишь немного превышает сто, и, вероятно, твоё нынешнее состояние вызвано нынешним расследованием, которое ты почему-то восприняла так близко к сердцу. Я считаю, тебе нужно взять паузу, а лучше – вообще вернуться к нормальной жизни, навсегда. Аканэ молчала. − Сделай как Яёй, возьми ошейник, вернись в свой дом к родным, оказавшись в стороне от Бюро и потенциальных преступников, ты быстро вернёшься в норму… - он замолчал, ожидая её ответа. Пока подступало время визита, он тщательно обдумал этот разговор. − Вот оно как… − проговорила девушка, − Ты и вправду сильно беспокоишься за меня Нобучика, но не надо меня жалеть, я могу быть карателем точно так же как и ты. − Но зачем?! – не сдержался Гиноза. − Ведь у тебя есть шанс! − Потому что, − невозмутимо продолжила девушка, − Ты не понимаешь, что со мной происходит… Чтобы разобраться в себе, мне нужно поставить точку в этом деле. Если я поймаю Нагао, если докажу, что он не прав, я снова стану такой, как была прежде. − Ты так уверена в этом? – поразился каратель, − но в чём дело, почему ты так фанатично преследуешь его, что произошло тогда, в момент похищения? Как ему удалось так расшатать тебя? Аканэ легла на лавку, очевидно не желая отвечать на этот вопрос. − Встретимся в Бюро, − ответила она, глядя в потолок. − Аканэ, подожди! – он совсем уже не контролировал голос. − Каратель Гиноза, − вмешалась в разговор Симоцуки, − время заканчивается. Мы, конечно, как сотрудники Бюро на особом положении, но всё же не стоит нарушать лишний раз распорядок. Нобучика сбавил пыл. Так заканчивать заговор ему не хотелось, всё получилось как-то коротко и невнятно, но что поделать… − Ну хорошо, − сказал он уже обычным голосом. − Я оставлю тебя в покое, чтобы ты могла всё взвесить. Надеюсь, ты примешь правильное решение. Он отвернулся и загашал в выходу, не торопясь, ожидая, что Аканэ окликнет его, но этого не произошло. Она так и продолжила лежать на скамье, точно так же, как если бы их разговора вообще не было. Уже почти у самого выхода он услышал её голос: - Нагао, - крикнула она, - он среди задержанных, я уверенна. На обратном пути, пока они возвращались в Бюро, Гиноза всё время думал о произошедшем разговоре. Аканэ больше не была следователем, и он не мог в это поверить. Все эти годы он прожил со святой верой в то, что эту "железную" девушку ничто не может сломить. Что бы ни случилось, она всегда оставалась в трезвом рассудке, а её психопаспорт был чист, как свежий снег. Что-то случилось с его начальником, коллегой и подругой, что-то, чего он не знал. Ему самому лично ни разу не пришлось встретиться с Нагао лицом к лицу, но теперь он этого очень сильно хотел. Он не знал, какое чувство в нём преобладает: любопытство или ненависть к этому человеку. У входа в помещения первого подразделения он неожиданно наткнулся на Каранамори, беседовавшую с своим Араи Шигеру. Два аналитика обсуждали надёжность информационной защиты данных Бюро. Завидев его, Каранамори поздоровалась. − Каранамори, вы уже вернулись? – удивился Нобучика. −Мне позвонила Касэй и пригласила назад, − развела руками женщина, − кажется, первому подразделению снова нужны аналитики и вдвое больше, чем раньше. − Сегодня утром мы обнаружили, что наш сервер взломан, а базы данных частично уничтожены, − пояснил Шигеру. − Вот как? − удивился каратель. − И что же было целью взлома? − У нас была своя собственная информация относительно сотрудников телецентра, её удалили. Гиноза задумался. − Получается, − осторожно начал он, − что теперь при допросе, мы не можем достоверно проверить слова задержанного, если тот представляется сотрудником телецентра? − Получается что так, − подтвердила Шион, − более того, похоже, что информация была удалена ещё до самого захвата здания, а мы заметили это только сейчас. − Неужели вы хотите сказать, что… − он снова задумался. Вновь открывшиеся обстоятельства существенно меняли расклад. − Вы навещали Тсунемори? –неожиданно спросил он. − Да, − кивнула Шион, - я была у неё вчера, и мы обсуждали расследование. Она считает, что Нагао жив, и что он вместе с другими террористами мог притвориться заложником. − И мне она сказала тоже самое, − проговорил каратель, − не могу разделить уверенность Тсунемори, но мы в любом случае обязаны проверить все варианты. Среди заложников могут быть самозванцы. − Не исключено, − согласился Шигеру. − А что насчёт сканеров? – пришло вдруг в голову карателю. − Они должны были записывать всё происходящее снаружи, и те люди, которые входили в здание телецентра… − Сканеры сломаны, − перебила его Каранамори, − заблаговременно выведены из строя. «Вот значит как», − подумал исполнитель. − « Хорошо сработанно. Получается, террористы тщательно готовились к тому, что будут окружены». − Мы как раз обсуждали этот вопрос с Каранамори-сан, − вмешался Шигеру, − тот, кто взломал сеть Бюро должен располагать не малыми мощностями. Тем не менее, они оставили следы, нам стоит попробовать вычислить их и выйти на преступников таким образом. − Да, − согласился