"Научи меня любить"

POV Харуки На какой-то миг мне даже показалось, что я ослышалась. Не мог же в самом деле Миказе-сэмпай попросить меня об этом? Он для этого слишком умен и слишком рассудителен... И всё же... Его слова "Научи меня любить" до сих пор звучали у меня в ушах. И, если бы это было в моей власти, я бы, конечно, сделала так, как он меня просит. Но проблема в том, что я не знаю, как вообще можно научить кого-то другого испытывать то или иное чувство. Особенно, такое светлое и возвышенное чувство, как любовь. Оно ведь, не сразу возникает, потому, что человеку вот вдруг захотелось влюбиться в кого-то, и всё, дело, можно сказать, уже сделано. Любовь постепенно зарождается и крепнет в наших душах, в наших сердцах. И научить любить, скорее всего, попросту невозможно. Только вот... как сказать ему об этом? Я вздохнула, так как снова не знала, что и сказать. Но говорить было нужно и я, собравшись с духом, произнесла, глядя куда-то в сторону: - Прошу меня простить, Миказе-сэмпай, но, я боюсь, что это невозможно. Как я могу научить вас любить, если... если я и сама не уверена в том, что знаю о том, что такое - настоящая любовь? - Ты не знаешь, что такое - настоящая любовь? - повторил он, недоверчиво глядя на меня. - Нет. Извини, но я тебе не верю. Вам, людям это чувство близко и понятно, причём, чуть ли не с рождения вы его испытываете к кому-то или к чему-то. А то, что ты переживаешь на своём опыте, это ведь, очень легко объяснить кому-то другому. - Нет! Вы не понимаете! - замотала я головой. - Да, мы не можем прожить, не любя хоть кого-то или что-то в этой жизни. Но... Одно дело - чувствовать, а другое - объяснить это чувство другому. Да, я люблю свой дом, свою деревню, свою страну, люблю музыку, люблю, когда все вокруг меня счастливы, люблю бабушку, люблю ребят... да много, чего вообще люблю и ещё... люблю ещё одного человека, - добавила я тише. - Но... Это всё разные чувства, хоть и называются они одним словом - "любовь". Миказе-сэмпай задумался на несколько секунд. Вернее, это со стороны казалось, что он думает, тогда как на самом деле он искал нужные ему данные и обрабатывал их. - Да, ты права, - кивнув, сказал он наконец. - Люди и вправду любят по-разному... И существует несколько видов того чувства, которое вы, люди, называете любовью... Ну, что же, - добавил он, словно бы уже приняв какое-то важное для него решение. - Раз ты утверждаешь, что сама не совсем понимаешь, что такое - любить по-настоящему... Тогда, давай вместе учиться этому. - Вместе учиться? - удивилась я. - Но... как именно вы собираетесь это делать, Миказе-сэмпай? - Очень просто, - ответил он. - Поскольку любви бывает множество видов, а мне нужно научиться любить как можно скорее, то я выбрал для этого самый простой и самый быстрый способ, как мне кажется. Мы с тобой будем изучать такой вид любви, как тот, что древние греки называли эросом... Не бойся, по моим данным, тебе понравится процесс обучения. Во всяком случае, ничего страшного уж точно не случится, это я тебе обещаю... Сказав так, он подошёл ко мне и, обхватив одной рукой мою талию, другой рукой приподнял мой подбородок, так, что я теперь смотрела прямо в его светло-бирюзовые глаза, взгляд которых также был устремлён прямо на меня. На тонких губах Миказе-сэмпая появилась лёгкая, едва заметная улыбка, он хотел меня успокоить, но я, всё ещё будучи как бы в шоке от его предложения, испугалась ещё больше. Мне внезапно захотелось вырваться из его объятий. Не знаю почему, но я внезапно почувствовала в его действиях угрозу для себя... Или же, может быть, скорее, для своей чести. - Миказе-сэмпай... - умоляюще глядя на него, произнесла я. - Что вы... Что вы хотите со мной сделать? - Что я хочу с тобой сделать? - снова переспросил он. - Ничего. Я ничего не хочу с тобой сделать, Харука. Я только хочу, чтобы