Я возвращаюсь в Хогвартс

Я возвращаюсь в Хогвартс, так странно, волнительно, и неожиданно. Хотя почему неожиданно? Я все обдумала… Нет, Гермиона, зачем себя обманывать? Как можно назвать единственную нормальную предложенную работу за прошедшие 3 года, на которую я никогда бы раньше не решилась, обдуманной? Министр магии Кингсли послал меня к чертям, сказав, что мракоборческий отдел теперь закрыт для меня на веки вечные, а сидеть в архиве я посчитала не достойным себя. Столько знаний в моей голове, я бы похоронила себя в тоне старых дел… Эх, может, я написала бы книгу? Но ответ уже дан, ничего не исправить. После разговора с министром, я получила сову от профессора Макгонагалл, она просила о встречи, на которой предложила мне должность преподавателя по Трансфигурации, я ляпнула "да", хватаясь за предложение как за спасительную соломинку. Что уж тут говорить... Я не обдумывала предложение, впервые в жизни я просто решила, что это будет не плохо, ничем мне не повредит быть преподавателем, да еще и в Хогвартсе. Все лучше, чем ничего, ведь это уже третий год как я бездельничаю, как меня «выкинули» из мракоборческого отдела, как я стала бесполезной, как я впала в хандру. Я просто умру, если не займусь каким-нибудь делом, пусть мои планы на жизнь рассыпались, но я все еще жива и могу построить новые, … хм я снова найду цель в Хогвартсе, что бы там не случилось. Я люблю Хогвартс, это снова мой дом. Такие мысли проносились в голове уже не столь юной, но столь же молодой и красивой Гермионы Грейнджер. Гермиону провожали так, будто она снова впервые едет в школу чародейства и волшебства Хогвартс. На вокзале Кингс – Кросс собралась небольшая компания, в лице ее матери и отца, миссис Уизли, Джинни и Рональда, Гарри, к сожалению, был на важном задании и не смог прийти, но попрощался заранее. Теперь мисс Грейнджер ехала не учиться, а преподавать. Она чувствовала себя неловко в окружении учеников, но она радовалась, что есть родные, которые верят, что у нее все снова будет хорошо, они обещали писать и звали на Рождественские праздники в Нору. Недавно толпившиеся люди начали расходиться, ученики уже махали из своих купе, а некоторые родители второпях еще прощались с детьми, Хогвартс – Экспресс издал первый предупреждающий сигнал об отбытии. Гермиона поторопилась и зашла в вагон чуть ли не последней, помахала родным, почувствовала, как наворачиваются слезы, и подумала про себя, что уже не маленькая. Проходя все дальше в вагон, Гермиона с досадой отмечала про себя, что пустого купе нет. Когда в голове пронеслось, что придется все-таки сидеть со студентами, которые все без исключения пялились на нее, как на какой-то интересный экспонат, она обнаружила в последнем вагоне Невилла и очень удивилась, ведь все думали, что он уже в Хогвартсе: он живет там уже не первый год. Рядом с профессором Долгопупсом громоздилось большое, страшное растение, и стало ясно, почему рядом с ним никто не сел. Он вскочил и радостно обнял Гермиону, предложил сесть с противоположной стороны и подвинул дерево. После неловких «привет», они расселись поудобнее, вытащив каждый по книге. - Что это за… эээ… растение? – присматриваясь и вспоминая, читала или видела ли она где-нибудь ЭТО, ворошила свои воспоминания Гермиона. - Оо, это очень редкое и ядовитое дерево, которое растет в Новой Зеландии, из его плодов делают эликсир забвения, ты наверно слышала о Ne Memoria… - Аа, - громко перебила его Гермиона, вспомнив, что это очень ядовитое растение, и что у него слишком уж длинное название, и что из него делают не только эликсир забвения, но уйму других лекарств. И, конечно же, о том, что это одна из любимейших тем Невилла, и если она сейчас не переведет тему в другое русло, то до самого Хогвартса ей придется слушать об Ne Memoria Inspirare Illussio Vulnera и д т и т п. – Да, да, я вспомнила, сложно, видимо, было достать, поздравляю! Поэтому ты еще не в Хогватрсе? - Ээ, дааа, конечно