Игра в прятки (раб. назв)

Знаете, у меня к вам есть загадка-вопрос: многие из вас видели обложку (надеюсь, хотя бы часть), так вот... Почему она выглядит именно так? Тому есть причина. Это своеобразный скрытый спойлер к окончанию фика, который совсем-совсем близко ^^ Попытайтесь дать, угадать причину, прошу)

Когда шатен услышал имя преступника, который на протяжении месяца доводил учеников до больницы, то он впервые за долгое проявил хоть какое-то разнообразие эмоций – его глаза удивленно расширились, а брови нахмурились, что тут же заприметил Реборн, внимательно наблюдающий за своим учеником. Похоже, Тсуна откуда-то слышал это имя, потому так удивился. А это могло стать неплохой подсказкой, где именно стоит искать, чтобы продвинуться дальше в их своеобразной «игре». К некоему сожалению киллера, это было единственное определенное проявление эмоций за весь предстоящий день, часть из которого парень провел на крыше или же просто слоняясь по школе и пугая учеников трелью из колокольчика – благодаря внезапно проснувшемуся интересу бейсболиста вся параллель и половина старших классов знали о колокольчиках, которые вешали мертвецам, на случай если те окажутся никакими не мертвецами. С одной стороны, это веселило Аркобаллено и помогало всегда знать где находится Тсунаёши, но с другой и порядочно волновало, ведь даже зная местоположение ученика, у Реборна никак не получалось контролировать молодого Саваду. Ужин и сборы ко сну Десятый провел в молчании, что было для него вполне обыденным – обычно даже при баловстве детей Тсуна вел себя удивительно спокойно, так что это не давало причин для беспокойства. Беспокоило брюнета совсем другое – почти за три часа он ни разу не потерял своего ученика из виду, а раньше подобного не случалось. Сейчас киллер лежал в своем гамаке и смотрел в потолок, при этом слушая, что твориться за открытым окно. Открытым?! Рывком поднявшись, Аркобаллено Солнца уставился на пустую, аккуратно заправленную кровать, на которой не было и намека на шатена, и тихо выругался. Этот... Этот щенок! Только не говорите ему, что этот мелкий решил сам наведаться к этим преступникам. А ведь если мальчишка умрет, то ему будет отличный такой выговор от Девятого, несмотря на тот факт, что сам Реборн сказал о том, что Тсунаёши и Хранителей убьют, но это, так сказать, подобие двойных стандартов. Определенно, надо нагнать мальчишку, прихватив попутно его Хранителей – хотя проще было бы отправиться самому, но Леон... Надо поспешить.