ты помогла мне постичь науку любви... Пусть даже и плотской, а не какой-то там возвышенной... Конечно, - добавил он. - Для понимая моей роли постичь второй вид любви было бы более желательно, но, поскольку у меня очень мало времени, то сойдёт и первый. Главное, я хочу понять, что же чувствует человек, когда он испытывает к кому-то сильные чувства. Пусть и не любовь в чистом виде... Пусть даже страсть, вожделение... неважно... Сказав так, он притянул меня к себе и я почувствовала на своих губах прикосновение его губ... Сказать, что это было неприятно - не скажешь, конечно. Но от неожиданности и от того, с какой стремительностью он это сделал, я непроизвольно вздрогнула и даже попыталась вывернуться из его объятий. - Что такое? - удивился Миказе-сэмпай, прервав поцелуй. - Ты дрожишь? Тебе холодно? - Н-нет... - покачала я головой. - Это... не от холода. - Не от холода? - удивился он. - А от чего же тогда? Я помотала головой. Что я могла ему сказать? Что я испугалась? Что мне неприятно то, что он делает? Но ведь это было не так, а врать и лицемерить я никогда не умела. - А, кажется, понял! - кивнул он, снова проанализировав что-то. - По моим данным, девушкам нравится, когда их целуют не просто едва прикасаясь к их губам, а пылко и страстно. Сказав так, он снова накрыл мои губы своими губами. Но на этот раз его поцелуй был более жёстким. Я почувствовала прикосновение его языка к моим губам и непроизвольно уперлась руками в его грудь, словно бы желая отстраниться от него. Но не тут-то было. Он ещё крепче притянул меня к себе, в то же время углубляя поцелуй. Я почувствовала, как его язык с силой раздвигает мои губы и, несмотря на моё отчаянное, но при этом непроизвольное сопротивление, проникает в мой рот. В тот миг, когда он соприкоснулся с моим языком, я испытала странное, двойственное чувство: мне хотелось одновременно прервать этот поцелуй и, вырвавшись из объятий Миказе-сэмпая, убежать куда-нибудь очень и очень далеко... И в то же время я желала, чтобы он целовал меня вот так вечно. - М-Миказе-сэмпай... - проговорила я, с трудом переводя дыхание, когда этот головокружительный поцелуй всё же закончился. - А вы... Вы уверены, что... Что мы не нарушим устав и не будем за это наказаны? - Уверен, - кивнул он. - Это нужно для роли, кроме того, ты - не мой партнёр, а, следовательно, никакой устав мы не нарушаем. Ясно? Я кивнула и, отчаянно смущаясь, посмотрела ему в глаза... которые меня буквально завораживали с того самого дня, когда я впервые его увидела. Взгляд его бирюзовых глаз, похожих на озёра с кристально-чистой лазурной водой, преследовал меня в моих снах, а наяву... Наяву я постоянно ловила себя на мыслях о том, что хочу, чтобы он смотрел на меня, и в то же время боялась этого. И вот теперь... Теперь он смотрит на меня, не отводя взгляда в сторону, держит меня в объятиях и целует. Что это? Сон, похожий на сказку? Или же сказка, вдруг ставшая явью? Миказе-сэмпай посмотрел на меня и, внезапно слегка нахмурившись, покачал головой. - А по моим данным, целуешься ты неважно, - сказал он. - Должно быть, это потому, что у тебя не было ещё подобного опыта. Я кивнула. - Да... До вас меня никто никогда... так не целовал. И я тоже никого никогда так... не целовала. - Я бы сказал, что ты вообще не реагируешь на мой поцелуй, - покачал он головой. - Тогда как, согласно моим данным, ты должна была мне отвечать на мои действия. Но этого почему-то не происходит. Вот я и думаю: отчего это так? Может быть, я сам целовал тебя как-то неправильно? - добавил он, немного огорчённо глядя на меня. - Н-нет... - покачала я головой, решив, что чем-то его обидела. - Миказе-сэмпай, вы... ваш поцелуй... он просто меня ошеломил. Я... Я растерялась и поэтому... поэтому не решилась вам на него отвечать. - Иными словами, это произошло потому, что ты не ожидала