я не ездил в Новую Зеландию, мне его прислали, но вот с отправкой в школу возникли проблемы. Оно ядовитое и требует особого ухода и всем страшно к нему прикасаться, к тому же я переживал, в хорошем ли состоянии Ne Memoria добралась до Англии, – ласково рассматривая свое «чудо» и улыбаясь, произнес Невилл. - Долго пробыл в Лондоне? – еще раз глянув на «ужас меморию», Гермиона была рада, что Невилл забрал сие чудо сам. - Два дня, навестил бабушку, прикупил одежду, учебников, и сразу сюда. Ты прости, Гермиона, совсем вылетело из головы, что ты едешь в Хогвартс, я бы предупредил, что я здесь и... Гермиона, на радостях, что он про неё твк удачно забыл и ей не пришлось встречать и везти это "чудо"самой, перебила: - Невилл, ничего, я и сама была слишком занята. В Хогвартсе столько изменений, надеюсь, я найду его еще родным? - Да, конечно, там не так сильно все поменялось. С уходом на длительный отпуск профессора Макгонагалл, конечно, изменится, но остальные преподаватели еще на месте. Флитвик, Стебель на своих постах, Слизнорт, правда, что-то в последнее время жалуется на здоровье, а Хагрид, кстати, снова начал преподавать уход за магическими существами, он очень рад твоему приезду. - Он написал, что ждет меня и испечет мой любимый пирог, - улыбнулась, наконец, она.       Все остальное время до Хогвартса Невилл читал книгу все о той же Ne Memoria, как коротко называл ее он. Гермиона смотрела в окно, затем тоже погрузилась в книгу о том, как правильно преподавать, и впервые осознала, какую ответственность на себя взяла. Но с тем же ужасом вдруг навалившемся на нее, она вспомнила письмо профессора Макгонагалл, где та ее заверяла в правильном выборе и в том, что лучше нее - Гермионы Грейнджер - кандидатов нет. К тому же профессор оговаривала неопределенный срок (где-то около полугода) преподавания. Это значит, что ей нужно продержаться всего лишь полгода, а затем профессор Макгонагалл вернется, к тому моменту пока Гермиона не напортачит. «Хотя почему, черт возьми, я должна напортачить?» - сдвинув брови, Гермиона хлопнула книгой так сильно, что даже Невилл поднял глаза и, немного побаиваясь, глянул на нее. «Черт, как же, видимо, за последние годы упала моя самооценка. Все будет хорошо, мои ученики будут лучшими на курсе! Или я не Гермиона Джин Грейнджер!» с этими мыслями она посмотрела на двери купе. За все время пребывания в Хогварст экспрессе вокруг нее собиралась много народу и многие перешептывались и это ее раздражало. Снова оторвав глаза от книги, Невилл, наконец, сказал: - Тебя пугают их взгляды? - Да, есть немного. Зачем же на меня так пялиться? Может, меня и пришибло заклинанием (версия Министерства Магии, которую официально публиковали в газетах), и долгое время я провалялась в больнице, но сейчас ведь со мной все в порядке. - О, о тебе много писали в газетах, ты для них герой! Им всем очень любопытно, они ведь дети. - Любопытно? - Ну да, и не только им, подумала она про себя. - Да, так и есть. Гермиона, поверь, когда ты начнешь преподавать, тебя замучают вопросами о Гарри, о войне с Воландемортом, - устало произнес профессор зельяваренья. - Неужели и тебя этим доставали? – она уже и думать забыла о войне. Все произошедшее казалось настолько далеким, будто было вовсе не с ней. Хотя, как можно забыть хотя бы Беллатрису Лейстрейдж и ее пытки, снившиеся ей по ночам. Но и они давно в прошлом. - До сих пор, каждый год, я даже заучил мини версию подвигов Гарри Поттера. А особо любопытным советую сходить в библиотеку. «Да, похоже, и мне нужно придумать сжатую форму войны», - пронеслось в голове. Напряжение спало, даже дышать стало легче. Гермиона даже помахала ученикам, что они и сделали в ответ, а потом разошлись. За весь оставшийся путь Гермиона немного вздремнула, как и Невилл. Встретил их Хагрид, как и обещал. С ним в ее голову пришло спокойствие, что все хорошо, жизнь налаживается, и она сделала правильный выбор.

