Синие тени

***

Стоило только световому табло «Застегните ремни» погаснуть, как Уилл с облегчением открыла пряжку пояса безопасности, переставая себя чувствовать намертво привязанной к железной летающей «коробке». - Может, обратно на поезде? - девушка обратилась к Лейну, поправляя выбившуюся прядку блондинистого парика, к слову, не единственного атрибута ее конспирации, помимо зеленых линз и чересчур дорогого брендового шмотья. Специально подобранная длинная челка постоянно лезла в глаза, исправно выполняя функцию скрытия разбитого виска. - Держите себя в руках. - С Ильзой Вы тоже изображали счастливую супружескую пару? – Наконец, Соломон отвлекся от изучения бумаг, кинув те на раскладной столик, и обратил свой взор на Уилл. - Ильза уже взрослая и сильная девочка, чтобы обойтись без меня. Грэм проглотила обидные слова, церемонно отвернувшись к иллюминатору. Но от созерцания земли через который становилось еще более не по себе. Два с половиной часа на расстоянии несколько тысяч фунтов, пусть и в бизнес - классе, однозначно не являлось легким испытанием для Уилл, летавшей за всю жизнь от силы раза четыре. Поэтому, только заметив стюардессу раздающую алкоголь, девушка сразу приободрилась, обаятельно улыбнувшись, копируя появившийся перед глазами образ вечно доброжелательной доктора Блум. - Шампанское? - Нет, благодарю. Дорогая? – даже не смотря на ладонь Соломона, которую тот поспешил положить чуть выше ее колена, сжав в предупреждении, маска милой Уилл никуда не делась. Более того, та, с чувством выполненного достоинства, потянулась к подносу, ничуть не стесняясь захватить сразу два бокала. Лидер Синдиката был приятно удивлен. Разумеется, не тем, что Грэм пыталась любым способом отправиться в Царство Морфея без сновидений, а ее возможностью представлять миру нечто иное, чем вечно угрюмую страдальческую мину. Если точнее, скрытый актерский потенциал, который можно использовать далее. От него так же не ускользнула наиболее важная деталь этого - без желания самой девушки ничего не произойдет. Тем не менее, сейчас ему нужна максимально трезвая Уилл и, благодаря легкому движению руки, бокалы, только поставленные на единственный раскрытый столик, со звоном летят в проход между креслами.

***

Открывшийся Лейну вид далеко не прельщал и тот еле заметно нахмурился, обводя каждый сантиметр Уилл взглядом. Находясь в одном из номеров фешенебельного отеля, Грэм, стоящая по центру комнаты в вечернем коктейльном платье, выглядела, мягко говоря, отвратительно. Он не надеялся получить из нее роковую красотку, однако факт, что теперь профайлер стала больше похожа на обиженного угловатого подростка, нисколько не радовал. - Вы не умеете ходить на каблуках, мисс Грэм? – воспитанность боролась с педантичным профессионализмом, и Соломон постарался задать самый нейтральный вопрос из всех возможных, на который Уилл фыркнула в ответ, еще сильнее напоминая пятнадцатилетнюю девочку. - В ФБР от нас требуется работать, а не прохлаждаться в опере. - Можете переодеваться обратно. – Уже связываясь с подчиненным по гарнитуре, Лейн даже не думал прятать легкий смешок, - Яник, достань мисс Грэм удостоверение журналистки, пожалуйста. Образовались некоторые проблемы. В конечном итоге, девушка получает лишь кратчайшую информацию от лидера Синдиката. Должное будущее месторасположение объекта, задачу в виде подробного моделирования ситуации устранения данного объекта, да небрежное «Постарайтесь изобразить Вашу знакомую - мисс Лаундс» на прощанье, что совершенно не поразило, ведь сразу стало ясно, кому Грэм обязана столь выгодным положением вещей. Абстрагироваться и исполнять свою роль, когда вокруг столько фальшивок светского общества, стремящихся попасть в Grand Vienna Opera, оказалось не так сложно, как предполагала Уилл, с вежливой улыбкой вручая журналисткий пропуск молодому охраннику. После первого звонка, приглашающего гостей в зал, профайлер полностью подавила в себе свою личность, позволяя нагловатым действиям рыжей бестии Лаундс, всплывающим из памяти, исполнить соло. Позже, ее немного мутит от осознания того факта, что ради попадания за сцену, она флиртовала с этим же секьюрити и даже позволила тому приобнять ее, не упуская шанса нагло облапать, пока они шли по служебному ходу. Сейчас же, Уилл стояла в одиночестве, рассматривая декорации к другим спектаклям. Перед ее мысленным взором проносится серебряный маятник.