от меня подобных действий и была удивлена, когда я тебя начал целовать? - спросил он. Я кивнула. - Да. Мне кажется, дело именно в этом. - Ну, что же, - задумчиво протянул он. - В таком случае, я думаю, нам нужно повторить это. Но только в этот раз ты уже будешь знать, что я собираюсь сделать, а потому сможешь ответить на мой поцелуй, как это и полагается делать в подобном случае. И прежде, чем я успела хотя бы даже попытаться возразить ему, он опять притянул меня к себе и в следующий миг я снова ощутила на своих губах его поцелуй - довольно жёсткий, как и в тот раз. Я вздрогнула, но более не предпринимала попыток оттолкнуть его или вырваться и убежать. Хотя, конечно, и была всё ещё испугана происходящим. Я ведь, не знала того, как далеко собирается зайти Миказе-сэмпай в процессе так сказать, обучения, а потому, смутная тревога не покидала меня. - Миказе-сэмпай... - произнесла я после того, как он прервал и этот поцелуй. - А вы уверены, что вам... так уж необходимо этому учиться? Не подумайте, что я что-то такое хочу сказать... Но мне показалось сейчас, что вы и так прекрасно умеете это делать. Во всяком случае, я почему-то сейчас сомневаюсь в том, что вы... что у вас до этого ни разу не было подобного опыта. - И тем не менее, это так и есть, - ответил он. - Со стороны, наверное, может показаться, что я уже не один раз целовался с девушками. Но... На самом деле я делаю сейчас лишь то, о чём у меня имеются данные. На практике я никогда ничем подобным не занимался. И не уверен, - добавил он тише. - Что займусь в будущем. Ведь, после того, как я сыграю роль в том фильме, мне более не будет надобности делать подобные вещи... Эти... и ещё другие тоже, - добавил он, снова заключая меня в объятия и увлекая в очередной, поистине головокружительный поцелуй. Его губы были на удивление горячими и нежными, если бы я не знала, что он не совсем человек, то по его поцелую этого нельзя было бы понять. От их прикосновения к моим губам, я затрепетала, как птичка, внезапно пойманная и посаженная в клетку. Только вот, я скорее согласилась бы умереть, чем пусть даже попытаться сбежать из той западни, в которую Миказе-сэмпай меня сейчас поймал. Его руки крепко, но в то же время нежно обхватывали мой стан, так, что я невольно чувствовала жар, исходящий от его тела. Мне казалось, что я таю в его руках подобно тому, как тает кусок воска в обжигающем пламени. Я часто дышала, и, следуя интуитивному порыву, внезапно начала отвечать на его поцелуй. Если раньше я испытывала какие-то сомнения и чувство тревоги, то теперь я поспешила отринуть их прочь. Я понимала, что то, что сейчас происходит между мной и Миказе-сэмпаем - это, конечно, неправильно и, возможно, является нарушением устава академии, за что нас обоих могут строго наказать. Но думать сейчас об этом не хотелось. Если говорить по правде, думать сейчас, в этот миг, не хотелось вообще ни о чём. Чувство пьянящего, божественного восторга завладело мной. Я купалась в этом чувстве, как в тёплых, ещё не обжигающих лучах июньского солнца, и не было для меня тогда в мире ничего, кроме этого бесконечно длившегося волшебного мига, когда теряется грань между явью и сном, между нашим миром и множеством параллельных миров. И в это время я вдруг почувствовала, что Миказе-сэмпай прервал столь восхитительный поцелуй. Я открыла глаза, слегка затуманенные какой-то странной дымкой, и посмотрела на него. Он, смотрел на меня и взгляд его бирюзовых глаз был загадочен и бездонен, как море. - Миказе-сэмпай? - спросила я. - Что-то случилось? - Нет, ничего, - покачал он головой. - Просто, я решил дать тебе возможность немного отдохнуть прежде, чем мы перейдём к другим, куда более откровенным действиям. - К более откровенным действиям? - переспросила я, с удивлением воззрившись на него. - Но разве этот поцелуй... Разве он не