Кукольные сердца

Вот и наступила новая учебная неделя. Я довольно близко сдружилась с Фрейей, а вот общение с Кристиной, в основном, ограничивалось её язвительными комментариями. В каком-то смысле это было досадно, её я знала дольше всех в классе, но общение с ней не клеилось, как тогда, так и сейчас. Сегодня я пришла в школу настолько рано, что в классе почти никого не было, только Кими и Кристина сидели на своих местах уткнувшись в какие-то книжки. Я хотела просто тихо пройти к своей парте, чтобы оставить рюкзак и прогуляться по новой школе, но обернувшись увидела стоявшей перед собой Кристину. — Послушай, Ди… Может мы и не особо ладили, но, я подумала, раз уж мы опять вместе учимся, то неплохо было бы найти общий язык, как считаешь? — Возможно… — слегка удивилась я. — Как насчёт после школы зайти ко мне в гости? Если хочешь, можешь и белку свою захватить. — Хорошо, я поговорю с ней. Я отвечу тебе после уроков, и тогда пойдём все вместе, хорошо? — Ага, давай. После этих слов Кристина достала телефон и вышла из класса. Под белкой она, само собой, имела ввиду Фрейю. С одной стороны меня немного насторожила её смена отношения, не решила ли она ещё как поиздеваться, особенно на своей территории. Но любопытство было превыше… — Просто с ней никто не хочет дружить, — услышала я спокойный, меланхоличный голос Кими у себя за спиной. — Что? — Из за её склочного характера. Когда стало известно что в первый день из-за её подножки у Фреи слетела маска, даже те с кем она общалась в первый день, когда тебя не было, от неё стали отстраняться. — Ну она всегда была немного задиристой… — У всего есть своя грань, дело в отношении. — Отношении? После этого вопроса Кристина вернулась в класс, так что, он остался без ответа. Вскоре и остальные пришли, а Фрейя даже немного опоздала на первый урок.

***

После первого урока, мы с Фрейей пошли в «наше место», под лестницу, где мы разоткровенничались впервые, и там я и рассказала ей всё что произошло до уроков. — Даже не знаю что и сказать, — ответила она. — Не хочешь идти? — Если честно, я её немного побаиваюсь, особенно после того случая… — Но? — переспросила я, когда пауза затянулась. — Но я не хочу чтобы ты шла одна. Потому, если ты правда уверена что хочешь пойти, я согласна пойти с тобой! — Тогда пошли, скажем ей? — Погоди немного, — замялась Фрейя. — Может мы позовём ещё кого? Например эту тихоню Кими. — Я могу попробовать, но согласится ли она, да и даст ли на это добро сама Кристина… — Может хотя бы попробовать? — Хорошо, я спрошу их. Пока не начался второй урок, я успела подойти только к Кристине: «Места у меня хоть на весь класс хватит, но я бы не хотела звать толпу. Не думала, что ты такая пугливая.» На уроке я не могла сосредоточиться, да и вообще, с математикой у меня не очень ладилось. Я думала, к кому бы ещё подойти… Дело в том, что я мало с кем общалась в классе. Больше всего я проводила времени с Фрейей. Пару раз мы общались с Алексой… Близняшки всегда были на своей волне, потому к ним было тяжело подступиться. Кими же, несмотря на бросающуюся в глаза двухцветную причёску, была весьма тихой и редко с кем разговаривала… Подумав хорошенько, я решила что ничего страшного не произойдёт, и пусть нехотя, Фрейя со мной согласилась.

***

Когда уроки закончились, мы втроём пошли в гости к Кристине, как и планировалось. Фрейя явно переживала сильнее меня, и несмотря на то, что её никто не подкалывал из-за случая со слетевшей маской, похоже ей самой это запало довольно глубоко. Меня тоже терзали сомнения, но другого рода. Не думаю что Петра, то есть Кристина, задумала какую-то гадость, скорее всего мы просто посидим у неё, поболтаем, она наверное даже извинится и мы разойдёмся по домам. Я опасалась скорее её чрезмерного энтузиазма, который временами наблюдала в начальной школе. Кристина, когда её ещё звали Петрой, была не только задириста, но и невероятно активна во многих мероприятиях и публичных вопросах. Она даже хотела быть старостой класса. Впрочем, она никогда не была одна, с ней всегда крутились пара подруг, а в новой школе их не было. Несмотря на все мелкие обиды, я была не против дружить с ней, чего я не могла с уверенностью сказать за Фрейю. По пути я первой решила прервать неловкое молчание: — Кристин, а ты просто спонтанно позвала, или заранее придумала чем у тебя можно заняться? — Я думаю, там видно будет. Пообщаемся, чайку попьём, может быть пофоткаемся, если захотите… — Я не очень люблю фотографироваться, да и не в чем мне, — вздохнула Фрейя. — Ох, вот за это точно переживать не стоит, у меня есть очень даже красивые платья и костюмы, так что, красиво нарядить, уж точно не будет проблемой. Главное не порви когда одевать будешь. Белка… Ты же не против, если я буду звать тебя белкой? — Не против, только не называй меня так при всём классе. — Прекрасно, вот и договорились! Вроде всё звучало обыденно, но меня что-то смутило в её словах… Поэтому я переспросила: — А кроме чая и фоток, других планов нет? — Я и правда хотела перед вами обеими извиниться, — немного поникшим голосом ответила Кристина. — Мне действительно стало потом неловко за то что оскорбила тебя перед всеми, Ди. В тот момент мне казалось что это будет забавно, прости. И белка, то есть Фрейя, ты тоже прости за подножку, я уж никак не думала что твоя маска свалится так легко, и знай я это, я бы точно не вытворила такой глупости. Что скажите? — Да ладно, если ты не собираешься продолжать задирать нас, или ещё кого, я готова тебя простить. Даже за то что было в младших классах, хотя для меня это уже совсем другая жизнь. Фрейя, а ты что скажешь? Простим? — Если ты так думаешь… То и я пожалуй соглашусь, если сегодня всё будет хорошо. — Вот и договорились! — повеселела Кристина. — Кстати, мы уже пришли! Кристина жила в довольном большом частном доме, раза в полтора больше моего. Прихожая была довольно приятных, светлых тонов, справа стояла вешалка, а под ней стеллаж с тапочками. Слева же от входа стояло странное металлическое сооружение, напоминающее собой огромный подсвечник с 7 шпилями, один в центре, и 6 по краям, вот только на концах вместо свечек, были мягкие наконечники, обмотанные тряпками. Сперва я не поняла, что это такое, но прежде чем до меня дошло значение этого предмета мебели, я услышала два щелчка, а затем голос Кристины: — Ну что, так и будите стоять? Так сказать, чувствуйте себя как дома. Обернувшись, я увидела знакомое лицо Петры, держащей в руках свою зеленоглазую маску. Странно, но её голова не была без волос, как моя или Фрейи, словно у неё осталась та же причёска что и была прежде. Пока мы с Фрейей в лёгком школе стояли как вкопанные, Петра (потому что Кристиной её называть в этом облике у меня язык не поворачивался) подошла к тому странному «подсвечнику» и усадила свою маску на один из наконечников. Поняв наше недоумение Петра спросила: — Что, неужели вы и дома так ходите?