***

      Он не мог в это поверить. Ему, ученику Слизерина, дали пост главы факультета Гриффиндора. Он семь лет учился и ненавидел проклятый Гриффиндор. Как такое вообще возможно! Чертова Колтроут, о чем она вообще думала?! Нет, завтра же утром он с ней поговорит, пусть профессор Макгонаггал и ушла в долгий отпуск, ее место может занять и новый преподавать по трансфигурации, некая Грейнджер. Стоп… некая Грейнджер, Грейнджер почему я не уточнил? Неужели сама Гермиона Грейнджер? По лицу Драко Малфоя расплылась кривая ухмылка. - Грейнджер, ты самое лучшее решение проблемы, Колтроут не откажется! – с этими мыслями он развернул Ежедневный пророк двухнедельной давности, а затем так же быстро швырнул его в камин и отправился в свой небольшой кабинет.       С утра 1 сентября в Хогвартсе снова стало очень оживленно. Ученики шныряли по коридорам, занимаясь своими делами и что-то постоянно обсуждая между собой. Малфой же еще до завтрака успел побывать у директрисы, поэтому шел с каменным лицом, все чаще и чаще обращая внимания на учеников со знаком отличия факультета Гриффиндор, чьим наставником теперь он был. «После завтрака стоит поговорить со старостами», – мелькнула в голове мысль, удрученная мысль и невольно снова вспомнился разговор с профессором Колтроут. «- Простите, профессор, Вы, наверно, не понимаете, я не могу занять эту должность, ведь я был учеником факультета Слизерин. А вы сами прекрасно знаете, что Гриффиндор и Слизерин, как огонь и вода. - Если это единственный ваш аргумент, профессор Малфой, то для меня это не имеет никакого значения. Я вот, к примеру, училась на Когтевране, и это не мешает мне быть директором Хогвартса. Нет такого правила, что выходец из Слизерина не может быть главой факультета другого дортуара. - Но, профессор, возможно, я не лучший кандидат? Я проработал в Хогвартсе всего лишь год. И... - Мистер Малфой, – перебила его директриса Кассандра Колтроут вставая из-за стояла, поправляя свою черную мантию. - Сейчас, признаться, Хогвартс немного в упадке, - отряхивая невидимую пылинку, произнесла она, - вы, наверно, прекрасно это понимаете. Ведь я наняла вас на работу даже без опыта преподавания. И вы, на мой взгляд, очень хороший, и талантливый педагог, мистер Малфой. Поэтому я дала вам эту временную должность. Временную должность, мистер Малфой, – немного как, показалось Малфою, подражая профессору Макгонаггал произнесла мисс Колтроут. - И все же, я думаю, мисс Гермиона Грейнджер справилась бы лучше, почему бы не дать эту возможность ей? В свое время она была лучшей на курсе, я был лишь вторым. – «Боже, никогда не думал, что стану хвалить грязнокровку Грейнджер». - Нет, Грейнджер я не могу загружать, я взяла ее на работу по совету профессора Макгонггал, причем временно. И она же просила не нагружать вашу общую знакомую. Насколько мне известно, - Колтроут потупила взгляд, - мисс Грейнджер получила серьезную травму, и прошла долгий реабилитационный курс в больнице святого Мунго. Думаю вам это известно лучше, чем мне. Естественно, - внимательно оглядев Малфоя, она продолжила, - прежде чем согласиться с профессором Макгонаггал, я написала в Мунго. Хоть и мисс Грейнджер сейчас в порядке, они также придерживаются размеренной нагрузки. Так что, профессор Малфой, этот год ваш, и вы - глава факультета Гриффиндор. А сейчас уже время близится к завтраку, необходимо представить вас нашим новым ученикам…». Драко отсутствовал на вчерашнем вечере распределения первогодок, были дела в Министерстве. «Что ж придется сегодня поприветствовать малышей и шокировать Гриффиндорцев». Подметив про себя еще раз тон директора, как она отметила его вчерашнее отсутствие, Малфой усмехнулся своим недружелюбным мыслям. По дороге в Большой Зал он вспомнил про случай с Грейнджер. Дело трехлетней давности, он не участвовал в этом, и, к сожалению, у него была лишь толика информации об инциденте, но уж точно он не верил в несчастный случай в «Ежедневном пророке». Сам столько лет проработал в Министерстве, и, пусть у поста сидит и правда хороший министр, Бруствер Кингсли, все равно народу скармливают недостоверные данные в целях поддержания стабильности в магическом мире. Что ж, придется навести справки у Нотта. Странно, что он раньше этого не сделал. Как и думал Малфой, за столом преподавателей собрался почти весь педсостав, даже Долгопупс вовремя вернулся, судя по виду, видимо он привез свое «чудо дерево». А вот и мисс грязнокровка Грейнджер. А она заметно похорошела, и эта зеленая мантия ей к лицу, к ее все время непослушным каштановым волосам.