был достаточно откровенным. - Нет, - снова покачал головой Миказе-сэмпай. - Не был. Но всё ещё впереди. Обещаю тебе, что сегодня я постараюсь закончить этот... скажем так урок. Тем более, что мне и самому это необходимо для лучшего понимания роли. Впрочем, я, кажется, уже говорил тебе об этом. Я вздохнула. Получается, что Миказе-сэмпай расценивает происходящее всего лишь как урок? А я-то надеялась на то, что хоть немного, да нравлюсь ему как девушка. Иначе, зачем бы он ко мне пришёл с такой странной просьбой? Но нет, похоже, что, судя по всему, рассчитывать на какие-то чувства к себе с его стороны не стоит. Я для него не более, как своеобразное методическое пособие, разве что живое и думающее. Мне стало немного обидно из-за этого, хотя, конечно, я понимала, что Миказе-сэмпаю, не привыкшему полагаться на кого-то кроме себя и который, по сути, не нуждался ни в ком, если верить его же словам, вряд ли мог сейчас испытывать ко мне хоть какое-то чувство, разве что кроме любопытства и интереса, но интереса, увы, сугубо научного... Что же... Я сама согласилась на это, а потому мне нет смысла обижаться на кого-то кроме как на саму себя. Наверное он заметил моё смятение, вызванное невесёлыми мыслями. Во всяком случае его взгляд... нет, не потеплел, конечно, но в нём появилась какая-то тень заинтересованности. - Что-то не так? - слегка нахмурившись, спросил Миказе-сэмпай, глядя мне в глаза. - Ты выглядишь растерянной и, я бы сказал, обиженной. По крайней мере, по моим данным такое выражение лица бывает у людей, когда они на что-то или на кого-то обижаются... Это из-за моих слов? Я поспешно замотала головой. Ещё чего доброго он догадается о чём я сейчас думала. А мне бы этого не хотелось. Чтобы поскорее сгладить неловкость и сделать всё возможное для того, чтобы он поскорее об этом забыл, я решилась на поистине отчаянный, как мне тогда казалось, шаг. Подойдя почти вплотную к Миказе-сэмпаю, я обхватила руками его шею и, привстав на цыпочки, поцеловала в губы. Сказать, что этот шаг дался мне нелегко - ничего не сказать. Я чувствовала, как пылают румянцем мои щёки, а мои колени тряслись так, что я только чудом могла держаться на ногах. Но зато этот мой поступок произвёл на Миказе-сэмпая поистине ошеломляющий эффект. Когда я обняла его за шею, в его глазах отразилось неподдельное изумление, а когда мои губы прикоснулись к его губам... Наверное, он и вправду не ожидал от меня подобной смелости, так как в изумлении непроизвольно попятился и, не удержав равновесия, упал на пол. Я, естественно, упала на него, так как по-прежнему его обнимала. То, что происходило в последующие пару минут, должно быть, словами не описать. Мы с Миказе-сэмпаем лежали на полу в весьма живописных позах и с изумлением взирали друг на друга, как если бы и сами не могли поверить в то, что с нами сейчас случилось. Те обстоятельства, при которых мы оба растянулись на полу, были бы достойны низкопробного бульварного романа или же не менее низкопробной "мыльной оперы". Если бы кто-то мне сказал, что такое может случиться со мной, не говоря уж о Миказе-сэмпае, всегда таком сдержанном, холодном и отлично контролирующим свои чувства и эмоции, я бы, наверное, не поверила ни за что в жизни. - Не ушиблась? - спросил он, наконец. Я замотала головой. - Нет... Со мной всё в порядке. А вы, Миказе-сэмпай? Вы-то сами не ударились? Он на мгновение задумался, словно бы анализируя что-то, а потом покачал головой. - Согласно моим данным, падение совершенно не повредило этому организму. - Ох... Хвала богам! - воскликнула я. - Знаете, я беспокоилась, что вы могли удариться и что это именно я виновата в том, что так получилось. Ведь если бы я... - Ох, помолчи, наконец... - поморщившись, произнёс Миказе-сэмпай как всегда, холодным тоном. - Ты мешаешь мне анализировать данные. Я замолчала и немного