***

Кокуе Лэнд встретил Тсуну почти пугающей, но вполне успокаивающей тишиной, как бы странно это не звучало. Заброшенный парк развлечений выглядел таким заброшенным и никому не нужным, что становилось почти грустно от воспоминаний о временах, когда Нана приводила его сюда маленьким мальчиком. Кажется, ему тогда было очень даже весело играть здесь, но... Он не совсем помнил это чувство. Когда ему в последний раз было весело? Шатен, сделав несколько шагов вперед, остановился, при этом равнодушно осматривая посветлевшими глазами округу – темнота не была таким уж препятствием как могло показаться изначально, ведь было достаточно четко видно очертания окружающих его растений, полуразрушенных зданий и аттракционов, время «работы» для которых остановилось уже давно и те только истлевали так, как это могут только подобные конструкции, создавая иллюзии неизведанных монстров. Иллюзию... Сомнений в том, что его заметили не было, так что не было смысла даже пытаться прятаться. Странно, что его еще не встречают. Или ждут, когда он сам придет, приглашают? Тогда... Куда ему идти? Самым большим и прочным на вид, так что даже спустя столько лет, он должен был вполне себе сохраниться. Придется идти через весь парк, где начинается гора и настоящий лес. Здание кинотеатра было обветшалым, с побитыми стеклами, покосившейся входной дверью. Внутри здание выглядело еще более уныло из-за мусора вокруг, разрисованных стен, порушенной лестницы – интуиция говорила идти наверх, а это означало, что надо поискать другой путь. Только бессмысленная трата времени. Большой зал встретил Тсуну не самым приятным запахом затхлости и прогнившего пола, от которого можно было без особых проблем избавиться, только открыв окна на несколько часов. Порванные занавески еще больше омрачали помещение, заставляя щурить глаза. – Тебе бы проветрить помещение, – спокойно произнес подросток, тем самым оповещая о своем присутствии. – Не могу сказать, что рад тебя видеть, так как почти ничего не чувствую. С единственного предмета мебели послышался какой-то шорох и на фоне окна появился чужой силуэт с забавным хохолком. – Ку-фу-фу-фу, но, признай, ты удивлен, – самодовольно спросила фигура, делая шаг в сторону, чтобы его можно было лучше разглядеть. – Десятый, значит? – Удивлен не меньше твоего, Мукуро, – равнодушно бросил шатен, что совершенно не вязалось с его словами. Рокудо Мукуро, тот самый преступник, отлично понимал, что Савада лжет как дышит – если он и был удивлен, услышав это, то самую малость. – Поговорим? – поинтересовался собеседник Тсунаёши, картинный взмах рукой и напротив потрепанного дивана появляется вполне удобное с виду мягкое кресло, где тут же устроился подросток, все также безразлично наблюдая. Пауза затягивалась. Они просто рассматривали друг друга, оценивали. А они мало изменились, отметил про себя иллюзионист и тихо хмыкнул, с их последней встречи, но просто невероятно сильно с момента их первой встречи. Сколько лет уже прошло? Даже не пять, больше. Тсу~на~ё~ши... Протянул про себя разноглазый, сощурившись и растянув губы в ехидной улыбке. Растрепанный, болезненно-бледной кожей и с привычными безразличными светло-карими глазами, который в ответ также рассматривали человека напротив. Против воли в памяти возник образ испуганного и потерявшегося до невозможности ребенка, который взирал на мир огромными наивными, полными непонимания глазами. Тогда они были удивительно живыми, а сейчас... Понимающий человек испугается не на шутку. – Как ты вернулся? – без привычного яда спросил Рокудо, садясь на спинку старого дивана. В воздухе практически повисло «домой», что не помешало шатену понять подоплетку вопроса иллюзиониста. Ну да, разве такое понятие можно использовать к ним? – Виттория-сан помогла, – коротко ответил Тсуна, а парень напротив понятливо хмыкнул Виттория Тидо – эта женщина была одной из немногих, кто проявлял сочувствие к бедным детям. Она была совсем слабым Туманом и никудышным боевиком, потому ей ничего не оставалось, кроме как стать девочкой на побегушках у высших по званиях. Все собственно и было устроено в Эстранео: тот кто ниже по званию подчинялся высшим чинам; слабый подчиняется тому кто сильнее, хитрее или умнее. Просто выбора нет. А Тидо оказалась неплохим человеком, который родился не там, оказался не там и не у тех людей в подчинении. И именно она тайком присматривала за детьми, просто не в силах что-либо сделать из-за собственной слабости. Просто очередное доказательство того, что быть слабым означает быть никем. Тебя просто сожрут, уничтожат, сомнут в ничто. – Знаешь, я рад за тебя, – неожиданно вполне добродушно произнес парень. – И как тебе тут? Шатен медлил с ответом, упершись локтем о ручку кресла и подбородком ткнувшись в кулак. – Слишком... тихо, – словно с неким трудом подобрав слово, сказал Савада, смотря в прямо в разноцветные глаза. – Спокойно. Бессмысленно. – А чем ты тут тогда занимаешься, ку-фу-фу? – точно старый друг, поинтересовался Мукуро. – Собираю информацию. Жду, – лаконично ответил подросток не медля. – Раз уж ты заскучал, то... Как на счет небольшого спарринга? – поднимаясь, предложил иллюзионист. – И да, надеюсь ты проведать меня решил, а не за этим хмурым Облаком?

***

Тот факт, что их встретили совершенно не удивил Реборна, в отличии от молодых Хранителей. Но ребята оказались упертыми и явно решили отстаивать свое до конца, что порадовало бы Аркобаллено, если бы не эта ситуация. Он почти жалел о том, что не может вмешаться и все чаще поглядывал на неспокойного Леона. Определенно, надо было поторопиться, а то не ясно чем все это кончится...