***

Гермиона как раз отвернулась от профессора Стебель и сразу же наткнулась на прямой взгляд Малфоя. Черт, она совсем забыла, что он тут преподает. Как вообще такое могло вылететь из головы? «И он так нагло разглядывает меня», - нагнав на себя вид «недовольна твоим взглядом», она обратилась к своей пустой тарелке и подумала, что ей нужно хорошо питаться и набрать хотя бы три килограмма, чтобы миссис Уизли и мама отстали от нее. Но как назло по правую сторону от нее было свободное место, и его, конечно, занял Сами-Знаете-Кто (ан нет, не Волан-де-Морт). И каково было удивление Грейнджер, когда Малфой любезно произнес: - «Успехов на новой работе, Грейнджер». Но это были лишь цветочки, ягодками стало назначение Малфоя на пост главы факультета Гриффиндора, у Гермионы аж челюсть отвисла и захлопнуть ее пришлось от возмущения, потому что тот же Малфой «все-таки гад номер 1» сказал что-то вроде «скоро слюна потечет, Грейнджер, не стоит так завидовать». Но все же ей удалось взять себя в руки. Она даже хотела позлорадствовать, когда некоторые ученики Гриффиндора возмутились этому заявлению директрисы. Малфой, видимо, немного расстроился. Гермиона, черт возьми, о чем ты думаешь?! Малфой «немного расстроился?» Я прямо так и подумала! Да я должна нещадно смеяться над ним. Но почему-то смеяться не хотелось. К тому же профессор Колтроут всех быстро приструнила. Вряд ли сам Малфой так уж хотел быть главой Гриффиндора. Это же нонсенс. Что, за это платят много денег? Да и на кой черт Малфою деньги? Он и так богат, как она слышала, война не сильно подкосила его фонды. Зачем тогда он вообще тут? Но не могла же она взять и спросить его об этом. А так хотелось...       Завтрак близился к концу, и Гермиона поняла, что не может больше ничего съесть, аппетит просто пропал, да и в последние годы его и так особо не было. Она и так похудела (аж на 15 килограмм!) после травм. Ученики тоже расходились кто группами, кто поодиночке. А кто-то продолжал есть, и Гермиона, наблюдая за столом Гриффиндора, вспомнила «хороший» аппетит Рона, как Гарри начинал обсуждения квидичча, как Джинни украдкой смотрела на него в последний год их обучения. Как они вместе обсуждали новости из Ежедневного Пророка, как Симус опять что-то нечаянно поджег. Как же было бы хорошо, если бы они снова были тут вместе. В это время к столу подошли две девушки и пожелали ей хорошего дня. Гермиона вздохнула полной грудью, осознавая и готовясь к своему первому уроку по трансфигурации, как преподаватель.