обиженно воззрилась на него, но он, кажется, этого не замечал. Его глаза были прикрыты, а на лице застыло выражение глубокой задумчивости. Я, поскольку мне всё равно нечем было заняться, решила воспользоваться случаем и вдоволь налюбоваться им, пока он не видит этого и не знает, что я за ним наблюдаю. Что же, следует признать, что он был прекрасен, как юный ангел, спустившийся на нашу грешную и прекрасную землю. Тонкие, изящные черты лица и светлая, почти прозрачная кожа делали его похожим на фарфоровую статуэтку невероятной красоты. Светло-бирюзовые волосы, слегка растрепавшиеся в момент нашего с ним падения, были похожи по цвету на морские волны, плещущие о берег в жаркий летний полдень, а по мягкости и шелковистости, должно быть, напоминали шёлк. Не в силах побороть искушение, я протянула руку и провела пальцами по одной из бирюзовых прядей, разметавшихся у него по плечам. В тот же миг Миказе-сэмпай открыл глаза и строго посмотрел на меня. - Что ты делаешь? - тихо, но отчётливо произнёс он. - Я же сказал, что ты мешаешь мне анализировать данные. И потом, - добавил он ещё более холодным тоном, чем это бывало обычно. - Не помню, чтобы я разрешал тебе прикасаться к моим волосам. - Ой... Из...вините... - пробормотала я, думая, что он на меня рассердился. - Я... Я не хотела. Это случайно получилось. - Что получилось случайно? - спросил он, глядя мне прямо в лицо. - Хочешь сказать, что ты случайно прикоснулась сейчас ко мне, хоть я и просил тебя ничего не делать и подождать, пока я проанализирую данные? От взгляда его бирюзовых глаз мне стало неуютно, причём это было, пожалуй, впервые за всё время нашего знакомства с Миказе-сэмпаем. Он довольно редко смотрел на меня, но никогда до этого его взгляд не был таким изучающим, словно бы пронизывающим меня насквозь. Пожалуй, впервые за всё это время я вспомнила о его нечеловеческой сущности и подумала, что, в сущности, он и вправду мог меня просканировать своим рентгеновским... или каким-нибудь там ещё взглядом. - Миказе-сэмпай... - произнесла я так тихо, что и сама себя с трудом услышала. - Миказе-сэмпай, пожалуйста, не смотрите на меня так. Ваш взгляд... Он меня пугает. - Это, должно быть, потому, что я - не человек и взгляд у меня нечеловеческий? - вздохнув, спросил он, отводя взгляд в сторону. - Иными словами, ты хочешь сказать, что я - прочти что чудовище, монстр? - Нет, не говорите так! - отчаянно замотала я головой. - Миказе-сэмпай, никогда, никогда в жизни вы не должны говорить подобных вещей! Никакой вы не монстр, вы... Вы самый замечательный из всех людей, которых я знаю! Выпалив эти слова, которые, при других обстоятельствах, из меня бы, наверное, пришлось вытягивать клещами, так как я скорее предпочла бы умереть, чем их произнести, я внезапно разрыдалась, закрыв лицо руками. Слёзы застилали мне глаза и мешали видеть, но я примерно догадывалась о том, с каким видом смотрит на меня сейчас Миказе-сэмпай. Наверное, взгляд его бирюзовых глаз полон осуждения. Конечно же, а кому понравилось смотреть на то, как я сейчас чуть ли не бьюсь в истерике! Пожалуй, он может быть, даже думает, что у меня совсем неустойчивая психика, раз уж я способна расплакаться из-за такой ерунды... И в это время... В это время я почувствовала, как он обнимает меня одной рукой сзади, со спины, одновременно другой рукой вытирая слёзы, струящиеся по моему лицу. Прикосновение его руки такое нежное и приятное, оно дарит мне тепло и ласку... - Не плачь, - произнёс он шёпотом, обдавая моё ухо тёплым дыханием. - Извини, если я тебя обидел, я иногда сам не знаю, что говорю и часто обижаю людей. Но ты - последняя кого я хотел бы обидеть... Сказав так, он резко развернул меня и прижал к себе. Я невольно вздрогнула, когда моё лицо уткнулось ему в грудь, а его руки продолжали обнимать меня. - М-Миказе-сэмпай... - также