Гиноза, − у них наверняка была поддержка из вне. Нам нужно согласовать этот вопрос со следователем Симоцуки, что бы она в свою очередь согласовала это с Касэй. «И нам нужно затратить больше усилий, чтобы организовать точный перекрёстный допрос,» - додумал он про себя, - «конечно, данные в базе испорчены, и записей сканеров нет, но люди не могли забыть коллег, с которыми работали вместе, они опознают их и таким образом…». Он не успел додумать, потому что на пороге появилась Симоцуки в сопровождении незнакомого ему мужчины. Этот человек был одет в форме сотрудника Бюро и выглядел очень официально. Лет ему было где-то около сорока, он был высокого роста и крепкого телосложения, а взгляд его был пронзительный. − Сотрудники первого подразделения, − объявила громко Симоцуки, − я хочу представить вам нового следователя. По приказу шефа Касэй он возглавит группу карателей… «Вот оно,» − подумал Гиноза, − «Не успела Аканэ… Ах, чему тут удивляться, ей уже нашли замену». Такой поворот событий в целом был ожидаем, ведь у Бюро так много работы и вакантные места никогда не пустуют подолгу. − Рад познакомиться, − мужчина слегка поклонился, а затем посмотрел на всех сверху вниз, − меня зовут Нанба Хибито, я буду возглавлять группу Тсунемори Аканэ. Мужчина сразу стал неприятен Нобучике. Он не знал точно, что ему не понравилось вначале: внешность, или то, что тот пришёл занять место Тсунемори. Впрочем, это было не важно. − Я бы хотел сразу начать с задания, которое поручила мне руководитель Бюро. Это задание касается всего первого подразделения. Его мрачный тон заставил всех насторожиться. − Как вам известно, − продолжал мужчина, − несколько дней назад, лидер уничтоженной террористической группы Нагао Казуки выступил с телеобращением. Оно было адресовано гражданам Японии. Смысл обращения был в том, чтобы внести смуту в наше общество за счёт дезинформации. Отчасти это удалось. Несмотря на то что правительство тут же выступило с опровержением, абсурдная теория, выдвинутая террористам, нашла поддержку и сейчас продолжает распространяться некоторыми недобросовестными гражданами. Всё это ещё сильнее повышает и без того высокий уровень общего стресса, поэтому нашей первостепенной задачей будет поиск и уничтожение видео и текстовых материалов, тиражирующих телеобращение. Помощь в этой операции нам будут оказывать и другие подразделения, а так же сотрудники СБС. Нобучика посмотрел на остальных. Из всего первого подразделения он был единственным, кто слышал в тот день речь Нагао. Все остальные находились внутри, только он и Яёй, волей случая, оказались снаружи в тот момент, но девушка была без сознания и не могла ничего помнить. «Никто из них не знает, кроме меня…и Каранамори…» − дошло до него, − «Каранамори тогда не было и в операции она не участвовала». Каратель вгляделся в лицо женщины. Где она была в тот момент? Услышала ли слова лидера террористов, а если услышала, то верит ли? Он не знал ответа на этот вопрос, более того, он не знал, верит ли сам. Нагао говорил вещи, которые плохо укладывались в голове, к тому же почему его надо слушать − он всего лишь террорист, мог выдумать любую чушь, лишь бы взбудоражить умы людей. «Что ж,» − подумал Нобучика, − «надо признать, это ему удалось». Все аргументы были против, рассказы о Сивилле, которая тайно управляет обществом не выдерживали никакой критики, но он всё равно думал об этом. Думал и не мог забыть. После того, как новоиспечённый следователь познакомился со всеми сотрудниками подразделения, он ушёл изучать доклад Симоцуки, для того чтобы лучше вникнуть в ход расследования. Несколько раз он вызывал Мику с просьбой лично прокомментировать что-либо, у Гинозы создалось впечатление, будто в Бюро появился новый начальник. Наконец, изучив материалы, Нанба Хибито решил ещё раз собрать первое подразделение. −Сотрудники, − обратился он к присутствующим, когда все собрались, − у меня есть одно замечание по поводу хода расследования: как мне удалось узнать из доклада следователя Симоцуки, среди находящихся под арестом людей, которые проходят реабилитацию, могут быть террористы. Вы проводите множество следственных мероприятий для того, что бы выявить их. В этом нет нужды. Наша задача задерживать преступников, которых определила Сивилла. Люди, чей психопаспорт имеет низкий коэффициент преступности, даже если это бывшие террористы – уже не преступники, они не представляют угрозу для общества, и поэтому их можно освобождать. Те же, чей коэффициент останется на высоком уровне, будь то бывшие заложники или террористы – опасны и должны оставаться под арестом. Присутствующие переглянулись. − Это основа основ правосудия и безопасности нашего общества, − продолжил следователь. − Странно, что вы, сотрудники первого подразделения Бюро, этого не помните, − он встал в величественную позу, − прекратить тратить время на допросы, − наша задача: остановить распространение телеобращения, прекратить нарастание общего уровня стресса. Сосредоточиться только на этом! Все за работу!