***

      Малфой поговорил со старостами своего нового факультета и пришел к выводу, что они не так уж и сильно его ненавидят. Убрав окончательно все свои посторонние мысли, он поприветствовал учеников четвертого курса в своем любимом кабинете. Год назад его назначили на должность преподавателя защиты от темных искусств. За классной комнатой, посвященной различной магии, у него располагался маленький кабинет, который за год Малфой успел забить самыми разными и очень старыми книгами, колбами, магическими инструментами и различными картами, что украшали стены. Сейчас Малфой, наверно и не вспомнил бы, откуда весь этот хлам. Хотя, что тут думать, часть из библиотеки Малфой-Мэнора, а остальное, наверное, из министерства, все-таки он проработал там почти восемь лет. За этим кабинетом располагалась более просторная спальня с роскошным камином, который отделал сам Малфой в том же году, когда стал преподавателем. В новом году, как отметил Драко свою комнату, она не была выдержана в зелено-серых тонах Слизерина, что даже немного его удивило. Он заново осмотрел свою спальню. Стены правда были темно-зеленного цвета, но вот балдахин и кровать темно-бордового с серебренной окаёмкой, и герб. Откуда на белье герб Малфоев? Похоже, это тоже с Мэнора, всю постель он притащил из поместья, он и забыл. И принес ее тоже скорей всего не он сам, а его эльф-домовик Брукс. Черт, а чем я думаю? Какая разница, каким цветом? Этого ничего не меняет! И что делать? Сегодня вечером ему необходимо подняться в гостиную Гриффиндора, и, что за черт, как можно было сделать паролем слово «Марципан»! «Наверное, первое, что я сделаю, это сменю пароль».       Драко сел за свой письменный стол, на котором всегда был идеальный порядок. В голову уже который раз приходит мысль: «Я сам такой аккуратный или все дело в Бруксе? И как всю свою жизнь я не замечал чертово домовика?». Эльф-домовик Брукс появился в его жизни после давнего страшного инцидента, который произошел в родовом гнезде. Драко никогда не замечал их, этих маленьких, грязных уродцев, которые всю его сознательную жизнь сновали туда-сюда, выполняя различные поручения. Первый раз, когда Драко заметил эльфов, был на втором курсе обучения в Хогвартсе. Это был Добби, эльф-домовик, который получил свободу от Святого Поттера. Снова он попался на глаза на седьмом курсе, спасая жизнь Грейнджер, Поттера, Уизли, ну и, как оказалась, всех пленников Мэнора. Этот чудной Эльф сделал очень отважный поступок, наверно, который он никогда не сделал бы по отношению к Малфоям и Драко лично. Драко никогда не давал поручения эльфам, по крайней мере пока однажды не увидел, как эльф домовик убирал разгром в его комнате. Драко лежал за креслом, он упал, так и не дойдя до ванной комнаты, потому что днем ранее напился вдрызг из-за отца. Поначалу министерство магии признало его семью невиновными, но через год возмущения народа о том, что пожиратели смерти безнаказанно ходят среди простого мирного народа, а не сидят за совершенные преступления, заставило Министерство заново пересмотреть дела. В итоге после двух заседаний Люциуса Малфоя признали виновным, отец под Веритасерумом признался, что был Пожирателем Смерти и исполнял приказы Темного Лорда. После того как отцу вынесли приговор, Малфоя, Забини и Нотт потащили пить, семьям друзей тоже пришлось не сладко. Сколько он так пролежал, он не помнил, также как и того, как вообще оказался у себя в комнате на полу, чувствовал лишь затекшие ноги и руки, и безумную головную боль. Эльф, видимо, не заметил его, потому что Малфой пролежал еще некоторое время, приходя в себя и собираясь с силами, чтобы встать, и заметил крадущего в его комнату эльфа. Сначала эльф ему показался непонятным существом, но затем в голове немного прояснилось, и он даже вспомнил, что видел его здесь раньше, и не раз, просто никогда не предавал этому значения, будто он и ему подобные были просто обыкновенной мебелью, частью Мэнора. Брукс был не похож на остальных эльфов, он был более «симпатичным» и куда опрятнее одет. Брукс тихо прошествовал в его комнату, огляделся, и, как показалось Малфою, покачал головой, будто осуждая его. Эльф довольно быстро и проворно восстановил порядок. Легким мановением руки он волшебством восстановил дорогущую антикварную мебель, которую разгромил Драко в приступе гнева, расставил все по местам и даже наколдовал прозрачную вазу с цветами, тогда в голову Малфою пришла мысль, что он страшно хочет пить, его мучает просто немыслимая жажда. Он попытался встать, но тогда все затёкшие мышцы взвыли. Он застонал, снова опустившись и привыкая к боли в конечностях, которая постепенно проходила.       