шёпотом произнесла я, подняв голову и устремив взгляд на него. - Вы... Вы ничем меня... Он не дал мне договорить. - Нам нужно продолжать урок, - сказал он, склоняясь надо мной и целуя меня в губы. - Но в этот раз приготовься к тому, что мы пойдём до конца. Я больше не стану отвлекаться ни на что и тебе больше не удастся сбить меня с толку. Эти его слова прозвучали холодно, как если бы он снова видел во мне только лишь живое методическое пособие. Но ведь ещё минуту назад... Я уверена, я готова поклясться чем угодно, что он по-настоящему жалел меня... Отчего же сейчас... От подобных мыслей меня отвлекло прикосновение его руки к моей ноге чуть выше колена... И когда только он успел засунуть руку мне под юбку? Ведь, вроде бы, только что обнимал меня обеими руками... Но размышлять сейчас об этом у меня не было никакого желания. Ведь это его прикосновение... Оно сводило меня с ума, бросало в жар... Как завороженная я смотрела на то, как он очень медленно и очень осторожно сдвигает вверх мою форменную юбку, одновременно продвигая руку всё выше по моей ноге... Я посмотрела ему прямо в глаза, смотревшие на меня сосредоточенным взглядом, полным решимости. Должно быть, Миказе-сэмпай уже успел узнать всю необходимую ему сейчас информацию, так как ни малейшей тени сомнения в его взгляде и в выражении его лица я не заметила. Зато вот меня саму обуревали сейчас сомнения. Хорошо ли то, что мы сейчас делаем? Ну, ладно, пусть не делаем, а только лишь собираемся сделать? И потом: я согласилась на этот так сказать, урок, только лишь потому, что хотела быть с ним, пусть даже за это и придётся заплатить дорогую цену. Но вот, он? Кто я для него? Удачно подвернувшийся под руку, так сказать, методическое пособие? Или же... что-то другое, куда более ценное и значимое? Нет, конечно, сомневаться в том, что он меня не любит, даже не приходится. Но испытывает ли он ко мне сейчас хоть какие-то чувства? Пусть даже и страсть, вожделение? Или даже сами наши с ним действия - это не более, чем учебный процесс? И не пожалею ли я очень скоро о том, что так вот, необдуманно и так легко, согласилась на эту вот авантюру? Пока я размышляла об этом, Миказе-сэмпай, как оказалось, времени даром не терял. Не знаю, где он брал необходимую для "урока" информацию, но за это время успел стянуть с меня верхнюю одежду, а теперь был занят тем, что расстёгивал застёжку на моей юбке. Но его взгляд при этом был так же холоден, как всегда, и, как это было обычно, ничего не выражал. Неожиданно я испугалась такой поспешности. - Миказе-сэмпай! - испуганно вскрикнула я. - Вы... Вы слишком спешите, мне кажется. Он посмотрел на меня. - Нет, я не спешу, - покачал он головой. - У нас не так уж и много времени до отбоя, чтобы можно было так безрассудно его упускать... И, между прочим, - добавил он тише. - Перестань уже называть меня Миказе-сэмпаем... Это сбивает меня с толку, знаешь ли. Лучше уж, коль скоро у нас дело зашло так далеко, зови меня по имени. И я тоже буду звать тебя по имени, если ты не против. - Звать вас по имени?! - в ужасе воззрилась я на него. - Но как?! Разве я посмею... - Посмеешь, да ещё как, - усмехнулся он. - Это не так сложно, как кажется. Ну-ка, давай попробуем, и ты сама убедишься в том, что это не так страшно, как тебе кажется, Харука. Я молча кивнула. - Хорошо, Миказе-сэмпай... То есть, я хотела сказать... Аи-сэмпай, - добавила я. - И без сэмпая давай тоже обойдёмся, - сказал он. - Мне это обращение, если честно, слышать вообще неприятно. Ты сейчас назвала меня так, как обычно меня называет один из моих кохаев... Который с самого начала меня раздражает, если честно. В общем, зови меня просто по имени, договорились? - Хорошо, Аи, - покорно кивнула я. - Так пойдёт? - Да, - также кивнул он мне в ответ. - Ну, а теперь, продолжим. Я молча кивнула. "Урок" продолжался...