Брукс не растерялся, не боясь прямого и угрюмого взгляда хозяина, эльф перенес его волшебством на кровать и наколдовал стакан воды на тумбочке. Наверно, в другой раз Малфой бы его прикончил только за то, что им только что левитировали, но Драко почему-то показалось это обычным делом, будто бы Брукс уже делал это раньше. Размяв немного кисть, он взял стакан и залпом осушил бокал, эльф заменил его другим. Но этот оказался немного горячим, Драко даже посмотрел на содержимое, а потом на Брукса. Тот ему ничего не сказал, а просто смотрел на него с участием. Под его, как казалось Драко, пристальным взглядом, он без слов осушил и этот бокал. Вкус у этой дряни был странный, но он выпил ее без задней мысли, а потом почувствовал легкость в теле. Боль отступила совсем, и голова быстро прояснилась. Эльф так же быстро забрал бокал и собирался испариться, будто его тут никогда и не было или будто бы он всегда тут, но вдруг услышал: «Кто ты?». - Меня зовут Брукс, господин, я ваш эльф-домовик, – коротко и бодро ответил тот, почему-то совсем не удивившись вопросу. - Брукс, - произнес Драко, голос эльфа такой знакомый. – И давно ты рядом со мной? - Господин, с самого вашего рождения, - на этот раз эльф сказал об этом так радостно, что Малфой до конца разлепил глаза и внимательно посмотрел на своего слугу. - Ну что ж Брукс, привет, - ухмыляясь произнес Малфой, это по правде сказать был первый сознательный разговор с эльфом-домовиков для Драко. Бессознательным можно назвать детские воспоминания, когда он малышом творил хаос и хватался за все интересное и неизведанное.       Теперь же Драко замечал всех: всех эльфов-домовиков Малфой Мэнора, а сейчас и Хогвартса. Но ему по-прежнему кажется будто Брукс немного другой. Он заметил, что его мать Нарцисса относится к эльфам как к слугам, но при этом не так деспотично, как раньше это делал Люциус. Отец же Драко сейчас жил как сомнамбула и эльфов он вовсе не замечал, как и вообще все вокруг. «Порядок в комнате, вся эта чистота. Может, это заслуга Брукса? Я рад, что у меня есть свой эльф». Брукс, бывало, заменял последние годы для Драко друга, он молча сидел рядом, с виду маленький ребенок, слушал, когда тому нужно было излить душу. Малфой никогда не запрещал тому говорить, и не просил хранить его секретов, но Брукс почему-то сам этого не делал. А когда он в приступе депрессии просил, чтобы тот хоть что-нибудь ему сказал, Брукс отвечал, отвечал, как человек, а не как кусок странной мебели Малфой Мэнора. Что было странно для Драко, как такое существо может сказать: «Нужно жить дальше, господин, у всего есть свое решение». С тех пор Малфойю как-то неловко и стыдно было что-то спрашивать у эльфа, тот-то не казался ему старым эльфом-домовиком, бывают ли среди них мудрые? Сколько вообще живут эльфы? Ну, этот вроде был молод.       Малфой достал свою записную книжку, выделил пару страниц, для факультета Гриффиндор, записал имена старост и по мелочи накидал организаторские вопросы. Похоже, в этом деле ничего нового придумывать не нужно. Разве что стоит понатаскать команду по квидиччу. Уму непостижимо! Когда он учился на Слизерине, Гриффиндор чуть ли не каждый год брал кубок Школы, а команда по квидиччу со Святым Поттером была всегда в лидерах. Да, теперь и вправду другие времена, Пуффендуй делает их по квиддичу, а Когтевран уже второй год берет Кубок Школы. Пора сменить все цвета на золото с бордо. – Боже, и о чем я думаю! Золото с красным! Семь лет учебы на Слизерине, мой одноклассники убили бы меня. P.S.Ne Memoria Inspirare Illussio Vulnera restituo virtute - (пер.с лат)остановить память внушить залечить раны восстановить силы иллюзию